Драбблы по R27

Савада Тсунаеши стоял на неосвещенной террасе своего особняка: он сбежал от семейного ужина, где все шумно праздновали снятие проклятия аркобалено. Даже Вария решила приехать. Нельзя сказать, что Тсуна и его хранители, кроме Ямамото и Рёхея, были очень счастливы ее приезду. Ор Сквало и Занзаса периодически перекрывал шум других голосов. Тяжело вздохнув, Тсуна уселся на широкий каменный парапет и оперся на колонну. Там, за воротами, была обычная жизнь. Команда сильнейших обрела свободу, а вот кто сделает свободным его? Савада ненавидел все то, что происходило с ним: смертельные бои без права на ошибку, враги, которым больше нечем заняться, как разрушать мир, безумные родственнички, решившие взвалить на его плечи груз ответственности за семью... Он всего лишь хотел ходить в школу, учиться, любить Кеко – заниматься всеми самыми обычными вещами, а в результате сплошные проблемы и обязанности. – Боссу не положено прятаться от семьи… – раздалось за спиной, и почувствовал аромат дорогого одеколона, сигарет и виски. До недавнего времени Савада не подозревал, что подобная смесь запахов может сводить с ума, окутывать в кокон и утягивать в темные глубины желания. До недавнего времени он не знал, как сильно он может желать другого человека, не Кеко. – …Глупый Тсуна, да? – его больше всего раздражало это глупое прозвище, а вот голос, низкий, с хрипотцой, гладил ласково, как котенка. Так и хотелось свернуться под боком у Реборна, прекрасно понимая, что это просто невозможно. – Ну и когда ты свалишь? – Уже не хочешь меня больше видеть? – смена тона резко, болезненно ударила по нервам, словно выбивая почву из-под ног. Вот так легко? После стольких лет он вот так просто развернется и уйдет? Тсуна в шуме бешено забившегося пульса едва услышал, как резкий голос сказал: – Хорошо. Через два часа меня здесь не будет, Савада Тсунаеши. И не дав ему и слова сказать, тихо исчез. Тсуна устало откинулся на колонну, прикрыв глаза. Короткий разговор с Реборном его вымотал куда сильнее, чем самая долгая тренировка с ним же. Вот и все, теперь все правильно. Реборн закрыл самый успешный контракт в своей жизни и получил к этому кучу дополнительных бонусов, а Савада стал одним из сильнейших боссов мафии и потерял то, что нельзя было пощупать или измерить. А там, внутри, все сжималось, нервно билось, бессильно рычало и требовало плюнуть на все моральные устои. «Интересно, – раздраженно подумал Тсуна, сползая с парапета. Он не мог злиться на Реборна – только на себя. – Почему из всех людей на земле я выбираю не Кеко, а этого довольного всем мудака? » Но до апартаментов Реборна ему не дали добраться его же хранители, которым срочно понадобилось выяснить у него какую-то информацию, про которую он и не помнил даже, вспоминать не хотел, но отказать семье все же не мог. Разрешив «глобальную» проблему, потом уняв начавшуюся было драку между Ламбо и Гокудерой, в очередной раз что-то не поделивших, Савада скорым шагом поспешил вернуться к своим делам. – Быстро же ты, – заметил Тсуна, входя в убранную комнату, в которой уже не осталось следов пребывания Реборна. Ногой закрыв дверь, Савада встал, преграждая ему путь. Реборн же, остановившись, молча посмотрел на него, придавливая его непроницаемым, тяжелым взглядом из-под шляпы. – Попытка неплоха, но не думаю, что это хорошая идея, Тсуна, – хриплый прокуренный голос, циничная ухмылка на губах. Реборн обошел его и направился неспешным шагом к двери. «Остался последний шанс, и нужно хотя бы его не проебать»,– нервно усмехнувшись, подумал Тсуна, развернулся и схватил Реборна за руку. Когда же все успело превратиться в театр дешёвого актера? Он – босс одной из сильнейшей семьи, наследник Вонголы, Реборн – лучший киллер, опытный наемник, его наставник. Мало он получил уроков от своего репетитора и хочет получить еще этот, последний? – Знаешь, я тебя ненавижу, – прошептал Тсуна, уткнувшись в спину Реборна. Черная шелковистая ткань пиджака охлаждала горящие щеки. Савада сам не понимал, что творит. Он смел на поле боя, так почему же его трясет от простого признания? – Почему… Почему я не могу отпустить тебя? Смяв в пальцах ткань рукавов, Тсуна все еще говорил какую-то чушь, а Реборн все стоял и безразлично слушал. И почему-то не спешил исчезать. – Так почему ты не хочешь, чтобы я уходил? – спросил он, в который раз выбив почву из-под ног. Но в этот раз опору под ногами потеряет Реборн, с улыбкой подумал Савада. – Ты забыл научить меня кое-чему очень важному. Жить без тебя.