Страх

Обычно, такие истории начинаются в темные ночи, под завывания ветра и вспышки молний. Но сейчас вполне себе обычный день – при всей облачности, было довольно светло, и солнечные лучи временами освещали небольшие пятачки, на которые тут же стекались бездомные коты, чтобы погреться в последние теплые деньки осени. Ветер был, но скорее легкий и приятный, приносящий аромат свежеиспеченных булочек из ближайшей пекарни. Именно туда и отправился невысокий красноволосый парень. Он в этом городе совсем недавно, без единого знакомого, вынужденный гулять в полном одиночестве. Но разве не лучше делать это, уплетая вкусную горячую булочку? Пекарня удивила отсутствием посетителей, хотя и была давно открыта, судя по расписанию на двери. Как могли люди пройти мимо таких ароматов? Парень решив, что отсутствие очереди только к лучшему, спешит к полкам, где еще дымятся горячий домашний хлеб, рогалики и всевозможные пирожки. - Добро пожаловать, - словно по волшебству рядом возникает улыбчивый блондин, одетый в белоснежную рубашку, черные брюки и милый розовый фартук. Почему-то розовый цвет совершенно не смутил посетителя, а наоборот, показался довольно милой деталью. - Вижу, вы впервые в нашей пекарне. - Как вы узнали? – удивляется красноволосый, широко открывая свои лисьи глаза. - Я помню всех наших посетителей. Минхёк, кстати, - блондин протягивает руку. - Кихён, - смущается парень, но пожимает руку в ответ. - Ли Минхёк, кончай заигрывать с симпатяшкой, у тебя работа! – Кихён вздрагивает от внезапно громкого голоса позади, и смущается еще сильнее, когда до него доходит смысл сказанного. Громкоголосый парень оказывается совсем кукольной наружности, и таким же блондином, как Минхёк. Кихён начинает задумываться, что попал в одно из этих мест с кучей красавцев-официантов, как показывают в аниме. - А ты не отвлекайся, Хёнвони, занимайся своим делом, - фырчит Минхёк, но Хёнвон вопреки его словам направляется к ним. И Кихёну уже как-то неуютно, слишком смущающе стоять рядом с такими красивыми парнями. Кихён, конечно, и себя уродом не читал, но эти двое были просто что-то с чем-то. - Я вам за что плачу, лентяи? – и вновь Кихёну приходится вздрогнуть от голоса. Он оборачивается и видит такого же симпатичного парня, вот только уже брюнета. «Ну, хоть один не блондинка, а то бы я решил, что их тут клонируют в перерывах между выпечкой», - вздыхает Кихён. - Хосок, не злись. У нас посетитель, - улыбка Хёнвона довольная, словно он кот, дорвавшийся до сметаны. Ю списывает это на отсутствие любых других людей в пекарне. Быть может, дела идут не очень ввиду излишней настойчивости симпатичных блондинчиков, и они рады, что хоть кто-то заглянул? Для себя Кихён решает именно так. Недовольный Хосок ворчит что-то еле слышное, и утаскивает поднос с кучей булочек куда-то в подсобку. - Нераспроданное, - поясняет Минхёк, видя заинтересованный взгляд Кихёна, - мы только свежее продаем. - А это куда? - На выброс. Или на сухари. Как Хосок решит, - пожимает плечами Хёнвон. - Значит, все-таки работаете в убыток, - кивает сам себе Ю. А блондины смеются, услышав заключение парня. Быть может, совесть и излишняя доброта не позволяют Кихёну забросить пекарню, и он возвращается туда каждый день, обязательно что-нибудь покупая. А, может, просто там очень вкусно и именно поэтому Ю Кихён, безработный, тратит ежедневно свои сбережения на булочки. Он успевает подружиться и с блондинами, и с Хосоком, многое рассказать о себе, кое-что узнать о них и о пекарне. И парень с лисьими глазами не задумывается, что за две недели его постоянного посещения пекарни, он так и не видит других посетителей. А однажды ловит на себе испуганный взгляд пожилой дамы, когда он берется за ручку двери, собираясь, как обычно, зайти в пекарню к парням. Странная бабулька, впрочем, быстро забывается, стоит только Минхёку радостно улыбнуться и накинуться с объятиями, когда Кихён оказывается внутри. Минхёк еще тот любитель всевозможных прикосновений, как отмечает Кихён. Еще Кихён отмечает, что прилично поправился на булочках за эти две недели. Особенно он это заметил, когда не смог застегнуть старые джинсы и пришлось долго копаться в поисках подходящей одежды. Сегодня был особенный вечер – парни пригласили его пройти за прилавок, туда, где готовится их выпечка и узнать секрет вкусного теста. Кихён просто не мог отказаться, хотя бы из-за обостренного чувства любопытства. Осень спасла положение Кихёна, потому что тонкие джинсы, единственные, которые на него налезли, и цветастая футболка скрылись под длинным широким плащом, что позволило Ю дойти до пекарни не замерзнув. Весь путь он раздумывает, что пора бы поискать хоть какую-то работу в этом городке, и как-нибудь сократить число своих посещений пекарни, пока он окончательно не превратился в шарик. Но парней обижать не хотелось. Хосок, Хёнвон и Минхёк были, пожалуй, самыми приветливыми и добрыми людьми в жизни Кихёна. А на месте его уже ждали все трое парней. Кихён немного нервничал, но ему достаточно доверяли, чтобы показать все, что обычно скрыто от посетителей, и Кихён был этому рад, совершено забыв о волнении, когда перед ним открылась дверь подсобки, как он раньше думал, и парня впустили внутрь. Подсобка оказалась большим помещением с печью, стеллажами для готовой продукции, техникой, названия которой Кихён не знал, и… морозилкой? Огромным холодильником с заморозкой, в котором скорее хранили мясо, что сбило с толку Ю. Разве для выпечки не хватит обычного холодильника? - Хосок, а что там? – Кихён указывает в сторону морозилки, поворачиваясь к парням, и замечая их странные улыбки. – Что? - Наш наивный лисёнок, - усмехается Хосок, и Кихён совсем перестает понимать происходящее. Куда делись те добрые парни? - Хосока, разве лисы не хищники? – Хёнвон дует губы и ластится к старшему. – А наш Кихёни не хищник, он – добыча, - улыбается блондин. - Парни… я… хорошо, вы из этих, - старается подобрать не обидные слова Кихён, - вы любите друг друга, да? Я не против, это ваш выбор. Но что здесь происходит? - Ага, любим, - Минхёк облизывает губы, приоткрывая рот, и широко улыбается, демонстрируя острые зубы, а Хёнвон с Хосоком хищно рычат, сверкая алыми глазами. У Кихёна воздух резко выходит из легких, и он некоторое время не может нормально вдохнуть, поддаваясь панике. - Кто вы? Это какой-то розыгрыш? – Кихён зашуганно смотрит на троицу вроде бы знакомых ему парней. – Минхёк? – парень переводит испуганный взгляд со скалящегося Минхёка на Хёнвона, который стоит позади Хосока, обнимая того со спины. – Хёнвон? Что вы такое… - Понимаешь, Кихёни, - начинает Хосок, - скоро зима, а все в этом городе знают о нашей пекарне. Такая удача, что ты нашел нас. Тебя ведь никто не будет искать. - Будут! – срывается на крик красноволосый парень. – Меня будут искать друзья! - Врун. Ты же сам все нам рассказал, как уехал, как бросил все, - усмехается Хёнвон, а у Кихёна живот сводит от страха, и ноги подгибаются, лишая возможности уверенно стоять. - Вы какие-то сатанисты? Заманиваете сюда людей и убиваете? – Кихён не хочет знать ответ, но вопросы сами вырываются прежде, чем он успевает подумать. Ведь все и так ясно – живым ему из этого помещения не выйти. - Фу, как низко берешь, Кихёни, - разочарованно вздыхает Ли. – Мы куда лучше всего, что ты можешь придумать. Слышал когда-нибудь о вендиго? Мы любим мясо. Человеческое. И весьма удачно откормили тебя. Знаешь ли, перед зимой лучше запастись жирком. - Нет! – Кихён не может объяснить, зачем он кинулся на парней, швырнув в них первое попавшееся с полок. Наверное, инстинкт самосохранения и адреналин взяли верх над разумом, пытаясь спасти Кихёна. Он помнит, как отталкивает растерявшегося Минхёка, и бежит к двери. Помнит, как Хёнвон кусает его за руку, выдирая кусок плоти, и тело охватывает адская боль, но ему удается вырваться из подсобки, и добежать до уличной двери, которая оказывается заперта. Кихён кричит, стучит по стеклянной двери, оставляя кровавые следы на ней, но все спешат мимо. А затем на него с рычанием накидываются Хёнвон и Минхёк, кусая острыми, как бритва, зубами. С каждым укусом они выдирают у Кихёна куски, заливая весь пол кровью. Они и сами уже не блондины – светлые пряди пропитались кихёновой кровью, что делало парней еще более пугающими. Ю кричит, даже пытается отбиться, но сил все меньше, и в какой-то момент Кихён лишь мечтает отключиться, чтобы не чувствовать, как его заживо пожирают. И тогда приходит Хосок, нанося решающий укус, вгрызаясь в глотку Кихёна, и прекращая все крики. В пекарне наступает тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием вендиго, а затем пир продолжается. - Хосок, ну зачем? – Хёнвон недовольно смотрит на старшего, пока Минхёк довольно щурится, с громким хрустом вгрызаясь в руку Кихёна. - Говорил же не играть с едой. Попугали и хватит, а вы опять заигрались, - старший наклоняется к Хёнвону, слизывая кровь с его щеки. – А наш лисёнок оказался вкусным, - ухмыляется Хосок. Маленький городок продолжит делать вид, что никакого новенького у них не было, а из пекарни, в которой работают трое красавцев, все также будет доноситься приятный аромат свежей выпечки, пока к ним не заглянет какой-нибудь проезжий. Редко, но к ним заезжают такие же как Кихён, решившие начать все сначала. И парни обязательно дождутся их.