То что осталось за кадром

Он лежал на кровати, развалившись в форме звезды. Одеяло было давно скручено и выброшено хозяином на пол за ненадобностью. Телефон уже минут пять непрерывно звенел, раздражая не хуже будильника, который давным -давно, точнее часом ранее, был разбит о стенку в приступе сонной ярости. Даже подушка не спасала от этого шума. Но в отличии от будильника сотовый спасался лишь тем, что предусмотрительно был поставлен матерью на шкаф. Только это не давало ему повторить судьбу его предшественника. И к величайшему сожалению Аомине ни один брошенный снаряд не попал в цель. И вот когда мобильник, наконец, заткнулся, и наступила благодатная тишина, забарабанили в дверь. Казалось будто бы сюда ломиться целая рота пьяных солдат. Щелкнул замок, и вялый мозг начал соображать, кому это кроме матери он давал ключ от своей квартиры. Но его мыслительный процесс был бесцеремонно прерван чем-то средним между кликом индейцев майя и ревем раненного папуаса. -Дай-кун, вставай быстрее мы опаздываем. А ведь это наш первый день в средней школе. Момои как всегда была полна сил и энтузиазма. В прежней школе ее все называли снежной королевой или попросту странной девчонкой из-за, словно рентген оценивающего взгляда, который порой появлялся на ее милом личике. Ходило множество не самых лестных слухов о ней. Но Аомине знал, какая она на самом деле. Лишь с близкими людьми , теми кто ей очень дорог, она раскрепощалась и становилась всего-навсего бойкой девчонкой, а не ледышкой. Почему этот розоволосый монстр в женском облике сейчас находится в его комнате? Все просто. Однажды еще в детском саду он увидел девочку с розовыми волосами над которой издевались мальчишки на пару лет старше, дергая за за косички и обзываясь обидными прозвищами. Кажется, она была из другой группы, и звали ее Момои и что-то еще на букву С. Может Сакура или Сейко неважно. Ему что делать нечего кроме как запоминать чьи-то имена? В принципе Дайки было все равно, что кто-то над кем-то издевается. Просто пацаныьбыли такими потивными, девочка так жалобно плакала, а мама все не приходила, чтобы забрать его, поэтому он и вмешался. Да-да лишь поэтому, а не потому что ему стало жалко эту девочку. Ну так вот, он подрался с теми хулиганами и избил их, получив при этом от них тумаков не меньше. Его одежда была порвана, глаз болел, наверное, завтра будет фингал, губа разбита. После он это называл боевыми ранениями и хвастался ими перед сверстниками. А ведь ему было лишь пять лет. Как говориться “Сила есть, ума не надо”. -Эй, поднимайся они ушли. Прям как в сказке, когда принц спасает принцессу от злобного колдуна и увез к себе в замок и жили они долго и счастливо. Бред. Дайки, кажется, утром ты перепил прокисшего молока и у тебя фантазия разыгралась. Хотя обычно в таких ситуациях люди страдают от несварения желудка, а не глюков. Может, это было какое-то необычное молоко? Не коровье, а например верблюжье? Хотя тут уже другой вопрос, бывает ли у верблюдов вообще молоко? Девочка перестала плакать и, шмыгая носом, внимательно посмотрела на своего спасителя и тут же отвернулась от него в приступе смущения. -Немая что ли? Аомине не понимал, что с ней. Сначала побледнела, потом покраснела, может, она больна? На всякий случай он отступил на шаг назад. Мало ли вдруг это заразно. Да, совсем не такого он ожидал. Розоволосая задохнулась воздухом. -Я не немая. Просто, просто… Она запнулась и уставилась в землю. Аомине уже устал говорить с этой странной девчонкой. Вот бы поскорее пришла мама и увела его домой. Там он сможет развалиться на кровати и поспать. Конечно, можно было сделать это и тут тоже, но дома мягкий диван. Может, самому пойти домой? Но один вопрос, где он живет? Серьезно задумавшись, Дайки нахмурил брови и надул свои пухлые губы. В этот момент Аомине был похож на миниатюрную копию взрослого, смотрелось довольно таки забавно. Момои не удержалась и фыркнула, отвлекая того от своих несомненно важных дум. Его взгляд был немного мутным, будто бы он не мог понять, откуда здесь взялась эта малышка. -Что они хотели от тебя? Момои поморщилась, вспоминая тех мальчишек. -Они хотели, чтобы я их поцеловала, когда я отказалась те начали говорить, что я уродина и никто со мной дружить не будет. Она затряслась. Слезы так и просились наружу, но она стоически пыталась сдержать их, со всей силы закусив нижнюю губу. Кровь пошла из маленькой прокушенной ранки и это стало последней каплей, ее прорвало. Все же это слишком большое потрясение для пяти летнего ребенка, каким бы спокойным он ни был. Дайки застыл, не зная, что нужно делать в таких случаях. Его мать никогда не плакала, а может быть и плакала, но не при нем. Ну а с представительницами противоположного пола своего возраста он не общался, считая их глупыми, как раз таки слишком плаксивыми и неинтересными. Так что с женскими слезами он сталкивался впервые, но уже возненавидел их на всю жизнь. -Эй, перестань. Как там тебя зовут. Ну хочешь я буду твоим другом? Он улыбнулся и весь словно засветился изнутри. Момои уставилась на него с недоверием и огромной надеждой в больших глазах. -Правда? Правда-правда будешь? Как же проблематично. С женщинами всегда так сложно? -Обещаю. -Как тебя зовут? -Что? Аомине немного подзавис от такого резкого перехода. Вроде бы недавно еще обливалась слезами, а через секунду уже требует назвать имя. Это нормально? Верь после такого женщинам. -Имя. Как твое имя? Все друзья зовут друг друга по имени или ты мне соврал? В ее глазах явственно читалась угроза. Дайки отрицательно замотал головой. -Дайки. Аомине Дайки. -Дайки? Зачить я буду называть тебя Дай-чан, хорошо? А я Момои Сатсуки, но можешь звать меня просто Сатсуки,Дай-кун. Момои была счастлива, наконец-то, у нее появился друг, самый лучший друг. -Давай всегда будем вместе дай-кун, ладно? Произнося это, она протянула ему свою руку, но она дрогнула посередине и остановилась, боясь, что он оттолкнет ее. Аомине смотрел на эту девочку, и какое-то теплое чувство появилось у него внутри. Хоть она и была немного необычной и раздражала, но от ее улыбки становилось тепло. -Давай. И он пожал ее руку. В отличии от его грубой и чуть-чуть шелушащейся руки, ее была очень нежной и маленькой. Хоть они и дети, но даже сейчас между ними явственно виднелись различия. И он впервые подумал какая же она хрупкая. Впервые захотелось защищать кого-то, мама не в счет. Они еще долго игрались в песочнице. С сатсуки было не так уж и скучно. В отличии от других девочек она не боялась испачкать свое красивое платье и испортить новые туфли. Момои старалась ни в чем не уступать Дайки. Но Аомине все же понимал, что он сильнее, поэтому во время их игр чуть-чуть поддаваться, однако это было нелегко и непривычно. Но все равно было интересно и это ощущение теплоты в груди все не проходило, наоборот, лишь усиливалось. Но он и не хотел чтобы оно пропадало. Уже не хотел.