analgesics .

Кису и подумать не мог, что такое может случиться. Он чувствует неловкость и даже стыд. А Сэхёк ставит пластиковую корзину на пол (в ней какая-то лапша и лимонад), улыбается уголками губ и говорит: - Ну, привет. Он всё такой же охуенный, а у Кису с волос сошёл вишнёвый оттенок. Кису всё ещё неприглядный и видит в зеркале некрасивого неудачника с вечным недотрахом (мужчины у него так и нет, зато история браузера забита различными порносайтами). Сэхёк кидает в корзину пачку презервативов; Кису становится дурно, потому что он гладит мимолётно по пояснице, задрав куртку, и похлопывает по спине. Кису сам не знает, зачем ждёт Сэхёка у дверей магазина. Он стискивает в пальцах ручки пакета и смотрит в пол. Не то чтобы ему что-то прямо предлагают, но Сэхёк едва сдерживает довольную усмешку. Кису вовсе не безотказный и беспомощный перед мужчинами (так хочется ему думать), просто порнографического содержания ролики надоели ужасно. А целоваться с Сэхёком в лифте слишком хорошо; его ладони слишком правильно ложатся на талию и гладят если не ласково, то близко к этому. Сэхёку очевидно просто жалко Кису, который скулит и дрожит весь от прикосновений тёплых пальцев к животу. - Так и не нашёл себе никого? Кису не хочется разговоров. Кису пытается тупо не отключиться, пока его трогают везде и кусают. А Сэхёк смотрит с ожиданием и выдавливает смазку на пальцы. Почему-то ему в голову не приходит, что широко раздвинутые ноги мешают Кису даже просто думать и понимать слова. Кису едва качает головой и дышит через рот. Кису всё ещё неловко (стыдно до безобразия) от того, что Сэхёк "натягивает" его на свой член и смотрит на лицо очень внимательно. Но у него каменный стояк и наконец-то мужчина в постели. Кису, кажется, стонет в голос, а кровать поскрипывает и бьётся об стену - соседям вряд ли понравится. Сэхёк сжимает пальцами его бёдра сильно-сильно и толкается совсем хаотично, недовольно рычит на попытку Кису спрятать лицо в ладонях. Кису трогает свой член сам, и от этого тоже стыдно. Кису стыдно, наверное, просто за себя и свои нелепые желания. У Кису настолько трясутся ноги, что он не может даже сесть - лежит на спине и смотрит в потолок. Сэхёк гладит его по груди, задевает ногтем сосок, и Кису хнычет беспомощно и жалобно. Они целуются около двух минут (Кису цепляется дрожащими руками за чужие плечи), а потом Сэхёк спрашивает: - Тебя до душа тащить? Кису не надо никуда тащить - только если сразу отволочь на помойку. Умереть хочется прямо сейчас, а снова возвращаться к своим одинаковым дням без какого-либо секса - не очень. - Ещё хочу, - говорит Кису неожиданно и давит коленками на бока Сэхёка. Ему не отказывают. Сэхёк разрывает упаковку на втором презервативе и закидывает ноги Кису на свои плечи; у него на удивление снова (или всё ещё) стоит. Кису надеется задержать Сэхёка с этими его презервативами на подольше; его перетряхивает от каждого толчка, и, наверное, виновато отсутствие личной (половой, соответственно, тоже) жизни. Кису всё равно, и Сэхёку тоже. - Останься до утра, - вдруг просит Кису. - Пожалуйста, - добавляет он. Сэхёк трёт кончик носа, проверяет оставшиеся презервативы и пожимает плечами. Сэхёку действительно всё равно - провести ещё несколько часов с закомплексованным двадцатидвухлетним геем или проторчать то же время дома одному. Сэхёк только уточняет: - Сколько раз я должен тебя выебать? - И Кису чувствует, как полыхают щёки, и ужасную неловкость. Сэхёк негромко смеётся и говорит, что у Кису точно какие-то проблемы. Он прав.