"Я - кто?! Сенсей?": Изменяющий судьбы (Книга 2)

Утро началось с того, что меня, аккуратно (палкой от швабры), растолкала троица незнакомых детей, оказавшаяся моей командой. Я даже успел подумать, что попутал комнаты и не там лег спать. — Да вас даже… — я проглотил фразу «мать родная», у меня тут два сироты, — одноклассники не узнают! Генины, почти синхронно, хмыкнули с довольным видом. Приметные усы Наруто заклеил квадратными пластырями, практически сливающимися с тоном кожи, а волосы выкрасил тоником в непонятный русо-болотный цвет. Саске не парился особо, не видно камонов и нет шмоток цвета индиго — и ладно. Сакура же превзошла саму себя: она, став жгучей брюнеткой, распустила волосы, подвела глаза красной краской и ей же поставила две жирные точки над припудренными бровями. — Ну как? Как? — широко ухмылялся Наруто. — Как тебе? — Хм, — потер я подбородок, посматривая на хитрые моськи, — у вас определенно есть какой-то план. Вы двое, — указал на пацанов, — выглядите неприметно. А Сакура-чан выглядит будто бакэмоно* в человеческом обличье. — Да, — хмыкнул Узумаки, — Сакура отвлекает внимание, а мы ка-а-ак выпрыгнем из засады и всех уложим! Напрочь! — и еще рукой воздух резанул, будто ребром ладони кого-то уложил. На незнакомое слово Саске покосился, но спрашивать не стал, а девочка даже внимания не обратила. «Подумаешь, Наруто снова говорит какие-то глупости». План детворы был прост и гениален: Сакура распечатывает свиток-хлопушку, начиненную лепестками цветов и под этой завесой, уходит в сторону, пока пацаны разбираются с врагом. Если кто-то сбежит, то будет уверен, что Харуно владеет мощным гендзютсу. — Да-а, конечно, — расплылся Наруто в гаденькой ухмылочке (как в свои школьные годы), — их отпинало именно гендзютсу. Конечно, оно! Медленно поаплодировав и показав два больших пальца, я с улыбкой заметил, что эта тактика будет не очень хороша на бегу: цветочное облако растянется и будет видно и Сакуру, и их самих. Отдельно отметил инициативу, похвалил и предложил несколько уловок, как преследователей замедлить. Идате тоже впечатлился. Причем настолько, что вполне искренне подкатил к Сакуре, намекая на свидание. Раньше бы Наруто полез этому дураку рожу чистить за «пофлиртуем, потанцуем, Сакура-чан?» а сейчас чуть ли не с попкорном ждал развязки: На пунцовую от смущения Харуно смотрел и Саске, но с каким-то подозрением или смутным узнаванием в глазах, периодически раздраженно зыркая на соловьем разливающегося бегуна. В принципе понять Саске могу, получилось очень ярко и в цветах Учиха. Может быть такой Сакура напоминала ему какую-то милую младшую кузину или невесту, а то и обеих разом. Вроде как клан Учиха все еще практиковал браки между дальними родственниками (пока существовал). Ведь появился же как-то вассальный им клан Юхи, которые получили красную радужку и закрепили ее в геноме. У всех Юхи, которых я когда-то знал, были алые глаза. Осталась, от всего клана, только Куренай… Да и та скоро станет Сарутоби, если Асума позовет под венец. И минус еще один клан в Конохе… Видя, что Саске не собирается за нее заступаться, Сакура украдкой вздохнула и одним движением скинула руку Идате. Она взяла в захват мизинец, этим поставив парня на колени. — Если ты не прекратишь, — ангельски улыбаясь и очаровательно хлопая ресничками прощебетала Сакура, — я переломаю тебе руки и отниму их, чтоб они тебе бегать не мешали. — Но мне… мне реликвию нести, — опешил Идате, пуча в ужасе глаза. — В зубах понесешь, — замогильно прошипела она в ответ. Мы с Наруто от смеха просто подыхали, под обиженным взглядом Идате, у которого застряли в горле просьбы заступиться, чтоб эта психованная его не убила. А ведь она может! Сказала, что убьет — значит убьет! Ей надо верить! В Сакуре же боролись меж собой чувство гордости, что мы восхитились, с привычным уже раздражением от факта нашего существования, и от того что мешаем наслаждаться обществом Саске-куна единолично. *** В сторону порта, под конвоем седьмых, Идате шел молча, но быстро. Почти срываясь на бег, он вспоминал, что от нас ему не избавиться, просто прыгнув в лодку, и тяжко вздыхая, сбавлял скорость. Тем временем на берегу, развернулась типичная для подобных праздников картина: лавочки с шашлычками на деревянных шпажках, мелкие сувениры, обереги, бумажные фонарики… Вот только настроение у праздника было унылое, люди будто бы одергивали себя от веселья, с тревогой косясь на вальяжно расхаживающих, как жирненькие тюлени средь пингвинов, бандитов Вагараши. Веселились, в основном, редкие туристы, которых занесло сюда каким-то неведомым чудом. Покосившись на часы случайного прохожего, я отметил, что скоро девять. А это означало одно — мне пора навестить дайме и передать ему вчерашнее послание. Пока мой теневой клон остался с командой, я под хенге просочился мимо охраны. «Будда» отдыхал, перед выходом к народу в цветастом шатре, похожем на миниатюрный купол шапито. Из-за возможного покушения дайме пришлось разыграть карту самодура, который решил изменить привычкам. Таким образом он оттягивал внимание от семьи на себя. «Цирк» оказался не веселый, внутри шатра меня чуть не пырнули, но я ужом ушел с линии удара, заведя руку телохранителя ему же за спину. — Хорошо, но слишком медленно, и тебе нужен короткий замах… — начал было я поучать, но осекшись быстро перевел тему на визит к дайме. Ошибка была настолько типичной для новичка, что на миг мне примерещился полигон Академии и занятия по рукопашке. Свиток от Утиды для нас вскрыл мой клон, он же нам его и зачитал (естественно, под звуконепроницаемым куполом) с выражением и комментариями. Клон — потому что велика была вероятность нарваться на пропитку ядом или фуин-ловушку (Порой под декоративной «обложкой» свитков скрывались печати). Если коротко, то Сатоси Утида пел, как на допросе, и валил всю вину на подельников! Ему, невиннейшему агнцу и вернейшему подданному его светлейшего величества вдруг стало известно об ужасном заговоре! Дескать, убить хотят царя-батюшку, то есть дайме. Или как минимум повязать и лишить власти. Сразу, как прибегут бегуны, участвующие в состязании, там же, на пристани. А дальше — подробный список из задействованных лиц, включая первого министра и клан Вагараши. Талант комика дайме то ли не оценил, то ли просто не в настроении был, так что прослушал все с мрачным видом, а после дал отмашку телохранителю. — Наоки-сан, сразу после начала гонки вам предстоит разобраться с предателями среди городской и дворцовой стражи. Подготовьте все, чтобы никто не смог ни сбежать, ни предупредить заговорщиков. Первого министра пока не трогать. Он должен быть арестован сразу после окончания гонки, по моему личному приказу, никак не раньше. «Пустоголовый» пристыженно кивнул. Как-никак, а эти предатели — это его недоработка. Не то чтобы он мог как-то предотвратить их появление. Учитывая, сколько власти, денег и влияния тут было у феодальной знати вообще и клана Вагараши в частности. Еще Сатоси приложил в отдельном листке список сил, что заговорщики собрали в четырех лагерях… И вот тут уже у меня сердце пропустило удар и резко испортилось настроение. Да и клон, это читая, не скрывал кислой мины. Как… как, мать вашу, в четырех?! Как следовало из письма, было четыре лагеря; Ближний, который я вчера разведал. Прибрежный — откуда войска заговорщиков должны были прибыть на кораблях, прямо на пристань, как раз перед окончанием забега. Лесной — скрывающийся на равноудаленном от всех других лагерей расстоянии. Дальний — задача которого переслать дополнительные силы для контроля столицы и проконтролировать, чтобы никто из сторонников Партии Земли не вмешался в процесс переворота. Общий состав наш «прекрасный» феодал знал лишь примерно, без имен и опознавательных знаков и места размещения — пара чуунинов и трое генинов в Ближнем лагере и около четырех сотен бойцов разного пошиба: ронинов, недоучившихся выпускников самурайских школ и академий шиноби, наемники и просто бандиты с большой дороги в качестве пехоты. Трое генинов и чуунин командир в приморском лагере, плюс еще двести рыл всякого сброда — в основном пиратов. И на сладкое — специальный джонин, два чуунина и пять генинов в большом лагере и все это в компании более чем шести сотен бойцов, среди которых, кстати, тусовались и солдаты из личных дружин феодалов. Про лесной лагерь он знал немного; самый малочисленный, около сотни бойцов, да чуунин-наемник. Их задачей было не допустить, чтобы дайме сбежал в Страну Огня за поддержкой. А еще он сдал Вагараши, написав про то, что в момент окончания соревнования те поддержат восстание с нанятыми ими тремя генинами и джонином из Аме. Наверное, со стороны мы смотрелись забавно: Я осознал размер задницы и первым побледнел. Следом за мной поменяли цвет лица, на более бледный, Накатоми-но Каматари и Наоки. — Умино-сан… А вы точно справитесь? — с непередаваемой смесью чувств в голосе поинтересовался дайме. Хороший вопрос! Знать бы еще на него ответ. — В прямом столкновении — нет. Тем более в одиночку. Но в тихую — это возможно, — честно признался я. — Это миссия А-ранга и одному мне ее вытянуть было бы очень непросто, если вообще возможно. К счастью, я еще раньше предусмотрел возможный масштаб проблем и нашел трех шиноби для найма. — Всего трех?! — переспросил дайме. Его вытянувшееся лицо говорило лучше всяких слов. — Не волнуйтесь, этого количества людей мне должно хватить. Сразу же после начала гонки я выслежу команду, нанятую Вагараши, и решу с ней проблемы. В этот же вечер я с нанятыми шиноби атакую Ближний лагерь, уничтожим там всех шиноби и командиров, проредим и обратим в бегство рядовое мясо. Под утро мы атакуем прибрежный лагерь, лишив пиратов кораблей, а также по возможности командиров и шиноби, потому что они должны отплыть чуть пораньше, чтобы с гарантией прибыть на пристань вместе с участниками гонки. А по суше им топать далеко и грустно. После чего я попытаюсь выдать себя за посланника от Первого Министра и отправлюсь к Дальнему лагерю с истеричным приказом немедленно выступить в обратную столице сторону. — Понятно, — все еще мрачно, но уже поспокойнее покивал дайме. — А что вы будете делать с Лесным лагерем? — А он никакой опасности для вас в данный момент не представляет. Их задача — контролировать дорогу. Его судьбу мы решим отдельно после того, как вы вернетесь во дворец в целости и сохранности. — Справедливо, — немного подумав, ответил дайме. — Вот, смотрите, — я взял Карту Утиды с помеченным на ней лагерями и показал пальцами, куда я собираюсь направить вражеские войска, — отправлю их сюда, якобы чтобы остановить ваших сторонников, я передам им приказ занять все дороги, мосты и переправы на обширном расстоянии от рисовых плантаций Сидзуоки до чайных плантаций на предгорьях Кагосимы. Для этого мне понадобится поддельное письмо от Тахара Аруно с его же печатью. Наоки-сан, только не говорите мне, что вам это не под силу. Безопасник впервые искренне усмехнулся: — Сделаю. Но меня удивляет, почему в ближнем было так мало сил. Как они вообще планируют захватить сначала городские ворота, а потом еще и дворец, если их так мало? Может, их там больше? Я согласно кивнул. — Их наверняка было больше, — выделил я слово «было». - До тех пор, пока Сатоси не отозвал всех своих людей и всех, на кого имел влияние, тем самым обескровив авангард вторжения. Занять стены для них не было бы проблемой. Да и сейчас тоже. Большая часть верных законному правителю сил наверняка будет сосредоточена в порту, а на стене и воротах будут в основном предатели, которые вырежут всех не вовлеченных в заговор и впустят врагов в город. К тому же вторженцам наверняка помогут Вагараши и люди заговорщиков, которых наверняка сейчас полно в городе. А там бы их провели прямиком во дворец, по пути вырезая всех лоялистов. И туда бы их тоже наверняка пустили. Да и не надо сравнивать опытных головорезов с обычными стражниками. Наоки помрачнел, а у дайме меж бровей залегла складка, и он продолжил ход моих мыслей: — А тем временем пираты вместе с командой из Аме и людьми Вагараши устроили бы нам бойню прямо на причале, может быть, как раз тогда, как я попробую забрать два церемониальных клинка от Вагараши и передать их Васаби, или даже еще раньше. Если бы я побежал во дворец — там бы меня уже ждали. А если бы я попытался сбежать через Западные ворота в Страну Огня, то меня бы перехватили по дороге. — Все верно, дайме-сама — кивнул я, — как видите, они все продумали, все учли. Это отличный план, у вас просто не было бы шансов спастись, реализуй они его как планировали. Даже сейчас он все еще опасен для вас. — Но что будет с наемниками из дальнего лагеря? — спросил Нарки. — Даже если они, заняв позиции, разберутся с тем, что приказ был поддельный, то время будет безнадежно упущено. Собрать обратно весь этот сброд, рассеянный по обширной территории, и заставить его шагать к столице быстро у них не получится. А за это время вы передадите власть над городом Васаби, зачистите клан Вагараши и прочих предателей, мобилизуете ополчение, найдете наемников и подготовите Гедараши к обороне. Я думаю, что в такой ситуации они побоятся воевать. А нет — им же хуже. Дайме еще сильнее нахмурился: — Даже в таком случае нам может не хватить сил, чтобы отбиться. Затяжная гражданская война приведет к разорению страны. Этого нужно избежать. И что в это время будете делать вы, Умино-сан? — Давайте решим это после выполнения текущий миссии. Если заговорщики не успокоятся, то и силы мятежников все еще будут представлять для вас угрозу, то мы повторим налеты на их лагеря, пользуясь преимуществом в скорости, качестве бойцов и не дадим им подойти к вашей столице организованной силой. Разумеется, это будет уже другая миссия. Чтоб окончательно развеять сомнения, я криво ухмыльнулся. — Моя специализация — тихие убийства, ловушки и засады. Мне не впервой малой группой устранять превосходящие силы противника. — Мне казалось вы учитель, Умино-сан. — недоверчиво сказал Наоки. — Какое-то время был, но до того я сам ходил на миссии и в свободное от обучения детей время — тоже, — слегка приврал я. А то есть такой стереотип, что учителем у генинов делают калек или тех, кто не особо силен и к полевой работе неприспособлен. Не нужно же много уметь и знать, чтобы преподавать основы профессии. — А как же те дети, что с вами? — переспросил телохранитель. — Вы же их сенсей? — Опасное заблуждение, — покачал я пальцем, — эти «милые детки» уже имеют на своем счету приличных размеров кладбище и две успешно завершенные миссии, вроде той, которой сейчас буду заниматься лично я. Моя работа контролировать их, а не обучать. Наоки впечатлился, а дайме не скрываясь, тяжко вздохнул. — Во сколько это мне обойдется? — обреченно поинтересовался Хомяк-Будда, вернув себе дар речи. Тут я призадумался, потирая подбородок, а затем выдал лекцию о ценообразовании на конкретном примере: — Чтобы выполнить данную миссию, я проведу субподряд и найму себе в помощь специального джонина и двух чуунинов. Дешево за подобную работу никто не возьмется, все-таки жизнью будем рисковать, да не в одном бою, а в четырех, а то и в пяти подряд. Да и выбора у меня особого нет. Значит, чтобы быть уверенным, надо заплатить минимум по восемьдесят тысяч чуунинам и сто двадцать тысяч — специальному джонину. Это уже двести тысяч и… это — сопутствующие расходы на операцию без моего гонорара, доли Конохи и даже без учета трат на расходники, вроде яда, сенбонов, фуин-печатей и тому подобного. Мой гонорар, как лидера этого отряда, как лица, ответственное за операцию, нанимателя для этих шиноби, а также главной ударной силы нашего отряда… так, минутку, мне надо все посчитать. На бумагу легли цифры: 120 000 + 80 000 + 80 000 + 40 000 + 20 000 + 60 000 = 400 000. Итак, мой гонорар — четыреста тысяч хо-рье. Катамари аж крякнул. — Я… я, конечно, заплачу, но все же позвольте полюбопытствовать, откуда такая сумма и откуда такая разница с гонорарами ваших коллег? — О, тут все просто. Я ничем не уступаю своему коллеге специальному джонину (тут я слегка слукавил, кое в чем он все же лучше), значит, меньше ста двадцати тысяч за ту же работу и риск я в принципе взять не могу. Логично? Дайме кивнул. — Еще восемьдесят тысяч — это командирская доля. Она определяется либо процентом от стоимости заказа для команды, некой дополнительной договорной суммой либо еще проще — минимальной платой бойца. Там примерно то на то обычно и выходит. То есть командир получает свою долю за свою силу и навыки плюс дополнительную плату за командование, поскольку это не только лишняя работа, но также дополнительный риск и траты. — А риск? — будто что-то считая в уме, спросил дайме, — Вы же командир, значит, остальные бойцы должны озаботиться вашей защитой. Я мрачно усмехнулся. — Увы. У нас, у шиноби, командир — это обычно сильнейший боец. И он должен не только сражаться наравне со всеми, но и при этом думать за всех и еще всех прикрывать в бою, что не способствует долгой жизни. Плюс, если кто-то из бойцов погибнет и остальные посчитают, что это из-за моего негодного плана, то опять же ко мне будут претензии. Быть командиром — это не только дополнительный риск во время боя, но и та еще головная боль. Да и дополнительные траты. Ведь зачастую для выполнения плана нужно либо своим добром поделиться, либо докупить: яды и противоядия к ним, специальные печати, медикаменты, стимуляторы, дополнительные кунаи, метальные ножи или сенбоны и так далее. Все это может стоить от пяти до двадцати пяти тысяч рье, обычно — от десяти до пятнадцати. Эти дополнительные расходы тоже на командире в счет его доли. — Это тоже понятно, — ответил дайме, после того, как его безопасник кивнул, подтверждая мои слова. — Следующий пункт и восемьдесят тысяч рье — это доля арбитра. Что это значит… К примеру, мне нужно выполнить сдвоенную миссию, ну вот прямо как сейчас. В новой для меня местности, где я ранее никогда не был и никого не знаю. А людей мне не хватает. И мне нужно нанять надежных и умелых шиноби. Можно из местных кланов, можно даже нукенинов. Но как мне знать, кто стоит своих денег, а кто нет, и кто предаст, а кто нет? И какие у меня есть гарантии? А у них? Они ведь меня тоже в первый раз видят. И что они будут делать, если я их обману? — В таком случае вам надо найти того, кто порекомендует вам нужных людей и поручится за них. — понял мою мысль «пустоголовый». — Найти посредников, заплатить им деньги за информацию, и нанять через них шиноби. — Все правильно, Наоки-сан, но этой части мы пока не касаемся, мы пока говорим о доле арбитра. Я не знаю, можно ли доверять тем шиноби, которых я найму, а значит, мне надо найти авторитетного человека — крупного феодала, городского главу, местного держателя черного рынка, оябуна клана якудза или еще кого-нибудь, кто за определенную сумму будет гарантом сделки. Если она будет исполнена, он ее забирает. Если одна из сторон нарушит свое обещание, то он должен будет перевести эту сумму на открытый депозит в банке в виде вознаграждения за голову преступника. Поскольку эти награды складываются, то любой бесчестный человек очень скоро станет мертвецом, если, конечно, он не шиноби S класса. Хотя и ему может не поздоровиться, если награда станет по-настоящему высокой. Дайме снова кивнул. — А вот следующая — это как раз так называемая доля посредника. А в данном случае — премия мне, поскольку я в сжатые сроки нашел нужных людей без них. За чуунина обычно платят десять тысяч рье, за джонина или специального джонина — двадцать тысяч. В нашем случае это сорок тысяч рье. Еще двадцать тысяч рье — эти те два… почти три дня работы советником, курьером и шпионом. Я все-таки специальный джонин и мое время стоит дорого. — Это понятно, и я с этим согласен. А последние шестьдесят тысяч откуда? — уже явно больше для проформы поинтересовался хомяк-дайме. — А это за ликвидацию команды шиноби, нанятых кланом Вагараши. — Но вы ведь уже взяли задание на ее устранение от клана Васаби? — удивился дайме. — Нет, мы взяли задание на защиту бегуна клана Васаби. Мы можем просто отогнать вражескую команду, а может связать их боем и не дать им помешать Идате-куну добежать раньше всех, и уже этим выполним свою миссию. В вашем же случае их надо устранить, как тех, кто примет участия в вашем свержении, а это значительно усложняет нашу задачу по охране бегуна, кроме того, это может создать мне проблемы в будущем, если нам выкатят претензии за потерянных бойцов. На самом деле вряд ли, но дайме этого знать не обязательно. Плюс, если начнутся бои в городе во время окончания турнира и до вашего возвращения во дворец, то в них примет участия моя команда. Три опытных и сильных генина, хорошо сработанная команда. Им, разумеется, тоже придется заплатить за риск — по пятьдесят тысяч рье каждому. Взгляд дайме стал совсем тоскливым. — Так, все вместе это… — я написал на бумаге (280 + 400 + 150) * 1,2 = 996 000 хо-рье. — Думаю, имеет смысл округлить до миллиона. И чтобы вам было понятно, дополнительные двадцать процентов от стоимости заказа — это налог Конохи, ее доля с каждой миссии. — А что, налог Конохи платят все? — уточнил дайме, похоже, внутренне уже согласный с расценками. — Шиноби нашей деревни добавляют к сумме, которую нам оплатит заказчик, налог в зависимости от ранга миссии. С миссии D-ранга берут двадцать процентов налога, с миссии С-ранга берут налог в тридцать процентов, с B — ранга четверть дохода, с А ранга — двадцать процентов. Конохе не важно, будет задание выполнено одним шиноби или десятью, ее доля остается одной и той же в процентном соотношении. Раз я взял у вас миссию А-ранга, значит, я должен заплатить одну пятую от ее стоимости в казну деревни. При этом все вознаграждения за головы убитых нами преступников останутся за нами, как и трофеи если таковые будут. Добычу мне придется поделить с нанятыми в оговоренных долях, и со всего этого я тоже должен буду по возвращении заплатить налог. — Я заплачу — слегка охрипшим голосом подтвердил дайме, — хотя я и надеялся, что конечная стоимость вашей миссии будет в четыреста, ну пусть пятьсот тысяч рье, но не в миллион. — Я тоже, — Катамари явно был удивлен таким признанием. — А я продолжил. — Но увы, ваша миссия — это чистый А-ранг с какой-то невероятной толпой врагов, которых придется убить и покалечить, причем некоторые из них явно не чуунины, а это куда опаснее. Я уже даже не говорю о том, что эта миссия может еще и затянуться надолго. А как вы, возможно, знаете, миссии А-ранга начинаются со ста пятидесяти тысяч и уходят за миллион рье. Ваша проблема не отличается легкостью решения, к тому же это срочная и сдвоенная миссия. Такие миссии по нормальному нужно готовить сильно заранее — за неделю или две, и не доводить до ловли на живца. Все подсчеты вы видели. Деньги мы хотим получить честно заслуженные, за работу и за риск, а не за пустые обещания. К тому же мы рискуем не меньше вашего. Если вы погибнете, то нам никто ни за что не заплатит. — Ну что же… После того, как мы отразим нападение. Я готов выплатить вам запрашиваю сумму в полном объеме. — твердо и с достоинством заявил дайме и достал из широкого рукава печать со схематично изображенной чашкой для чая и иероглифами, обозначавшими «Страна Чая» (茶の国). — Благодарю, дайме-сама. Тогда позвольте мне написать заявку на миссию от вашего имени, чтобы все было официально. — Пишите, Умино-доно, — кивнул дайме, получая от телохранителя подушечку с чернилами красного цвета. Дальше все было просто и банально. Я написал заявку. Вписал стоимость миссии. Оговорил право добычи. Дайме поставил свою печать. Мы с Наоки согласовали план действий. А я свалил на пристань — ждать начала гонки. *** У нас с командой (я под хенге толкался рядом) толком не получилось погулять, ведь мы просто таскались за понурым Идате, который даже поесть перед забегом не мог. Не то что ему бы как-то помешала одна шпажка шашлыка, размером с четверть от нормальной, в моем понимании, порции. Просто Идате тошнило от нервов, хотя он держался и молодцевато выпячивал впалую грудь перед местными девчатами. Но вот, наконец, ровно в полдень объявили о начале соревнования. В небо я поднялся не сразу, решив сначала осмотреться в порту. К моему удивлению, после отмашки, Идате побежал на север полуострова, а не сел в одну из двух парусных лодочек, пришвартованных у старого причала, вдали от больших судов. Мне даже проще было из толпы уйти в парк, плавно переходящий в лес на побережье, и взмыть вверх под хенге огромного ворона. Из порта все равно не понять какого размера птичка. Сядь они на лодку тут, мне бы пришлось парить над морем, пока они не доберутся до первого острова и храма с дарами. — А он шустрый! — скорректировав размер и вид птички, заметил я, что отдохнувшие седьмые едва поспевают за Идате. Теперь марево техники скрывало все лишнее, что не умещалось в иллюзию чайки нормального размера. Так было куда проще, чем мудрить с полной невидимостью. Спасибо Наруто, который напомнил мне про закон лишнего роста для хенге, когда я поделился проблемой. С высоты птичьего полета мне хорошо были видны серо-желтые пляжи полуострова. Местами песок был желтым, местами уходил вообще в черный, будто кто-то обновлял берег специально. И действительно, я припомнил, что шиноби с элементом земли мотаются сюда, как на работу после сезона штормов — строят и укрепляют дамбы и плотины, углубляют и чистят реки и каналы, помогают при строительстве портов и, похоже, что и при обустройстве пляжей. Мы, шиноби — универсальны, а не только про набей рожу ближнему и зарежь дальнего, пока он не сделал это с тобой. И кстати, одна из причин относительного благополучия шиноби Камня при слабой экономике их деревни. Специалисты Дотона нужны всегда — сделать мост или стены, заложить фундамент, да просто вырыть котлован. Парни всегда нарасхват не только в военное время, но и в мирной жизни. Жаль, что у меня нет Дотона — было бы намного проще. К сожалению, мне не повезло с парными стихиями. Воздух противоположен огню, которому он уступает, и стихии молнии, которую он побеждает. Разумеется, при прочих равных. А вода побеждает огонь, но уступает земле, таким образом, две стихии выключают все стихии, более того, полностью выводят из игры огонь, который мне надо было бы развивать последним. Но, к сожалению, прошлый обитатель этого тела был полным дебилом. И посчитал, что раз он шиноби Конохи, то надо развивать третьей стихией огонь. Разумеется, ничего не добился. Мой максимум — это огонек свечи после трех печатей и с расходом чакры на хорошую плюху водяным ядром. Так что останется мне только пожарным подрабатывать на старости лет, если доживу, насчет чего у меня масса сомнений. Пока Идате вместе с моей командой бежали на север в сторону Страны Лапши, я заметил три серо-бежевых тени, мелькающие меж верхушек деревьев. Около обрыва, где дорога делала крюк, эта троица расселась на ветках, чего-то выжидая, а я решил их облететь. Мне хватило неполного круга, чтоб опознать в них тех самых лохов, которые слились в Лесу Смерти. То, что они продули главным героям — это полбеды, а вот то, что после потери свитков, и до того как их подобрали АНБУ (специально высланные для них, чтоб выгнать из лесу всяких потеряшек), эти тупни решили поесть на халяву медку. Раз уж все просрали, так хоть какое-то утешение. Их даже можно было бы понять, ведь в Стране Дождя это очень дорогой продукт, учитывая их бесконечные… дожди. Но блин… Медку? В Лесу Смерти? У местных пчел отжать?! Вы там совсем мозгами усохшие?! В общем говоря это была «гениальная» идея, учитывая местную мутировавшую флору и фауну. Пока они рыскали по дуплам в поисках диких пчел, надышались спор местных чудо грибов. И за медом они пошли, обильно ловя глюки. Буквально чудом спасли идиотов, как раз тогда, когда местные разъяренные пчелы-мутанты собирались выписать им премию Дарвина. Думаю, тот так и не попробованный медок они должны были запомнить на всю жизнь. А я навсегда запомню их выкрутасы в медпункте: Один кусался и рычал, второй бегал голышом, а главный их, Оборо вроде, — пытался изнасиловать девушку из Песка, пока он… «невидимка» и «бог любви и секса». К счастью, она была без сознания и все это пропустила, а дождевика быстро скрутили, потому что невидим он был только в своих приходах. С божественностью, кстати сказать, у него тоже не сложилось. — Похоже, это и есть та супер-страшная команда шиноби, которую нанял Вагараши, и слухи о которой бродили по городу. — покачал я головой. — Команда «грозный ебака»…