Очень страшная сказка

Ночь была непроглядно черна. На черном-черном небе не было ни единой звездочки, тяжелые облака закрывали и луну, так что ни единого лучика света не пробивалось сквозь их плотное покрывало. Гарри Поттер, кутаясь в черную мантию и держа палочку наготове, шел в сторону Запретного леса. Порывы ветра закручивали плотную ткань вокруг ног, и идти было тяжело. «Нет, я не трус, – думал Гарри, поминутно вздрагивая от непривычных звуков и странных шорохов, – но я чертовски боюсь». Он оглянулся на ощущаемую даже спиной громаду замка. Ярко освещенные окна сияли и делали окружающую тьму еще гуще. Казалось, что они висели в воздухе как магические фонарики и что к ним слетались мириады мотыльков, привлеченных светом. Гарри даже увидел какие-то темные точки, мелькающие на светлом фоне. «Мыши. Летучие», – подумал он и поежился. Усилием воли отвернувшись от манящих обратно окон, за которыми было не только светло и тепло, но и весело, Поттер зашагал в сторону Запретного леса. Ему нужно было успеть до полуночи найти подходящую рощицу и провести ритуал. Карман мантии оттягивали маггловская зажигалка и парочка проверенных Снейпом эссе по зельям. Гарри надеялся, что в качестве растопки они будут просто незаменимы. – Уху-у-ух, – над головой пронеслось что-то неопознанное летающее. «Совы. Летучие», – подумал Поттер и вытер холодный пот со лба. Из-за туч выглянула луна. Ее мертвенный свет залил окрестности и позволил сориентироваться. Впереди справа высилась мрачная стена Запретного леса, левее – росла небольшая группа деревьев. «Роща», – подумал Поттер и решительно зашагал к ней. Дело, по которому спешил юный маг, было архиважным и сверхсекретным. Он не так давно узнал, что в нем засел кусок души Волдеморта и он, Гарри Поттер, является крестражем Темного Лорда. Подслушанный разговор подкосил Гарри. Умирать во цвете лет сильно не хотелось. Тогда Невилл предложил план. «Скоро же Хеллоуин, – сказал он, – в этот день приоткрываются врата в другой мир, становится тоньше грань между миром духов и нашим физическим миром, между прошлым и будущим, между добром и злом. Это твой шанс, Гарри.» – Бред, – затряс головой Рон. – Интересная теория, – задумчиво произнесла Гермиона, – может и получиться. Я посмотрю в библиотеке. – Не переживай, Гарри, – с улыбкой сказала Луна, – если ничего не получится, ты всегда сможешь погадать. Ведь всем известно, что ночь Самхейна лучшее время для предсказаний будущего. – Спасибо, – расчувствовался Поттер. Поддержка друзей была как нельзя более кстати. Провожали его всем миром. Непонятно как тайна стала известна всем гриффиндорцам, но перед уходом каждый счел своим долгом пожать его мужественную руку и ободряюще похлопать по плечу: – Держись, друг! И только Луна Лавгуд обняла и тайком сунула что-то в карман мантии. – Тебе пригодится, – прошептала она, – все равно костёр разводить и смотреть на пламя долго-долго. Она как раз испечется. – Спасибо, – тоже шепотом ответил Гарри и нащупал в кармане узелок с чем-то круглым. – Редисочная редька? – на всякий случай уточнил он. – Был неурожай, поэтому просто картошка, – грустно сказала Луна. – Удачи! И теперь он совершенно один шел в запретный лес, чтобы совершить обряд. В самом ритуале не было ничего сложного. Нужно всего лишь разжечь костер, очистить сознание и долго-долго смотреть на огонь, запоминая все образы, которые он покажет. Потом произнести несложное заклинание и – Гермиона все-таки большая умница, нашла нужное – и часть чужой души сгорит в очищающем пламени Самхейна. – У-ху-ху! – раздалось сверху под шелест крыльев. – Разлетались! – буркнул Гарри, погрозил невидимой птице кулаком и наступил на сухую ветку. Звонкий «Крак» огласил окрестности, вернулся эхом и справа и слева: – Крак! – Крак! – Хрусть! – раздалось сзади. – А-а-а! – бросился бежать Гарри. «Только не оглядываться, только не оглядываться», – билась в голове мысль. Невилл предупреждал, что так шагает Смерть. Если оглянуться, если встретиться с ней взглядом, то в скором времени заберет она смельчака с собой. Он влетел под тень деревьев и остановился. Стало снова непроглядно темно, тучи закрыли луну, и Гарри пытался разглядеть впереди хоть что-то. Увы, это оказалось бесполезно. Темнота как будто издевалась и окутывала все вокруг непроницаемой пеленой. Гарри сделал осторожный шаг, потом другой… Зацепился ногой за корень и упал, больно ударившись коленкой. Ползти оказалось гораздо удобнее. Руками можно было ощупать все перед собой и только потом переставлять колени. Ладони наткнулись на гладкую каменную плиту. – О! – воскликнул Гарри про себя. – То, что нужно! Рядом как раз обнаружились какие-то полусгнившие доски, ветки, и Поттер решил не испытывать удачу дальше и сложил дрова в кучку, щелкнул зажигалкой. Веселые язычки пламени бодро заплясали по веткам, обломкам досок и обрывкам черных ленточек. Он перевел взгляд на каменную плиту. – Покойся с миром, – прочел Гарри и оглянулся. Сзади стояла высокая фигура в черной хламиде со скрещенными руками. Даже отблески пламени не делали бледное восковое лицо живым. – А-а-а! – заорал Гарри и бросился прочь. – Поттер, вернитесь! – гаркнул Снейп, выведенный из себя. Мало того, что пришлось тащиться за этим идиотом на кладбище, так он еще и убегать вздумал. – С-сэ-эр? – раздалось блеяние недоумка. – Это вы? – Нет, это моя покойная бабушка! – Рявкнул Снейп. – Идите сюда немедленно, идиот этакий! – Н-не могу, – заикаясь произнес Поттер. – Почему? – очень ласково спросил профессор, и у Гарри непроизвольно застучали зубы. – Н-ну-у… Там… В паре метров за спиной Снейпа что-то хрустнуло. – А-а-а! – заорал Поттер и выскочил из кустов, загородив профессора собой. Снейп молниеносно обернулся, выставив вперед волшебную палочку. – Ступефай! Экспелиармус! Темное нечто продолжало раскачиваться в полуметре от земли, неподвластное ни одному из произнесенных заклинаний. Снейп попятился, увлекая за собой ученика. – Люмос максима! – выкрикнул он. Под ногу Гарри попался корень. – У-уй! – взвизгнул он, когда сверху приземлился профессор. В свете оторвавшегося от волшебной палочки огненного шара стало отчетливо видно висящий на ветке дерева чей-то старый дождевик. – Поттер, – с отвращением произнес Снейп, – чем это… пахнет? – Ну-у… – Вставайте, надо наложить очищающие чары. – Не надо, я сам. Снейп молча наблюдал за потугами студента. – Тролль, – сообщил он Поттеру, – даже меньше чем тролль! Чтобы использовать чистящие чары, вам придется снять штаны! Если… грязь... внутри, иначе никак! Гарри подумал, что терять ему уже нечего. Большего позора уже просто быть не может, и он с остервенением дернул собачку молнии вниз. – А чтой это вы тут делаете? – раздался знакомый голос. Гарри, стоящий без штанов перед Снейпом, подпрыгнул и выкинул руку с волшебной палочкой вперед. – Ступефай! – выкрикнул Снейп. – Обливейт! – одновременно с ним воскликнул Гарри. Хагрид свел глаза в кучку и рухнул на траву. – Эк вы с ним радикально, коллега, – Снейп задумчиво посмотрел на ученика, и в его голосе звучало что-то похожее на уважение, – но в целом мне нравится ход ваших мыслей. – Ну да, объясняй ему потом… – Это по определению сложно, да и язык у лесничего за зубами не держится. Дайте-ка вашу волшебную палочку, нужно убрать последнее заклинание. На всякий случай, вы же понимаете. – Спасибо, – Гарри вздохнул, ночь выдалась совершенно кошмарная. И с какого перепуга Снейп назвал его коллегой? Намекал на общие методы, что ли? – И все-таки, может быть, вы раскроете тайну, мистер Поттер? Зачем вас понесло ночью в Хэллоуин на кладбище? – Не на кладбище, – поморщился Гарри. – Нужна была роща и костер. Ритуал очищения. – Хм, в этом есть определенный смысл. Потом они долго молча смотрели на пламя, произносили слова ритуала, держась за руки, и снова не сводили глаз с языков пламени, пытаясь разглядеть в нем свое будущее. Это была лучшая ночь в жизни Гарри Поттера, и даже мощный храп Хагрида не мог испортить ее очарования.