Cамозванец

вот интересно, у всех таков путь или жизнь, действительно полна потерь? похоже, смерть не с той стороны будили, а после конверт с адресами ткнули под дверь. (с) РисБо – Письма, которых нет

Прошло 2 месяца. Я всеми силами старался реанимировать в семье Лето привычное течение жизни. И мне это удавалось, не сразу, конечно, но мама постепенно оживала, лёгкая улыбка вновь затрагивала её уста, в глазах появлялся блеск, но вместе с тем не переставала плакать по ночам, уткнувшись в подушку. Думала, я не знаю, не слышу этих всхлипов и шмыганья носом, что не замечаю её красных опухших глаз. Не трудно понять то, что материнское сердце так быстро не вылечишь, не заглушишь всю боль потери и не вычерпаешь все слёзы скорби. В глубине души я понимал, как раньше уже никогда не будет, а это значит нужно начинать новую жизнь. На это нужно время и новые повороты судьбы. Поворот №2. Курс на Лос-Анджелес. Да! Мы решаем переехать в Город Ангелов. Вернее решаю я, а мама с лёгкостью соглашается на перемены постоянного места жительства, без лишних на то уговоров. Все наши вещи практически собраны за короткое время и компактно сложены в коробки. Оставалось только дождаться звонка риэлтора из Лос-Анджелеса, который занимался оформлением документов нового дома. Покупатель же наших скромных, но вполне приличных нью-йоркских апартаментов, должны въехать со дня на день, а пока в полупустых комнатах всё ещё царила суета последних сборов. Внезапный звонок в дверь меня удивил. Кто бы это мог быть? - Ма-аам, ты кого-нибудь ждёшь? - крикнул я, направляясь к входной двери. - Шеннон, будь добр, открой! Я сейчас подойду, - отозвалась она из другого конца лофта. Распахнув же дверь, на пороге я никого не обнаружил. Только белоснежную кипу счетов, рекламных буклетов и прочего мусора. - Милый, ну что там? Кто приходил? – поинтересовалась подоспевшая мама. - Всего лишь почтальон, мам, - ответил я, сгребая свежую корреспонденцию в охапку. Я намеревался выбросить всю эту бесполезную макулатуру, как вдруг мой взгляд зацепился за уголок плотного конверта. Письмо, но кому оно предназначено? И кем оно было отправлено? В графе «Получатель» значились только цифры и одна единственная буква «2612 М». Не густо. Собственно, графа «Отправитель» тоже не особо уж информативной была. Снова цифры, складывающиеся в неизвестно, что обозначающее число и буква, «0801 W». - Мда, теперь мне понятно, что ничего не понятно с этим чертовым письмом, - озадаченно пробормотал я, падая в «кресельные» объятия. - Что там у тебя, м? – я и не заметил, как за спиной возникла мама и проворно выхватила странный конверт прямо из моих рук. Ей хватило беглого взгляда на него, чтобы понять то, чего не понял я. - Оно адресовано Джареду, - в серых глазах вновь читалась грусть, - Было. - Как? Как ты это поняла? – признаюсь, я откровенно недоумевал во всей этой загадочной ситуации. - Твой брат как-то говорил мне, что если придет письмо на имя «2612 М», то это для него. Больше мне ничего неизвестно, – пояснила мама, а после вернула мне обратно странный конверт и вернулась к своим делам. Остаток дня мы провели за просмотром фильма по TV и поеданием пиццы. К разговору о таинственном конверте мы больше не возвращались, а само письмо было небрежно брошено в одну из коробок. Оно напомнит о себе уже после переезда в Лос-Анджелес. Случайно выпавший, из груды старых выпусков «Rolling Stone», конверт вновь окажется у меня в руках и на этот раз любопытство возьмёт верх надо мной. Поздно вечером, усевшись на ступени, ведущие в дом, я вскрыл тот бумажный жёлтый пакет и прочитал следующее… «Здравствуй, приятель! Твоё последнее послание разжигает во мне еще больший интерес к твоей персоне. Думаю, пришло время раскрыть карты и назвать настоящие имена. Пожалуй, я начну… Дорогой мой, 2612 М, меня зовут Эрнеста Гарсиа Мартин. Не удивляйся, мои родители еще теми чудаками были. Матушка очень любила творчество Эрнеста Хемингуэя, папенька в свою очередь ценил труды Габриэля Гарсиа Маркеса. И вот, когда у них родилась дочь, в жарких было решено назвать меня Эрнеста (маме не нравилось, как звучало Эрнестина, да и разница не столь велика) Гарсиа (это звучало не совсем по-женски, но папа настоял на своём). Такая вот забавная история, дружище! Теперь твоя очередь представиться, такой знакомый незнакомец! Навеки твоя, 0801 W Эрнеста. P.S. Надеюсь и верю, что в скором времени встречу тебя вживую, услышу твой голос и посмотрю в глаза. Ты же споёшь мне под гитару что-нибудь из своих песен? Я должна это слышать! P.S.[2] Жду ответа с нетерпением. На этот раз, вдвойне!» На бумажный листок, который я так и держал в руках, вдруг упала дождевая капля. Затем еще одна, и еще… Дождь усиливался, и водой с небес размывало аккуратный почерк незнакомки, ждущей ответа где-то в другой точке мира. Я смотрел куда-то вверх, пытаясь разглядеть мнимые знаки в небе, затянутом серыми тучами, и понять, что мне теперь со всем этим делать? Эх, Джей… Какого черта, ты ТАМ, а не ЗДЕСЬ?