Три дьяволёнка 2

Начало POV Настя — Спокойной ночи. — пожелала я всем, и мы с Шу вышли из кухни.       Шу, как всегда шёл с закрытыми глазами и с наушниками в ушах. Я до сих пор не понимаю, как он ориентируется в пространстве и не спотыкается на лестнице. Сама, невольно засмотревшись на Шу, я споткнулась на второй же ступеньке лестницы и полетела лицом вперёд. В голове появилась мысль, что вот сейчас моё лицо обнимется с полом, но нет. Я упала прямо на Шу, который лёг на лестницу. — С нашего знакомства ты никак не изменилась. — открыв глаза начал говорить Шу. — Всё так же не смотришь под ноги, а на меня. — Да иди ты. Когда такое было? Я что-то не помню, чтоб ты меня ловил.       Шу лишь улыбнулся. — Что ты улыбаешься? — немного раздражительным тоном спросила я.       Шу молча смотрел на меня и продолжал улыбаться. Я закатила глаза и хотела уже встать, но Шу притянул меня к себе и поцеловал. Этот поцелуй был не похож на остальные. До этого Шу целовал меня с присущей вампиру некой жестокостью и ярость, но сейчас вместо этого были нежность и спокойствие. Он целовал меня, как никогда прежде. Мы не хотели отрываться друг от друга. В голову снова полезли мысли о том, что кислород вампирам не нужен и это несомненный плюс. Шу отстранился. Он явно не собирался вставать. Я почувствовала, что его руки ещё крепче сжали меня в объятиях и прижали к груди. Будь я человеком, он явно сломал бы мне пару рёбер. Шу зарылся носом в мои волосы. Я не знаю сколько мы так пролежали, но за это время мне успело надоесть то положение, в котором мы лежали. Хотя, скорее не положение, а то на чём мы лежали. — Тебе так нравится, когда я сверху? — я посмотрела в затягивающий, манящий омут синих глаз. — Ты даже не сможешь представить насколько. — Шу тоже смотрел мне прямо в глаза. Смотрел так, словно они были спасающим кругом утопающему. — Почему же? Думаю, могу. — я улыбнулась. — Пошли в комнату или тебе больше лестница по душе? — У меня нет души. — мы встали. — Тогда у меня тоже. — пожала плечами я.       Шу с изумлением посмотрел на меня, но ничего не сказал. До комнаты мы дошли в полной тишине. Неужели я обидела его? Но что такого было сказано? Пока не буду его трогать. Если надумает — поговорит, а если сама начну, есть шанс сделать хуже. Шу упал на кровать. Я пошла в ванну. Проходя мимо зеркала не поверила своим глазам. Я уставилась на своё отражение. Видок у меня, мягко говоря, неважный: волосы спутались, на голове образовалось гнездо, под глазами залегли небольшие круги, на лбу, почти у корней волос была грязь, на левой ключице тоже. Я быстро сняла футболку, лосины, нижнее бельё и залезла в душ. В лицо ударили струи холодной воды. Как же хочется вместе со всей этой грязью смыть то, что произошло и больше не вспоминать об этом, словно ничего и не было. Приняв душ я надела шорты и майку, в которых обычно спала. Мой взгляд вновь обратился к зеркалу. Так гораздо лучше. От грязи не осталось и следа, волосы я помыла и высушила, теперь они аккуратно лежали на плечах. Я вышла из ванны. Шу всё так же лежал поперёк кровати, вверх лицом. — Шу, я вышла. Теперь ты. — Хорошо. — Шу сел в кровати, а после встал.       С ним что-то не так. Шу уже почти зашёл в ванну, но я схватила его за руку. — Шу, что случилось? — обеспокоенно спросила я. — Что не так? Ты поменялся в лице после разговора о душе.       Шу посмотрел на меня и ласково убрал мою руку с его. — Всё хорошо, Настя.       За ним за крылась дверь. Я осталась в полном недоумении. Одно понятно точно — сам он ничего не скажет, нужно самой. Дождусь пока он выйдет и попробую ещё раз с ним поговорить. Я легла на кровать и стала смотреть в окно. В дали, за высотками города садилось солнце. По небу разливались в разные стороны краски закатного солнца. Завораживающие зрелище. Я вышла на балкон. Если бы умела рисовать, обязательно нарисовала этот прекрасный закат. Я ещё немного постояла, любуясь небом, а потом зашла обратно в комнату. Чем бы заняться? Может книгу почитать? Я порылась в ящике. Бинго! Я нашла Булгакова «Мастер и Маргарита». Всё никак руки не доходили её начать читать. Вот и момент выдался. Я залезла на кровать, скрестила ноги по-турецки и погрузилась в чтение книги и опомнилась только через час. Вот это зачиталась. Шу до сих пор не вышел. Он что утонул там? Или от меня прячется? Я решила всё-таки к нему заглянуть, быстро встав с кровати и, положив книгу на стол, я метнулась к двери в ванную комнату. — Шу, ты уже больше часа там сидишь? Всё в порядке? — я начала стучать в дверь. — Шу?       Мне никто не ответил. Да что с ним такое? Это уже начинает бесить. Я толкнула дверь и вошла в ванну. В душевой подставив голову под воду, на коленях стоял Шу. Я подбежала и распахнула створку кабины. Шу был в одежде, а в ушах неизменно — наушники. Я зашла в кабину и закрыла за собой створку. Душевая была довольно большой, нам двоим хватало места, даже, наверное, мог поместиться ещё третий человек. Я села на колени, обняла Шу и уткнулась головой ему в спину. — Шу, что происходит? Я же чувствую, что-то не так. Я что-то не так сказала? Извини меня.       Шу молчал. На глаза начали наворачиваться слёзы, я ещё сильнее прижалась к Шу. Капли барабанили по спине, одежда уже промокла насквозь, как моя так и его. — Шу, не молчи, пожалуйста. Если ты больше не любишь меня, то скажи это. Скажи, не нужно молчать. Пожалуйста. — по щекам покатились слёзы.       Шу резко повернулся, я оказалась прижатой к стене кабинки. — Не говори чушь. — глаза Шу были мокрыми, и я не могла понять от слёз или от воды.       Я прибывала в неком шоке, а слёзы так и катились по щекам. Шу опёрся руками о стену кабинки и упёрся в неё головой. Получилось, что он навис надо мной, его шея с ключицами оказались перед моим лицом. — Это не чушь. — еле заметно покачала головой я. — Нет, это чушь. — раздался у меня над ухом голос Шу. — Тогда что? — я повернула голову и посмотрела на Шу.       Он упорно молчал и не хотел ничего говорить. — Вот видишь, ты сам не хочешь мне нечего говорить. — я пыталась говорить без дрожи в голосе. Да, Шу скорее всего прав, но я не знаю, что и думать. Говорю в порыве чувство, первое, что придёт в голову, но я же переживаю. Он должен меня понять. — Поэтому у меня и появляются такие мысли. Мысли о том, что я не нужна тебе.       Шу ударил кулаком по стене кабины. Хорошо, что он не ударил во всю силу, иначе душевая разлетелась бы вдребезги. — Это не так. — Шу пристально посмотрел на меня, но я опустила глаза. — Подними глаза. Посмотри на меня, Настя, посмотри.       Шу взял меня за подбородок и приподнял его. Наши глаза встретились. Шу чувствовал себя виноватым, я видела это, чувствовала. Он хотел рассказать, но не мог. Я всё это видела и чувствовала. Но мне нужны объяснения. Некоторое время мы просто смотрели друг на друг, а вода всё лилась нам на головы. — Я люблю тебя, Настя. Люблю больше жизни. Я отдам её за тебя. Ты мой дьявол, которого никто не посмеет забрать у меня. Твои глаза, — Шу провёл рукой по моим волосам. — спасают меня и в них я вижу смысл к продолжению своей жизни. Скажу тебе, что после того, как в детстве потерял своего единственного друга, я был одинок. Одинок был до того момента, как ты переступила порог этого особняка. Никто, никакие предыдущие жертвенные невесты не могут сравниться с тобой, со вкусом твоей крови. Я люблю тебя, Анастасия Дьявол.       Я уже перестала плакать и только с восхищением смотрела на мужа. Его слова поразили меня, но было в них, что-то другое, что-то не свойственное. Я тоже его очень люблю, но всё же я хочу поговорить с ним. Только тогда я успокоюсь. Только бы он не стал меня ненавидеть. Вот ненормальная, тебе тут такие речи произносят, а ты всё равно со своими подозрениями. Но через себя я переступать не буду. Всем телом чувствую, что — то всё равно не так. — Я люблю тебя. — повторил Шу. — И я тебя тоже. Но…       Я хотела всё-таки начать разговор, но Шу заткнул меня поцелуем. Он запустил руки мне под майку и теперь по-хозяйски бродили по моей спине и груди. Мне были приятны эти ласки. Нет, нет, не сейчас. Шу поднял меня, я обхватила ногами его бёдра, а после снова оказалась прижата к стене кабины. Нужно собраться и поговорить сейчас, но я не могу, я хочу его. На минуту отстранившись, Шу стянул с меня майку, а я с него кофту, а вслед за ней и рубашку. Настя, мать твою! Остановись! Мы снова прильнули друг к другу. Шу снова поцеловал меня. Потом он спустился к шее и начал оставлять засосы, медленно спускаясь от шеи к груди. С моих губ слетали немногочисленные стоны. И тут в голове, словно выстрел — крик девушки «Береги душу Дьявола!». Я почувствовала, как покраснели глаза. Мгновение и душевая превратилась в груду разбитого стекла. Поскольку я спиной упиралась в кабину, то ей же и упала на образовавшуюся груду стекла. В этот раз Шу не успел среагировать, всё произошло слишком быстро и неожиданно даже для меня. Сотня осколков впилась мне в спину. Я не сдержала истошного крика. — Настя, что это было. Очень больно? — Шу подскочил ко мне. — Я… это… осколки в спину впились, п-п-подними меня. — из-за шока я не могла нормально говорить.        Шу аккуратно поднял меня. Я встала на ноги. Движения причиняют хоть и незначительную, но всё же боль. — Ты сможешь вытащить их? — я с надеждой посмотрела на Шу. — Повернись. — попросил он, я выполнила его просьбу. — Да, смогу. Их не так много, как может показаться, больше царапин конечно, тебе повезло.       Я улыбнулась. Ну да, везение невозможное. Шу взял меня на руки и перенёс на кровать. — Посиди здесь секунду, я сбегаю за спиртом и щипцами. — Хорошо. — кивнула я, скрещивая руки на груди, чтобы хоть немного прикрыть наготу.       Шу заметил это. Он сбегал в ванну и принёс мне свою рубашку. — Держи. Хотя могла бы и не стесняться.       Я взяла рубашку и прикрыла ей грудь. Шу уже не было в комнате, но уже меньше чем через минуту, он вернулся, держа в рука банку и щипцы. — Как весело, поиграем в доктора и пациентку? — ухмыльнулась я. — Нашла время для шуток. — отмахнулся Шу, садясь рядом.       Я легла на живот. Шу склонился надо мной и стал один за другим вытаскивать осколки стекла, попутно обрабатываю каждую небольшую рану, которая затягивалась уже через минуту после его действий. Я думала, будет гораздо больнее. — Теперь как новенькая. — Шу положил щипцы на тумбочку. — Спасибо. — я села в кровати, надела рубашку мужа. По сравнению с ним я просто маленькая девочка. — Шу, мы так и не поговорили. — Разве? — Шу лёг рядом со мной. — Я чувствую, что-то не так. Ты мне чего-то не рассказываешь. А всё это началось с сегодняшнего разговора о душе. — я пристально смотрела на Шу, который лежал в привычном состоянии. — Если ты не расскажешь мне я уйду. Не важно куда, но обещаю, что ты не сможешь меня найти. — Хорошо. — Шу открыл глаза. — Но предупреждаю, что я сам толком ничего не знаю об этом и понятия не имею правда это или нет. — Шу, лучше мы вместе во всём разберёмся, чем ты один будешь мучиться. — я взяла мужа за руку. — Когда мы были у этих охотников, он говорили постоянно о том, что у нас, вампиров, нет души. Будто мы не знаем этого сами. Охотники рассказывали множество преданий и легенд о том, что души обращённых приходит забирать сам Люцифер, либо во сне, либо в как-то горячке или как-нибудь по-другому. Но этот Ярис как-то прервал разговор трёх охотников об этом и сказал, что часть души или некой сущности дьявола сокрыта в одной из сестёр Дьявол. — Шу обеспокоенно смотрел на меня. — И что дальше? — Он сказал, что скорее всего это нечто содержится в старшей из вас, то есть в тебе, и они придут за тобой. — Шу притянул меня к себе. Я положила голову ему на грудь. — Ты им поверил? — спросила я. — Я не знаю. — Мне кажется, что если бы мы были действительно так нужны им, они бы так просто не отпустили нас. Хотя они двинутые, от них можно ждать всего, что невозможно. — Поэтому я очень беспокоюсь за тебя. Не хочу потерять самого дорогого человека в моей жизни. — Шу ещё сильнее обнял меня. — Не бойся, ты никогда меня не потеряешь. Мы начали жить заново. Забудь, что слышал у охотников и не вспоминай. — я подняла голову и посмотрела на Шу. — Обещаешь? — Да. — коротко ответил он. — Я люблю тебя, Шу Сакамаки. — прежде чем он успел открыть рот я поцеловала его. — А сейчас нужно отдыхать. — Я тоже тебя люблю. — Шу накрыл нас одеялом, и уже через минуты четыре я отключилась.