"Я - кто?! Сенсей?": Изменяющий судьбы (Книга 2)

Прежде чем договариваться о регенерации или других медицинских модификациях, стоило всё обсудить с Анко. А с Енотом мусолить детали контракта не было смысла, пока я не поговорю с Гоблином. Который пальцем не пошевелит без одобрения Араигумы. А сама Анко будет отпираться, пока не услышит экспертное мнение и гарантии, что всё это безопасно. Вот такой замкнутый круг. Погожий денёк меня совсем не радовал, и я спешил поделиться своим негативом! Так что направился в башню Хокаге — за деньгами. Да и лишними они точно не будут, пока мне не упали новые гонорары за книжки. А то мне как-то некомфортно, когда расходы в месяц выше прибыли за тот же период. Видимо, Шизуне подумала так же (деньги твои нам нужней), потому что, увидев меня, аж скривилась. Порой мне кажется, что каге у нас две, что Като позволяет себе разбирать бумаги за столом Пятой. Где в этот момент находилась сама Сенджу — да хрен её знает. Может, отдыхала в той комнатке боковой, где мы с Тигром даймё встречались, который Тора Томэо и до сих пор министр левых дел, то есть на наши деньги — премьер-министр. Может, Пятая втихую где-то там пьянствует под хенге… Поздоровался вежливо, но без улыбочки, показывая таким образом, что я злопамятный и память у меня хорошая. — Добрый день, Умино-сан, — неискренне ответила она, таким тоном, будто прокляла, но глазами мазнула снизу вверх, прикрываясь стопочкой документов, будто бы просто с бумаг взгляд соскочил. — Как продвигается получение выкупа за пленных Кумо? — качнулся я с пятки на носок. Через силу Шизуне выдавила, что пока изменений нет, но «мы вас известим, когда они появятся». — А как насчёт оплаты за миссию? — теряя терпение, потёр я пальцами, будто банкнотой пошуршав. Где деньги, Лебовски? — мысленно схохмил я, хотя мне было совершенно не смешно от всей этой ситуации. Като начала юлить-нудить: «Мы ожидаем подтверждения». «Нам нужны отчёты всех участников миссии в Стране Рек»… в общем — денег не дам! — Ага, — перешёл я на неформальную речь, это многих раздражает, — ну, я понял. А с кем и что надо подтверждать в миссии B — ранга с Якумо-чан из клана Курама? По вашей прихоти здорового ребёнка чуть не сгноили в прибежище скорбных разумом, — изучая ногти, подметил я, потерев их о форменную жилетку. — Удивительно, что Курама Оборо-сан вам не предъявила претензий. А стоило бы… Като поджала губы, зыркнув на меня так, словно сейчас кинется меня душить, как Гомер Симпсон Барта. — Ну, это пусть сами Курама решают, — милостиво разрешил я. — Меня вот ещё что смущает — оплата должна была быть по результату… По тому самому, который давно есть, а денег столь же давно не видно. — Цунаде-сама ещё не дала своей оценки, — смутилась Като. — А когда даст, в следующем году или всё же в этом? Я не бедствую, но… — Вас известят! — надавила, перебивая, Шизуне гневно зыркая и с трудом удерживая кривую улыбку, которую давила с завидным усердием. Будто собаку заставили улыбаться. А высказаться-то хочется! Но исключительно матом. А нельзя! Я ж как тот коп, что зачитывает правило Миранды — всё сказанное будет использовано против вас самих! — Вас известят! — ещё раз, не без удовольствия повторила Като, заметив, что меня такой ответ тоже бесит. — Я очень на это надеюсь, Като-сан. Моё терпение не бесконечно, так что прошу вас — не тяните. — Если вам так не хватает денег, может, вы просто возьмёте другую миссию? — ехидно спросила помощница Хокаге. Да… не вынесла душа поэта… Куснуть в отместку захотелось! — Чтобы ждать оплаты не за две, а за три миссии? — уточнил я, вскинув бровь в лёгком недоумении. Спохватившись, ученица Сенджу покраснела: — Мы сделаем всё возможное, — снова выдала формальность Шизуне. Да я вас с говном сожру на этом поле! — Понятненько, — со скучающим видом сделал пометку в блокноте, — поднять на сегодняшнем собрании вопрос о своевременных выплатах и расследовании по нецелевому расходованию средств из казны Конохи, дабы предотвратить дальнейшие нарушения и возникновение конфликтных ситуаций с личным составом. У Шизуне задёргалось веко, и дежурная улыбочка задрожала, как осиновый лист. После многих лет выслушивания новостей, статей и лекций в прошлом мире, и опыта прежнего меня в АНБУ (там тоже отчёты приходилось писать), я запросто мог сойти за местного чиновника, который на короткой ноге с даймё. Так что попытки Като в официально-деловой стиль меня умиляли как жук — энтомолога. Поставив точку, попрощался приторно сладко, дав понять, что Като опять вляпалась. Клянусь, слышал, как голова встретилась со столом, когда я уходил, судя по звуку. Из Башни я попрыгал кузнечиком к Хьюга, завернув по пути в канцелярский за новыми ручками и блокнотами под черновики — из развлечений в палате, после операции на позвоночнике, у меня будет только книжка — либо моя, либо чужая. К сожалению, собрание партии перед самим советом провести не удалось. У всех дела, кого-то вообще в Конохе нет. Став частым гостем в квартале Хьюга (как к себе домой уже ходил), я стал подмечать, что в вылизанных до блеска и скрипа домиках с открыточными садиками есть свой шарм. Да и сами Хьюга стали относиться ко мне с большей благосклонностью. А без зудящего чувства, что тебе тут не рады, даже дышалось легче. После формальных расшаркиваний с Хиаши я перешёл к делу. — В Конохе есть семьи шиноби, что хотят стать кланами, — глядя в сад поверх плеча Хиаши, сказал я, — а у нас ровно половина от Совета Кланов, и создание пары лояльных нам кланов точно не будет лишним. — Потому что таким образом мы гарантированно сможем протащить или заблокировать любой законопроект, — мгновенно понял просиявший Хиаши. — Да. Надо найти желающих и поставить им условие — мы помогаем им стать кланом, а они становятся частью нашей партии. Предлагаем временный вариант, чтоб не бурчали по поводу — «ироды, свободы лишают». Уже пообвыкшийся с моей изменчивой манерой речи (от чиновника к гопнику, от гопника к рассказчику из театра кабуки, от вежливости к откровенному хамству) Хиаши улыбнулся. — Думаю, у вас уже есть кандидаты на примете. — Да, — кивнул я в ответ на предположение. — Уношики Сато-сан, это главный хирург Госпиталя. — Понятно, — задумчиво протянул папка Хинаты. — У меня несколько знакомых, которые хотели бы повысить статус, но не все подойдут по установленным законом требованиям. — Пф. Само собой, не подойдут, Хиаши-сан! — хитро и гадко осклабился я, предвкушая реакцию моих недоброжелателей на такой финт ушами. — Потому что этот закон — не полоса испытаний для избранных, а глухая заглушка! Чтобы Третий не мог протащить своих сторонников, подобранных на ближайшей обочине. Но, если мы заранее договоримся со всеми претендующими на право создания клана, то почти все они, или, по крайней мере, большая часть, станут нашими должниками. Хиаши задумался. Под лёгким ветром садик зашуршал, наполняя залу тонким запахом цветов и какой-то пыльцы. — Я вижу две проблемы, — после долгого молчания нарушил тишину Хиаши. — Как гарантировать их вступление в «Единую Коноху» и как сделать так, чтобы о наших договорённостях не узнали другие. — Контракт с условием конфиденциальности. Если разболтают, мы умываем руки и не мешаем их топить. А если предадут после принятия статуса, то мы поможем им вернуться на прежние позиции, указав на их несоответствие сему высокому званию кланового шиноби! — закончил я высокопарно, задрав нос к потолку от собственной важности, ну а потом перешёл к тону гопаря. — Но, думаю, они сами не захотят нас предавать, поняв, что партия не будет рыться в их кармане, забирая последнее. Наоборот, мы для того и собрались в партию, чтобы сообща грабить других! Хиаши поморщился. — Умино-доно, давайте будем лучше говорить о более разумном перераспределении средств. Я пожал плечами, легко уступив: — Пусть так. И можно проще, без «доно», Хиаши-сан, — чуть не ляпнул про «не чужие ж люди будем». — Составим договор, что новоявленный клан обещает минимум пять лет быть в составе нашей партии, а вот насчёт второго… Хиаши согласно кивнул, а я продолжил размышлять вслух: — Разве что пытаться сохранить секретность до последнего момента и готовить подходящий законопроект. Также я попросил его по возможности узнать: не задерживали ли ещё кому-то оплату за миссию. Неужели я настолько неудачлив, что единственный, кого Цу и Ко динамят с оплатой? Составив черновик проекта, на этом и расстались. Собрание кланов прошло феерично. Цунаде вскользь проехалась, что паранойя и подозрительность некоторых людей подтолкнула её подписать следующий Договор… Ну и зачитала его. Народ встретил бешеными аплодисментами и одобрением, а Чоуза смотрел на меня с удивлением — будто я вторую голову отрастил. Я бы с удовольствием — но такого улучшенного генома у меня нет. Также Цунаде вскользь упомянула, что задолженность властей по всем миссиям скоро будет погашена. Мол, я знаю, только заткнись. Я намёк проигнорил. Горячо поддержал её инициативу и заявил, что мы просто обязаны ей в этом помочь! После чего вынес на всеобщее обсуждение проверку расходов Деревни силами комиссии. Так и так — раз проблема возникла, то её надо проанализировать, чтоб не допустить снова. Цу скрипнула зубами, народ согласился. Судя по всему, я был не единственный, кого задолбали миссии с завышенным рангом и задержками в оплате. Проверку поручили тут же созданной финансовой комиссии. Чтоб я ещё раз работал в долг? Ищите другого дурака! Хотя… Мы же, по сути, все в долг работаем, предоплата — редкий зверь. Когда утрясли все вопросы с финансовой комиссией, и утвердили её состав, я попросил слово и очень коротко поведал о ситуации со Страной Рек. На компьютере, который ко мне попал, была таблица с именами, возрастом, датами и названием населённого пункта, видимо, чтоб не бить в одно и то же место. Список в свитке я пустил по рукам, пока рассказывал о ситуации с Деревней, Скрытой в Долинах. — Они не только укрывали шиноби Кумо, но и помогли украсть почти две сотни детей из Страны Огня и Страны Ветра. Естественно, что после такого народ захотел крови. Я терпеливо переждал волну эмоциональных криков на тему: «А давайте сотрём эту вшивую деревеньку с лица земли!». Вместо этого я предложил запретить шиноби долин заходить на территорию Страны Огня и Страны Ветра (раз мелкий Казекаге у нас почётный гость), пока не будут принесены соответствующие извинения и компенсации. Из Дождя, кстати, было совсем мало жертв, видимо Кумо от Пени по зубам получили, или от Бумажного ангела, и больше не совались. Даже как-то обидно, что эти козлы из Кумо творили что хотели в отношении жителей Великих Стран, а маленький Дождь пересчитал им зубы. — Жизни детей все равно не вернуть, — вещал я, — а шиноби Танигакурэ будут драться до последнего, как загнанные в угол крысы. Предлагаю с животными не связываться и решить ситуацию формально мирно. Да и не все люди Деревни, Скрытой в Долине, были в курсе происходящих непотребств. Но наказать надо. Так что давайте сделаем это с выгодой для себя. Поначалу меня не поняли, и особо рьяные ястребы инициативу раскритиковали. Данзо отмалчивался, но вот его погодки, например Ибагами Мичико, настаивали на кровавом сценарии. Мичико предлагала послать карательный отряд немедля, а не играть в двор даймё. — Ибагами-сан, я поясню. Закрытие двух границ самых больших граничащих с ними стран оставит им лишь выход к морю и Путь в Страну Дождя. Хотя и с этим неточно, учитывая то, что деревня Мастеров изъявила желание стать нашим союзником. Таким образом, отрезанная с трёх сторон Деревня, Скрытая в Долинах, очень быстро поймёт свою неправоту. Существовать в изоляции можно, но нормально жить так нельзя. Недовольно фыркнув, старая куноичи нехотя согласилась. — Хорошо, мы попробуем блокаду… Но если она не сработает, то мы их накажем по старинке. — Всенепременно, Ибагами-сан, — кивком головы поклонился. Другие же меня снова горячо поддержали — воевать надо ради какой-то цели, ради лучшего будущего. А просто так рисковать жизнями и лить кровь тоже никому не улыбается. Да и милосерднее было бы убить, чем устраивать такую блокаду. Представители кланов оценили, как тяжко будет идиотам, которые забыли географию. Союз с Деревней Мастеров тоже поддержали. А чего бы и нет? Страна всё равно зажата между нами и Песком, если на неё кто и нападёт, то или Страна Ветра (а это вряд ли, мы всё-таки союзники) или Аме, но тем, как все посчитали, мы легко дадим по зубам — как сказал один из выступавших. Я вспомнил Пейна и промолчал. Собственно, на рассмотрении этих вопросов собрание и закончилось. Так-то внешняя политика и дипломатия являются прерогативой Хокаге, но высказывать своё мнение и давать рекомендации Совету кланов никто ведь не запрещает? Ну и что с того, что Цунаде скрипит зубами и смотрит на нас, как на врагов народа? В воскресенье, после тренировки со спаррингами, мы с Анко и Наруто, усталые, но довольные, пришли на кухню. — Анко, как ты смотришь на получение комплекса малой регенерации? — Как и на любые твои безумства, связанные с попыткой стать сильнее — негативно, — нахохлилась супруга над чашечкой чая из одноимённой страны. Пах он, кстати, очень даже неплохо, напоминая молочный улун, если бы в него добавили кусочек апельсинового пирога. К набору посуды я докупил ещё низкий столик, подушек (а-ля стулья без ножек сиденье со спинкой) и пять разномастных татами, которые, как простенькая головоломка, собирались в квадрат. Убрав классическую бумажную перегородку, что отделяла кухню от аскетичного обеденного зала, я освободил место для хобби Анко. Так что сейчас мы сидели там, где раньше стоял большой стол на шесть-восемь персон, который мы не использовали. Это в семье моего отца все сидели друг от друга на расстоянии километра, нам же такой аэродром ещё ни разу не пригодился, мы как-то по-крестьянски, по-простому, ели за столиком на кухне, не таская еду далеко. — За троих выйдет дешевле, — уговаривал я супругу. — А ещё это безопасно и реально полезно! — Серьёзно? Ради скидки за троих? — Поджала Анко губы. — Я ж о вас беспокоюсь, — оскорбился я намёку на старое жлобство и, нахохлившись, запихал в рот кусочек лаймового пирога, который купил по дороге домой. Сообразив, что это была не шуточная обида, а я не паясничаю как обычно бывает с неприятными темами, супруга вздохнула: — Ты ведь всё равно не отстанешь? Помотав башкой, проглотил кусочек. — Не могу, — твёрдо взглянул в её ясные печальные глаза. — Ты моя жена. Я обязан о тебе заботиться. Анко зарделась, но продолжала стоять на своём, что ей не нужны модификации. Короче, я её уломал. С Наруто вообще не возникло проблем. Ирука сказал — «Надо», Наруто ответил — «Есть!». Вот теперь ещё надо лекцию про доверчивость сочинить. Чтобы даже мои идеи не принимал бездумно. Потому что я тоже, бывает, ошибаюсь. И пока Анко не успела передумать, я погнал родных в Госпиталь. Нашему решению ирьенины подозрительно обрадовались, хоть мы и припёрлись под вечер. Учитывая, что мне делали бесплатно, а моим близким с солидной скидкой, речь явно шла не о деньгах. Пришлось выяснять, пока осматривали Анко и Наруто. Начал я с Кито. Тот сразу раскололся, будто ждал допроса. Любой улучшенный геном, достойный этого названия, состоит из множества компонентов, и чем древнее и больше был клан, тем больше в нём было генолиний и преимуществ. Клан Узумаки был очень древним и большим. Оказалось, что у полноценного чистокровного Узумаки так называемая регенерация, или жизненная сила состояла из кучи компонентов. Большая длина теломеразы и, соответственно, возможностей для деления клеток. Лучшая регенерация клеток, позволявшая им восстанавливаться даже после значительных повреждений, а не только делиться. Большая живучесть органов из-за улучшенного строения, более сильная чакра ян-типа и целый ряд других примочек. Таким образом, здоровье и долголетие Узумаки были обеспечены целым комплексом причин, не все из которых даже толком известны, не то что исследованы. Пока клан красноволосых был жив, он оберегал свои секреты и лечился у своих ирьенинов… Ну, а потом не у кого стало спрашивать. Очевидно, что у Наруто, как у полукровки, часть этого комплекса не работала, да и кто бы ему его активировал и когда? Его клетки делились быстро, но это его убивало, сокращая срок жизни. Впрочем, такое быстрое излечение ран есть практически у всех джинчуурики, благодаря заточённым биджу, и это явно не особенность генома Узумаки. А медикам очень интересно, могут ли они восстановить комплекс хоть на каком-то уровне. Это ведь будет прорыв! Да и мне очень хочется, чтобы Наруто прожил так долго, как это возможно, а не умер от собственной регенерации, едва получив свою дурацкую шапку Хокаге. Узумаки и так с детства всякого натерпелся, а после этого ещё и умереть в тридцать пять — сорок лет, как какой-нибудь корешок из рядовых, перекормленный химией... Это просто несправедливо! Не то, чтобы нормально поступать так с кем-либо вообще… — Ты ещё не забывай, Ирука, — вещал мне Кито, — что многие клановые способности полностью раскрываются только благодаря секретному воздействию, которое никто за пределами клана не знает. Ну там фуиндзютсу, препараты, витамины, ритуалы, медицинские техники, особое питание и тренировки. А ведь в манге всё как-то попроще было. Раз есть улучшенный геном — то все его возможности и техники доступны по умолчанию. А тут опыты, активации… и шанс на провал. Вот потому ирьенины так нам обрадовались. У них же теперь есть выборка из трёх кандидатов, которые будут одновременно проходить одну и ту же модификацию. По одному и тому же методу, от одного и того же ирьенина. Причём — одновременно. То есть почти химически чистый эксперимент. А тут ещё и кандидаты — как на подбор! Один Узумаки-полукровка, у второго чуть их крови от очень дальних родственников, а третья совсем без наследия красноволосых и каких-либо намёков на улучшенное заживление ран или регенерацию, да ещё с проклятой печатью в нагрузку. Опять же посмотреть, чем полукровка Узумаки от чистопородного отличается, если судить по оставшимся записям. Ну как тут этим вивисекторам не радоваться?! Материал для экспериментов сам пришел, да ещё и денег заплатит за опыты над ним! Да ещё и сам поможет, потому что владеет ирьендзюцу на достаточном уровне для помощи в процессе. Не каждый день такой фарт прёт! — Кстати, у вас же не только записи есть. Хонока же чистокровная Узумаки — разве нет? Оказалось — есть. Но у неё данная способность уже активна на более высоком уровне. Но вообще идея отличная! — Вот только кто платить будет? — спросил Кито и эдак выжидательно на меня уставился. — Я, — возмущенно буркнул, — кто ж ещё?! Обдираловка честного подопытного кролика… К моему приятному удивлению, Хонока не стала ломаться и создавать мне дополнительных сложностей — ей тоже было интересно, так что крови для опытов она нацедила без лишних слов и даже согласилась попробовать усилить существующую у неё модификацию, раз всё равно плачу я. — Не ожидала от тебя такой щедрости, — подколола она меня. Я пожал плечами. — Я сам от себя такого не ожидал. Наруто, конечно, скис после озвучивания условий модификации, но от процедур не отказался. И его можно понять. Скукота, конечно, целый месяц, а то и три, не пойми чем заниматься. Контроль чакры ещё противный и нужный. Миссии только D-ранга. Но зато мы обещали его техникам новым обучить, и что восстанавливаться его тушка будет ещё быстрее, а значит, и выносливость в бою будет неприятным сюрпризом для вражин. В том числе это будет полезно и для новых тренировок. Ведь усиление регенерации влияет и на скорость восстановления чакры и мышц, вывод молочной кислоты. В общем, Наруто тоже согласился потерпеть ради выгоды в будущем: техники от Анко, от Хоноки и меня. Если всё пойдёт по плану, то модификацию я ещё предложу Курама для Якумо, и для дочерей Хиаши, думаю, деньги на это у них найдутся. Процент за посредничество, так уж и быть, с них не возьму. Разворачиваться способность и входить в полную силу будет ещё долго, но меня интересовало не это, а то, как скоро после малой регенерации я смогу получить замену побитому позвоночнику. Пока проводили обследование, оказалось, что и тут у меня не всё хорошо. Фуин, которая работала на принципах рентгена, только без радиации (хотя кто его знает, может и с ней), показала, что позвонки покрывает сеть мелких трещин. Снимок после амнезии и свежий пугающе сильно отличались. То, что меня не беспокоила спина — чудо. Один удачный для врага и неудачный для меня удар в шрам на спине запросто мог сделать из меня парализованного ниже пояса калеку. Осознание того, что я ходил по краю, пугало до дрожи. — Почему позвонок в таком состоянии?! — ужаснулся я разнице на снимках. — Он же должен был давно уже прийти в норму, нет? — Видишь вот это тёмное пятнышко в форме треугольника? — Да. — Я думаю, что это кусочек того фума-сюрикена, которым по тебе попал Мидзуки, — сказал мне Кито. — А что он там делает?! — истерил я. В тот момент мерещилось, что у меня немеют, отнимаются ноги. За этот момент потери самообладания мне чуть позже было мучительно стыдно. Оказалось, что этот кусочек металла заметили ещё при первичном осмотре, но решили не убирать. Так как обычно удаление осколков наносит больше вреда — увеличивает работу и сроки восстановления. Кто-то просто-напросто поленился, понадеявшись на инкапсулирование, как это бывает с обломками от обычного оружия. А может сработал стереотип — чакросталь-то так просто не ломается. Вот только мой осколок был из чакропроводящего говна, местного чакро-силумина! Эта некрасивая история случилась лет пять назад: кузнец, что ходил под Сарутоби, вроде даже соклановцем был (слабосилком, негодным к службе), получил важный пост в артели и активно метил на место главы. А потом с треском вылетел, не помог даже Третий со своим влиянием. Всё потому, что ради экономии дорогой чакростали, чистой, без примесей, он решил её мешать со всяким хрупким дерьмом, а разницу в карман класть. Дамасская сталь курильщика, из говна и палок! Хрупкая, почти как стекло, но острая и проводящая чакру! Замолчать ситуацию с качеством оружия не получилось. Один из тех редких случаев, когда Сарутоби получили по наглым мордам и при этом им пришлось утереться. И всё же не все поделки косорукой обезьяны из клана Третьего оказались в помойном ведре. Одну такую купил Мидзуки и мне презент на память, сука, оставил! Осколок остался внутри, яд убил часть нервов, к счастью, ничего жизненно важного, но не позволял чувствовать сильную боль (а слабая если и была, то я её игнорировал, списывая на тренировки или недавние бои), а использование мной чакры мешало тканям заключить осколок в коробочку (инкапсулирование), чтобы тот перестал двигаться моей собственной чакрой и вредить. — И кому мне пожать шею за это? Ну, кроме Мидзуки и говноеда-кузнеца? Кто из наших такой слепошарый? — Не получится. Сарада-сан скончалась во время нападения Песка. Да и вообще, ты же вроде хотел себе позвонок Кагуи — ну вот, радуйся. Получишь что хотел и даже больше — у тебя еще и диск межпозвоночный поврежден, так что пересадим тебе два позвонка. — Вы нашли хоть, от чего умер Кагуя? — Да он просто перенапрягся во время боя. У него были застарелые, похоже, ещё с детства, проблемы со здоровьем из-за уникального строения тела и паршивых условий жизни. То ли просмотрели его болячки, то ли не долечили, то ли вообще не до него было. В частности, у пациента были проблемы с лёгкими. Вот ума не приложу, как Орочимару пропустил все эти проблемы и вовремя не вылечил. Ну а добила Кагую проклятая печать. Она, условно говоря, при использовании разворачивается в улучшенный геном и на второй стадии проклятой печати из-за Шикоцумьяку слишком высока нагрузка на организм. — Так всё-таки, мне стоит опасаться проблем? — Чем ты слушал? Всё в порядке. Не сомневайся, у тебя таких проблем не будет. Ну да, будут какие-то другие. — Хорошо. А то я до сих пор в шоке. Я в любой момент от любого удара мог инвалидом стать из-за этой идиотки! — Но не стал же, чего теперь бесишься? И вообще — ошибки случаются. И у тебя, кстати, тоже. До операции забудь про передвижение по вертикали пешком — только прыжками, и не поддерживай позвоночник чакрой. И береги спину, Ирука. От того, как близко мимо пробежал Шинигами, я снова задумался о призыве. Не о сен-моде, для этого у меня просто нет возможности всё бросить и посвятить несколько лет вдумчивой прокачке. Да, призыв демона не даёт гарантий, но для него мне не придётся исчезать из политической жизни и бросать родных. С режимом мудреца вообще много проблем. Была у меня мысль попытаться его освоить, но общение с дельфинами и крабами на Каменистом как-то пригасило мой энтузиазм. Вроде же самый очевидный и разумный выход, сразу же об этом подумал. Но тут возник облом… Во-первых, надо как-то уломать на обучение призывных зверей. А это непросто. Пока контрактёр в своём мире и призывает их — всё хорошо. Они получают чакру, их всё устраивает. Но когда контрактёр оказывается в гостях у призыва… то это не прибыль, это сплошные расходы. В самом лучшем случае — инвестиции в будущее, которые, возможно, в будущем когда-нибудь дадут прибыль. Но это не точно! Во-вторых, для того, чтоб освоить режим отшельника нужно много времени. Джирайя, к слову, так его нормально и не освоил. В-третьих, это смертельно опасно. Можно и сдохнуть. В-четвёртых, нужно иметь очень много чакры и при этом отличный контроль. Короче, проблем столько, что не знаешь, с какой стороны вообще к этому сен-моду подступиться. В связи с этим всем смешно выглядят понты Собакина, которому сен-мод тупо не по зубам — чакры не хватило бы его освоить даже если бы был подходящий призыв, способный и желающий обучить Хатаке сен-моду. Наруто освоил, а Сенджу и Какаши — нет. Но при этом они гении, а Узумаки — дурак. Смотри не перепутай! В воскресенье у нас как-то вдруг нашлось лишнее время, и я решил, что имеет смысл стать сильнее, пока нас опять не сдёрнули на какую-нибудь миссию, благо, что книгу Курама я уже прочитал от корки до корки. Ингредиенты для ритуала собрал достаточно просто (часть из них нашлась прямо в печатях внутри гримуара), а Наруто помог мне с начертанием магической абракадабры. Памятуя о том, какая была реакция у Анко на предложения по поводу малой регенераци (которая была абсолютно безопасна и проверена), я решил, что о призыве демона сообщу ей постфактум. Извиниться проще, чем убалтывать, — рассудил я. Магичить решено было не дома, а на полигоне призраков, найдя подходящую полянку с большой каменной плитой из песчаника, по ощущениям похожего на мелкую наждачку цвета топлёного молока. Камень вбирал ровно столько чернил, сколько было нужно, а потом особые печати барьера попросту восстанавливали плиту до первоначального состояния в течение дня. Мелкий демонолог крутил башкой и удивлялся, подмечая, что местами это похоже на шаманские ритуалы, из которых и произошло фуиндзютсу, по рассказам старших Узумаки. В фуин, какое-то время назад, действительно были распространены символы стихий и прочие курьи культяпки с мышиными хвостиками да мухоморами. Вон, в том же нечестивом воскрешении всё так же требуется жертва — предмет ритуала, а многие устаревшие печати для активации требуют крови. Ритуалистика существовала ещё до Апокалипсиса, и, если верить книге, сила в ней была более мощная, но непредсказуемая. В итоге, пойдя по пути наименьшего сопротивления, вместо предугадывания эффектов при помощи науки, было создано что-то на стыке ритуалистики, обрядовых табличек синтоистских монахов, изгоняющих демонов, и фуиндзютсу — ритуальные техники печатей (Гишики но фуиндзютсу), предок фуиндзютсу. Первой моей реакцией на эту историю, как сейчас помню, была попытка испробовать что-то из книжек, где пишут про всякие там алатырь-камни, и в студёную зимнюю пору хреначат валенком случайных прохожих. Во имя чего? Сата… Любви, конечно. Жениха выбирают. В детстве я мистику обожал, страшно было и жуть, как интересно. Скажу прямо, мои эксперименты в колдовстве были настолько неудачными, что я даже рискнул призвать демона перекрёстка и… и ничего не произошло, если не считать испортившуюся погоду, которая у моря сама собой могла поменяться, так что не считается. Перед активацией ритуала, который точно работает, я замер в нерешительности, а Наруто в который раз переспросил: — Это точно не опасно? Всякий раз, когда он это спрашивал, я лгал «Нет, не опасно». Даже сумел отбрехаться от того, что позвал не Анко, сославшись на её работу. Мол, не хочу своей ерундой её отвлекать от важных и нужных для Конохи дел. Тепло улыбнувшись, я активировал ритуальную печать: — Помнишь, где лежит завещание? Последнее, что я увидел, перед тем как отключиться было белое, как мел, лицо Наруто и его круглые от ужаса глаза. Я оказался у себя в подсознании и тут же спрятался в засаде. Местом боя я избрал видение обезлюдевший Конохи, как в бою против Умино и чужих, на тот момент, масок. Сейчас же все личины были со мной заодно. Почти сразу же на площади перед статуей жабы и большим деревом материализовались несколько демонов. Их было около десяти, точнее я не мог сосчитать из-за их изменчивой внешности, похожей на чёрную вату, истекающую стелящимся по полу дымом. Почему не один?! Впрочем, они быстро перессорились, потому что каждый хотел быть главным, чтобы поглотить силу остальных и тем самым увеличить шанс на победу. Когда демоны разбежались по городу в поисках моих слабостей, за ними на охоту вышли Маски. А я так надеялся, что они сначала устроят махач в стиле Горца сами с собой, а я добью выживших… Поглощая куски воспоминаний о расположении домов, которые я мог запросто восстановить лишь пройдясь пару раз по центру, демоны начинали приобретать индивидуальные черты, уплотняться. Один стал напоминать восставшего из могилы оборотня-льва, второй какую-то болотную нечисть с телом палочника… Объединяло их одно, все они выглядели потрёпанной нежитью, на фоне которой даже Идо мог бы похвастать здоровым цветом лица. И вид их был таким не для устрашения. Отожравшийся оборотень посвежел и чуть было не грохнул маску-Учителя. Так что я решил не игнорировать больше технику безопасности. Трактат, из которого Ункай выписывал инструкцию, советовал: «демонам нужно дать пищу», чтоб их сподручнее было убивать, «но и не дай пожрать слишком многого», ну чтоб не раскачался и не выгнал уже тебя из тушки. К сожалению, в гримуаре не было ни слова о том, что за один раз может явиться сразу несколько демонов. Забывая расположение магазинчиков, я откармливал демонов на убой. Стоило только новой твари обрести торс, как она получала танто в сердце, а отожранный кусок улицы возвращался на своё законное место, как и воспоминания о нём. Уже на этом этапе я начал подозревать, что ничего путного у меня не вышло. Шмат бесформенного мяса с противным плюхом поднял дорожную пыль, а затем истаял, как вода на раскалённом асфальте. Ещё раз пробежавшись по улицам и не заметив зияющих дыр, я позволил себе вынырнуть в сознание. Придя в себя, я сначала убедился, что нахожусь в реальном мире (а то Госпиталь я тоже предоставил демонам на шведский стол), просканировав звуками помещение, провёл самодиагностику, и только потом, не таясь, глубоко вздохнул. Наруто и Анко, прикорнули в креслах-мешках подле меня. Ах, как жаль, что я знаю, чем их набивали, эти груши из плотного, похожего на брезент материала… Наполнителем для кресел стали вываренные до состояния рассыпающейся ветоши вещи покойников, которые никто не затребовал из родственников. Что можно Госпиталь передавал в местный секонд-хенд, а остальное либо отправлялось к тряпкам в подсобку, либо на набивку. Как вспомню, так вздрогну, помнится после вторжения, когда работы было выше крыши, мы таких кресел в палату натащили, чтоб там спать вповалку после смен… После такого я даже выпотрошил кресло, что подарил Наруто и заполнил его заново обрезками ткани из ателье, где заказывал одежду. — А, проснулся-таки! — проигнорировал мою пантомиму с молитвенно сложенными руками и беззвучным криком «не буди их» Кито, выглянув из-за ширмы. Я в долгу не остался, со страшной рожей фак ему показал. Пока мы «мило» общались с другом, Анко вскочила, а Наруто подпрыгнул, кувыркнувшись назад и выполз вообще с другой стороны койки, как мультяшка во время погони в коридоре с кучей дверей. — Ты соврал! — обиженно вскричал Узумаки, повиснув у меня на шее. — Знаешь, как сильно я испугался?! Ты… ты… — не мог подобрать Мелкий слов, — ты дурак, Ирука! Вот ты кто! — Не отрицаю, — похлопал я Наруто по спине. Отцепился он лишь затем, чтоб уступить меня мрачной Анко. Да, я дурак. Потому что итог призыва меня разочаровал — я не почувствовал вообще никаких изменений, кроме гигантских размеров разочарования. Я так рисковал, а ради чего? Целого ни-ху-я?! Нет, я и не надеялся научиться колдовать и изменять реальность, как Якумо, но это прямо, как плевок в душу! Как баг, который убивает финального босса, и ты остаёшься с пустыми руками, без лута и с поломанной игрой. Придётся разбираться в чём тут дело: то ли я ритуал криво провёл, то ли он так прописан, что работает через раз, то ли демоны нелицензионные попались. Как те фальшивые новогодние игрушки из анекдота, что вроде такие же, но настроения от них никакого. Супруга обниматься, кстати, не полезла. Она показывала своё фи равнодушием и даже меня наказала — тем, что отказалась выслушать мои оправдания и назвала эгоистичным болваном. — Сестрица за тебя очень переживала, дурак! — бухтел Наруто, старательно скрывая приподнятое от моего пробуждения настроение. — Да что уж там… согласен. Ничего не вышло, только на уши всех поставил зря. И хотя Анко была на меня в обиде, она принесла мне поднос с едой и даже отлупила по рукам, чтоб самостоятельно меня покормить. Умилился тому, что на подносе меня ждало совсем не то, что можно было найти в нашей столовой: суховатая шаурма (почему-то) нарезанная ломтиками и присыпанная сыром, стопка блинчиков с какой-то сладкой начинкой и пивная кружка из которой пахло чёрным чаем, шоколадом и апельсиновой цедрой. — Простите, что заставил поволноваться, — тепло улыбнулся я. — И больше так не будешь? — подняла на меня покрасневшие и опухшие глаза супруга. — Не буду, — твёрдо сказал я, но мысленно добавил — что я, дурак, повторять то, что не даёт полезного выхлопа?! Я не тешил себя мыслями о том, что в попытках стать сильнее больше не буду подвергать себя опасности. Но сейчас мне нужно было успокоить семью, а не юлить жопой, недоговаривая. Было погано от того, что приходится так нагло врать, но другого варианта я не видел. В отключке я пробыл сутки — ровно столько, по моим субъективным ощущениям, заняла у меня зачистка мозгов от вселенцев. Наруто не стал наблюдать за тем, как я похрапываю в песок, так что сразу после отруба я уже был на пути к койке. Заметив, что Наруто уснул с моей ногой вместо подушки (лишь бы пятку щекотать не начал), Анко сказала: — Ты вправду написал завещание? Ты ведь сам понимал, что это опасно… Так почему? — Да, написал. Понимал. Завещание я составил незадолго до первой миссии за пределы Деревни… после амнезии первой. Мне нужно ещё будет его переписать и вписать тебя. Анко прикрыла глаза и сжав мою руку, ткнулась в неё лбом. — Почему ты такой идеальный? — Я?! — вытаращился изумлённо на Анко, свободной рукой убрав поднос на тумбочку. — Ты точно обо мне говоришь? Супруга тихонько и мягко рассмеялась, подсев на койку рядом. — Раньше в твоём доме не было места даже для моей щётки, а сейчас ты покупаешь мебель для меня одной, покупаешь для меня дорогие чайные наборы, чакропроводящее оружие… Ты даже женился на мне! Приобняв Анко, положил ей голову на плечо: — Я тоже боюсь проснуться от этого чудесного сна с тобой, — помолчав, хмыкнул. — Какие же мы с тобой мнительные и депрессивные. Ну точно пара, даже мысли сходятся! Вечно нам мерещится что-то плохое. Анко не ответила, а перелезла через меня и снова поставила поднос мне на колени. Выписывать меня не спешили, потому что причину моего коматоза изучить хотели, но я отбился и, осторожно неся спину, потащился домой в компании Наруто и Анко. — Знаешь, что дядя Кито сказал? — идя впереди нас спиной назад и с руками, сложенными за головой, сказал Наруто. Я вопросительно мыкнул, ожидая ответа. — Что я смогу выучить скальпель чакры и использовать в бою! Это сколько бытовых фуин можно так же приспособить под всякое! А мне тут же вспомнился какой-то из фиков по Гарри Поттеру, где герой бытовыми заклинаниями орудовал, как маньяк. Чисткой с рыбы чешуи он с людей кожу сдирал. Не стал портить настроение Наруто объяснением того, что этот скальпель — такая же бесполезная шняга, как и негрейженный расенган. Тот же танто — в десять раз эффективнее. Да даже обычный кунай — и то лучше. На него не надо тратить столько чакры. Хотя как оружие последнего шанса или как инструмент, если всё отобрали — сгодится. Лучше, чем ничего. — Анко, у тебя появился последователь? — шутканул я. Стоило Мелкому занять ванную на первом этаже, как Анко принялась с меня пылинки сдувать. — Да сам могу снять сандали, — упирался я. — Что значит не нагибайся?! Милая, я не хрустальный. — Заткнись, — сдув прядку с лица, сказала Анко, — и дай о тебе позаботиться! Гулкий стук в дверь стал для нас неожиданностью. Гость был так нетерпелив, что вибрация прошла по Анко, прижавшейся к двери тылом. Прихожая у нас крохотная. Покрасневшая Анко быстро сдёрнула обувку и, судя по настрою, решила визитёра убить. — Что, — похабно ухмыляясь, сказал гость, оглядев нас (один с пола встал, а вторая покраснела), — я помешал вечеру любви? — Что вам нужно, Джирайя-сан? — холодно поинтересовался я, не приглашая Джи войти дальше в квартиру. У меня в этот раз не было настроения терпеть Жабьего мудака. Великий развратник Джирайя решил «обрадовать» нас тем, что угоняет Наруто на обучение. Очень хотелось сказать: «А хуй тебе по всей роже!», но я сдержался на остатках выдержки. — Джирайя-сан, Наруто сейчас, даже если бы хотел, с вами за пределы Конохи не пойдёт. — Это не тебе решать! — нахмурил седые брови саннин. — Наруто проходит реабилитацию после медицинской модификации. На самом деле, модификация была ещё далека от завершения, но было влом все это объяснять. Джи схватил меня за ворот, приподняв над полом: — Ты понимаешь, что своими действиями можешь всех угробить? — ожёг он меня яростным взглядом. Анко я остановил жестом от вмешательства. — О, да! — ехидно осклабился я, — понимаю. В отличие от вас, чуть не убившего Наруто! Я делаю только то, что ему не повредит, а в будущем позволит пережить вашу старую задницу! Выметайтесь отсюда к херам собачьим, вам тут не рады! — Вот как? Силёнок-то хватит? — но заметив Наруто, который выскочил на шум в одном полотенце, Джи тут же расплылся в улыбке, отпустив меня. — Наруто-кун! — сочился патокой голос Джи, — Хокаге-сама направляет тебя на суперкрутую миссию-тренировку с лучшим Учителем Страны… во всём мире! Смерив взглядом нас троих, оценив расстановку, Наруто сложил руки на груди и чётко проговорил: — Отказываюсь. Крайне изумлённый отказом Джирайя попытался было соврать, что выбора у Мелкого нет, но прежде меня Наруто сам процитировал пункт, касающийся отказа от миссий в невоенное время. Эро-саннин окинул меня яростным взглядом: — Я этого так не оставлю… — пригрозил Джи. Ответ получил зеркальный, только без попыток надавить КИ: — Не поверите, я тоже. А сейчас покиньте мой дом, Джирайя-сан. Меня так это выбесило, что я долго не мог успокоиться, изрыгая проклятия. И хотя Анко ещё не дошла до того уровня, чтоб понимать русский по контексту, тон ей сказал о многом. — Ирука, — настойчиво усадила Анко меня рядом на диван, — почему ты так злишься? Он же сказал, что это всего на два года. — Два года, которые Наруто может потратить если не с большей, чем с Джирайей, пользой, то хотя бы с теми, кому не наплевать на него самого, на его интересы! Я бы без тебя два года не смог. Не прошло и часа, как пришел посыльный с приказом завтра в девять утра явиться пред светлые очи Цунаде. — К гадалке не ходи — придётся объясняться со старой вешалкой… — Не говори так про бабулю, Ирука! Она не плохая… — плюхнулся Наруто в кресло напротив, цапнув печенье из корзинки и принялся полотенцем волосы сушить. Пока он переодевался я чуть подуспокоился и матерился уж без мата, иносказательно. — Да-да, неплохая. Просто равнодушная, надменная, и обожает валить свои проблемы на других. — Она не равнодушная! Она лечила нас после боя со Змеем! — Она ирьенин, это её обязанность — лечить раненых товарищей. Так же, как наша — до последней возможности драться и не подпускать к ней врагов. — Ну, она же Хокаге… — неуверенно возразил Наруто. — Она, наверное, не может действовать иначе! — Хотеть — значит мочь. Хотела бы — и решала бы свои проблемы сама, а не сваливала их на других. Или хотя бы относилась к другим по-человечески. — Может и так, — согласился Наруто. — Но всё равно она не такая плохая. Как тебе кажется. Просто дай ей шанс. Я горько усмехнулся, напомнив, что она ни мне, ни Наруто шанс не дала и не даст. — Ты это о чём? — После того боя с Кабуто она поняла, что твоё быстрое исцеление происходит только за счёт быстрого деления клеток. Но ничего тебе не сказала, даже зная, что попытки использовать чакру Кьюби будут повреждать твой организм, тем самым убивая тебя. Про модификацию, которую ты сейчас проходишь, она знала. Как одному из последних живых родственников, могла бы и сделать. Наруто изумлённо стянул полотенце и почти шёпотом спросил: — Она моя родственница? Я, вздохнув, покивал. — Её бабушкой была Узумаки Мито, роднёй которой была Узумаки Кушина, твоя мать. Так что через Мито — ты родственник Первого, Четвёртого и Пятой Хокаге. Но Сенджу Цунаде все эти годы было наплевать на твоё существование, да и теперь нет дела до твоего благополучия. Думаешь, зачем она пихает тебя в ученики к Джирайе? — Ну он же саннин, он сильный, он многому может научить… Рядом прыснула Анко, видимо, вспомнив, что я говорил раньше. — Может, но не захочет. Тебя хотят отправить из Деревни, чтобы социально изолировать. Единственным, с кем ты будешь хоть сколь-то долго общаться — будет Джирайя. Пары лет таких путешествий хватит, чтобы поверить в любую ахинею, которую он скажет. У тебя просто атрофируется критическое мышление, а этот старый придурок станет непререкаемым авторитетом и сенсеем, ближе и роднее которого у тебя никого нет. Всё это делается не для твоего блага — учить ведь можно и в Конохе. Больше того, здесь это делать удобнее и проще. Здесь есть куча специалистов по всем областям искусства шиноби, здесь есть оружие и расходники, врачи, лекарства и стимуляторы, полигоны. Госпиталь. Да в конце концов, здесь банально не надо платить за ночлег в гостинице и всегда есть миссии для заработка! Тут Узумаки серьёзно так задумался. О том, что социальная изоляция — это плохо и ни к чему хорошему не приводит, он уже знал. Зря я, что ли, рассуждал с ним на тему характеров окружающих нас людей и учил понимать предпосылки поступков. — Ты говоришь так, будто это решённое дело, — догадалась Анко. — Да, они уже всё решили. А я буду всеми силами биться против этого идиотизма. Два просравших свою жизнь великовозрастных дебила, ничего не понявшие и ничему не научившиеся, ради своих политических игр угробят время, здоровье и мечту Наруто. Не позволю! — Спасибо, Ирука, — растрогался Наруто. — Ради каких политических игр? — спросила жена, с намёком глядя на Узумаки. — Ну как же, им нужна полная и безоговорочная поддержка ручного джинчуурики и сильного в будущем шиноби. Куда же они денутся без силовой опоры в войне? Сами-то они не молодеют, особенно Цунаде. А врагов с каждым днём все больше. Без большой дубины можно и импичмент получить, с занесением в личное тело. — А есть в деревне хоть кто-то, кому я могу доверять? — мрачно спросил расстроившийся Наруто. — Ну, кроме тебя, Хинаты-чан, сестрицы Анко и сестрицы Хоноки? — А вот на этот вопрос у меня ответа нет. Тебе придётся найти его самому.