Долгий путь к мимолетному счастью

Полиция довольно быстро опросила свидетелей, включая Аю. Девушка сказала, что потеряла сознание почти сразу от какого-то взрыва и больше ничего не знает. Но в душе Аю очень переживала из-за отсутствия своего ножа, а его нигде не было. Всех восьмерых пострадавших парней увезли в больницу. Как выяснилось, основной урон от взрыва гранаты получил сам террорист, выронивший ее из собственных перерезанных кем-то рук. В наиболее тяжелом состоянии были как раз двое террористов с глубокими порезами и Ямамото Такеши, намного меньше повреждений было у Гокудеры, меньше всех досталось Саваде Тсунаёши. Но так как он все еще был без сознания, его увезли в больницу вместе со всеми остальными. Аю Кацуя получила лишь легкое сотрясение мозга, врач порекомендовал девушке пойти домой и хорошо отдохнуть. Хибари же заставил девушку пойти в школьный медкабинет и даже проводил ее туда, держась все время на некотором расстоянии позади. Пока медсестра искала успокоительную таблетку, которую, по словам Главы дисциплинарного комитета, врач порекомендовал принять девушке, Кёя повернулся к Аю и показал ей ее нож. - Это побудет у меня до конца разбирательства, - он сразу спрятал ее оружие куда-то в складках своего пиджака и странно улыбнулся, - но за это я возьму плату. Когда медсестра принесла Аю нужную таблетку и воду, и поставила на тумбочку рядом с кроватью девушки, никто не заметил, как Хибари таблетку подменил. Медсестра сказала, что Аю нужно будет пару часов поспать здесь и можно вечером идти домой, поэтому девушка спокойно легла и почти сразу задремала. Она успокоилась, что ее оружие полиции уже не достанется. А у Главы дисциплинарного комитета дел появилось очень много, потому что он курировал работы по восстановлению школьного двора. Рабочие из подрядной организации уже приехали и начали восстанавливать газон, а последние ученики только покидали стены средней школы Намимори. И лишь немногие, рискнувшие взглянуть на Хибари Кёю, стоявшего недалеко от школьных ворот и наблюдавшего за рабочими, удивленно замечали улыбку на его лице. Прошел час, в школе не осталось никого, кроме медсестры, нескольких подчиненных Хибари, его самого и рабочих, начавших, с использованием тяжелого оборудования, восстанавливать асфальтированную дорожку, удаляя часть разрушенного покрытия. Шум во дворе стоял невыносимый, зато он свидетельствовал, что работы ведутся. Хибари прошел в школу и поднялся в медкабинет. Мельком бросив взгляд на спящую Аю, парень прошел к медсестре и застал ее за телефонным разговором, из которого следовало, что у нее срываются из-за Аю планы на вечер. Когда наивная медсестра закончила разговор, Глава дисциплинарного комитета спокойно предложил ей не жертвовать своими планами и уйти. А он сам лично через час разбудит спящую ученицу и отправит ее домой, ведь ему все равно предстояло провести в школе весь вечер, пока рабочие не закончат восстановление двора. И конечно Хибари пообещал, что никому об этом не расскажет. Повеселевшая медсестра быстро собралась, поблагодарила парня и убежала по своим делам. Она работала в этой школе совсем недавно и о Главе дисциплинарного комитета ничего не знала, тем более не знала, что одолжений он просто так никому не делает. Но пока он лишь молча улыбался. «Еще не время», - подумал Хибари и вышел из медкабинета. Кёя медленно прошелся по пустой школе, получил отчет от своих ребят, что никого постороннего на территории средней Намимори нет, отправил их во двор следить за рабочими и не спеша направился к медкабинету. Аю проснулась от очень странного ощущения. Ей снились очень неприличные сны, но с пробуждением состояние не изменилось. У девушки откровенно горели щеки, чувствовалась слабость во всем теле и некоторая тяжесть внизу живота. И все это казалось вдвойне странным, учитывая обстоятельства, из-за которых она попала в медкабинет, а в них не было ни капли романтики или эротики. Аю обрадовалась, что проснулась одна, так у нее получится сбежать из школы, не замеченной никем, и обойтись без ненужных вопросов, потому что даже не сомневалась, что ее учащенное дыхание и алые щеки выдадут истинное состояние любому встречному. Но лишь покинув кабинет и сделав пару шагов по коридору, девушка заметила приближающегося со стороны единственной лестницы Хибари Кёю. Его она сейчас хотела встретить меньше всего. Но даже с ним была надежда разминуться, если он, как обычно, пройдет мимо, не обращая на нее никакого внимания. Аю, не дыша, сделала несколько шагов в сторону лестницы и резко остановилась, услышав в свой адрес от Хибари: - Смотрю, ты уже проснулась. Надежда девушки уйти незаметно разбилась вдребезги. - Да, и я ухожу домой, - скороговоркой выдала Аю, опустив глаза вниз и попробовав пройти мимо Хибари вдоль стенки. - Да неужели, - ухмыльнулся парень, подходя вплотную. Он резко вытянул правую руку и хлопнул ладонью по стене, преградив девушке путь у самого ее лица. Потом развернулся и вынудил ее прижаться спиной к стене, в противном случае Аю пришлось бы прислониться к его телу, а этого сейчас девушка одновременно боялась и желала больше всего на свете. Не убирая вытянутую руку от стены, Кёя левой рукой за подбородок поднял лицо девушки и довольно улыбнулся. - Вау, - пропел он, когда от прикосновения его пальцев к ее коже, по всему телу Аю прошла волна легкой дрожи, - разве я могу бросить тебя в таком состоянии одну. Хибари не двинулся, продолжая молча смотреть в такие глубокие глаза цвета горького шоколада, затянутые пеленой страсти и легкого безумия. «Ну вот ты и доигралась, зверек», - про себя констатировал Кёя, чувствуя собственное легкое возбуждение и неумолимо приближающийся срыв самоконтроля. «Ты так близко,» - думала Аю, глядя на стоящего в нескольких сантиметрах от нее парня, - «твой голос, тепло твоего тела, твой запах смеси родниковой воды и полевых цветов сводят меня с ума». Аю отчетливо услышала, как собственное сердце застучало чаще, а дыхание сбилось. «Кёя, отойди от меня сейчас, ведь ты сильно разозлишься, если я задеру твою рубашку и крепко обниму твое горячее тело прямо здесь, в школьном коридоре в нарушение всех правил». Словно прочитав мысли девушки, Хибари запустил правую руку в ее волосы и овладел ее губами. Вот просто так, открыто, в коридоре, в нарушение своих же школьных правил. И именно овладел, нежно, но настойчиво, раздвигая губы девушки и проникая языком все глубже. Аю сама не заметила, как начала отвечать на его поцелуй. Она запустила руки под накинутый, как всегда, на плечи пиджак Хибари и крепко прижалась к своему любимому парню, смяв в ладонях белоснежную ткань его рубашки. В ответ Кёя левой рукой с силой прижал такое желанное тело своего зверька к себе. У Аю слегка закружилась голова, и перестало хватать воздуха, а от вкуса губ любимого парня можно было сойти с ума. Но первые проблески рассудка вернулись, когда девушка осознала себя лежащей в медкабинете на кровати в объятиях Хибари, успевшего снять пиджак и расстегнуть собственную рубашку. - Подожди, - прошептала Аю, чувствуя, что парень не собирается ограничиваться поцелуями. Но Кёя лишь еще настойчивее впился губами в нежную кожу на шее девушки. Она казалась такой чистой и нетронутой чужими губами, без единого намека на страстную ночь с Такеши, что Хибари глухо рыкнул и прикусил одурманивающе сладкую кожу своего зверька. Он не Такеши, а его зверек – только его. С клеймом, метками и, если понадобится, на цепи. - Больно, - взвизгнула Аю, а Хибари поднял голову. И тут девушка увидела смотрящие на нее из-под тяжелых черных волос темные со стальным блеском глаза Кёи. И это не был взгляд задыхающегося от страсти влюбленного парня. Это был взгляд хищника, уже вцепившегося в свою жертву, но страстно желающего ее помучить перед тем, как растерзать. Аю не понимала, почему у Хибари сейчас такой взгляд и откуда столько агрессии. А парень сел, удобно устроившись на бедрах девушки, положил правую руку ей на еще застегнутую блузку сверху и медленно начал уничтожать застежку блузки своей сильной рукой, отрывая пуговицы по одной и равномерно опуская руку все ниже. - Кёя, ты что делаешь? – возмутилась Аю и попробовала оттолкнуть парня. С тем же успехом можно было пытаться оттолкнуть бетонную стену, - Кёя… Девушка думала лишь о том, как теперь ей предстоит добираться до дома в таком виде, а Хибари, пьянея от своей власти и теряя остатки воли от обиды, думал, так или как-то иначе Такеши в ту ночь привел в негодность ее рубашку. И резко дернул полу блузки девушки на себя, последние три пуговицы с корнем оторвались от ткани и разлетелись по кабинету. - Кёя… - девушка не успела договорить, когда горячие губы Хибари вновь завладели ее губами. Но теперь он не только целовал, а довольно грубо задрал девушке юбку и стянул с нее нижнее белье. Высвободил от оков лифчика грудь, которая удивительно приятно легла в его ладонь, а под его пальцами сосок девушки быстро затвердел. Теперь уже у Хибари сбилось дыхание. Он приподнял голову и увидел то, что ему не понравилось. Девушка пыталась отстраниться от него, вцепившись в плечи парня изо всех сил, до побелевших костяшек пальцев, закрыв при этом глаза. - Открой глаза, - глухо произнес Хибари, - смотри на меня, - он ладонью нежно повернул лицо девушки к себе, Аю открыла глаза, - думай только обо мне. - Остановись, Кёя… - без надежды быть услышанной, прошептала Аю, наконец осознав всю степень опасности сложившейся ситуации. И, конечно же, Хибари проигнорировал ее просьбу. Он коленом грубо раздвинул ноги девушки, сел между ними, расстегнул брюки, высвобождая свою возбужденную плоть, и несколько раз провел головкой своего члена между нежными складками ее лона. Почувствовав скользкую влагу, Хибари хищно ухмыльнулся, левой рукой приподнял бедра девушки и одним сильным толчком вошел в нее до конца. - Неееет, - крик Аю разнесся по пустым школьным коридорам, крик боли и отчаяния. - Не закрывай глаза, - шептал Кёя с откровенной угрозой в срывающемся на глухой рык голосе, - смотри на меня. Будь со мной! Когда Хибари начал медленно двигаться внутри Аю, постепенно ускоряя темп, ей казалось, что будет еще больнее. Но боль, наоборот, начала притупляться, уступая место горячему наслаждению, сконцентрированному где-то внизу живота и постепенно становящемуся все более осязаемым. И чем больше девушка расслаблялась, отдаваясь во власть Хибари, подчиняясь ему, уступая ему свое тело, тем меньше становилась боль и острее чувствовалось нарастающее удовольствие. Она не могла смотреть в глаза Кёи, как он того хотел. Но она смотрела на белый потолок медкабинета, на висящую прямо над ними лампу дневного света под матовым стеклом, маленький круглый датчик дыма на потолке, пока все это не закрыла розовая пелена абсолютного счастья, накрывшая девушку с головой, заставившая ее застонать и вцепиться ногтями в плечи Хибари. Парень смог остановиться лишь на несколько секунд, позволив ей почувствовать этот миг наслаждения, потом закрыл глаза и сделал всего несколько резких толчков перед тем, как глухо зарычать, быстро выйти и забрызгать живот девушки своим семенем. Пытаясь восстановить дыхание, Хибари лег рядом с Аю, обняв девушку и положив ее голову себе на плечо. Она уже спала. А Кёя улыбался, ведь теперь это только его зверек, и он никому больше не позволит даже приблизиться к своему зверьку. «Моя», - прошептал Хибари, уткнувшись носом во влажные волосы спящей девушки. И тут до него стала доходить неприятная реальность, шум ремонтных работ во дворе стих полностью, а Хибари даже не заметил, когда это случилось. Он осторожно уложил Аю на подушку, встал, застегнул брюки, поправил рубашку и обернулся, собираясь укрыть спящую девушку простыней, как внезапно у него перехватило дыхание от удивления. На белых простынях отчетливо виднелись кроваво-красные разводы, немое, но неопровержимое доказательство чистоты и неприкосновенности его зверька вплоть до этого момента. «Не может быть!» - Хибари сел на кровать, в растерянности обхватив голову руками, - «Этого не может быть!»