Царь змей

      Рыжеволосая лениво открыла свои изумрудные глаза, перевернувшись на спину.       Через бреши в стенах пробивались золотые лучи, где-то пели птицы и шелестели листья, а воздух был наполнен едва уловимым ароматом полевых цветов.       Девушка, скинув со своего лба прядь медных волос, с удивлением и лёгкой обидой обнаружила, что Ивана, так нежно обнимавшего её этой ночью, рядом не было. Потянувшись и поблагодарив небесную канцелярию за то, что утром на небе не виднелось ни облачка, а солнце припекало, Таня на четвереньках выползла из шалаша. В глаза сразу ударило светом, на секунду ослепив, а от горящего рядом костра дохнуло жаром, которого им так не хватало этой холодной ночью, как бы Иван и Гроттер не жались друг к другу.       Между двумя длинными палками, вбитыми в землю, протянулась ещё одна, на которой аппетитно поджаривались два белых гриба. Поодаль лежала земляника, аккуратно собранная в большой лист лопуха. Облизнувшись, Таня начала с радостью поедать спелые алые ягоды, которые ей показались в тот момент слаще всякой конфеты.        — Уже проснулась? — со стороны озера подошёл ласково улыбающийся Ваня.        — Угу, — жуя, пробубнила Гроттер, вытирая тыльной стороной ладони рот.        — Ты же, кажется, пить хотела? — он протянул ей какую-то бутылку.       Удивившись, рыжая проглотила оставшуюся землянику и уставилась на валенка:        — А откуда, смею спросить, у тебя эта бутылка?        — Не поверишь, но она валялась нераспечатанной прямо рядом с озером, — в словах парня не было ни тени иронии.        — А вода что, та же, которая в ней была? — Гроттер с превеликим подозрением взяла бутылку.        — Нет, конечно! Я же не дурак. Вылил и налил озёрной — там она просто чистейшая, потом пойди, если захочешь, посмотри, но сначала доешь и выпей, — Иван снова улыбнулся такой же нежной улыбкой и опять ушёл на поляну.       Взяв за концы ветку с грибами, которая сама успела ощутимо прогореть и начала рассыпаться, рыжеволосая приступила к трапезе. Уже через несколько минут она, дуя на обожжённые пальцы, — грибы, как-никак, только с огня достали — схватив бутылку, пошла в сторону Вани и озера.       Вокруг было полно разномастной полевой травы, которая росла вокруг, радуя глаз ярким пёстрым цветом. Где-то жужжали шмели, перелетая с растения на растение, а чаща в эти минуты и вовсе не казалась страшной, а скорее больше напоминала какой-нибудь лес из волшебных сказок, в котором обязательно будут жить и добрые трудолюбивые гномы, и прекрасные русалки, по десять раз на дню переплетающие свои косы, и скрытный батюшка-леший, и добрая Арысь-поле, и, обязательно, Полоз — царь…       Хватит.       Таня тряхнула пышной шевелюрой, склонившись над водоёмом. Озеро как озеро, ничего особенного, да вот только что-то тревожило рыжую, не давая спокойно смотреть вглубь него, пробуждая все страшные кошмары об утопленницах, убивающих людей.       «Вот бы искупаться…» — странная, будто чужая мысль отчётливо проявилась в её сознании. Рыжая даже потянулась к кромке воды, забыв снять с себя одежду — насколько велико было это желание, как её окрикнул Ваня, заставив раздражённо дёрнуться, что на девушку совсем не походило.        — Таня, ты уже час, если не больше, сидишь и тупо пялишься на воду! Что с тобой? — он озабоченно присел рядом с ней.        — Я купаться хочу, — заканючила Таня, хотя раньше такое поведение считала уделом только малолетних детей.       Иван на неё как-то странно посмотрел, а после, потерев глаза фигой, как учила его бабушка, резко взглянул на водоём и сразу же отшатнулся — увиденное пугало.       Озеро оказалось далеко не озером, а прогнившим болотом, в котором копошились черви, питающиеся всем этим гнильём. Наверное, много людей оказались утоплены и заживо съедены тут, в этом проклятом месте. На его дне, будто король, восседал болотник — безглазый толстяк, покрытый слоем грязи с налипшими водорослями, улитками, слизнями и закрученным хвостом.       Блондин резко схватил подругу за руку и оттащил ту подальше от лже-озера.        — Вань, что с тобой? — теперь пришло время пугаться за парня рыжей — Валялкин весь побелел и начал учащённо дышать, будто стараясь справится с возникшим будто из ниоткуда волнением.        — Это вовсе не озеро, это гнилое болото! — только и прошептал он, резко взлохматив ладонью свои светлые волосы.        — Что-о?! И ты мне оттуда набирал воды! — девушка сморщилась и, открыв бутылку, вылила её розоватое содержимое на траву. Та, почему-то, мгновенно пожелтела.       Итог её действий дошёл до Ивана не сразу, а когда он всё-таки всё понял, то, глухо застонав, упал спиной на траву, перепугав рыжеволосую ещё больше.       Все старания с приворотом прошли напрасно.        — Вань, Ваня! — девушка обеспокоенно склонилась над ним.       Как же ему хотелось её в этот момент поцеловать.        — Давай уйдём отсюда, пожалуйста? — Таня поёжилась, покосившись на булькнувший водоём, после вновь посмотрев на друга.       Слова любимой вернули его в реальный мир, заставив вспомнить, где именно они сейчас находятся. Такие желания с возможным продолжением лучше оставлять до дома и, желательно, до мягкой кровати.        — Да, конечно, пошли, — парень поднялся с травы и, отряхнувшись, протянул руку Гроттер.        — И куда мы теперь? — она доверчиво воззрилась на него, принимая помощь.        — Поймаем попутку и вернёмся обратно в деревню. Там заберём кое-какие вещи, возьмём деньги, после уедем в город и заживём там спокойной жизнью в отдельности от всего этого. Ты согласна? — с замиранием спросил валенок.        — Да… конечно, — мягко улыбнувшись, рыжеволосая подняла глаза на сияющего Ивана.        — Что ж, тогда пошли к дороге! — воскликнул он и, схватив девушку за руку, повёл её в сторону леса.

***

      Трава доставала до колена, опутывая ноги, будто не желая пускать дальше, и заставляя то и дело спотыкаться, чуть ли не падая. Паутина липла к лицу, обязывая каждый раз с брезгливостью вытирать ладонью оное. Ветви цеплялись за руки так сильно, что рыжая успела оторвать на плече и потерять где-то небольшой кусок ткани от своей футболки. Деревья будто бы затеяли какую-то чумную пляску, исчезая с того места, где они были секунду назад, а появляясь прямо перед носом. Погода вдруг резко изменилась: могучий ветер пронёсся по небосводу, задевая верхушки стволов, листья которых вмиг начинали своё тревожное шептание. По быстро чернеющему небу прокатился раскат грома, вынуждая путников вздрогнуть и посильнее схватить друг друга за руки. Тучи сгустились над землёй, закрывая собой такое нужное золотое солнце. Вмиг похолодало градусов на десять, заставляя Таню зябко поёжиться. Небосклон осветила яркая вспышка молнии, и вскоре со всей дури ливанул дождь.       Девушка сглотнула, стараясь вглядеться в мрачные небеса, чтобы понять, за что их так карает Перун. Холодные капли дождя почти не попадали на землю благодаря густой листве, но стоило ветру-шалуну только задеть их ветви, как ледяная вода градом сливалась на них, попадая на тело и затекая за шиворот. Через несколько минут Иван и Таня уже промокли до нитки.       «А ведь путь туда был, как мне казалось, короче», — задумался Ваня, стряхивая с волос капли.       Не дай бог, блуд что-то намудрил — тогда им точно не выбраться.       Но вот, уж через пару минут парочка вывалилась на проезжую часть, прямо под холодный душ небесной канцелярии.       Гроттер оглушительно чихнула, но её чих потонул в новом громовом залпе. Она взглянула куда-то в сторону. Посмотрев туда же, блондин увидел свет, а после до него сквозь весь гвалт донёсся шум грузовика. Так же, как делал совсем недавно, Иван, не раздумывая, выбежал на дорогу, что есть сил замахав руками. Навстречу им ехала обычная фура, но даже такая заурядная машина в эти минуты казалась им спасением. Водитель затормозил, и тогда Ваня подбежал к дверце. За рулём сидел мужичок лет тридцати пяти с усами, как у казаков, и добрыми глазами.        — Заблудились? — перекрикивая непогоду, добродушно спросил он.        — Да! — громко ответил ему парень. — Не могли бы вы нас до деревни довезти?        — А что ж не довезти? Довезу! Грех в такую погоду людей в беде оставлять. Забирайтесь! — водитель похлопал ладонью по сидению слева от себя.       Благодарно кивнув мужчине, Валялкин подал знак Тане, и та быстро подбежала к нему. Их одежду да и их самих можно уже выжимать.        — Давай так, я сажусь на сидение, а ты ко мне на колени, иначе вместе не поместимся. Договорились? — в такие секунды у Вани просто не было времени смущаться — шальная молния ударила в ста метрах от них.       А вот Гроттер считала совсем иначе и уже хотела было начать спорить и сопротивляться, как со всей мощью грянул гром, оставив оглушённой девушке возможность только заторможено кивнуть и залезть в салон вслед за парнем, не вякнув ни слова       Внутри машины было очень тепло, приятно пахло кожаной обивкой, а из старого приёмника доносилась тихая мелодичная музыка, тихо убаюкивая новоприбывших. Да и зверства погоды отсюда были слышны только приглушённо, будто издалека, поэтому и пугали многим меньше.        — Меня Кузьма зовут, — представился добродушный мужичок, тихо трогая машину с места.        — Меня Иван, а это — Таня, — кивнул блондин на притихшую на его коленях рыжеволосую — видимо, она разомлела от тепла и начала потихоньку погружаться в сон, положив голову ему на плечо.        — Невеста твоя? — со знанием дела спросил Кузя, улыбнувшись в свои усы.        — Да нет, девушка, пока, — ответил Ваня, крепко обнимая заснувшую Гроттер. — Но всё ещё впереди.       Водитель только покивал, соглашаясь с ним, и прибавил:        — Ты тогда скажи, где вас высаживать, а то ж я не знаю.        — Да, конечно, — согласился Иван, и дальше они ехали уже молча.