Долгий путь к мимолетному счастью

Савада Тсунаёши, Гокудера Хаято, Такеши Ямамото и Сасагава Рёхей перестали посещать школу. И только Хибари знал, что происходит. Но он был в бешенстве, потому что пресловутая битва за кольца, про которую так много твердил надоедливый Дино, началась. Причем началась на территории его средней школы Намимори. Не смотря на то, что Червелло восстанавливали разрушения, нанесенные школе в результате боев, с потрясающей быстротой, все же далеко не все можно было восстановить за день. А бои шли почти каждый день. В довершение ко всему, появилось странное ощущение, что где-то рядом бродит тот синеволосый подонок, которому Хибари проиграл в Кокуё-ленд, а это было невозможно, если верить странному малышу. Все это раздражало до невозможности, хотелось забить до смерти всех виновных, но пришлось ждать своей очереди в череде боев. И только встречая Аю Кацуя в коридоре, Хибари забывал обо всем остальном. Забывал, потому что каждый раз почти терял контроль над своим гневом, и каждый раз думал только о том, чтоб не убить всех вокруг. Видя, как она уже не наигранно, а по-настоящему безразлично смотрит сквозь него, как искренне улыбается подругам, как позволяет себя обожествлять пока еще немногочисленным, но уже появившимся, поклонникам и как удивительно строго соблюдает все школьные правила, Кёя приходил в бешенство. Именно в таком состоянии Глава дисциплинарного комитета пришел на свой бой. И, наконец, дал выход своему гневу, разломав странного робота – своего противника, за три секунды. Но этого было очень мало, гнев захлестнул Хибари, затуманил разум, уничтожил все мысли. Он жаждал боя и крови. Ему нужен был сильный противник, тот странный брюнет со шрамами на лице, похоже, что он у противников главный, а значит сильный – он подойдет. Хибари остановился только тогда, когда его вернули к реальности огромные разрушения школы, наносимые вроде бы уже сломанным им ранее боевым роботом. Пока он решал, как остановить неуправляемую железку, появился травоядный Савада. И еще более странной оказалась развязка всего этого беспорядка, показавшая огромную и странную силу Тсунаёши. Предстоял еще один бой. «Возможно, он наконец будет интересным», - подумал Хибари, осматривая невообразимые разрушения своей любимой средней школы Намимори. Финальная битва за кольца для Хибари была одновременно гнусной и интересной. Гнусной, потому что Кёю ухитрились отравить. Но в отличие от всех остальных, Глава дисциплинарного комитета спас себя сам, а вот остальные теперь были должны ему за свое спасение. А интересной битва была благодаря довольно сильному травоядному Бельфегору, обожающему использовать в бою острые ножи и режущие нити. Только эта травоядная сволочь как-то ухитрилась нанести Кёе пару особо глубоких порезов, продолжающих кровоточить, хотя прошло уже почти 12 часов. Вчера Хибари ушел с поля битвы, не дожидаясь медицинской помощи, а лишь убедившись, что их команда выиграла. Ни про какую семью и мафию он даже думать не хотел. К середине ночи Кёя понял, что ушел напрасно, ему сейчас помощь Шамала была бы очень кстати. Боль только усиливалась, раны продолжали кровоточить, забыться сном не получилось ни на минуту. И сейчас, в середине учебного дня, Глава дисциплинарного комитета неровным шагом идет к себе в кабинет уже зная, что Шамала сегодня в школьном медпункте не будет. Обращаться в больницу с такими ранами нельзя, потому что в этом случае будет слишком много вопросов к нему со стороны полиции. А сознание предательски грозит покинуть его в любой момент. Аю увидела Хибари случайно в коридоре, но в тот же миг поняла, что что-то не так. Не так, как обычно. У него не такой уверенный шаг, как всегда, не такой взгляд. Начинался урок, учитель задерживался, поэтому девушка позволила себе задержаться в опустевшем коридоре. Аю продолжала какое-то время смотреть на удаляющуюся фигуру парня, пока метрах в десяти от нее он устало не прислонился плечом к стене. «Боль раздражает!», - стиснул зубы Хибари, выпрямился и продолжил свой путь. Но девушка осторожно пошла за ним. Почему-то сейчас она не могла безразлично отвернуться, как делала это все последнее время. Хибари зашел в кабинет, перед глазами плыли серые круги, руки предательски дрожали. Он не смог замкнуть дверь, но к нему без стука никто не войдет, Кёя знал это наверняка. Парень снял пиджак и бросил его на диван. Рана на правой руке вновь сильно кровоточила, повязка промокла, и теперь бордово-красное пятно расплывалось на белоснежной ткани рубашки. Сразу несколькими небольшими алыми пятнышками на правом боку проступила кровь от второй раны. Повязки нужно сменить. Он медленно подошел к шкафу, достал аптечку и бросил ее на журнальный столик. Начал расстегивать пуговицы рубашки, но руки не слушались. Хибари стиснул зубы и резко рванул полу рубашки. Пуговицы разлетелись по кабинету, зато теперь ничего не нужно было расстегивать. - Позволь мне помочь, - неожиданный голос сзади выстрелом прозвучал в затуманенном болью и слабостью сознании Кёи. - Вон! – гневно выпалил Глава дисциплинарного комитета даже не обернувшись. - Перестань, - спокойный голос приближался, пока напротив Хибари не появился силуэт Аю. На него смотрели ее все те же уверенные, но такие теплые глаза цвета горького шоколада. - Уходи, - твердо сказал Кёя, но голос в последний миг предательски дрогнул. - Давай я помогу, а потом мы оба об этом сразу забудем, - предложила Аю и улыбнулась. Улыбнулась ему так же тепло, как раньше. У Хибари закружилась голова. Он стиснул зубы, прикрыл глаза рукой и сел на диван: - Ты не сможешь помочь, - уже спокойно ответил Кёя, но позволил девушке снять с себя рубашку. А потом позволил порыться в аптечке, одеть перчатки и снять пропитавшуюся кровью насквозь повязку с правой руки. Девушка ахнула. - Это нужно зашивать, - неожиданно произнесла она и залила кожу вокруг раны антисептиком. Ну, он и сам прекрасно знал, что нужно рану зашить, для этого ему нужен был Шамал, но тот где-то шлялся, а телефона этого блудного, но единственного врача, умеющего держать язык за зубами, у Кёи не было. И тут он обратил внимание, что девушка выуживает из аптечки шприцы, ампулы, иглы и что-то еще, довольно ловко разбивает какую-то ампулу и наполняет её содержимым шприц, и уверенно подходит к нему. Хибари левой рукой резко ухватил Аю за запястье правой руки, в которой она держала шприц. При этом он побеспокоил рану на боку и болезненно скривился. - Что ты собираешься делать? – зло осведомился Кёя. - Зашивать, - спокойно ответила Аю даже не пытаясь вырваться из его хватки. «С ума сошла!» - подумал про себя Хибари и поднял на нее взгляд. На него смотрели уверенные теплые и спокойные глаза Аю. Ни страха, ни ненависти, ни презрения, ни осуждения в них так и не было, но на этот раз не было и безразличия. - Что это? – кивнул он на шприц. - Лидокаин, обезболивающее, - поразительно уверенно ответила Аю. Хибари ни на секунду не верил, что этот зверек способен зашить его рану. Но глядя в ее уверенные и теплые глаза, ему совершенно не хотелось сейчас отпускать девушку. Казалось, что даже боль стала утихать, и только стекающая по руке кровь из открытой раны напоминала о необходимости что-то делать. - Только, - он пристально смотрел на Аю и очень хотел верить, что это не последний раз, когда она так тепло на него смотрит, - если упадешь в обморок, помогать не буду, - фыркнул Хибари и отпустил ее руку. - И не надо, только сиди смирно, - улыбнулась она и ловко ввела иглу под кожу. Почти сразу парень перестал чувствовать боль от раны на руке, как, впрочем, и довольно большую часть плеча. Пока девушка что-то перебирала в аптечке, он пошевелил рукой и пальцами – все нормально, но кровь из раны начала сочиться с удвоенной силой. Аю вернулась с тонкой изогнутой иглой и заправленной в нее шовной нитью, пинцетом и бинтом, пропитанным антисептиком. - Ложись, - сказала Аю, на что получила очень удивленный взгляд Хибари в ответ, - если ты будешь лежать на левом боку, я смогу зашить все ровно, почти ничего не будет видно. Ложись. Хоть он и не верил, что девушка сможет это сделать, но послушался. От раненой руки растекалась по всему телу удивительная эйфория, рожденная на месте полностью исчезнувшей боли. - Придется сделать три стежка, - тихо проговорила Аю и начала шить. Кёя не чувствовал ничего, только видел, как она прокалывает кожу с одной стороны раны, выводит изогнутую иглу уже с другой стороны и завязывает узелок. Один, второй, третий. Быстро, спокойно, уверенно. Даже нежно. Как убирает кровь обильно смоченным бинтом, как заклеивает сверху рану пластырем большого размера. Кёя даже не знал, что в его аптечке такой был. Зашивали его уже далеко не первый раз, но первый раз это делал не врач. Зато девушка сделала все удивительно профессионально. - Откуда ты знаешь, как это делать? – задал мучивший его вопрос Хибари. - Я окончила курсы первой медицинской помощи, - улыбнулась Аю. - Тогда зашей и вторую, - внезапно попросил Кёя, вставая, достав из кармана брюк нечто, впоследствии оказавшееся опасной бритвой, и ловко разрезав повязку, опоясывающую его торс. На правом боку парня между ребрами кровоточила еще одна довольно глубокая резаная рана. Девушка лишь попросила его вновь лечь и вытянуть перед собой руки. Так же обработала все вокруг раны, сделала пару уколов обезболивающего под кожу и взялась за иглу. Она стояла настолько близко, что длинные темно-каштановые волосы девушки почти касались вытянутых перед собой рук Хибари. А внезапно исчезнувшая боль, мучившая парня последние 12 часов, сменилась странным ощущением блаженства. Он видел уверенный взгляд Аю, слышал ровное дыхание, ощущал теплоту ее тела. Даже чувствовал нежное прикосновение ее тонких пальцев к своей коже, ставшей такой бесчувственной из-за лекарства, хотя возможно ему это только казалось. А еще ему хотелось вытянуть руку и обнять девушку за шею, заставить ее склониться к нему, положить свою голову ему на плечо. Тогда он сможет зарыться лицом в эти пушистые каштановые волосы, пахнущие весной и цветами, прикоснуться губами к ее нежной коже, лизнуть шею, попробовав ее на вкус. Обнять за талию и уронить на диван. Она не будет сопротивляться, а даже если будет, он не позволит ей кричать, заняв ее губы своим поцелуем. Он позволит своему зверьку царапаться и драться, но уже не остановится… Хибари усилием воли остановил свою руку, уже потянувшуюся к девушке. Он сжал ладонь в кулак, ногти больно впились в кожу, только тогда он смог вздохнуть и вернуть руку на прежнее место, свесив с дивана перед собой. - Долго еще? - излишне зло спросил Хибари. - Почти все, - ответила девушка, она уже заклеила пластырем зашитую рану на боку и теперь что-то вновь набирала в шприц. Парень прикрыл глаза, если она еще какое-то время останется здесь, он не сможет побороть себя. Ничего подобного раньше он не ощущал. Это чувство не было гневом, скорее наоборот, но его он почти не мог контролировать, невзирая на всю свою выдержку и силу. Это раздражало. И тут он почувствовал укол и резко открыл глаза. Аю что-то вколола ему в правое плечо и уже довольно улыбалась, убрав шприц и зажав прокол маленькой ваткой. - Это еще что? – возмутился Хибари. - Это антибиотик, а теперь спи, - улыбнулась девушка. - Уходи, - резко бросил Кёя и прикрыл глаза. «Если ты не уйдешь прямо сейчас, ты уже не уйдешь. А я потом сяду в тюрьму. Но я все равно не смогу остановиться. Уходи. Убегай отсюда, глупый зверек», - умолял про себя парень, лежа с отрешенным видом и все сильнее сжимая кулаки. - Я сейчас соберу здесь все… - начала девушка, повернувшись к столику с медикаментами. - Проваливай! – зло крикнул Кёя и отвернулся. Аю удивилась. И обиделась. Она молча ушла, оставив все как есть и прикрыв за собой дверь. «Что это с ним?» - подумала она, прислонившись спиной к закрытой двери его кабинета. «Молодец,» - думал Хибари, прикрыв глаза, - «беги, зверек, беги как можно дальше. Я опасен для тебя, чересчур опасен. А ты меня не боишься и очень зря».