Luck off!

Представляете себе колледжские праздники? Они чрезвычайно удобно совмещены со школьными каникулами. Ну, я имею в виду, мы с Джейсом никуда не выходили три дня подряд, а значит, мусолили друг другу глаза почти двадцать четыре часа в сутки. Такая концентрация идеальных парней рядом со мной вызывала желание придушить или побить Джейса, хотя он вел себя паинькой - и да, даже этим меня бесил. Не придраться. Нет, вы просто не представляете. Он даже отзывался на "Эй, ты!" или "Раб, иди сюда!", хотя и бормотал под нос, что рабство давно отменили. - Что ты там опять начал мямлить? - Ничего важного, мой господин, - преувеличенно печально вздохнул Джейс. Видно было, как я его достал, дергая каждые пять секунд по каким-то мелочам - в его взгляде читалось желание придушить меня. - Да нет, расскажи, Джейс. Пожалуйся папочке. - Ну, знаешь, было бы странно, если бы я наслаждался своим положением мальчика на побегушках. - Так ты не наслаждаешься? - притворно удивился я, - а я думал, ты счастлив! Но, раз не наслаждаешься, не наслаждайся где-нибудь подальше от меня. - Том, можно я хоть немного займусь своими делами? - Мне не нравится, когда ты меня так зовешь. Называй Тошем. - Сменил гнев на милость? Ты гоняешь меня уже третьи сутки! Влюбился, что ли? - он шлепнул какой-то папкой по столу и отвернулся. - На приторных малюток вроде тебя только девочек лет десяти тянет. Но ты ведь достаточно разумен, чтобы не относить меня к этой категории, а? - Ну да, действительно, кого я решил спросить: девственника-затворника, который девчонку-то вживую ни разу не видел! - раздраженно хмыкнул Джейс. - Я не поклонник общения вживую. У меня есть интернет! А ты сам без подружки ходишь. Уже несколько месяцев. - Да, интернет тебе даст! - хохотнул мой визави, - а мне не нужно. - Что значит - не нужно? - я оживился. Открывается новая брешь для иглы моего сарказма и яда моих насмешек. - С таким братом, как ты, затрахаешься... - пробормотал Джейс, все еще роясь в своей папке, - никакой личной жизни и не надо. Я разочаровался. - Я тебе не брат. - Брат, брат. Ты с этим ничего поделать не сможешь. - Мы родились от разных женщин и зачаты разными мужчинами. Этого для меня достаточно. Ты для меня никто. Он промолчал, отложил свою папку и подошел ко мне ближе. - Три месяца прошло, а я все еще никто. И, если повезет, "эй, раб!" - тебе не кажется, что уже можно было бы наиграться? - Нет, у меня полным ходом идет укрощение строптивых, - мяукнул я и кинул в него какой-то из своих мягких игрушек. Джейс зарычал, топнул ногой и вышел. Что его так взбесило?.. - Не уходи далеко, - крикнул я ему вслед. - Сегодня мама позвонит по скайпу. Ты знаешь, как она любит скайп. - Пресвятая табуретка, и что? - донесся слегка истеричный голос с кухни. - Лучше, если мы с тобой обнимемся на камеру. - Тош... В этом одном слоге он умудрился передать все, что он думал по этому поводу. Но, главным образом, как я его "затрахал". Он вернулся в комнату, прислонился к косяку двери. - А потом к нам зайдет наша любимая старушка. Напои ее чаем. Я уже это ей несколько дней подряд обещаю. - Почему, если ты обещал, выполняю я? Я посмотрел на него очень серьезно и немного нежно. - Джейс, зайка, потому что ты мой раб. - О да, хозяин, - в тон мне ответил он, подпустив этой своей хрипотцы в голос, расстегивая верхнюю пуговицу своего поло и чуть прикрыв глазки. - Я буду слушаться, - он облизнул губы. - А если я буду недостаточно хорош, накажите меня. Я вытаращился на него. - Вали отсюда, извращенец! - еще одна мягкая игрушка впечаталась прямо ему в голову. Джейс заржал и скрылся. Я вздохнул, откинул волосы с лица и фыркнул. Надо же. Со мной так еще никто не разговаривал! Нужно признать, он иногда здорово скрашивал мои унылые будни. Из всех занятий в моей жизни было лишь четыре: учеба, интернет, рисование, сон. Я бы не променял это на что-то другое, однако иногда надоедает, знаете ли. Хотя, есть еще фортепиано, но я слишком редко занимаюсь этим. Кстати, хорошая мысль. Я раскрыл ноты на том месте, где закончил разбирать, и сел за инструмент. И не дай Ктулху этот ушлепок покажется здесь или отпустит какой-нибудь комментарий! Разборы мне всегда давались трудно. Сколько себя помню, над каждым новым произведением сидел чуть ли не три месяца, зато на слух подбирал буквально за день-другой. Но тут всю партию перекрывал голос, и я не мог прочувствовать, что нужно играть левой рукой. Это было большой проблемой для меня - значит, нужно где-то достать ноты. А потом - копаться часами, пытаясь подобрать и запомнить нужные комбинации клавиш. Ну и... Да. Угадайте, чем я сейчас страдаю. Я остановился на второй странице - тут был переход на припев, так что я застопорился. Левая рука не стыковалась с правой, как это частенько бывает у самоучек вроде меня, а тут все так: неправильно выучишь - потом не исправишься и будешь играть ерунду всю оставшуюся жизнь... Возможно, я утрирую. - Что, все еще не получается? Хотел бы я заметить в этом вопросе ехидство, но его не было. - Не получается, - я скрипнул зубами. - Помочь? Я обернулся на него. Вероятно, моя фигура и сверкающий из полутьмы взгляд выглядели гротескно и немного пугающе, но Джейс не отступил. - Могу показать. - Ты опять на моей половине без разрешения, Джейс, - огрызнулся я. Он сдвинулся чуть правее. Я продолжил упорно долбить по клавишам, больше не из усердия, а из желания показать, что я стараюсь. - Так тебе помочь? Или как? Я раздраженно выдохнул. На самом деле очень хотелось указать ему на свое место и сказать, чтобы играл. Но гордость вставала поперек желания, как ком в горле. - Ну давай. Я махнул рукой и встал. Это избавит меня от множества проблем. Один раз услышу, где он что стыкует - и сыграю без проблем. Джейс неторопливо подошел, сцепил руки ладонями наружу, разминая пальцы, сел за мое фортепиано и присмотрелся к нотам. Правая рука быстро прошлась по мелодии - он даже не смотрел на клавиши. - Ну, для самоучки это довольно неплохо. Сколько ты играешь, Тош? - Пару лет, - буркнул я. Когда он уже приступит? - Нормально... - пробормотал он, после чего заиграл. А ведь я и не знал, что на фортепиано это звучит так премиленько. Наверное, я смогу так же, если исключить то, как я копаюсь над каждым тактом, а вкупе моя игра звучит так, будто на клавиатуру упала живая рыба и бьет по октавам плавниками в произвольном порядке... - В общем-то, тут все довольно просто, нужно только понять принцип. Считаешь: раз-и, два-и, три-и, раз-и, два-и, раз-и, два-и, три-и... И продолжаешь. Правая рука идет на "раз", а левая - на "и". Давай, попробуй. Я выпихнул его с места раньше, чем он поднял свою пятую точку со стула. Все пошло как по маслу - внутри словно включился метроном, так что я сыграл все почти на отлично, хоть и медленно. - Шикарно, - прокомментировал Джейс, - твоя обучаемость на грани идеала. - На грани идеала и чего? - уточнил я, довольный до жути похвалой. - Ну... Вероятно, идеала и совершенства. - Так, вали отсюда, льстец хренов, - я хмыкнул, но настаивать не стал, вернувшись к своим баранам. Теперь, когда Джейс сыграл, я могу играть песню совершенно без проблем. Отлично. - Будешь мне играть, если мне понадобится что-то разобрать, - решил я, перебирая пальцами по клавишам и отсчитывая ритм почти машинально. Джейс встал сзади, следя за моими манипуляциями, и даже осмелился положить руку на мое плечо. Ну ладно, плебс, император сегодня добр. - Замечательно. Следи за темпом и не играй слишком быстро, - пробормотал он мне на ухо. - Так, не отвлекай меня своим английским эротичным шепотом, иди, поиграй где-нибудь, - отмахнулся я. Я не могу оставаться спокойным, когда у меня что-то маячит у уха и вот так вот нашептывает! Это... бесит. Компьютер начал издавать звуки - мама звонила в скайп. Я с сожалением закрыл фортепиано и уселся на кровать. - Иди сюда, жертва пьяной акушерки. Будем радовать маман. Он неуверенно подошел и заглянул в монитор. - Джейс, сядь уже, черт возьми! Задрал. Ближе сядь. Мы должны выглядеть как братья, - я нажал зеленую кнопку ответа на звонок. Перед нами встало нечеткое дрожащее изображение. - Привет, мальчики. Тош, что так долго? Джейс, как дела, дорогой? Я чуть не поперхнулся. Это вообще нормально? - Все хорошо, - сдержанно ответил Джейс. - Не деретесь? Мисс Джексон мне ничего не говорила, надеюсь, вы не связали бедную старушку с кляпом во рту и не бросили ее в подвал, - мама фыркнула, радуясь своей шутке. - Мисс Джексон в порядке, - буркнул я, обиженный. - Отлично. Как с оценками, Тош? Я надеюсь, ты аттестован по всем предметам? Джейс, кстати, у тебя я тоже не спросила табель успеваемости... Она расспрашивала о Джейсе, о его делах, друзьях, учебе. Обо мне она расспрашивала тоже через Джейса. Видимо, все формальные вопросы, чтобы попытаться выглядеть хорошей мамой, кончились, и она решила, что пришло время узнать то, что ее действительно интересует. А это Джейс. Ей нужно контролировать, чтобы он не пошел по моим стопам. Чтобы не было второй провальной попытки вроде меня. Интересно, на что она рассчитывает? Это явно не стакан воды в старости. Как минимум, рюмочка неплохого коньяка, и уж точно не в доме престарелых. Жаль, что у нее не очень получается. Она уже допустила две промашки - одну с фингалом, вторую - с сигаретами. Апогей наступил, когда она даже и не подумала, что ее приемный сынок мог прийти домой вхлам накуренным и слегка похмельным. Вы что - это же идеальный Джейс, Джейс-я-не-делаю-промашек-Смит. Я мог бы сейчас взять и снять розовые очки с носа Сары Симидзу. Но не стал. А знаете почему? Потому что неизъяснимым образом Джейс стал мне куда дороже матери. И полагаю, это тоже было частью его задумки. Я не буду стремиться защищать неважного для меня человека, верно? Не буду отстаивать права собственности, как ребенок. В итоге я остался наедине со своей ненавистью, которая постепенно сошла на нет и заменилась раздражением и грустью. Так что - приехали. Семья развалена, как Римская Империя, как Фаросский маяк, как СССР - безвозвратно. И к таким выводам я пришел, сидя перед своим компьютером и смотря на мамино лицо. Голоса сливались в один малопонятный гул. Я ощутил неприятное, тоскливое сосущее ощущение где-то внутри себя. И все это было идеальным отображением действительности. Мама кажется близкой, но на самом деле она далеко-далеко от меня. И даже не хочет говорить со мной. Зато Джейс был близко. Я даже мог почувствовать, как он дышит.

***

- Ну что, теперь готовимся к приходу мисс Джексон, - Джейс уже настолько обнаглел, что даже не ныкался, закурив прямо на балконе. Я, дрожа от холода, выбежал вслед за ним, выдернул сигарету из рук и выкинул. - Я же сказал тебе бросить курить, Джейс! Я уже сам дышу твоим никотином в этой провонявшей комнате! - Там не пахнет! - возмутился он. - Ты не чувствуешь, потому что привык, Джейс, и я, видимо, тоже, но я не хочу больше это нюхать, ясно? - прошипел я, - я сказал тебе не курить, это значит, что ты перестаешь курить! - Я просто хотел прикончить остатки пачки! - А ну дай сюда, - я залез к нему в карман и вынул помятую хрустящую пачку с никотиновыми палочками, после чего достал их все - штук пять или около того - и поломал их, выпотрошив табак на улицу. Коричневые хлопья мешались с белыми, вскоре исчезая под массой снега. Я смял пачку, поморщившись от табачного запаха, и бросил ее к ногам Джейса, после чего ткнулся носом в его свитер. - Воняет, - вынеся вердикт, я смылся обратно на кухню. В нашей комнате балкона не было, так что мы сидели на кухне, и Джейс предпочитал выбегать на перекур там. До этого момента. Кажется, я его действительно рассердил - взгляд у него довольно свирепый. Наверное, в первый раз я захотел, чтобы мисс Джексон пришла поскорее. И она пришла. Честное слово, я понимаю, почему она в преклонном возрасте все еще мисс. Нужно отметить, оно и к лучшему - старая дурында явно не обладала хорошими навыками общения, тем более с подростками. Вероятно, Бог просто оградил нерожденных детей от ее воспитания, пожалев бедняжек. Как бы вам описать эту красавицу? Она похожа на старую лошадь, которую скрестили с бульдогом, наградили стрекозиными глазами, казавшимися еще больше из-за очков, залили получившийся гибрид в антропоморфную форму, не забыв снабдить куриными мозгами, и отправили гулять по белу свету. Такое ощущение, что матушка-природа великодушно поступила с Квазимодо, отыгравшись на мисс Джексон. Не представляю, каково было ее родителям. "Возможно, она тоже стала сиротой?" Этого я не знал. Во всяком случае, мне мисс Джексон не нравилась, а навыком жалеть людей меня так и не одарили - приступы жалости у меня случаются единично. Проникнуться какими-то более или менее положительными чувствами к старухе я так и не смог. То ли дело Джейс. Конечно - Джейс у нас везде поспел. Он был настолько сладок с мисс Джексон, что казалось, она сейчас растворится. Но делалось все это с одним умыслом - она была готова сделать все, что угодно, ради него. В том числе и испариться в момент с территории нашей квартиры. Забавно, я уже говорю "нашей". Ну, что поделать. Но вечно кормить завтраками мисс Джексон было невозможно, так что, кажется, этот момент настал именно сегодня. Я вертелся на кухне, готовя чай по рецепту "Как могу", пока Джейс развлекал эту няшку непринужденной беседой. По крайней мере, у него нет проблем с разговорами. Наверное, вздумай я поговорить с мисс Джексон, это выглядело бы примерно как: - Привет, Том. Ну что, как твои успехи, как учеба? - Ээээ... Ну... - Расскажи, что делал вчера? - Типа... Как бы... И ты еще выбираешь, что собеседник достоин знать о твоей жизни, а о каких аспектах рассказывать не следует - до тех пор, пока несчастный визави не махнет на тебя рукой, подумав, что ты безнадежный тупица. Впрочем, в моем случае даже не нужно было со мной заговаривать. Все и так считали меня умственно отсталым. Все, кроме Джейса. И господина из интернета, чьи письма заставляли мои щеки покрываться краской кошмарного и приятного стыда. Да, пожалуй, лучшие люди, чье уважение действительно следовало заслужить. - Ээ... Чай, - буркнул я, бухая чайник с бурдой, которую я нахимичил, на стол и присоединив к этому чашки. - Сахар, Тош, - промурлыкал Джейс, не отрывая взгляда от мисс Джексон. Честное слово, не отряхивайся он с омерзением от ее объятий после того, как она исчезала за порогом, я бы подумал, что он в нее влюбился. Наверное, мисс Джексон тоже так заблуждалась. Мне это не нравилось. Это мне напоминало, какой Джейс на самом деле лицемер. Хренов лицемер, вот кто. И ему нельзя доверять. - Конечно, - сузив глаза, ласково прошипел я. - Тошик, возьми чашку, посиди с нами, - милостиво проворковала мисс Джексон. Меня передернуло от ласкового "Тошик", однако противиться я не посмел, и, взяв чашку и сахарницу, забился в самый угол. Джейс отобрал у меня сахар и поставил на стол. - Вам сколько ложечек, мисс Джексон?.. - Спасибо, дорогой, две было бы в самый раз... Я попытался сдерживать кислое выражение лица, но, вероятно, моим настроением можно было бы делать кефир в производственных масштабах. Они оба меня бесили, я даже не знал, кто больше. - А что ты молчишь, Тошик? - снисходительно поинтересовалась мисс Джексон. Я захлопал ресничками, делая вид, что я ничего не понимаю. - А он это. Простыл немного, - вставил Джейс. В кои-то веки я был ему благодарен. - Разговаривать немного больно, - подбавив в голос сипения, выдавил я. Все равно я до сих пор почти ничего не говорил, вряд ли она что-то заметила. - Ой, как жалко, - покачала головой наша гостья, - Джейс, не подхвати никакой заразы. Я закатил глаза. Какое великодушие. - Ничего. Я его вылечу, - Джейс прикусил губу. Видимо, он тоже заметил, как окружающий мир меня воспринимает. Вернее, отторгает. Неужели ему это тоже не нравится? Ха, выкуси и почувствуй себя на моем месте. - Спасибо за заботу, мисс Джексон, думаю, я все же пойду, - картинно и глубоко прохрипел я, забирая с собой пустую чашку. Ничего, в мини-холодильнике есть газировка. - У меня еще куча дел, нужно столько всего интересного нарисовать. - Иди, учись, - бросила она, так и не оторвав взгляд от Джейса. Он, напротив, с тоской посмотрел мне вслед, так что я сжалился. - Джейс, ты мне скоро понадобишься. Мне нужна будет... Ээ... Помощь с красками, - ляпнул я первое, что пришло в голову. - Отлично, - просиял он. - Так здорово работать сообща! Я скривился и ушел в комнату. Объединение перед общим врагом - прелесть. "Integration Вы никогда не замечали, что весь мир к вам относится пренебрежительно? Не с ненавистью, не с отвращением, не с гневом, а именно с пренебрежением. Будто все люди мира, не сговариваясь, одновременно приравняли вас к бродягам - вроде как и жалко, но подойти и пожать руку вряд ли кто сможет. На вас косятся, будто вы - вредитель, морщат нос, словно вы источаете зловоние, и закатывают глаза, будто вы приносите одни лишь неприятности. Говорят, легче полюбить весь свет, чем соседа. Скажем, со стадией соседа лично я справился. Я прошел это испытание и примирился с существованием еще одного живого человека. А что они могут сказать о себе? Вы понимаете, о ком я. Обо всех, кто не считает вас кем-то важным. Полюбить того, кого ты ненавидишь - проще, чем полюбить того, кого ты презираешь. Их жалкие попытки выглядеть хорошими - вот что такое их забота о вас. Будьте выше этого. Думаю, мы лучше этих тварей и лицемеров. Мы важны. И мы не пытаемся спрятаться за масками - мы такие, какие есть" Сообщения (2) "Я думаю, что в глубине души почти каждый человек - извращенец, если, конечно, он не монах. Хотя и монахи разные бывают. Ты даже и представить себе не можешь, о чем думает другой человек, когда ласкает себя. Возбуждать могут самые странные мысли, и они есть у каждого - у твоей учительницы, у водителя автобуса, в котором ты едешь куда-либо, у бармена за стойкой, у руководителя крупной фирмы и у геолога. Сексуальность немного берет из детства, в зависимости от того, как тебя воспитывают, почти наверняка сложится хотя бы поведение в постели - доминирующее или сабмиссивное. Запретный плод сладок - никто не может читать мысли, так что ты можешь думать о том, о чем захочешь. Можешь начать с того, что тебе запрещали в детстве. Что думаешь?" "Кроме того, мне интересно, каким бы ты был. Ты ведь еще не пробовал ни подчиняться, ни доминировать? С ума сойти, как бы мне хотелось увидеть тебя." Разговор о сексе. Все, что я знал об этом - было на чувственном уровне: я знал, как реагирует мое тело, что я буду чувствовать, и для этого мне не нужно было читать справочники о сексологии и прочем. Беседа на грани интересной дискуссии и соблазнения шаг за шагом, тем более я ни с кем не вел таких разговоров. Все это было для меня в новинку. Однако на каждое предложение своего собеседника я находил отклик в своих воспоминаниях, понимая, что есть верные вещи. Я нажал на кнопку "ответить" и начал набирать сообщение. Строки летели быстрее мысли. "Когда человек перестает возбуждаться от стандартного "набора", он ищет что-то новое. И заходит все дальше и дальше. Ничего удивительного в этом нет." "Попробуй удивить меня." "Я вряд ли смогу, красавчик. Забыл? Я хикка." "А как же фантазии и все такое?" "На тему моих фантазий мы с тобой уже говорили." "Ты же сам говорил - это интернет. Любой пошлый секрет так и останется пошлым секретом." Я вздохнул. Это была провокация. Кто бы это ни был - он знал меня в реальной жизни, это точно. Он знал. Сообщение (1) "Я бы сказал, что меня до жести возбуждает подчинение. Мое подчинение. Я не могу оставаться спокойным, когда чувствую чью-то власть над собой." "Это у тебя тоже из детства?" "Не совсем." Я попытался представить себе типичную БДСМ-сцену, когда один подчиняется другому. Примерить на себя роль сабмиссива было довольно трудно даже в фантазии. Именно подчинение далось бы мне с трудом - я испытываю слишком большое давление сейчас со стороны всех, чтобы унижаться. "Это не унижение. Роль ведомого - это не только подчинение, а роль ведущего - не только власть. Как доминант, ты должен проявлять заботу о своей детке, если тебя не просят об обратном. И важно помнить, что вы оба продолжаете оставаться людьми. Будучи подчиняемым, ты получаешь ласку и направление своих действий. Многие люди считают, что это уже извращение, ассоциируя доминирование и подчинение исключительно с плетками, латексными костюмами и асфиксией. В этом тоже есть доля истины, но не всегда все связано с болью и ошейниками." "Если копнуть поглубже, вообще не выглядит извращением или эротической фантазией. Если, конечно, не считать сексуальным приручение попугайчика. С твоих слов все так невинно." "Может быть, но только на первый взгляд." "Тогда как бы ты это охарактеризовал?" "Это не жестокость и не нежность. Это глубина." "Похоже на правду." "Твоя очередь." "Не раньше, чем я узнаю, кто ты." "Я не предам твоих тайн. Мне интересно. Могу ли я соответствовать твоим потребностям?" "Это вряд ли." "Почему?" "Хочешь правды? Моим потребностям может соответствовать только один человек, в силу нашего кровного родства. Безумно хочу трахнуть своего троюродного брата. Но даже если он сам ко мне подойдет, я его скорее в окно выкину. Доволен теперь?" Молчание было долгим. Я даже успел заволноваться, не решил ли мой собеседник, что это совсем уж край, и уже хотел было приписать, что это шутка, а мой виртуальный друг просто доигрался со своими фантазиями, как напротив сообщений снова появился значок (1). Оказалось, время потребовал набор длинного сообщения. "Не думаю, что тебе следует волноваться по этому поводу. Инцест считался аморальным лишь в силу того, что потомство рождалось слабым или дефектным. А вы дальние родственники, к тому же оба парни, вам это не грозит. Даже порицание общества вряд ли страшно. Короче - соблазни его. Попробуй. Не думаю, что кто-то из вас полетит из окна. Но это было неплохо. Насколько я помню, вы терпеть друг друга не можете? Великолепно, как говорится, от ненависти до любви и обратно раз десять за ночь. Единственное, что тебя останавливает - отсутствие опыта. Но тут я мог бы тебе помочь. Ради такой истории я готов даже поступиться и дать место конкуренту." Я прочитал сообщение несколько раз, чтобы быть уверенным, что я все правильно понял. Мне даже показалось, что моя кровь охладела, когда я осознал, что мой собеседник, в целом, прав.