Благодарность. отрывок.

Недавно выпал первый снег. Он покрыл тонким слоем чёрные холмы угольной шахты и вонючие мелкие лужи вокруг. Худая крыша приюта непривычно белела и дети, похожие издали на жуков, копошились робко, трогая обжигающий холодом снег. Все светилось чистотой и свежестью так, что это место было не узнать. Я стоял за деревьями и сквозь их, покрытые инием ветки, наблюдал за ней. В этой девушке не было грации и женственности. Она не нагибалась, вальяжно потягивая руки, и не улыбалась лукаво глазами, как писали в книгах, лежащих в замке. она просто набирала воду из колодца... Её тонкие руки потрясывались от тяжести кадки, растрепанные светлые волосы лохмами свисали на влажный лоб. Одежда её была поношенной и тонкой, такой, что сквозь рубаху виднелась грудь, не та, что игриво смотрит сосочками вверх, как на картинках, а обвисшая и замятая.... Она была такой молодой, но лицо уже украшено было шрамом. Я узнал эту девушку.... Именно она некогда стала причиной моего побега из приюта. Это был тот шрам, который оставил ей 10 лет назад коренастый ублюдок из шахты. Я не мог просто так стоять уже... Мне хотелось отблагодарить её, помочь. Я мог бы подарить ей велюровый палантин, что нес для моего господина. Я знаю, он простил бы меня за это...но вот её скорее всего бы обвинили в распутстве, ведь откуда у няньки в приюте может быть такая роскошь. А распутство у нас прямая дорога на костёр. Я осмотрел себя - на мне был надет утеплённый кожаный гербовый армейский жилет. Я замялся, но все же решился. Вынырнув из-за кустов я подскочил к ней, стягивая на ходу жилет. Она так растерялась, что застыла на месте. Я набросил его ей на плечи, прошипев что-то похожее на "спасибо тебе за все" и поскорее юркнул обратно. Мне пришлось быстро пробираться через заросли, надеясь, что она не пойдёт за мной и не найдёт по свежим следам тропу к замку. Я взобрался на холм и с него наблюдал ещё какое-то время за приютом. За ней, за тем, как она сперва бросила его на землю, затем, победив свой страх, закуталась в него и поспешила в дом.