Полюби меня, мой друг!

Исполнитель Антон Макарский Вечная любовь, Верны мы были ей, но время зло для памяти моей, Чем больше дней - глубже рана в ней. Все слова любви В измученных сердцах Слились в одно преданье без конца. Как поцелуй, И всё тянется давно. Я уйти не мог, прощаясь навсегда, Но видит Бог - надеюсь, жду, когда увижу вновь эту мою любовь. И дам я клятву вновь. Вечная любовь вся выпита до дна, И путь один - сквозь ад ведёт она, минуя мрак и туман, туман, обман… Все слова любви - безумный крик сердец. Слова твои и слезы, наконец, приют для всех уже прожитых утех. Зорька рассветёт и в сумраке ночном умрёт, уйдёт, но оживёт потом, И всё вернёт блаженный летний зной, извечный летний зной. Вечная любовь… Живут, чтобы любить до слепоты. И до последних дней одна лишь ты… Жить любя одну ТЕБЯ, НАВСЕГДА…       Денис два раза в неделю навещал Никиту в больнице. Потом, когда того выписали просто созванивался с ним. Они подружились. Оказалось, что у них много общих тем для разговоров. Он боялся, что парнишка будет к нему приставать, заигрывать, однако этого не было. Симпатию было видно только по смущению Никиты, по вдруг розовевшим щекам, когда он отводил или опускал взгляд, если Денис долго на него смотрел…       Волкову это общение не нравилось, но он не хотел ссориться с Малютой, показывая свою ревность, и только глядел злым и недовольным взглядом, когда тот при нём говорил по телефону с новым приятелем.       Иванькову пришлось взять академический отпуск. Лечиться, ждать, когда сломанные кости срастутся, и ещё предстоял суд. Отморозков нашли и те находились в камере предварительного заключения. Денис, как мог, поддерживал Никиту, даже пообещал, что пойдёт вместе с ним в суд. Они никогда не затрагивали тему самого избиения и его причину. Малюта понимал, что парню это будет неприятно, и не лез. На суде всё и так будет ясно.       В конце января началась подготовка ко Дню влюблённых. Оказалось, что организацией к мероприятию занимается Александр Степанович Пахомов. Большой актовый зал не сможет вместить всех желающих за один раз, поэтому было решено сделать два праздника: для первого и второго курсов, и третьего, четвёртого и пятого отдельно.       Когда преподаватель на лекции в группе Дениса и Сергея спросил, кто желает выступить, показать свои таланты, то руки подняли в основном девушки. Один первокурсник поинтересовался, можно ли будет почитать рэп.       - Каждое выступление должно отображать тематику праздника, - сказал Александр Степанович.       - Без проблем! – ответил парень, поднялся на ноги и с соответствующими движениями рук и корпуса зачитал: – Я крутой! Если только захочу, любую тёлку получу. Но мне нужна только одна - это любимая моя.       Студенты зааплодировали и одобрительно засвистели.       - Неплохо, Савельев, - похвалил преподаватель. – Только можно заменить слово «тёлка»? Не думаю, что девушкам приятно слышать такое обращение.       - Как скажете, - кивнул Савельев.       Денис, до этого ёрзающий на скамейке, решительно поднял руку.       - Я хочу песню спеть. Только не выбрал ещё.       Александр Степанович посмотрел на Малюту и слегка улыбнулся.       - Хорошо. Песен про любовь много. А ты поёшь?       - Да. Я умею на гитаре играть, но можно фонограмму поискать в интернете.       - Выбери поскорей, потому что с завтрашнего дня начинаются просмотры.       - Я могу выбрать две или три, а вы послушаете и оставите ту, которая будет лучше.       - Хорошо.       Пару мгновений они глядели друг другу в глаза. Денис ждал, что Пахомов что-то ещё ему скажет, но тот кашлянул, обвёл взглядом студентов и продолжил:       - Нужно отобрать лучшие и качественные номера. Значит так. Кто собирается готовить выступление, подойдёте ко мне после пары и запишетесь. А мы начинаем. Посмотрите на доску…       Ни на какую доску Денис не стал смотреть, а только на преподавателя. Весь их короткий диалог, когда казалось, что они одни в аудитории, парень волновался. Какие же всё-таки красивые глаза у Александра Степановича. И такой взгляд… Будто он хочет прочитать твои мысли. Почему-то Денису кажется, что Пахомов гей. Он чувствует ему подобных. Может и не стопроцентный, а бисексуал. Кольца у него нет. Но не факт, что нет и девушки.       Малюта посмотрел на Волкова. Тот вроде бы не заметил ничего необычного. Слушает Александра Степановича, конспектирует. Значит, не устроит сцену в комнате. Мол, Денис теперь запал на препода, а тот на него. Интересно, а как было бы, если б Малюта с Пахомовым стали тайно встречаться? Он взглянул на говорящего Александра Степановича. Как это: спать с собственным преподавателем? Наверняка, Александр очень страстный и дикий в постели. Как и Сергей. Денис перевёл взгляд на своего парня. Ему так повезло, что Волков полюбил его. А ведь могли после школы разбежаться, и всё. Вспоминал бы он потом с тоской их дурацкий договор. Нет, он не дурацкий. Если б Малюта отказался, никогда бы не заполучил Сергея.       - Чё пялишься? – не поворачивая головы, шёпотом спросил Волков.       - Знаешь, чё, - тихо ответил Денис, пытаясь собрать в кучу разъезжающиеся в улыбке губы.       Сергей хмыкнул, всё так же не глядя на Малюту.       Его Волчара самый лучший на свете. Пусть и матерится сверх нормы, пусть грубоват порой, но эта грубость бывает напускная. Хочет казаться похуистом или «не таким», но Денис-то его знает. И любит таким, какой есть.       И он решил, что будет петь песню «Вечная любовь». И только её. Для своего зверя. Это будет сюрприз. Волков пытал его, чтоб узнать его номер, однако Малюта не раскрыл секрет.       Разучивал и репетировал Денис, когда Сергея не было рядом. Слова он практически знал. И, когда спел её на прослушивании в актовом зале, Пахомов и остальные, кто тоже показывал свои таланты, бурно ему зааплодировали. Конечно, все всем хлопали, но Денису показалось, что ему громче остальных.       - Шикарно! – крикнула девушка с первого ряда.       Малюта, улыбаясь, посмотрел на Александра Степановича.       - Пойдёт?       - Разумеется, - тот тоже улыбнулся, но на мгновение, и позвал следующего студента на сцену.       В другой раз, когда у них была экономика, Пахомов подозвал вошедшего в аудиторию Дениса к себе и протянул ему листок.       - Это расписание репетиций. Посмотри, в какие дни у тебя, и не пропускай. Хорошо?       - Да, спасибо, - Денис взял листок и хотел пойти на своё место, но Александр Степанович задержал его.       - Денис, у тебя очень хороший голос.       - Спасибо, - от похвалы парень начал краснеть.       - Ты так проникновенно пел… Ты кого-то любишь? Извини. Я не должен был спрашивать. Иди.       - Да ничего. Да, я люблю, - Денису было неловко признаваться в этом постороннему, но он хотел поделиться с преподавателем, хотя чувствовал некую вину. Будто теперь, когда он скажет, у Пахомова с ним не будет никаких шансов. – И это взаимно.       - Замечательно, - Александр Степанович улыбнулся. – Это чувствовалось в пении. Ты буквально раскрылся… Молодец. Иди. Уже скоро звонок будет. ***       День Святого Валентина выпал на воскресенье, и администрация университета пошла навстречу студентам, которые умоляли провести праздник день в день, а не в субботу. Двери учебного заведения были открыты после полудня, так как активисты приехали украсить холл и актовый зал красными шарами в форме сердец и другими красно-розовыми штучками, чтобы всё показывало, что за праздник. Около дверей в зал установили небольшой буфет, точнее столы с напитками, сладостями и прочими вкусностями, чем можно было бы порадовать свой желудок. Здесь же стояли два ящичка для посланий: розовый – для признаний девочкам, голубой – мальчикам. Около них лежали вырезанные из красной бумаги сердца и ручки, если кто-то, кроме того, что сам приготовил, захочет написать ещё кому-то.       Денис решил, что ничего посылать Сергею не будет, а поздравит его утром. В субботу после секса они спали вместе. Малюта, предварительно поставив тихий будильник на семь тридцать, проснулся, выключил звук на аппарате и затаился, потому что под боком заворочался Волков.       - Какого хрена там звонит? – буркнул он и отвернулся к стенке.       Денис минут пять полежал, а затем осторожно выбрался из-под одеяла, хлебнул апельсинового сока из пакета, поёжился от прохлады в комнате и достал из шкафа припрятанный баллончик с шоколадными сливками.       Он посмотрел на мирно спящего Волкова и подошёл к кровати. В представлении того, что он собирался сделать, было всё просто, но на деле… Если убрать одеяло, Волков проснётся от замерзания, а Денис хотел, чтобы тот проснулся совсем от другого. Ладно, была, не была. Он наклонился, аккуратно повернул Сергея на спину и замер. Тот причмокнул губами, закинул руку на подушку над головой, но глаз не открыл. Тогда Денис медленно убрал одеяло в районе его паховой области и увидел стояк. Он улыбнулся, осторожно присел на кровать и выдавил сливки на член. Господи, да кто ж так делает?! Звук шипения оказался очень громким, и Сергей зашевелился, собираясь улечься снова на бок, но Денис его задержал руками, наклонился и провёл языком по его пенису от яичек к головке, подбирая сливки. Волков глубоко вздохнул, и Малюта, рукой подняв его член с живота, щедро сдобрил десертом. А пока тот окончательно не проснулся, вобрал шоколадную головку в рот и нежно пососал.       - Малютка… - прохрипел Сергей и поднял голову, глядя на парня прищуренными со сна глазами. – Завтракаешь?       - Угу, - мукнул Денис, не выпуская изо рта член.       - Давай, давай, - Волков откинулся на подушку и толкнулся бёдрами вперёд. Тогда Малюта взял половину и, плотно сжав губы, скользнул ими наверх. Потом ещё больше, и снова собрал сливки, причмокнув, когда головка выскочила изо рта. Проглотил и принялся старательно облизывать член со всех сторон, очищая от воздушной шоколадной массы.       Сергей уже окончательно пришёл в себя после сна и зарылся руками в чёрные волосы Дениса, руководя и в быстром темпе насаживая его рот на член. Он тихо и хрипло стонал и, когда подступил оргазм, обхватил член ладонью и активно ею задвигал, кончая в рот Дениса. После этого Малюта слизал капельки с головки, выдавил себе небольшое количество сливок в рот и таким образом поцеловал Волкова, передавая ему сладость. Его самого нехило завело, хотелось подрочить, но он держался, чтобы Сергей сам сделал ему приятно.       - Фантазёр, - хмыкнул Волков, прижимая парня к себе.       - Но тебе же понравилось, - подытожил Денис, тря стоящий член о его бедро.       - Ты - мне, я – тебе, да? – мурлыкнул Сергей и резво подмял парня под себя, придавливая своим телом к кровати.       - Надеялся, - затрепетал Денис и поцеловал своего зверя. С каждым разом его минет был всё разнообразней. Волков быстро учился. Подходил к делу ответственно, со старанием, с любовью…       - Малют, - обратился виноватый Сергей к любимому, когда они одевались, - я не купил тебе никакого подарка… Извини.       Дениса это, конечно же, задело, но он постарался не подать вида, и ободряюще улыбнулся.       - Ничего.       - Дэн, ну ты ж парень. Я не знаю, что тебе подарить, - начал оправдываться Волков. – Если б ты был девчонкой… я б там… цветы, например, конфеты в сердечной коробке, ну или… хер его там знает!       - От конфет бы я не отказался, - ответил Денис и полез в шкаф за футболкой. Слава богу, хоть с утра признался. А то жди до вечера и потом ещё больше разочаровывайся.       - Я всё равно тебя люблю, - раздалось за спиной, и Сергей, обняв, прижался к его спине.       - Знаю, - тихо ответил Денис.       - Я что-нибудь придумаю. Обещаю.       - Да не надо. Пойдёшь на концерт, культурно отдохнёшь, на меня на сцене посмотришь, - Малюта развернулся к парню и чмокнул в нос. – С праздником.       - И тебя, - Волков улыбнулся и вовлёк любимого в глубокий поцелуй.       - Песню «Вечная любовь» исполняет студент первого курса Денис Малюта! Встречаем! – торжественно объявила ведущая-третьекурсница, и Денис, нервно сжав и разжав кулаки, под музыку и громкие аплодисменты вышел из-за кулис.       - Дэн, давай! – узнал он ободряющий голос Севы из зала. Он должен был сесть рядом с Волковым почти по центру на восьмом ряду. Там Денис оставил Сергея, который занял два места для Куровского и его девушки Маши.       Он подошёл к стойке, снял микрофон и посмотрел на зрителей. Волкова он сразу нашёл. Свет был приглушён, но лица разглядеть было можно. Сергей не отрывал от исполнителя глаз. Да, Денис надел свой выпускной костюм, в котором выглядел шикарно, подумал, что так более подходяще для серьёзной и глубокой по смыслу песни, и запел:       - Вечная любовь – верны мы были ей, но время зло, для памяти моей… - спокойно, мелодично, плавно. Даже прикрыл глаза на секунду. Сказывалось волнение. Столько глаз на него смотрит. Он никогда не выступал на сцене. Пел часто в кругу друзей, но здесь ему хотелось показать себя, показать свою любовь. Особенно, одному важному человеку. Никто не узнает, кто он, кроме Волкова, что это только для него.       Пошло развитие песни, звук голоса стал громче, чувств больше в словах. Денис не всегда смотрел на Сергея, потому что боялся сбиться, но знал, что тот не отводит от него глаз. На последнем припеве Денис закрыл глаза, полностью раскрывая силу своего голоса и тембра. Он вложил в исполнение все свои большие чувства. Весь трепеща и волнуясь, он подошёл к концу, который собрался изменить. Спеть не так, как в песне, ибо слова «И до последних дней одна лишь ты. Жить, любя одну тебя» совсем не подходят. Ведь он не девушке поёт.       Голос немного дрогнул, но Денис смог без надрыва пропеть завершающие строчки, глядя на Волкова:       - И до последних дней для меня лишь ты… Жить любя, тебя… тебя… навсегда-а-а…       Он видел, что Волков сидит, будто ему кол в зад вставили, не шевелится, пристально смотрит, кусает губы, не понятно из-за чего. Сева что-то ему сказал и первый громко захлопал, крича слова похвалы. За ним взорвался весь зал. Малюта на автомате поклонился, трясущимися руками вставил микрофон в стойку и быстрым шагом ушёл за кулисы, где его стали поздравлять с успехом остальные участники концерта.       - Денис, ты забыл текст? – обеспокоенно спросил Александр Степанович, кое-как растолкав студентов, окруживших обессиленного певца.       - Нет, - ответил Денис, чувствуя, что его щёки горят. Было такое ощущение, будто он сейчас со сцены признался всем, что до конца своих дней будет любить Волкова. – Мне надо в туалет.       - Тебя тошнит? – взволновалась второкурсница, которая собиралась читать стихотворение собственного сочинения о любви.       - Нет, - Денис протолкнулся вперёд и зашагал по узкому коридорчику к выходу из зала. Там его и поймал Волков, схватив за предплечья.       - Малютка, ты, блять, оперный певец, ё-моё!       Он качнулся, чтоб поцеловать Дениса, но ему помешали, выскочившие в коридор, девчонки, которые оделись в мини юбочки для танца. Волков отступил к стене, пропуская верещащий женский пол, а потом как поцеловал Малюту, что у того даже ноги ослабели. Захотелось тут же ему отдаться. Адреналин после выступления всё ещё бушевал в крови, и Денис плотно прижался бёдрами к Сергею, показывая своё возбуждение.       - Это было для тебя, - прошептал он, и парень ответил:       - Я понял. Наверное, весь зал понял…       Малюта усмехнулся и резко отстранил Волкова от себя, когда заскрипела дверь.       - Вы тут! – в коридорчик вошёл Сева с горящими глазами и улыбкой на губах. – Дэн, ты… блин! Даже не могу найти слов.       - Тогда заткнись, - грубовато ответил Волков, за что был одарён недовольным взглядом Дениса.       - Охренительно поёшь! – не обращая внимания на неприятное высказывание, продолжил Сева. – Ты - Басков, капец! Тебе надо было на эстрадное в Москву поступать.       - Ну да, - рассмеялся Денис.       - Может, пойдём уже? – спросил Волков. Одногруппник пригласил половину группы на вечеринку к себе домой.       - Я только переоденусь, - Денис хотел, было, повернуться в сторону гардеробной, но Волков его остановил:       - Иди так, - и многозначительно посмотрел.       - Ладно, - медленно ответил Денис, приподняв одну бровь, потом взглянул на Севу и добавил: - Вещи только заберу.       - Мы на улице подождём, - сказал Куровский и вышел за дверь вместе с Волковым.       «Хочу сказать хоть так, пока не забыл. Спасибо за приятный подарок! Я тебя люблю!!! У меня мурашки пошли от твоего пения. Давай не пойдём на тусню. Хочу тебя!!!» - Денис прочитал сообщение от Волкова и, улыбнувшись, напечатал ответ: «Пойдём на часок. А потом до утра хоть до смерти меня затрахай!»       В гостях они пробыли не больше часа и вернулись в общежитие, причём Волков не позволил Денису сразу войти в комнату. Тот усмехнулся и, сняв куртку с шапочкой, облокотился о стену в коридоре. Долго ждать не пришлось. Сергей открыл дверь в их полутёмную обитель и пропустил внутрь. На столе горели свечи, стоял тортик, бутылка шампанского. Волков помог Денису убрать вещи, галантно пододвинул для него стул, тот сел, снова усмехнувшись, и Волков ловко открыл шампанское.       - Извини, хрусталя нет, - он налил вино в кружки и, сев за стол, взял свою тару. – Денис… мы с тобой больше года… можно сказать, вместе.       Малюта, взяв кружку, открыл, было, рот, чтоб поправить любимого, но тот остановил его знаком руки:       - Я про секс… - и нервно вздохнул. – Думаю, тогда мы уже… ну… стали близки. Не в плане секса! А вообще. Ты меня понимаешь? -       Примерно, - улыбнулся Денис, наклонился вперёд и чмокнул своего зверя в губы. – Я тебя люблю, - он закусил нижнюю губу и часто заморгал, потому что трогательные слёзы готовы были навернуться на глаза.       - А я тебя. За нас! – Волков чокнулся с ним и сделал глоток. – Летом приедем домой и скажем моим. Ладно?       Денис опешил от такого решения. Волков был твёрд и невозмутим.       - Ладно.       - Ты ведь будешь со мной рядом? – Сергей умоляюще посмотрел на любимого, и тот ответил абсолютным согласием.