Арка 1 - Пробуждение. Глава 8
2 января 2017 г., 18:58
Луна, так похожая на белый кусок аппетитного сыра, лёгкой дымкой света пробивалась сквозь дебри ночного тумана. Взвесив ноги с крыши академии, Мира, отложив привычную книгу в сторону, не могла оторвать взгляда от небесного серпа. Девушка любила время от времени любоваться на луну, и именно с крыши учебного корпуса та отлично просматривалась.
Академия, имея довольно странную конструкцию постройки, напоминала собой нечто на подобии замка с большими шпилями наверху, правда они не были заостренны, наоборот даже, где-то расстоянием метр на метр они были плоскими наверху, и к самой крыше толстыми балками были прикреплены к зданию. Хотя где-то демоница слышала, что эти своеобразные шпили проходят через всю высоту академии, коренясь и вовсе в самой земле. Но проверить эту информацию Тсугай так и не смогла, и это несколько тревожило девушку; она всегда любила находить ответы на любые интересующие её вопросы, и отсутствие хоть малейшей зацепки по такой ерунде озадачивало.
— Красивая луна… — задумчиво произнесла девушка, откинувшись спиной на крышу, закинув руки за голову. Ночь была темной, редкие тучи не закрывали белого лика небесного светила. — Точно такая же ночь, как тогда…
Мира накрыла глаза кистью, скрывая их и от лицезрения полумесяца, и от самой себя. Внутри нарастало тревожное и ноющее чувство, будто оторвали часть её души. Одиноко. Грустно. До ужасного больно.
Дикое желание прокричать, разреветься, будто ребёнок, никак не покидало её, но девушка держалась, прикусив губу и стоически терпя внутреннюю боль…
Незадолго до поступления в Грейру, старший брат Тсугай погиб при странных обстоятельствах, и ещё не оправившись полностью после подобной информации, Миру отправили учиться. Сейчас ей было вовсе не до этого, хотелось просто выть от несправедливости и болезненного чувства внутри после потери самого близкого родственника, но и огорчать родителей не хотелось. Мира подсознательно понимала, что учёбой ее хотят отгородить от переживаний, и чувством ответственности за гордость семьи закончить академию с отличием.
Глаза защипало, слёзы было уже не сдержать. Она так долго держалась, что сорваться сейчас было опрометчивым, радовало только то, что её отсутствию к утру никто не придаст значения — соседи по комнате уже давно спали, разве что Роза могла и сама задержаться где-то, а после прогуляться по ночной академии.
Девушка дала волю чувствам, больше не сдерживая себя. С братом Мира была очень близка, они постоянно делились секретами, девушка знала, где и с кем брат, когда вернётся, в порядке ли он или что-то случилось. Но в тот раз всё было странным… Жизненная энергия Эмиля была в норме всё время, даже когда ей сказали о смерти — чувствовала брата, и в дальнейшем, увидев бездыханное тело, всё равно не могла в это поверить. Казалось, что её обманывают собственные чувства — глазами видит одно, а внутренне чувствует совершенно другое. До сих пор это чувство не изменилось…
Воспоминания нахлынули, тело Тсугай подрагивало. Ночная тишина стала пугать, одиночество начало душить…
Резко подорвавшись, девушка села, притянув к себе книгу в твердом переплёте обратно, открывая на произвольной странице.
«Это не заняло у меня много времени, с миссией было покончено. Просто не было, но я смог. Драконы величественны. К битве не дошло, но они знатно потрепали меня, когда пытались взлететь, зря, что не получилось. У самого большого из них — Кронтира, — было перебито крыло. Остальных я не успел рассмотреть, как он схватил меня и перенёс в другую часть каньона, перекрывая видимость других драконов…»
— Опять ты здесь? — неожиданно прозвучавший рядом знакомый голос оборвал увлёкшуюся чтением девушку, заставляя посмотреть на прибывшего человека.
Роза стояла, прислонившись спиной к шпилю, и рассматривала небо. Девушки были похожими в своих увлечениях, если не сказать привычках: Мира часто смотрела на луну, вспоминая прошлое, читая книгу — дневник брата, который он когда-то начал писать для неё, чтобы сестра всегда могла окунуться в его приключения; а Роза любила небо. Родившись в солнечной стране, где практически всегда было светло даже ночью, девушку влекла ночь, которую она узрела в Грейрое. Таинственная темнота, хоть и пугала своей мрачностью, но влекла, заставляя практически каждую ночь выглядывать из окна или выходить на крышу, где те порой пересекались с Мирой.
— Ты плакала? — двинувшись вперед, Намае присела возле демоницы, бросив мимолетный взгляд на книгу. «Как она может читать её в темноте?»
— Ничего страшного, вспомнила кое-что...
— Расскажешь? — Розе интересно было послушать, почему-то её влекло всё непонятное в этом месте, девушка стремилась узнать как можно больше и об учениках, и об самом этом месте, переполненном различных тайн.
— Как-то в другой раз, хорошо? Сейчас мне больно об этом говорить.
— Хорошо. Я давить не буду. Всегда буду рада выслушать, если тебя что-то волнует, и всячески постараюсь помочь, если это будет в моих силах. Мы же друзья, так ведь? А друзья всегда помогают друг другу в беде.
Тсугай кивнула в ответ, легко улыбнувшись. Сейчас ей стало немного легче, хоть кто-то готов поддержать её, лишь это придает спокойствия.
— Пойдём в комнату? Уже поздно, — Роза не настаивала, видя, что подруга сейчас не в лучшем состоянии. Намае думала уйти, оставить наедине, но её не стали отпускать одну, соглашаясь.
— Ты права, пойдём. Уже спать охота, — Мира изобразила зевок, подымаясь на ноги и отряхивая юбку, как здание пошатнулось под ними, а затем со стороны медицинского корпуса послышались крики.
Переглянувшись, девушки направились в здание, чтобы побежать к месту шума.
***
«Когда придёт пора, сила сама пробудится. А до этих пор не спеши её получить». Сложно было поверить, что это случилось… Шион лежал на кровати, не открывая глаз. Странное чувство не давало покоя вот уже несколько минут, как он проснулся. Внутри разгорался самый настоящий огонь, перехватывая дух, не давая возможности нормально дышать. Кислород переставал поступать, будто что-то застряло в глотке и не давало возможности вдохнуть. Легкие обжигало, хотелось пить и отдышаться, но стоило пошевелиться, как тело отреагировало болью, задев, наверное, каждый нерв в теле. Вскрикнув от болезненных импульсов, Шион подскочил на кровати, сев. Прижав ладони к лицу, распахнул глаза, не в состоянии хоть что-то рассмотреть. Перед глазами всё плыло, скользило мутным туманом, и дело было вовсе не в тёмном времени суток. Парочка ночников в палате задребезжали, то зажигаясь, то наоборот потухая, пока и вовсе не лопнуло стекло, лишая комнату без очага света. Происходящее пугало подростка. Не зря он вспомнил слова отца перед этим, это… Асука не был уверен до конца, но всё указывало на то, что он начал пробуждаться, только… Почему? Что повлекло подобное, если он никогда даже не пытался вызвать своей энергии и пользоваться ею. Внутренности обожгло, вызывая приступ кашля. Парень почувствовал на руках влагу, с ужасом понимая, что это кровь. Кашель не прекращался, как и кровь, что выходила вместе с ним. Упав на пол, Шион схватился за горло. Воздуха не хватало, казалось, будто его что-то душит, вместе с тем обжигая внутренности кислотой. Подросток закричал, до хрипоты срывая голос. Позвать на помощь не получалось, только орать от разъедающей изнутри боли и страха. Так не должно быть! Пробуждение никогда не бывает настолько мучительным! Схватившись за голову, парень пошатнулся, ударившись об железную кровать головой, но боль была еле ощутимой, её перекрывала другая, намного сильнее. Кости начало ломить, выкручивать. Рот обожгло, зубная боль пронзила через всё тело, выбивая почву и заставляя ненадолго потерять сознание. Новая вспышка боли выгнула тело. Разрывая больничную одежду, из спины вырвались две кости. Новая волна дикого крика разразила всё вокруг, сотрясая осколки стекла и окна, что ещё каким-то чудом уцелели. Никого из пациентов поблизости не было, двери не поддавались, так что ни врачи, ни преподаватели, прибывшие на крики, пробраться внутрь не могли. Невидимый барьер отгородил комнату от всего мира, создав сильное давление, удерживающее помещение в изоляции. Сосуды Шиона не выдержали и лопнули, еще больше лишая возможности дышать. Капли крови попадали в рот, раздражая охрипшее после криков горло. Вырвавшиеся из спины кости стали менять свою форму, вытянувшись больше и поделившись надвое, создавая острый угол, вскоре обрастая нитями энергии и создавая нечто на подобии крыльев. Взмахнув парочкой крыл, Шион смел все предметы возле себя, впечатав их в стену и окна. Парочка стекол разбилась, нарушая барьер, но не успели преподаватели вбежать в помещение, как молодой демон вылетел через широкое окно на улицу, взлетев ввысь, покружив в небе, и тут же снижая высоту, теряя контроль над собой. Упав на землю, Асука тряхнул головой. Парень себя не контролировал, казалось, будто кто-то другой управляет им. Выбежавшая следом парочка преподавателей сразу же установила барьер вокруг ученика, а другая пара приблизилась ближе, составляя заклятие, дабы вернуть парня в норму. Наблюдали за происходящим и ученики. Большинство не слышали звуков, академия была укреплена изнутри от подобного, только некоторые, находящиеся ближе всего к месту происшествия, услышали шум и прибежали. — Это Шион? — Шин Арай, что был в числе прибывших учеников, с интересом рассматривал происходящее и одногруппника, чудом узнав в крылатом и окровавленном существе Шиона. — Быть этого не может… — ужас поглотил Розу и девушка упала на землю. — Роза, ты чего? Если Шион демон, то это норма для него при пробуждении, — Клай присел возле девушки, хотя взгляд был прикован к самому младшему в их группе. — Нет. Пробуждение демона никогда таким не бывает. Сущность высвобождается на волю, но все происходит куда иначе. К тому же у Шиона нет рогов, а это атрибут каждого демона. Хотя крылья и правда сбивают… — Шин обнял Намае за плечо, стараясь успокоить. Он ещё никогда не видел девушку настолько напуганной, это беспокоило. — Это не пробуждение демона. Это реакция на яд вампира Дайн, то есть на яд Рея, — Мира прекрасно поняла страх девушки, и самой немало струхнув. — А это мы заставили Рея укусить Шиона… — Да ладно вам! Ещё ничего не ясно! Поняли? — прокричал оборотень, рванув в сторону Асука, превращаясь в звериную форму и без проблем пробивая барьер — это для него вовсе не преграда. Клай схватил Шиона зубами за крыло, оттащив от здания академии в лес, где принял на себя удары. Амбер был уверен, что девушки правильно догадались о причине подобного состояния Шиона, но также он был уверен и в приходе Рея, в противном случае он самолично порвет вампира, если тот не угомонит плоды собственного компонента яда — подчинение и сопряжение, позволяющее присваивать себе укушенного или заставлять выполнять собственные прихоти, будто марионетку. Оборотень был не просто наслышан подобными фактами, он сам видел их ещё с детства — как в живую, так и вычитав в различных записях клана.
