Задыхаюсь

— Люси! — в гильдию влетел взволнованный Хэппи. — Что такое? — насторожилась заклинательница, поднимаясь из-за барной стойки. — Нацу стало плохо, у него поднялась температура! — взахлёб начал объяснять котёнок, спикировав на столешницу перед Хартфелией. По возвращении домой Драгнил наотрез отказался лечиться в больнице, сказав, что ему всего лишь надо отлежаться дома. И это после поедания эфириона! — А Полюшка оставила лекарства? — обеспокоенно спросила девушка. — Да, вчера, перед тем, как пойти на задание, Эльза с Греем заглянули к нам и занесли настойки, — быстро протараторил Хэппи. Девушка думала, как поступить. — Люси, поторопись, я ведь его там одного оставил, — аргумент возымел воздействие. — Полетели! — скомандовала заклинательница. — Агась! — Хэппи подхватил девушку, и они направились к этой парочке домой. * * * Они влетели в дом через открытое окно. Люси огляделась. Не было времени обращать внимание на творческий беспорядок. Справа от девушки был расположен гамак, где в мешанине подушки и лёгкого пледа, лежал Нацу. Девушка решительным шагом направилась к нему. Подходя всё ближе и ближе к напарнику, чувствовалось, как температура окружающего воздуха повышается. Люси услышала сбивчивое тяжёлое дыхание друга. Она хотела поправить сбившееся одеяло, но, дотронувшись до его руки, тут же отдёрнула свою, чуть не вскрикнув. Он был не просто горячим, как обычный температурящий, но Люси-то знала, что для него температура в 43 градуса — это норма. А тут он просто пылал. Поэтому и окружающая температура была такой. Хартфелия заглянула ему в лицо. Драгнил спал тревожным сном. На лбу у него выступила испарина. — Хэппи, — позвала она котёнка. — Агась, — он тут же оказался тут как тут. — Приготовь тазик с холодной водой и принеси пару чистых полотенец, ах, да, и покажи, где настойки от Полюшки. — Пойдём со мной на кухню. Они на полке, — Хэппи махнул лапкой, и они направились в соседнюю комнату. Котёнок указал на несколько склянок на полке, а сам направился на поиски тазика. Девушка взяла все приготовленные целительницей лекарства. К горлышку одной из продолговатых склянок, больше похожей на колбу, был привязан листок, на котором ровным круглым почерком было выведено «инструкция». Девушка отвязала его и принялась читать: «Я знаю, что с Нацу будешь возиться именно ты, Люси. Поэтому я постаралась написать инструкцию для тебя. Являясь драконом в человеческой плоти, Нацу менее уязвим, чем обычный человек, но если к нему пристанет какая-то зараза, то это очень плохо, потому что сразу понятно, что что-то заурядное к нему не пристанет. Сейчас его тело активно борется с тем, что пытается либо переварить, либо избавиться от инородной магической природы. Сначала у него поднимется температура. И не просто поднимется. Жарко будет не только ему, но и всем остальным, кто будет находиться рядом с ним. Температуру можно сбить обычными компрессами. Если это не поможет, то ему надо принять ванну с синим настоем. Растворившись в воде, это снадобье, потихоньку впитываясь в его кожу, будет высасывать лишнее тепло из его организма. Только следи, чтобы он не переохладился. После того, как тебе удастся сбить температуру, он начнёт бредить. И это самое опасное. Ты должна помогать ему постоянно находиться в сознании. Как только лихорадка минует, он должен хорошенько выспаться. После напои его прозрачным настоем. И не забывай каждые два часа давать ему бодрящую настойку по тридцать капель на сто миллилитров. Удачи тебе, девочка». Хартфелия обречённо вздохнула. Распустила свой хвостик сбоку и, собрав все волосы, сделала один высокий тугой хвост. Хэппи как раз подлетел к ней с тазиком. Вода в нём опасно плескалась, грозя частично оказаться на полу. — Пошли к Нацу, будем приводить нашу неженку в чувство, — пошутила она. — Неженку? — не понял Хэппи шутки. — Это ты про кого? — Да так, создаю себе боевой настрой, — отмахнулась Люси. Главное сейчас не показывать волнения, чтобы Хэппи не стал переживать ещё сильнее. «Конечно, Нацу никакой не неженка. Он выжил после такого, что обычного человека не просто бы убило, а в лепешку бы раскатало, превратило в фарш и растёрло в порошок».