Жрец Лейлы: На распутье

      Глава 18. Сюрпризы Белой ложи       Утро у верховного мага Белой ложи оказалось почти шокирующим. А как еще назвать ситуацию, когда едва проснувшись, оказываешься почти в пасти одного знакомого дракона. Дракон, бывший когда-то рыцарем этой же ложи и, по сути, им и оставшийся, оказывается просил что-то типа отдыха, так как его подруга неожиданно снесла яйцо.       И теперь нужно было срочно придумать, как прикрыть те границы земель, где всегда патрулировал дракон.       Как назло, самый ответственный и самый мудрый из советников верховного мага отсутствовал в данный момент, и подсказать что-то стоящее способен не был.       Кофе, которое принесли магу прямо в рабочий кабинет, оказалось безвкусным.       Абсолютно.       Но он успел его допить, прежде чем в кабинет ворвался послушник, который дежурил на воротах, и с горящими глазами сообщил о двух всадниках, которые с невероятной скоростью приближаются к ложе. Что этих двоих, похоже, преследует кто-то, кого пока не видно, но они явственно направляются к их крепости.       Мейдок глухо выругался, подхватил плащ и рванул к воротам. Что-то подсказывало ему, что он должен присутствовать лично.       Выругаться второй раз захотелось, когда он узнал одну из аур приближающихся гостей. А еще захотелось срочно выпить что-нибудь крепче кофе. И его уже не волновали странности ауры спутника Лилиана. Достаточно того, что его старший брат не мог появиться просто с дружественным визитом, да даже если бы это было так, он все равно тащил за собой кучу довольно нескучных, но весьма опасных для жизни окружающих событий. И часто непредсказуемые и неприятные последствия этих самых событий.       — Откройте ворота, — почти обреченно махнул он рукой.       — Господин?!       Мейдок вздохнул:       — Лорда Лилиана здесь всегда рады видеть.       Воин побледнел. Он был на стенах ложи, когда жрец Лейлы пришел в Белую Ложу с армией песчаных котов-оборотней. И сместил в итоге предшественника Мейдока.       Ворота Белой ложи распахнулись, впуская гостей.       Мейдок встретил их аккурат, когда они влетели во двор и ворота начали закрываться за их спинами.       Когда всадник с аурой его брата спешился и обернулся, маг несколько опешил.       Мало того, что на руках у того спала сладким сном маленькая девочка, так еще и на Лилиана он совсем не походил, хотя и был им. Если бы не аура и не до пронзительной ясности знакомые сапфировые глаза, его было не узнать. А еще из его ауры кое-что пропало. Словно тонкую незаметную паутинку пыли стряхнули.       Мейдок аж залюбовался сверкающими гранями освобожденной ауры. Он мигнул от неожиданности.       Освобожденной?       Маг перевел взгляд на спутника Лилиана и чуть не застонал от предчувствия неприятностей.       Некромант!       О них одни легенды остались! Но нет, его братец где-то умудрился откопать себе одного! Причем, судя по ощущениям, старше того же Дэвида на не одну тысячу лет!       Хотелось вцепиться себе в волосы и взвыть. Мейдок начал жалеть, что вчера таки дошел до своей постели, что бы в ней проснуться утром, а не упал в портал к Дэвиду... Хотя Лилиана все же увидеть был рад... он немного беспокоился о старшем братце.       — Привет, Мей! — жизнерадостно поприветствовал его Ли. — Хочешь познакомиться с племянницей?       Верховный маг Белой ложи понял, что вечером таки придется раскупорить пару-тройку бутылок крепкого вина из самых дальних винных погребов.       — Как ты думаешь, братец, — хитро щурится Мейдок, разглядывая бутылку вина на просвет. — Свет — он какой — белый?       Тами спит уже в своей комнате, которую ей довольно шустро выделили в Белой ложе под присмотром парочки умиленных магинь, принявших живое участие в судьбе четырехлетней девочки, пока её непутевый папаша решил скрасить вечерний досуг своего младшего братца за бутылочкой древнего выдержанного вина.       То, что вопрос с подвохом, это даже чуять не надо было и так понятно. Поэтому я предпочел задуматься, прежде чем дать ответ. Но похоже, Мейдоку мое вмешательство и не требовалось. Он почти сразу ответил сам:       — Конечно нет. Хотя, так иногда и кажется. Просто в его спектре смешалось такое количество цветов, что они выглядят в итоге сплошным белым пятном.       — Хочешь сказать, что Свет — это этакая многоцветная радуга?       — В точку, братец, — согласно кивнул верховный маг Белой ложи и щелкнул пальцами, отчего пробка вылетела из горлышка бутылки, словно брошенная катапультой. — Так же как Тьма, впитала в себя всевозможные цвета...       — Подожди-ка! — я замер, начиная понимать, что пытается донести до меня брат. — Хочешь сказать, что Тьма и Свет — по сути одно и тоже?       Мейдок смотрел на меня долгим пронизывающим взглядом так, что я невольно поежился. Похоже, мне собирались сообщить что-то еще более ошеломляющее.       — Знаешь, — тихо начал он. — я довольно долго пытался разобраться, почему в одном единственном случае мой портал срабатывает не так как надо...       Это он, похоже, о своем постоянном выпадении в Черную ложу.       — Ведь это странно... обычно такое происходит, когда я на автомате стремлюсь в самое безопасное место — к себе домой. В свою постель... а попадаю в постель к воплощению Тьмы... Хочу чашку кофе в своем кабинете, а оказываюсь в кабинете Дэвида... — он странно усмехнулся. — Но однажды я застал Дэвида за беседой... с его Тьмой.       Голос Мейдока упал до шепота.       Я невольно напрягся.. Воплощение Света напротив самой Тьмы?! Что там произошло?!       Мейдок смотрел странно, погрузившись в какие-то глубокие мысли..       — Мейдок? — осторожно позвал я.       Он встрепенулся:       — Ли... у госпожи Тьмы были глаза господина Света.       Я уставился на брата ошарашенный и... оглушенный.       — Мей? — в горле пересохло. Я раньше не обращал на это внимание, а ведь мне приходилось встречаться и со Светом и с Тьмой.       — Да, Ли, — он плеснул в бокал из бутылки, которую, наконец, перестал вертеть в руках. — Представляешь, что я почувствовал? А когда ОНА взглянула на меня...       Он внезапно улыбнулся:       — Госпожа Тьма сказала "УПС"... я так не смеялся никогда в жизни. Дэвиду пришлось вливать в меня что-то покрепче кофе, чтобы привести в более-менее адекватное состояние. Оказываться, он давно знает это... Тьма и Свет — это одно и то же существо. И об этом даже боги не знают... а вот тебе почему-то я должен рассказать. Что происходит, Ли?       — Какая забавная шутка, — пробормотал я. — Подожди-ка... Если так рассуждать, тогда и Смерть вполне может быть... Жизнью?!       А вот этого, похоже, не стоило говорить. Мой любимый младший братишка как раз сделал глоток.       Упс.       — Мейдок... ты в курсе, что я отказался от силы и покровительства Лейлы? — попытался я перевести тему.       Верховный маг Белой ложи осторожно отставил бокал и грустно на меня посмотрел:       — Лилиан...       Ну да... с утра я ворвался в его любимую ложу с воплями, что я привез ему — знакомится свою дочь, а сейчас после его откровений, довольно-таки... выбивающих из колеи, выдаю такое...       — Рассказывай, — вздохнул он. — Я знал, что ты приехал не просто так... к тому же, я чую за твоей спиной "хвост".       — Упертые ребята, — одобрительно заметил я. — Они мне даже начинают нравиться.       — А некромант с тобой? — хмыкнул он. — Просто прибился по дороге?       Я даже попытался смутиться. Ну, вот честное слово. Только вот именно, что попытался...       — Давай рассказывай... с самого начала, — строго потребовал мой младший брат.       Я вздохнул, прикинул и начал рассказывать... с того дня, как я четырнадцатилетний прятался за портьерами в покоях родового замка... почему-то казалось, что именно с этого и надо было начинать.       Слияние душ — ритуал, который провели они с Лилианом, позволил Мейдоку тогда взглянуть на события его жизни глазами самого Лилиана. И не только глазами: эмоциями, ощущениями, восприятием... так как это было ДЛЯ Лилиана... Однако рассказ его старшего брата оказался намного глубже, теперь, несколько лет спустя. И в какой-то момент, магу захотелось, до дрожи в кончиках пальцев, снова слиться разумами и душами, что бы увидеть все выкладки и события глазами Ли снова... с этой новой, необычной, пусть и страшной точки зрения.       Лейла... богиня сама, лично, подтолкнула еще их деда начать кровавый поход против культа богини Ночи. Она фактически свела с ума этого жесткого, сильного и волевого человека, который, в конце концов, убил себя, бросившись на клинки воинов одного из последних великих храмов Лейлы. Король Мирейи Регил... сумасшедший ублюдок... их отец... бедная пешка в большой игре.       У него не было ни единого шанса. Это Мейдок понимал особенно четко. Богине требовался наставник для её нового верховного жреца, для её новой культуры для настоящей магии возрождения... И какой-то человечек, которого она свела с ума еще в детстве — это лишь инструмент.       Сложная и иногда невнятная комбинация. Не все ходы Мейдок понимал, так же как и истока... почему все-таки семья Катани и Мирейя? Почему именно их королевство?       Да и вообще некоторые моменты вызывали глухую тоску, ярость и недоумение и требовали долгого анализа. Он не сомневался, что разберется. Потому что оказывается у Ли могло быть нормальное детство, и у него самого мог быть отец... да и вообще много чего могло бы быть... маг прекрасно понимал, ЧТО сейчас чувствует Лилиан, который должен был оказаться всего лишь простым орудием — компасом на настоящего наставника... рассказ продолжался до дна третьей бутылки по счету. Четвертую они распивали молча, каждый обдумывая сказанное и рассказанное.       — Она просто так тебя не отпустит, — наконец, сообщил Мейдок, чувствуя, как все уже плывет перед глазами, хотя голова была ясной и светлой, а мозг обрабатывал информацию с невероятной скоростью. — И даже покровительство Тьмы в Черной ложе не укроет тебя надолго. Плюс еще эти настырные ребятки Мрака и Крови. Ты как обычно нашел себе интересных охотников...       Лилиан хмыкнул:       — Да, что ты говоришь...       Судя по речи у него тоже начали возникать проблемы... оба с сомнением уставились на пятую бутылку вина... за окном занимался робкая заря.       А в голове Мейдока забрезжила абсолютно гениальная, по его мнению, идея, на которую его натолкнула часть рассказа Лилиана, о том некроманте, что его сопровождает.       — В Черную ложу тебе пока нельзя, — авторитетно заявил светлый маг. — А вот телепортировать тебя в одно укромное местечко с твоим некромантом и Тами можно...       — Только не сейчас... — испугался Ли.       — Сейчас и не получится, — с сожалением признался Мейдок, укоризненно рассматривая пустую, пятую, бутылку вина. — Крепкое зараза...       — Еще бы, — насмешливый голос Митаса от порога оказался полной неожиданностью. — Ему не менее трех тысяч лет! Спать, алкоголики! Проспитесь, и буду с вами разбираться!       Оба брата, словно нашкодившие дети, заулыбались и покорно поплелись по постелям. С помощью слуг. Сами они подняться даже из кресел не смогли.       Как только повелитель ложи со своим братом скрылись за дверью, Митас рухнул в кресло и прикрыл глаза ладонью:       — С ума сойти. Как только прибывает Лилиан — все переворачивается с ног на голову.       — Все просто, — тихий голос некроманта, который все это время был за спиной мага, был безмятежным. — Он как переменная. Катализатор. Сунь такое в любое зелье, и оно тут же дает реакцию. Дар нашего знакомого синеглазого юноши именно в этом. Но это пока он молод по законам вселенной.       — А что потом? — Митас с интересом взглянул на колдуна, который подошел к окнам, любуясь зачинающейся зарей.       — Потом... никто не знает. Такие, как он обычно бесследно не исчезают. Но его ждет другой путь. Который он, может быть, еще и не выбрал. Но согласись, сначала боги... теперь вот покровительство смерти...       — Ты чего-то не договариваешь...       Марек согласно наклонил голову:       — И отрицать не буду. У меня есть определенные мысли. Но я не уверен, что имею право их высказывать.       Митас медленно кивнул:       — Хорошо не буду допытывать. Лилиан что-то сказал насчет твоего знакомства с драконами?       — Да... я хотел бы поговорить с вашими драконами. Я давно не видел этого племени на Эмире. Сиган совершил чудо. И, возможно, разговор поможет мне определиться с дальнейшим путем.       — Что ж... — маг поднялся из кресла. — Думаю, оба алкоголика проснуться не раньше полудня, так что у нас есть время сходить в гости.       — А ты все же доверяешь Лилиану. Кого бы он не привел, они априори безопасны?       — Нет... но он не стал бы обещать тебе встречу с драконом, если бы не знал, что так или иначе он же тебе её и устроит. А я слишком уважаю нашего рыцаря, чтобы позволить ему расхаживать на цепи кого-либо, что бы познакомить его с некромантом. Разве я не прав, колдун с глазами дракона?       — Какой проницательный маг, — Марек откинул капюшон и взглянул на старого мага. — Что ж... веди.       Утро началось с тяжелой похмельной головы и нахального солнца в окна. Я поднял голову, преодолевая тяжесть и боль, кажется, все же утро давным-давно закончилось. Кто-то весьма любезно распахнул все шторы, что бы солнечный свет просто изжарил меня на постели.       Скрипнула дверь, и в щель буквально просочился стройный мальчишка с кувшином и полотенцем.       — Пииить, — буквально прохрипел я, и мальчишка вздрогнул так, что чуть кувшин из рук не выронил. А потом искривил губы в усмешке, почти ненасмешливой и протянул кувшин. Я вцепился в него, словно утопающий за соломинку, и моментом выхлебал больше половины, только после этого почувствовав вкус...       — Что это?! — я удивленно уставился внутрь кувшина.       — Разработка мастера Митаса, — гордо ответил мальчишка. — Вам же стало легче?       — Да, — согласился я. — Только теперь во рту натуральная помойка.       — А это побочный эффект, — важно закивал этот... нахаленыш. — Вас ждет господин в главной библиотеке.       — Какой господин? — насторожился я. — И как моя дочь?       Мальчишка смотрел с легким сочувствием:       — Ну, конечно же, господин Мейдок. Он уже часа три как ожидает вашего пробуждения. А с маленькой госпожой все в порядке. Они играет с драконами.       Я поперхнулся гадостью из кувшина, нет, я конечно знал, КТО эти драконы, но все же... чтобы моя маленькая Тами с ними ИГРАЛА?!       Кстати, так и не спросил, кто теперь у Мейдока за начальника безопасности, раз Гунар таки последовала за своим драконом. А еще нужно будет у него выспросить, как было на самом деле, а то до меня только песня добралась, хорошая песня-баллада, но может я смогу создать свою, когда услышу историю из первых уст? Хм... тогда, наверное, лучше не к Мейдоку с этими вопросами, а к самим драконам. В конце концов, их там моя дочь развлекает.       Я отставил кувшин в сторону, настораживаясь, что-то странно мысли текут... словно... словно, я вернулся на несколько лет назад.       — Что-то случилось? — мальчишка, стоящий напротив, напрягся, хотя смотрел он скорее не на меня, а куда-то... сквозь меня?       Я протянул руку и провел ладонью перед его лицом.       Он внезапно грустно улыбнулся:       — Все правильно, господин. Вы догадались.       — Подожди-ка.. но я же видел и чувствовал твой взгляд!       — Магия на многое способна, — тихо ответил паренек. — Особенно магия Света. Но сейчас она дала сбой... рядом с вами. Вы же не светлый. А кроме того, вы же сами почувствовали... есть еще какое-то, пока еще не совсем уловимое, но воздействие...       — Да, — медленно кивнул я. — Есть... Это же башня, в которой были заключены жрецы Лейлы? Я помню эту комнату.       — Вы сами выбрали её вчера, — тихо опустил голову мальчик. — Хотя я не думаю, что это было хорошей идеей.       Я вздрогнул. Проницательный малыш.       — Как тебя зовут?       — Я — Сали, паж госпожи Литании, магиссы воздушных потоков, — прозвучал ответ. — Только она прогнала меня. Я разбил её любимую вазу... снова. Теперь я на побегушках. Вот, к вам послали с кухни...       — Понятно, — я действительно понял. В Белой ложе у магов хорошая память, особенно на события столь недавних лет. Взрослые просто напросто бояться и послали мальчишку. Слепого. Хотя, может они, конечно, и не знают, что он слеп, но это их не оправдывает.       — Сали, — помоги мне одеться, — я поднялся на ноги. — Думаю воздействие комнаты тебе не сильно помешает, все-таки башня остается Светлой... пусть тут прожили в течении полувека три жреца темной богини. И расскажи-ка мне, что тут происходит... А то братец, скорее всего весь в делах, и ему некогда будет делится сплетнями своей ложи.       Тот хихикнул:       — Вряд ли, господин верховный маг знает об этих сплетнях.       — Да ладно, — хмыкнул я. — Разве ты не в курсе, что у твоего господина отличный слух и идеальная память? Он помнит даже тот миг, когда его глаза впервые увидели свет. А еще он обладает полезной привычкой проходить сквозь стены.       Сали чуть отступил от меня, его глаза опять обрели ясность и он сейчас смотрел прямо на меня, серьезно и немного испуганно. Потом вдруг слегка улыбнулся, одними губами:       — Думаю, я не буду рассказывать этого на кухне, господин. Повелителя Мейдока и так побаиваются и считают, что он видит каждого насквозь.       — А ты нахаленыш, паж, — я потрепал его по волосам. — Ладно, помогай мне умываться и облачаться. Пока моя Тами не замучила ваших драконов, а я еще хотел услышать от них историю Гунар. А то одни слухи и толку никакого.       Он радостно кивнул. Похоже, мальчик действительно очень гибкая личность и провести в обществе страшного брата повелителя Белой ложи ему более интересно, чем среди прислуги. Все-таки приключение... хотя.. на какое-то мгновение мне показалось, что он более страше, чем мне показалось.       Мейдок встретил меня светлой улыбкой и свежим взглядом, словно это не он пил всю ночь вместе со мной:       — Говорят, ты выбрал себе весьма специфичные апартаменты!       Я фыркнул:       — Просто они единственные, которые помнит мое тело на отлично. Вот и все. Но на твоем месте я бы там почистил еще разок-другой.       Брат моментально напрягся как струна:       — Хочешь сказать, что очистительная сила света не сработала?       — Скорее всего, не в полной мере, — я сел напротив него в кресло, и с интересом посмотрел на разбросанные в беспорядке свитки. Конечно, понимаю, что библиотека, но, по-моему для утра после пьянки слишком много документов, тем более выглядевших такими старыми. — В комнате ощущается тонкое воздействие... Может ты когда очищал ложу немного о другом думал, а не о божественной энергии, которой питалась Башня на протяжении полувека.       — Звучит логично, — тихо ответил Мейдок и взглянул в сторону двери, где замер мой сопровождающий:       — Сали, да?       — Да, мой господин, — отвесил тот безупречный поклон.       — На все время, пока мой брат гостит у нас, ты поступаешь к нему в услужение.       Мальчишка просиял:       — Слушаюсь, мой господин.       И исчез за дверью.       Темные глаза моего брата смотрели насмешливо:       — Опять очаровал невинную душу?       — Само как-то получилось, — я потянулся. — Я бы не прочь перекусить, Мей. Или ты зарылся в бумаги?       — Обед через час, — отмахнулся он. — Потерпишь немного. А данные бумаги — это не документы... а скорее карты...       — Карты чего? — насторожился я.       — Твоего последующего пути, — последовал бесхитростный ответ. — Ты когда-нибудь слышал про город, который считался легендой уже во времена Исхода? Эл'эракез. Город, созданный архитекторами орков и эльфов — двух забытых рас, которые считались непримиримыми врагами.       Я медленно выпрямился в кресле. Название этого города я встречал лишь однажды... в записях древних баллад, которые читал в кабинете у Дэвида... это были черновики его отца — Ролани Барда, барда, который пел для богов. Белая ложа в очередной раз принесла мне сюрприз.       Мирос поднял голову, когда пола шатра приподнялась и внутрь проскользнул воин Мрака.       — Что?       — Драконы в Белой ложе. Они её, похоже, покидать не собираются.       — Если жрец Лейлы с дочерью улетят на драконах, будет сложно выследить, куда они отправились, — медленно проговорил жрец.       Воин кивнул:       — Судя по всему, именно так и будет.       Мирос отложил в сторону ритуальный кинжал, которым выводил на пергаменте руны:       — Проклятье. Подумай, как нам добыть информацию! Идти по следу дракона бесполезно!       Воин скупо улыбнулся:       — Жрец, не переживай так... у меня есть лазейка.       Тот заинтересовано поднял глаза:       — Что ты придумал?