Vivisector: beast within

Авторское предисловие. В каноне, как известно, нет имён некоторых стран, поэтому в настоящем фанфике было решено дать им вот эти (с оглядкой на этимологические традиции, ближайших родственников и деятелей иностранной культуры): Дания – Хенрик Андерсен Исландия – Сигурд Эрикссон Норвегия – Бьёрн Эрикссон Лихтенштейн – Лихейн Цвингли (и не спрашивайте, откуда она здесь) *** От лица Лихтенштейн *** Брат. Часть первая. Двумя милями восточней маяка. Щёку что-то резко обожгло, и начали просыпаться чувства. Первое – осязание. Влага. Тут везде очень влажно и мерзко, а ещё очень холодно. Лежать твёрдо и неприятно, ко всему в бок упирается острый камень, из-за чего становится ещё хуже. Второе – обоняние. А пахнет здесь… свежестью. Как в молодом лесу после дождя. По крайней мере, таким запах показался сначала. Третье – слух. Уши тотчас резанул громкий незнакомый голос. Говорили на грубом, неприятном для восприятия языке, быстро и при этом глотая половину (если не больше) звуков. Но где-то я это уже слышала, единственный вопрос: где? Четвёртое – вкус. Лучше бы дальше ничего не чувствовала. Словно земли наглоталась. Осторожно проведя языком по внешней кромке зубов, я зашлась в кашле. Не из-за того, что почувствовала поскрипывающие на зубах комочки, а скорее от брезгливости. Щёку опять обожгло, и вместе с этим пришло зрение. Первое, что мне довелось увидеть – зелёная каша, перемешивающаяся и с другими цветами. Несколько раз моргнув, я с удовлетворением отметила, что всё вокруг начало приобретать чёткость. Зелёная каша оказалась листьями, а «другими цветами» было ярко-голубое, почти бирюзовое небо. Тихое шуршание, и весь обзор прекрасной местной флоры мне загородило лицо незнакомца, беспардонно нависшего надо мной и почти касающегося моего носа своим. Пряди волос приятного пшеничного цвета торчали под немыслимыми углами, а пробор «съехал» влево, почти к виску. Нос тонкий, прямой, ноздри слегка расширяются при дыхании. В глубине голубых глаз поблёскивает хитрый огонёк. На губах играет лёгкая улыбка… А губы, кстати, у него… — Что, нравлюсь? – вывел меня из раздумий о всяких пошлостях грубоватый голос незнакомца. – Я тоже себе нравлюсь. Как перед зеркалом после душа встану, так глаз оторвать не могу, – беспечно продолжил парень, уже не скрывая наглого оскала. — Вы вообще кто? И с чего взяли, что нравитесь мне? – пробормотала я, медленно впадая в шок. — Скандинав в пальто! – с гордостью заявил парень, выворачивая воротник куцей тёмной шинельки. – И кстати, подбери слюнки, я не педофил. — Да Вы!.. – зашептала я, буквально давясь нелестными эпитетами, но договорить незнакомец мне не дал. Вскочив сам, он, схватив мои плечи, поднял на ноги и меня. Продолжая ухмыляться, попробовал отряхнуть от грязи, но, размазав её ещё больше, оставил благое дело. Облокотившись о дерево, чтобы не упасть, я, наконец, смогла разглядеть и других присутствующих. Единственной знакомой мне страной был Швеция, стоявший в стороне ото всех. Опустив очки на кончик носа, он с какой-то обречённостью вглядывался в зелёную даль, иногда тяжело вздыхая. Ещё двое весьма похожих друг на друга парней бесстыдно рассматривали меня, приостановив свой спор. Фиолетовые глаза, светлые, почти пепельные волосы, да и в целом общие черты лица. «Нет, они точно родственники». Чувствуя себя неуютно под их тяжёлыми взглядами, я повторила попытку узнать, кто есть кто: — И всё же, какие вы государства? — У-у-у. Мне прямо даже обидно, мы тебя знаем, а ты нас – нет! – опять вылез "скандинав". — Но так и быть, раз ты горишь желанием узнать, то я – Дания, та угрюмая очкастая туча – Швеция, а эти двое – Исландия и Норвегия, – заявил датчанин, неконкретно указав пальцами в их сторону. — Очень приятно, Лихтенштейн. Где мы? — На Земле, это я тебе гарантирую, – отозвался Дания. "А зачем мы здесь? Как нам отсюда выбраться? И кто нас сюда доставил? Хотя зачем задавать лишние вопросы, если прекрасно понимаешь, что они знают не больше твоего?" — Кхм, — впервые подал голос швед, — т’м, смотр’те. — Что «тм»? – передразнил датчанин, подбегая к мужчине. Получив несильный, но увесистый подзатыльник, он с интересом уставился в лес. Находиться на вершине холма очень удобно. У подножия и дальше всё лежит как на ладони. Вот и сейчас, подойдя к новым знакомым, я увидела медленно поднимающийся дым. С каждой минутой он набирал всё большую силу, чернел и разрастался всё больше, но огня нигде не наблюдалось. Не успела я обдумать это, как услышала гневный возглас… Исландии или Норвегии? — Ну и куда ты попёрся?! Я так и не поняла, кто из них кто. — Что значит «куда»? Нет дыма без огня и огня без людей. Вперёд! – оптимистично заявил Хенрик, и остальные не заставили себя ждать. Словно уверенность и смелость передались от этого государства к другим, и все бодро отправились к сомнительному ориентиру, оставив меня недоверчиво хлопать ресницами. «Они что, ничего не понимают? Совсем?» — ’дём? – рядом со мной выросла огромная фигура шведа, и он, небрежно взяв за руку, поволок меня за остальными следом. В страшную неизвестность.