Глава 13.
24 февраля 2015 г., 16:53
Martin Sexton — Diner
Как бы странно это не звучало, но самым трудным было убедить Тревора, что я вовсе не собираюсь снова уезжать, а лишь поживу некоторое время в доме Эдварда, пока не подыщу себе отдельную квартиру, и тогда он смог бы хоть каждый день приходить ко мне в гости. Хотя, когда я вскользь упомянула это во время ужина, Эд отчитал меня, словно маленькую девочку, за то, что я не привела его с собой, и сказал, что Тре в любое время может приходить сюда, ведь он всегда относился к нему, как к собственному брату. К тому же ему, как он сам выразился, будет гораздо интересней проводить вечер в компании человека, который знает толк в компьютерных играх и, если его разбудить посреди ночи, то он непременно скажет, в чем Джедаи отличаются от Ситхов.
Миновала вторая неделя работы на новом месте, и, как я ожидала, моими главными обязанностями были своевременная подача кофе в конференц-зал, сортировка различных документов и печатание отчетов. Единственным моим развлечением, помимо обеда в кафетерии, было обменивание сплетнями со своей соседкой по рабочему месту, Джули. Складывалось впечатление, что эта девушка знала все и всех, и ее уши были способны уловить информацию с любого конца нашего огромного офиса. Что касается меня, то я не стала выкладывать всю свою подноготную, а ограничилась лишь тем, что рассказала ей немного о своей семье, добавляя, что жизнь в таком тихом городке, как Вудсток, порой куда лучше, чем суматоха Бостона. Особенно, когда приходилось вставать в пять утра, чтобы вовремя успеть занять место в метро, доезжая до работы.
Проходя через раздвижные стеклянные двери нашего офиса, я по привычке достала телефон, проверяя почту, и наткнулась на новое сообщение от Эдварда. Еще до моего переезда к Тайлеру мы частенько закидывали друг друга смешными посланиями, и тогда день не казался таким скучным и однообразным. Вот и сейчас, зайдя во входящие сообщения, я прочла несколько приятных строк.
Привет труженикам печатного тыла. Надеюсь, ты не до конца погрязла в своих бумажках? ХО
Мой босс свалил, оставив мне кучу бесполезной работы, но я решил сегодня быть ленивой задницей и поэтому сижу и смотрю «Симпсонов». Плодотворный день.
Надеюсь, ты успеешь прочесть это сообщение до того как вернешься домой, ибо мой желудок пиздец как желает отведать какой-нибудь гадости, так что покупай такос и куриные крылышки и дуй домой! Твой мужик голоден!
Ох уж этот Ширан! Еще неделя — и моя без того необъятная задница не влезет в джинсы, а все потому, что живя под одной крышей с этим парнем, невозможно отказать себе в желании чем-нибудь похрустеть. Он найдет способ, чтобы заставить тебя съесть хоть что-нибудь; с ним я забываю о своей бдительности и начинаю поглощать пищу, наплевав на свою «диету» и на то, что с каждой новой порцией пончиков мой живот покрывается складками, как у шарпея. И вот сейчас он опять просил меня купить очередную порцию любимого фастфуда, и я, конечно же, будучи слабохарактерной тряпкой, куплю эту вредную пищу, а потом, проснувшись на следующее утро и встав на весы, буду проклинать себя за каждый съеденный кусок!
Но, что бы там ни было, мне нравилось жить с этим рыжеволосым парнем. И хоть пролетело всего две недели с моего переезда в эту холостяцкую берлогу, но по ощущениям складывалось, будто я живу здесь сто лет. Нас смело можно было назвать этакой супружеской парочкой, прожившей в браке пару тройку лет и успевших изучить все причуды и предпочтения друг друга. Я закрывала глаза на его привязанность к компьютерным играм, забывчивость поднимать стульчак и чрезмерную любовь к разбрасыванию своих грязных носков. Он, в свою очередь, терпел мою повышенную ворчливость по утрам, обилие выпадающих волос по всему дому, а также неумение гладить его брюки. Так мы и жили, периодически кидая гневные проклятья, когда кто-то из нас подолгу торчал в ванной, проводили свободное время за игрой в «Mortal Kombat» или же залипали перед телевизором в ожидании нового эпизода «Ходячих мертвецов».
— Мне плохо, — откидывая в сторону недоеденный кусочек жареных крылышек, пробормотала я. — Если я сегодня умру от переедания, то моя смерть будет на твоей совести!
— Ну, вообще-то лучше винить во всем Губернатора! Кто, блядь, знал, что эта сука убьет старика Хершила?!
— Значит, вы оба виноваты! Он — за то, что его до сих пор никто не прикончил, и ты — из-за своей дурацкой просьбы купить чертовы крылышки!
— Ты могла вовсе не есть их, — заметил парень, сделав очередной глоток пива.
— Я так не могу, — делая оскорбленный вид, ответила я. — Эти ребята делают самые лучшие крылышки, к тому же моя совесть никогда бы не простила, если б я не попробовала хоть один кусочек.
— Ага, поэтому, чтоб не разочаровывать ее, ты сожрала полведра! — ухмыльнулся Эд, закидывая в рот остатки этой отравы.
— Да, и теперь я помираю! — держась руками за переполненный живот, проскулила я.
— Ладно, если ты вдруг начнешь блевать, я, так уж и быть, подержу твои волосы.
— Ох, спасибо, Ширан — ты настоящий друг!
— Я знаю, — ответил рыжий, за что получил щелбан.
— Кстати, я совсем забыл тебя предупредить. Мне нужно собрать вещи, потому что мы с моим боссом на пару дней уезжаем в Лондон.
— И ты вспомнил об этом только сейчас? — кинув на него недовольный взгляд, я в очередной раз поразилась беспечности своего друга, поминая, что и в тридцать лет он будет все таким же забывчивым олухом.
— Да, мамочка, представь себе, я забыл сказать тебе эту важную информацию! — на одном дыхании прогудел Ширан, разразившись истеричным смехом.
— Не вижу здесь ничего смешного.
— Аха-ха-ха… Челс… Я не могу… Видела бы ты свое лицо! Ты реально сейчас похожа на Миссис Малькольм.
Когда я вспомнила недовольное лицо своей «любимой» соседки, особенно ее раздувающиеся от гнева ноздри, когда какой-нибудь мальчишка попадал мечом по ее обожаемому кусту с цветами, мой живот тоже принялся содрогаться от нахлынувшего смеха.
— Так и быть, рыжий, я прощу тебе твою забывчивость, если ты помоешь посуду.
— Ладно, но тогда ты поможешь мне собрать сумку, идет?
— Ох, ладно, рыжая задница, я помогу тебе, но лишь потому, что вместо своих трусов ты запросто можешь взять мои.
***
Fat Boy Slim — Praise You Когда я окидывала взглядом очередную полку старого книжного шкафа, мои глаза наткнулись на довольно интересном произведении. Буковски? Хм… интересно, с каких это пор Ширан стал читать что-то, не относящееся к научной фантастике и уж тем более книгу с таким посредственным названием, как «Женщины». Решив разнообразить свой вечерний досуг чем-то более интеллектуальным, чем просмотр очередной мыльной оперы, я все же решила остановить свой выбор на найденной книге. Удобно расположившись в любимом кресле, я покинула пределы разума, погрузившись в циничный мир Генри Чинаски. Будучи почитателем таких писателей, как сестер Бронте, Гарди и Диккенса, я была удивлена, что мне нравится читать о сексуальных похождениях престарелого пьяницы, посчитав его персонаж довольно интересным и достойным моих размышлений. Так и не узнав, чем заканчивается вторая глава, я приложила телефон к уху, слушая взволнованный голос Люси: — Ты еще не покрылась мхом? — Привет, Мэмс. И да, я тоже рада тебя слышать! — Между прочим, я серьезно переживаю за твое состояние, — упрекнула Люси. — А что с ним не так? — пребывая в недоумении, спросила я. — Вот скажи мне, чем ты сейчас занимаешься? — Я читаю. — Вот именно! Ты только и делаешь, что зависаешь дома, вместо того, чтобы пойти и размять свою задницу! — Не правда, я разминаю ее. — Если ты подразумеваешь под этим прошлую среду, то это ни хрена не считается! — Это потому что я не пила? — усмехнулась я. — Не совсем, хотя это тоже. Просто ты так быстро ушла, даже не успев толком расслабиться, и из-за этого пропустила знакомство твоей подруги с парнем ее мечты! — с жаром ответила блондинка, и я готова поклясться, что сейчас ее глаза горят похлеще рекламных щитов на Таймс-Сквер. — Да? И какой это парень по счету? — Ха-ха, очень смешно, Мисс Заучка! Я вот, к твоему сведению, говорю серьезно. — А я шучу, моя Стервела Де Виль, — ответила я и услышала знакомый игривый смех. — Лучше скажи, как зовут этого «Мистера Совершенство»? — Аарон. И, чёрт побери, он такая душка! — восторженно воскликнула Люси. Всегда восхищалась, с каким воодушевлением моя подруга рассказывала про свое очередное увлечение и даже немного завидовала ее умению легко переживать неудавшийся роман, в то время как я не находила себе места, прокручивая в голове все воспоминания и обиды. — Надеюсь, он не похож на того самого мерзкого Аарона, который тащился от запаха женских волос и пытался украсть твой лифчик? — Не-е-е-ет! Тот Аарон был сраным фетишистом, а этот будто сошел с обложки журналов, ибо таких горячих парней можно увидеть разве что в рекламе Calvin Klein! — А ты, значит, уже успела разглядеть его со всех сторон? — Как ни странно, нет, но, поверь, там и без лупы можно увидеть все его достоинства. — Пожалуй, это хороший аргумент. Нужно будет познакомиться с твоим Аполлоном лично. — Вот и отлично! У тебя как раз появится такая возможность, потому что уже в субботу все собираются пойти в «Greels» и ты, заучка, в том числе! А если ты посмеешь что-то возразить, то я приду к Ширану и самолично убью тебя! — Да пойду, куда я денусь. К тому же, ты и правда права, я действительно засиделась дома, да и работа меня порядком выматывает, мне нужно расслабиться. — Узнаю свою девочку! — промурлыкала Мэмс. — Ширан, кстати, еще не вернулся? — Нет, хотя говорил, что уедет на пару дней. — А Гарри? — Кто? — находясь в этом доме уже третью неделю, я вовсе забыла, что он тоже являлся его обитателем. — Ну, Стайлс. Он еще не вернулся? — Нет, — отрезала я. При упоминании его имени, я почувствовала некую скованность и в тоже время обрадовалась, что нас разделял целый океан. — А что, ты уже успела соскучиться по нему? — Не то, чтобы я соскучилась, но с ним на самом деле можно весело провести время, он хороший собеседник, но сейчас все мои мысли сосредоточены на Аароне, поэтому я просто спросила. Весело, как же… Вспомнив его самодовольное выражение лица и эту дурацкую нахальную ухмылку, я мысленно закатила глаза и еще раз поблагодарила всевышнего, за то, что океан так глубок и огромен, что способен подарить мне душевное спокойствие, пока этот молокосос находится за пределами соединенного королевства. — Все с тобой понятно. — Слушай, Челс, мне по второй линии звонит Аарон, я потом тебе наберу, — заверещала взволнованная блондинка, прерывая наш разговор, снова оставляя меня в полном одиночестве. The Rolling Stones — Paint It Black Открыв книгу на предыдущей странице, я принялась читать, чем же еще мог меня удивить Чинаски, но как бы внимательно я не вчитывалась, хмуря сдвинутые брови, мне так и не удавалось вникнуть в черные строчки потрепанных страниц. Даже не знаю, как Мэмфорд удалось сбить меня с толку одним вопросом, и, тем не менее, вот уже десять минут я пыталась понять смысл простого предложения, перечитывая его уже десятый раз, но как бы сильно я не напрягала свои извилины, в моей голове стоял лишь один образ. И, к моему великому сожалению, это был вовсе не престарелый ловелас Генри, все было намного хуже. Захлопнув книгу и одновременно фыркнув от собственного разочарования, я поплелась в кухню, в надежде, что чашечка любимого зеленого чая поможет мне прогнать образ кучерявого чучела. Но, когда до кухни оставалось каких-то жалких десять метров, мои ноги вдруг остановились, приводя мозг, да и меня саму, в замешательство. Я, конечно, всегда знала, что мои конечности никогда не были подвластны серому веществу, но чтоб настолько.… Продолжая стоять напротив выкрашенный в белый цвет деревянной двери, я терялась в сомнениях. И, исходя из подсказок, которые нашептывало мое подсознание, я стояла напротив двери, ведущей в логово человека, чьи вьющиеся волосы цвета молочного шоколада терзали мою голову вот уже порядка десяти минут. Но что было еще более странным, так это тот факт, что, находясь в этом доме уже три недели, я никогда не задумывалась над тем, чтобы зайти в эту комнату и уж тем более заострять свое внимание на личных вещах, находящихся по ту сторону двери. «Мне казалось, что ты вроде как хотела заварить чай, а не изучать дверную ручку?» — из недр больного мозга раздался скрипучий голос моей совести. Не стоит нагонять панику, дорогуша, я вовсе не собираюсь этого делать. «Оно и видно, как ты переминаешься с ноги на ногу, терроризируя свою губу, но нет, конечно, ты не собираешься туда заходить. Вовсе нет». Закатив глаза на едкий комментарий, оставленный в подарок от моего внутреннего голоса, я все же пошла в сторону заданного ранее маршрута. Извлекая из заднего кармана домашних шорт свой телефон, я решила занять себя просмотром новостей, чтобы хоть как-то скоротать время в ожидании своего лекарства. Как я и думала, за прошедшие шесть часов мир не сошел с ума, на нас не обрушилась эпидемия неизлечимого вируса, а чета Бекхэмов не стала полноправными членами королевской семьи. Наверное, я бы так и продолжила листать ленту со скучающим видом, если бы мои глаза не наткнулись на одну запись. «I see a red door and I want it painted black», — гласил репост Морган. Странно, не думала, что являлась подписчицей этой идиотки, но еще больше меня удивил ее ретвитт. Сомневаюсь, что этой тупице настолько нравятся Rolling Stones, чтобы она во всеуслышание решила поделиться этой новостью, зато кто-то другой, кажется, напротив, был ярым поклонником их творчества, о чем свидетельствовала майка с символикой этой группы, одетая на парне, прячущим лицо за широкополой шляпой. Мне стало любопытно, о чем еще может писать человек, слушающий «Роллингов» и называющий себя Banana-man. Как оказалось, этот парень, питающий слабость к этому фрукту еще был почитателем Кубрика и Феллини, о чем свидетельствовали его предыдущие посты, а также любителем цитировать строчки из песен групп, к которым и моя душа была неравнодушна. Но, видимо, кто-то свыше все-таки решил надо мной жестоко стебануться, потому что под очередной картинкой гласила запись, от которой мои глаза чуть не полезли из орбит. В чьей записи, состоящей из тридцати двух символов, я прочла фамилию, от которой по моей коже прошелся табун мурашек, а в горле застрял непроходимый комок отвращения и уже второго по счету за прошедший час разочарования в себе. Стайлс. Блядь, почему даже находясь за миллион миль от меня, он все равно продолжает меня бесить, а еще хуже, мысль, что я посчитала этого сопляка забавным заставляет меня пребывать в состоянии ступора и полнейшего, тотального разочарования в Челси Дэниелс, как в человеке разумном и здравомыслящем. Раздражающий свист кипящего чайника вмиг вывел меня из состояния фрустрации, позволяя моей голове немного остыть от потока негодования. Но как бы я не хотела абстрагироваться от недавних событий, я все равно никак не могла понять, как я могла так просчитаться? «Что ты, мать твою, делаешь, Челси?» — пищал мой внутренний голос, пока я направлялась по знакомому маршруту. Вот теперь я просто обязана узнать, что скрыто за этой чертовой дверью! Мне нужно получить ответ на главный вопрос, на самом ли деле Стайлс тот, за кого выдает себя в социальных сетях? Или же это очередные дешевые понты для охмурения девушек, верящих, что за этим профилем стоит загадочный «Мистер Совершенство», а не малолетний мудак с безвкусными татуировками в стиле моряка Папая и отвратительной ухмылкой, от которой так и тянет блевать. Mayer Hawthorne — Green Eyed Love Видимо, всем обитателям свыше действительно нравилось наблюдать над падением моей самооценки, потому что как только я дернула дверную ручку, моему взору представился огромный плакат с изображением великолепной четверки любимых музыкантов, отчего моя челюсть валялась на полу вместе с моим ущемленным эго. «Дай подумать, вероятно, ты надеялась увидеть постер ангелов Victoria`s Secret или старушку Пэм в ее знаменитом красном купальнике, но никак не своих кумиров, верно?» — скрестив руки, деловито информировала меня моя совесть. Представь себе — да! Именно это я рассчитывала увидеть, а еще кучу высокоинтеллектуальной макулатуры с изображениями красоток с силиконовой долины, но никак не коллекцию виниловых пластинок Элвиса и Джимми Хендрикса! Подумать только, что бывшая комната покойной бабушки Эда станет подобием святилища для легенд рок-н-ролла. И самое ужасное, — что эта комната принадлежит самому гадкому жителю Вудстока, чертовой Кудряшке Сью! Странно, как может парочка безделушек, стопка книг и старый проигрыватель разбавить обстановку и вдохнуть в ничем неприметную комнату новую жизнь. Здесь больше не пахло лавандовым маслом для рук, теперь в этой комнате поселился древесный запах мужского одеколона, тот самый, который всегда улавливал мой нос, как только находился в непосредственной близости со Стайлсом. Я подошла к комоду, мой взгляд упал на фотографию, которая, как мне кажется, особенно выделялась на фоне остальных. Признаться честно, я не сразу заметила в неуклюжем мальчугане с копной непослушных кудряшек и щурящем глаза от солнца того самого заносчивого переростка. На вид ему было лет пятнадцать и, видимо, тогда у него еще не было мании натягивать эту дурацкую ухмылку, показывая, будто он тащится от собственной мнимой крутости. А еще более странным видеть его руки, не покрытыми наскальными рисунками. Я бы даже сказала, что на этой фотографии он выглядел довольно мило, пытаясь, по всей видимости, скрыть свое смущение под застенчивой улыбкой, обнажающей две маленькие ямочки на румяных щеках. Оторвав взгляд от юного барана, я увидела не менее очаровательную Энн, крепко обнимающую своего сына. А вот по левую руку от парня стояла его старшая сестра, о которой так воодушевленно рассказывала Миссис Стайлс и на лице которой также можно заметить ямочки, которые, как я уже убедилась, характерны этому семейству. Вот смотрю на это фото — и не понимаю, как в этой образцовой семье мог родиться такой пришелец в виде Стайлса? И самое интересное: когда он успел стать первоклассным мудаком? Потому что на этом снимке он выглядит ещё не таким. «Но ведь ты тоже не всегда была такой психованной неврастеничкой?» Я смотрю, тут явно кто-то горит желанием быть покалеченным. «Чуть что, так сразу за кулаки. Где же твои хорошие манеры, Челси?!» Они там же, где и моя украденная девственность, похороненная на заднем дворе вместе с моими брекетами. «С таким характером озлобленной пмэсницы ты точно не встретишь хорошего парня!» А с твоим чрезмерным стремлением вечно совать крючковатый нос не в свои дела, ты рискуешь быть изгнанной из моей головы, совесть! «Вот как? А кто, по-твоему, еще будет спасать твою черствую душонку, когда ты в очередной раз окажешься в полнейшей жопе? Думаешь, это будет сердце? Как бы ни так. Да как только запахнет жареным, оно тут же даст заднюю, прям как в прошлый раз. И что ты тогда будешь делать, м?» Я что-нибудь придумаю, не беспокойся, совесть! «Кстати, если ты рассчитываешь, что на помощь тебе придет твоя подружка гордость, то спешу тебя огорчить: эта сучка тоже не станет марать свои ручонки, она ведь на пару с сердцем привыкла рассчитывать на меня!» Не думала, что ты можешь быть такой пылкой, совесть. «Во мне много скрытых талантов, Челси». Я учту это, когда в следующий раз буду на пути нового погружения в дерьмо. А сейчас я думаю, что мне уже пора валить из этой комнаты, я и так провела здесь больше времени, чем рассчитывала. Когда я в последний раз окидывала комнату оценивающим взглядом, мой взор упал на раскрытую книгу на прикроватном столике. Мое любопытство не дало мне просто уйти, поэтому я обошла кровать и взяла в руки книгу. Взглянув на твердую обложку, я прочла название одного из своих любимых романов, на что из моей груди вырвался сдавленный стон, и я положила книгу на место, стремительно поспешив к выходу, посылая гневные проклятья в адрес кудрявого парня, который по непонятной мне причине разделял мои вкусы.***
The Neighbourhood — Sweater WeatherPOV Гарри.
Жаль, что в нашей жизни нет места летательному пороху, он бы точно помог избежать утомительных перелетов, а заодно сэкономил кучу времени, вместо того, чтобы торчать в зале ожидания. Ну вот, стоило снова включить телефон, как посыпалось куча пропущенных вызовов и новых входящих сообщений. Как ни странно, но я был рад снова вернуться в Вудсток. Никогда не думал, что этот маленький городишко станет для меня таким родным, и, уж тем более, что я предпочту его деревенские пейзажи солнечному Лос-Анджелесу. Видимо, мама была права, когда сказала, что я привыкну к этому городку и его размеренной жизни. И я правда привык. Настолько привык, что даже проникся его сельским колоритом и простотой. Вот и сейчас он встречает меня своей привычной для здешнего климата погодой и радушием в лице приветливой соседки, которая, кажется, всегда была рада меня видеть, несмотря на то, что мы частенько с Эдом не давали ей нормально заснуть по ночам. — Гарри, дорогой, это ты? — послышался тихий голос старушки. — Здравствуйте, Миссис Кроули! — остановившись напротив ухоженной клумбы, я. как обычно, нашел эту даму, занимающуюся своим любимым делом. — Вы как всегда прекрасно выглядите. — А ты, мой мальчик, все такой же джентльмен! — восторженно произнесла женщина, срезая ненужные листья. — Во всяком случае, стараюсь им быть, — пожав плечами, ответил я, в то время как мой внутренний голос закатывал глаза: «О, да, Стайлс! Отжарить ту пуэрториканку на заднем сидении так по-джентельменски!» — Ты, наверное, так устал с дороги, а тут я, старая, со своими разговорчиками. — Ну что вы, Миссис Кроули, вы нисколько не задерживаете меня, — мои ямочки вмиг заставили старушку позабыть о своих словах, и она улыбнулась в ответ, обнажая свои зубные протезы. — На вот, лучше подари это вашей новой соседке, — она протянула небольшой букет кустовых роз, и её слова вмиг вывели меня из полусонного состояния. — Так у нас теперь появилась соседка? — Вот опять я болтаю лишнего, — поджав губы, словно молоденькая девчонка, Миссис Кроули вновь принялась возиться со своими цветами. — Как раз таки наоборот, вы заинтриговали меня. — Хорошая девчушка, ваша соседка. Правда, на мой взгляд, уж больно она переусердствует со своими рисунками, скоро совсем живого места на себе не оставит. Понимая, что речь, по всей видимости, идет о татуировках, я принялся перебирать в уме всех знакомых девушек, чье тело подошло бы под описания моей новой соседки, пока до моего мозга не дошло, что старушка говорит о психопатке Дэниелс. — Вы, наверное, говорите про Челси? — Именно про нее. Помню, как эти маленькие негодники на пару с паршивцем Томлинсоном прятались у меня в саду от покойной Элли, чтобы не получить нагоняй за очередную пакость. — Да что вы говорите? Слова моей добродушной соседки ничуть меня не удивили, а напротив, навели на мысль, не стояла ли эта чокнутая на учете в психдиспансере? — Славные тогда были времена, — потупив взгляд в одну точку, вспоминая события минувших лет, ответила женщина. — Думаю, они ей понравятся. — Что? — Мои розы, дорогой. Они для Челси. Подарить розы? Красные? Челси? Ага… Я лучше подарю ей намордник. — А… Вы об этом. Я не хочу вас расстраивать, но, кажется, у нее аллергия на цветы. А еще она периодически страдает приступами бешенства и хроническим неврозом. — Как жаль, — ответила женщина, забирая букет обратно. — Тогда передай ей, что я нашла тот рецепт, о котором она спрашивала. — Эм… конечно, — пропуская все мимо ушей, я снова улыбнулся беззаботной улыбкой и зашагал к дому, нажимая кнопку быстрого набора номера. — Стайлс, а я только хотел тебе звонить. — Ну, я, как всегда, опередил тебя. Ты дома? — Нет, я задержусь здесь еще на пару дней. — Оу… ясно. — Я надеюсь, ты не сильно расстроишься, когда узнаешь, что Челси теперь поживет с нами. — Нет. Что ты. Это ведь твой дом, чувак. Я только пожелаю ей запастись успокоительными и бумажными салфетками. А так я чертовски спокоен. — Просто я знаю, как вы недолюбливаете друг друга. — Я спокойно отношусь к ней. Это она видит меня вселенским злом. «Ага.… Да ты куда спокойней отнесешься, если тебя побреют на лысо, чем останешься с этой девчонкой в одной комнате», — выкуривая кубинскую сигару, покачиваясь в кресле-качалке, ответило мое подсознание. — Как бы там ни было, постарайтесь до моего приезда не сильно покалечить друг друга и не сильно разнести дом. — Не парься, Эд, фундамент останется целым. — Ну, хотя бы так. — Кстати, коллекционное издание о Флэше уже ждет тебя, так что давай поскорее возвращай свой зад в Вудсток, если не хочешь, чтобы я отдал его Найлу. — Бля! Нет, только не Хорану! Этот гаденыш и так дышит мне в затылок! — Тогда в твоих же интересах вернуться сюда как можно скорее. — Какая ты сучка, Гарольд! — Я знаю, милый. Я тоже тебя люблю. — А я тебя нет! — Я почти плачу. — Не слышу всхлипы. — Я пытаюсь быть мужиком. — Тебе почти удалось это, дорогой. — Аха-ха-ха, ладно, рыжий, я уже на пороге, пожелай мне удачи. — Желаю, чтобы нож, который попытается в тебя кинуть Челси, пролетел мимо. — Спасибо, Эд. Это так мило с твоей стороны. — Удачи, Гарольд. — О, да, спасибо. — И, еще… береги свои кудряшки. У Челс особая страсть к выдиранию волос. — Я буду ходить в шлеме. — Тогда и ракушку не забудь одеть. — Ага, буду иметь в виду. — Скоро увидимся. — Ага. Может, стоит запастись святой водой? «А заодно и чесноком, деревянным колом и серебряными пулями, на случай, если Дэниелс окажется оборотнем», — добавил внутренний голос, штудируя псалтырь в поисках молитвы на тот случай, если все-таки этой чокнутой удастся заколоть меня кухонным ножом. Ambrosia Parsley & the Elegant Too — Goodnight Moon Когда я открыл входную дверь, мои уши сразу уловили звук включенного телевизора и, если мой слух мне не изменяет, то я отчетливо слышу голос Джесси Пинкмана. Оставив свой чемодан возле комода, я вошел в гостиную и, как и предполагал, по AMC шли «Во все тяжкие» и я уже начал думать, что в комнате никого нет, как вдруг за спинкой дивана выглянула русоволосая шевелюра совсем юного паренька. — Ой, здравствуйте, мистер, то есть сэр, то есть… — Гарри. Зови меня Гарри. — Эм… привет, Гарри. — Привет, а ты у нас? — Меня зовут Тревор, я брат Челси. Я бы не сказал, чтобы этот парнишка и Дэниелс были похожи. Его смело можно было считать родственником Найла, беря во внимание светлые волосы и добродушное выражение лица, которые придавало ему сходство с маленьким эльфом. Хотя нет, все же у них с Дэниелс было кое-что общее. У них обоих были глаза цвета скошенной травы, вот только, если бы его сестра не перебарщивала с огромным количеством подводки, то это сходство было бы гораздо заметнее. — А я друг Эда. — И ты тоже тут живешь? — Ага, как теперь и твоя сестра. Кстати, где она? — Как всегда зависает в душе, — закатывая свои по-детски наивные глаза, ответил Тревор. — Когда она жила с нами, мама всегда контролировала, чтобы Челси не торчала там больше положенного, а здесь у нее полная свобода действий, и меня это бесит. Что можно так долго делать в ванной? — Ох, не знаю, приятель. На то они и девушки, чтобы часами проводить там, наводя марафет. — По-моему, это глупо. — Я тоже так думаю, — ответил я, искренне улыбнувшись этому славному мальчугану. Его сестре явно не помешало бы взять пару уроков, как вести беседу с людьми, при этом не посылая их идти лесом. — Я надеюсь, ты не успел спалить дом? — в дверях появилась любительница ненормативной лексики, чьи волосы были обернуты в полотенце, делая ее похожей на жительницу Эфиопии. — Здравствуй, Челси, — спокойно произнес я, всматриваясь в ее удивленное лицо, которое тут же сменилось холодным безразличием. — Здравствуй. Не знаю, в курсе ты или нет, но на какое-то время я поживу здесь. — Эд уже предупредил меня. — Ясно, — сухо ответила Дэниелс, всячески игнорируя мой пристальный взгляд. — И да, можешь не переживать, я почти все время провожу на работе, так что пресекаться мы будем крайне редко. — А кто сказал, что я переживаю? Может, я, наоборот, скучал без твоего общества? — ехидная улыбка расползлась по моему лицу, приводя брюнетку в замешательство. — Тревор, тебе пора собираться, отец заедет за тобой уже через десять минут. Куда же делось твое красноречие, деточка? Или оно проявляется только на пьяную голову? — А когда теперь я к тебе приеду? — раздался слегка поникший голос мальчика. — Не знаю, как видишь, я теперь здесь живу не одна, так что… — Кем ты меня воображаешь, Челси? Твой брат ничуть не помешает мне, я, наоборот, буду рад видеть его здесь. — Слышала, что сказал Гарри? Он не против, — подлетая к разочарованной сестре, лицо которой скривилось в недовольной гримасе, он начал дергать ее за руку, и я готов поспорить, что в это время она боролась между собой, чтобы не сорваться при младшем брате и не вылить на меня поток отборной брани. — Ну, хорошо, я заеду за тобой в понедельник после школы. — Ура! — воскликнул малыш, хлопая в ладоши, словно только что выиграл в лотерее. Смотря на этого славного парнишку, я невольно вспомнил себя и те времена, когда мы с Джеммой были особенно близки. — Ладно, дружок, пойдем, я тебя провожу. — Пока, Гарри! — До встречи, Тревор. Был рад с тобой познакомиться. — Я тоже! — улыбнулся он и направился к выходу, в то время как его сестра кинула на меня уничтожающий взгляд, который, судя по всему, должен был меня убить. Ох, Дэниелс, то ли еще будет!
