Зона отчуждения

      - Сукины дети! Проклятые отродья! - выругался командир группы, натянув противогаз и кинув зажигалку Зиппо на лужу бензина, по которой топтались ходячие, рыча и кряхтя, пытаясь достать гниющими конечностями четырех Выживших, повисших над ними на крюке. Руки сводило до дрожи, до боли в каждой клетке организма, но никому из облаченных в своеобразную броню не хотелось отправляться прямиком в огненные пасти пылающих ублюдков. Их спасло только то, что Саннерс взял альпинистский крюк и веревку, на которую и залезли все Выжившие, использовав высокие своды больничного холла как свое спасение. Конечно, можно было перестрелять медлительных ходячих, но тогда их поток никогда бы не закончился, сползаясь на шум, как тараканы на приманку. А сжечь их - дешево и сердито, а главное бесшумно. Остатки отряда спустились вниз лишь тогда, когда последний мертвец действительно издох. Ноздри резал зловонный, сладковатый запах жженого, некогда человеческого мяса. Но теперь они были в относительной безопасности настолько, насколько это вообще возможно в этом слетевшем с катушек мире.       - Фух, пронесло! Итак, джентльмены. Наша задача - прошмонать больницу на предмет медикаментов, бандажей и прочей полезной херни. Ходить по двое, не теряться, не стрелять. Ходячих мочить бесшумно, - проинструктировал группу самый компактный, но и самый натасканный в вопросах выживания ее член, едва сняв противогаз и оставив его болтаться на шее, выхватив с пояса нечто, похожее на кирку с удлиненной рукоятью и длинным заточенным, обоюдоострым стержнем. Во второй руке появился Гатор Про, представлявший из себя мачете, заточенный с одной стороны, а с другой, на конце, имеющий заточенный крюк, устремленный к рукояти. Голос принадлежал белобрысой, стриженной под мальчика девчонке, лет семнадцати на вид с разным цветом глаз - индиго и аквамариновым. Выглядело это так, будто ее правый глаз выцвел, а левый остался ярким и интригующе-темным.       - Чур я с Илайн! - усмехнулся рослый парень, подвинувшись к девице, только попытавшись ее приобнять, как тут же получил локтем в бок, увернувшись от взмаха кулака, устремленного ему ровнехонько в нос. Деррен шумно втянул воздух и выпрямился. Ну за что она так с ним? Неужели не видит, что нравится ему? Хотя вряд ли ей сейчас вообще есть дело до амуров, она всего неделю назад потеряла своего друга. Верджил спас ее от укуса, но заразился сам, медленно превратившись у нее на глазах. Редкий человек после такого захотел бы подпускать к себе кого-то еще столь близко. Она каждый день винит себя за его смерть, считает, что будь она осторожней, ничего бы не случилось. Но в эти дни нельзя быть достаточно осторожным.       - Идешь с Террансом, Маверик. Ты - со мной, - блондинка все же смилостивилась, послав Саннерса с командиром отряда, потянув Рена за собой, жестом показав, чтобы он не издавал ни звука. Командир Терранс Престон позволял ей иногда командовать, сам являясь лидером в более мирных ситуациях, отдавая девчонке должное в том, что толк в выживании она знала, да и шута Деррена Нэйтена он не выносил. Он молчал только тогда, когда спал, но странным образом юную Илл Прюэтт он слушался.       Четверо встали по обе стороны от входа, приготовившись быстро и бесшумно зачистить коридор, если понадобится. Холодное оружие у них было в большей чести, чем огнестрельное, потому что не требовало патронов и было бесшумным. Конечно, у них имелись винтовки с глушителями, но их лучше беречь на крайний случай. Группы постоянно прочесывают города, привозят в лагерь ресурсы и выживших, но прекращать усердно работать просто нельзя. Престон и Нэйтен резко открыли двери, потянув створки на себя. На первый взгляд крыло казалось нетронутым, если не считать бардака, но над дверями значилось "Палаты особого ухода", что, скорее всего, означало подключение к аппаратам жизнеобеспечения. Надо сказать, что на третий день этого хаоса, группа провела на атомную электростанцию несколько инженеров и несколько охранников для них. Еще две команды следили за доставкой ресурсов для станции и еды для "энергетиков", как их ласково прозвали в лагере. Объект забаррикадировали изнутри, чтобы меньше сил тратить на охрану. Разумеется, ток подавали не круглосуточно, а по расписанию, но трех часов в день и пары вечером хватало всем. Питание города давало шанс поддерживать связь между Выжившими и отслеживать передвижения Альянса, но об этом чуть позже. Сейчас поисково-спасательно-ресурсо-собирательная группа продвигалась по коридору, заглядывая в двери, протыкая головы Ходячих прежде, чем те пытались атаковать, только хрипя и сипя, да излучая омерзительную вонь гниющей плоти. В сумки летело все: бинты, таблетки от эпилепсии, снотворное, кардиостимуляторы, антисептики. Они уже обчистили больницу в отделениях интенсивной терапии и хирургии, другие группы вынесли все из супермаркета. Их лагерь рос на глазах, но этому все только радовались. Они превосходно организованы, поэтому выжить легче вместе, но нужна еда, одежда, лекарства, кров и прочее, поэтому работы еще непочатый край. Благо, поток добровольцев не кончается, и их с успехом готовят на базе. Рен был вторым по старшинству в группе, но к своим тридцати пяти не нажил особого ума, а может просто был чересчур беззаботен. Как бы то ни было, его только что чуть не укусил зомбарь, вывалившийся из шкафа в предпоследней палате на этаже. И вот, он снова обязан своей жизнью хмурой девчонке с разными глазами, уже нырнувшей в следующую палату.       - Парни! - Илл окликнула их негромко, но взволнованно. Прежде ей не попадались в больнице живые, которые сами не могли ходить. Встал вопрос, что с ними делать. Как их только не сожрали? На койках лежали пятеро бессознанных, но живых ребят.