История Геллы

Сколько себя помню, судьба никогда не была ко мне чрезмерно благосклонна. С самого раннего детства мне довелось узнать, что такое голод и нищета. Ежедневное меню нашей большой семьи было весьма скудным, а то и вовсе приходилось перебиваться с хлеба на воду. Мне было восемнадцать, когда от продолжительной болезни скончался мой отец, главный кормилец семьи, оставив мою мать с пятью детьми на руках, старшей из которых являлась я. Через некоторое время нам с матерью удалось устроиться прачками в дом богатых и знатных господ. Но это отнюдь не решило наших материальных проблем. Тех жалких грошей, что нам платили, едва хватало на то, чтобы сводить концы с концами, а мои братья и сёстры были ещё слишком малы, чтобы помогать нам. На окраине нашего селения находился мрачный неприступный замок, одним своим видом внушающий благоговейный страх. Никому не была доподлинно известна судьба его прежних владельцев. Если верить слухам, все они умерли насильственной смертью. Величественный замок пустовал многие годы, но однажды в нём поселились новые жильцы: молодой граф и когорта его верных слуг. Поговаривали, что замок достался ему по наследству от кого-то из предков по отцовской линии. Переезд совершался глубокой ночью, под покровом строжайшей тайны. Те, кому посчастливилось увидеть графа, в один голос утверждали, что он сказочно хорош собой, но вся его персона словно окружена непроницаемым ореолом таинственности. Появились сплетни, что днём он никогда не покидает своих покоев, но, когда тьма накрывает землю чёрным саваном, молодой человек, оседлав своего верного коня цвета ночи, стремглав отправляется в путь, цель которого известна лишь ему одному... Спустя месяц в нашей округе стали пропадать молодые девушки. Причиной исчезновения несчастных считали диких зверей, обитающих в близлежащем лесу. Поиски так ни к чему и не привели... В скором времени по деревне поползли слухи, что новому владельцу замка требуются слуги из простого люда. Недолго думая, я решила попытать счастья. Прежняя каторжная работа за жалкие гроши, вкупе с постоянными издевательствами и унижениями от хозяев, упивавшихся вседозволенностью, вконец измучили мои тело и душу. Мать безуспешно пыталась отговорить меня от этой затеи, терзаемая дурным предчувствием. С горем пополам мне удалось убедить её, что со мной всё будет в порядке. Надев самое приличное платье из тех, что имелись в моём более чем скудном гардеробе и собрав всю свою решимость в кулак, однажды, тёплым майским утром, я отправилась в замок, лелея надежду получить новую должность. Будучи на полпути к цели, я неоднократно порывалась повернуть назад, но, вновь и вновь проклиная себя за трусость и малодушие, продолжала двигаться дальше. Моя семья находилась в слишком бедственном положении, и я просто обязана была использовать любой выпавший мне шанс, дабы улучшить это плачевное состояние. Он неожиданно возник передо мною, мрачный и величественный, откровенно пугающий своей невероятной мощью, словно неприступный воин, закованный в непробиваемые доспехи, готовый дать достойный отпор любому, кто осмелится покуситься на его неприкосновенность. По телу пробежала волна мурашек, во рту неожиданно пересохло. Шаг за шагом я медленно сокращала расстояние, неумолимо приближаясь к таинственному замку. Ещё не поздно было повернуть назад, но какая-то неведомая сила, неподвластная моему пониманию, упорно влекла меня вперёд. Словно во сне я преодолела широкий мост надо рвом, и нерешительно постучала в ворота, безуспешно пытаясь унять не в меру встревоженное сердце, выписывающее немыслимые кульбиты в моей груди. Практически сразу ворота отворились. Передо мной стояла невысокая пожилая женщина, одетая в простое ситцевое платье и фартук, испачканный в муке. Седые волосы были собраны в строгий пучок, миловидное лицо избороздили глубокие морщины, а пронзительные глаза василькового цвета внимательно разглядывали меня с ног до головы, казалось, запоминая каждую мелочь. В них искрилась мудрость и проницательность человека, немало повидавшего на своём веку. Я невольно устыдилась своего старого поношенного платья, на котором в нескольких местах были заплаты. Чувствуя, как лицо заливается краской, я немного неуклюже сделала реверанс: - Добрый день, мэм. До меня дошли слухи, что в замок требуется обслуживающий персонал... Добродушная улыбка озарила лицо женщины: - Да, это так. Проходи, милая. Внутреннее убранство замка воистину поражало своим неприкрытым великолепием. Интерьер, выполненный в готическом стиле, ласкал взор неискушённого зрителя, коим являлась я. В начищенном до блеска дощатом полу, казалось, можно, словно в зеркале, увидеть собственное отражение. Созданные из кусочков цветного стекла, витражи на окнах, пропуская свет, создавали ни с чем не сравнимую игру красок. Облицованные деревом стены были украшены росписью ярких цветов и гобеленами, а так же на них находились разнообразные гравюры и портреты, искусно выполненные маслом, на которых были изображены, по всей видимости, бывшие владельцы замка. В центре огромной залы возвышался резной камин, распространяя по всему помещению приятное тепло. Многочисленные свечи, покоившиеся в золочёных канделябрах, как будто смиренно ожидали вечернего часа, когда всё вокруг погрузится во тьму, и искра огня заставит их вспыхнуть, возвращая к жизни, призывая заполнить окружающее пространство мягким, желтоватым светом. Собеседница кивком головы указала мне на кресло, обитое красным бархатом, а сама села напротив, выжидающе уставившись на меня. Судорожно вцепившись в подлокотники, я почувствовала, что не могу вымолвить ни слова. Заметив моё замешательство и ободряюще улыбнувшись, моя визави негромко произнесла: - Не волнуйся, дитя. Здесь никто не причинит тебе зла. Для начала скажи, как твоё имя? - Гелла... - я едва узнала свой охрипший от волнения голос. - Приятно познакомиться. Я Молли Вебер, экономка графа Торнвуда. На моих плечах лежат практически все домашние дела, и, безусловно, мне жизненно необходима помощница. - А где сейчас сам граф Торнвуд? - осмелилась задать вопрос я. - Хозяин ведёт преимущественно ночной образ жизни, и в данный момент изволит почивать, - лаконично ответила Молли, пресекая на корню дальнейшие расспросы на эту тему. Какое мне дело до того, чем занят граф? У богатых свои причуды и привилегии, недоступные нам, простым смертным. Наверняка провёл всю ночь за игорным столом, в компании легкодоступных женщин, а теперь пожинает горькие плоды ночного кутежа. И всё же мне невероятно хотелось увидеть его, хотя бы одним глазком. Надеюсь, моё желание исполнится, если я, конечно, смогу получить это место. Я рассказала Молли о себе и своей семье, ничего не утаив. Мы быстро прониклись друг к другу взаимной симпатией, и я получила желанную работу, но с одним условием - мне необходимо было переехать в замок на постоянное место жительства, ибо дорога из дома и обратно заняла бы несколько часов, что было весьма неудобно. После недолгих раздумий я с радостью согласилась. В мои обязанности входила уборка южного крыла замка и помощь по хозяйству. У меня впервые в жизни появилась собственная комната. В маленькой убогой хижине, которую я восемнадцать лет называла своим домом, у меня не было даже своего угла. В общем, новое место работы меня более чем устраивало, лишь одно обстоятельство не давало мне покоя: за две недели моего пребывания в замке я так ни разу и не встретилась лицом к лицу с молодым графом... Однажды ночью, мучаясь от бессонницы, вызванной снедавшим меня любопытством, я зажгла свечу, чтобы посмотреть, который час. Мерно тикающие настенные часы с кукушкой показывали четверть третьего. Если верить рассказам Молли, именно в этот предрассветный час хозяин обычно возвращается домой после ночных развлечений. Держа свечу в вытянутой руке, я осторожно спустилась вниз по ступеням лестницы, едва касаясь массивных перил. Портреты на стенах словно оживали, когда их ненароком освещали огненные блики. Неслышно ступая по начищенному до блеска полу, я приблизилась к окну и слегка отогнула тяжёлую портьеру. Полная луна заливала обширную лужайку перед замком холодным голубоватым светом, небрежно выхватывая из темноты отдельные незначительные детали: ветку дерева, обрамлённую зелёным одеянием молодой листвы, недавно распустившийся розовый куст, единственной защитой которого, в случае, если кто-либо решит на него покуситься, являлись острые шипы. От этой мысли мне почему-то стало не по себе. Ведь у меня в качестве защиты не было даже этих пресловутых шипов... Упрямо тряхнув головой, дабы отогнать странные ассоциации, я постаралась убедить себя в том, что мне абсолютно нечего бояться. Сонм беспокойных мыслей, гудящих в голове, подобно растревоженному пчелиному улью, прервал стремительно приближающийся конский топот. Я невольно затаила дыхание. Это был он... Быстро спешившись, граф передал поводья ожидавшему поблизости конюху, и бесшумной тенью скользнул по направлению к входной двери. Я молниеносно отпрянула от окна, не желая оказаться замеченной. - Здравствуй, прекрасная незнакомка, - приятный мужской баритон, раздавшийся в непосредственной близости от моего местоположения, застал меня врасплох. Коротко вскрикнув от неожиданности, я едва не уронила свечу. Он был великолепен. Не менее шести футов ростом, статен и широк в плечах. Тёмные волнистые волосы небрежно спадали на высокий лоб, пронзительные голубые глаза в обрамлении густых чёрных ресниц с неподдельным интересом изучали меня с головы до ног. Изящно очерченные скулы и полноватые чувственные губы идеально дополняли портрет самого красивого мужчины, которого мне когда-либо доводилось встречать на своём пути. Элегантный чёрный костюм для верховой езды, состоящий из укороченного сюртука, надетого поверх белоснежной рубашки, а так же бриджей и высоких сапог, безупречно облегающих стройные ноги, сидел на нём, как вторая кожа. Единственное, что бросалось в глаза - неестественная бледность молодого человека, но она ничуть не умаляла его безукоризненной красоты, а лишь подчёркивала её. В памяти невольно всплыло словосочетание: "аристократическая бледность". Это выражение точно о нём. Но как он мог так быстро и бесшумно приблизиться ко мне на расстояние вытянутой руки?... - Граф Торнвуд... - взяв себя в руки, я вспомнила о правилах приличия, и сделала полагающийся в подобных случаях реверанс. - Оставь эти церемонии, - прекрасное лицо, словно выточенное из холодного мрамора, озарила пренебрежительная усмешка. - Лучше выпей со мной вина. Когда слуга зажёг свечи в канделябрах и принёс из погреба бутылку бургундского, граф самолично разлил его в кубки, инкрустированные драгоценными камнями. Когда он протянул кубок мне, наши пальцы как будто невзначай соприкоснулись, и по моему телу словно прошёл разряд тока. Он ослепительно улыбнулся мне, и я нерешительно сделала глоток, чувствуя, как щёки покрываются пунцовым румянцем. Вкус вина показался мне немного солоноватым, но не вызывал отвращения. Под настойчивым, будто гипнотизирующим взглядом Торнвуда, я выпила всё до последней капли, ощущая, как по всему телу разливается приятное тепло. Он последовал моему примеру, подойдя ко мне почти вплотную. Моё дыхание участилось, сердце в груди отплясывало какой-то дикий сумасшедший танец, а я не могла отвести взор от мужчины, стоящего напротив меня и буквально пожирающего глазами. - Ты прекрасна, Гелла... - чуть слышный шёпот едва не обжёг мочку моего уха, заставив тело затрепетать от желания. Что со мной происходит? Ведь я впервые вижу этого человека... Где-то на задворках сознания раненой птицей забилась очередная непрошеная мысль: откуда он знает моё имя? Возможно, Молли ему сообщила? А впрочем, это не имеет значения. Закрыв глаза, я всецело отдалась новым, доселе неизведанным ощущениям, впервые в жизни чувствуя себя женщиной. Красивой и желанной женщиной в объятиях самого прекрасного мужчины во Вселенной. И будь, что будет. Гори оно всё огнём... Его губы скользнули ниже, лаская мою шею. Издав короткий стон, я обвила руками его широкие плечи... и тут же ощутила острую боль. Ослеплённая болевым шоком, я не сразу поняла, что случилось. Осознание произошедшего накрыло леденящим ужасом всё моё существо. В меня вонзились острые клыки. Граф с необузданной жадностью пил мою кровь... Издав пронзительный крик, я попыталась вырваться из его стальной хватки, но безуспешно. Насытившись, злодей грубо оттолкнул меня от себя, и я, не удержавшись на ногах, неуклюже упала на пол. От его былой красоты не осталось и следа. Глаза поменяли цвет с голубого на ярко-красный, с уродливых клыков прямо на подбородок тонкой струйкой стекала моя кровь, которую он слизывал с маниакальным удовольствием. - Что Вы сделали со мной? - содрогаясь от рыданий, с трудом вымолвила я. - Извини, дорогая, ничего личного, - хищно осклабившись, он вытер губы тыльной стороной ладони. - Просто я был чертовски голоден, а ты как нельзя кстати попалась мне под руку. Должен признаться, ты очень вкусная... Не помня себя от ужаса и отчаяния, я бросилась прочь из замка, сопровождаемая раскатами дьявольского смеха... Выбежав на улицу, я в мгновение ока вымокла до нитки под сильнейшим проливным дождём, но в свете последних событий сей факт не имел абсолютно никакого значения. Я бежала что было сил, не разбирая дороги. От кого я пыталась убежать? Наверное, от самой себя. Для вампира я больше интереса не представляю, он получил то, в чём нуждался. Страшная догадка ворвалась в мой мозг - теперь я догадалась, что стало с теми несчастными пропавшими девушками... Небеса как будто были солидарны со мной, горько оплакивая мою разбитую судьбу. Я подбежала к самому краю обрыва и обратила затуманенный слезами взор вниз, туда, где, как обычно, бушевал речной поток. У меня не было иного выхода. Ещё один шаг вперёд, и всё будет кончено. Теперь мне нет места в мире людей. Воспоминания о родных вызвали очередной неудержимый поток слёз. Как смириться с тем, что больше никогда их не увижу?... Коротко перекрестившись, я сделала глубокий вдох и закрыла глаза, собираясь сделать последний в своей жизни шаг... - Как можно убить того, кто уже мёртв? - раздался совсем рядом спокойный мужской голос. Яркая вспышка молнии услужливо осветила лицо незнакомца. Мужчина средних лет, одетый в чёрный классический костюм поверх белоснежной рубашки опирался на трость с набалдашником в форме головы пуделя. Его плечи укрывала длинная красная мантия. - Хочешь прыгнуть вниз, дитя? - насмешливо вопрошал он, продолжая беззастенчиво разглядывать меня. - Думаешь, это решит твою проблему, даруя блаженный вечный покой? Ошибаешься, дорогая. Тьма уже расступилась над тобой... - Кто Вы такой, и что Вам от меня нужно? - содрогаясь от рыданий и пронизывающего ветра с дождём, воскликнула я. - А может, Вы заодно с самим дьяволом, что лишил меня шанса на земное существование? Грустно улыбнувшись, мужчина покачал головой: - Не нужно льстить ему, милая. Дьявол - это я. А он - всего лишь один из моих многочисленных приспешников. Закрыв лицо руками, я упала на колени. Почва подо мной размокла от дождя, превратившись в грязное месиво. Невольно дотронувшись рукой до места укуса, я с удивлением отметила, что рана уже успела затянуться. А таинственный собеседник между тем продолжал вещать: - Ты мертва, Гелла. Жизнь утекла из твоего бренного тела вместе с каплями тёплой крови. Твоя плоть холодна, сердце более не бьётся в груди. Отныне солнце - твой злейший враг. Его палящие лучи за несколько мгновений превратят твоё тело в пылающий факел и сожгут дотла, развеяв пепел по ветру. А когда ночь будет накрывать землю непроницаемой пеленой темноты, ты станешь выходить на охоту, подобно дикому зверю, терзаясь от невыносимой жажды. Горе тем невинным созданиям, что встретятся на твоём пути. Ты выпьешь до капли алую живительную влагу из их слабо сопротивляющихся тел, а насытившись, отбросишь от себя хладные трупы, словно ненужный мусор, ибо они перестанут представлять для тебя какой-либо интерес... - Хватит! Замолчите! - я в отчаянии закрыла уши руками, но его это не остановило: - Идём, Гелла. Обещаю, рядом со мной собственное существование не покажется тебе таким уж безрадостным. А свои обещания я всегда выполняю. Я дарую тебе право выбора, а оно есть не у каждого. Он, безусловно, заранее знал, каков будет мой ответ. - Скажите мне, как Ваше имя? - робко промолвила я, поднимаясь с колен. - Меня зовут Воланд, - мягко улыбнулся он, протягивая мне широкую холёную ладонь. Улыбнувшись в ответ, я решительно скрепила наш договор крепким рукопожатием...