You are my slave

Он стоял в порванной одежде, а в его глазах блестел страх. "То, что нужно", - подумал Тэхен, подзывая продавца и вручая ему немаленькую сумму. Этот парнишка был словно маленький бездомный котенок, которому нужен уход. Конечно. Уход - это то, чем займется Тэхен. - Пройдем со мной? - дружелюбно улыбнувшись, господин подошел к парнишке и, обняв его за плечи, повел в дом. Малыш был застенчив и пуглив, возможно, у него было болезненное прошлое, но не это сейчас волновало Тэхена. Ему продали раба, у которого НЕТ прошлого. Теперь у парнишки Чонгука начинается новая жизнь, ибо он всецело принадлежит Тэхену. Чонгук неуверенно берет парня за руку: страх все еще не отпускает его. Рука дрожит. Нет, не от холода, а от страха. Парень выглядит весьма добродушно, но жизнь разучила Чонгука верить людям. Легкое, без грамма пошлости, прикосновение к теплой ладони заставляет дрогнуть. Чонгук потерян, он не знает, как реагировать на такую доброту его нового хозяина, не знает, что ему нужно делать, не знает, как называть и как вести себя. Но сердце приказывает довериться, и Чонгук послушно следует за господином. Полный страха и сомнения, он перешагивает порог огромного особняка господина Кима. Он боится издать хоть малейший лишний звук, что уж говорить об озвучке многочисленных вопросов, которые забивают его голову. - Проходи, - нежно отвечает господин, снимая с парнишки ветхую курточку. - Теперь это твой новый дом. Чонгук в восторге разглядывает огромный холл, мраморные лестницы и пол. Многочисленные картины на стенах так и кричат о немалом состоянии его нового хозяина. Чонгук даже открыл было рот от изумления, но, быстро опомнившись в каком положении он находится, закрыл его. Тэхен сделал пару шагов вперед и, обернувшись, заметил, что Чон продолжает стоять у входа и разглядывать всё вокруг. Улыбнувшись робости этого мальчика, он сказал: - Не бойся меня, проходи, - Тэхен опять взял ладонь мальчика в свою. И заметил, что тот уже не так сильно дрожит, это сильно обрадовало господина. Не смея ждать больше ни минуты, Ким отправился с Гуком в сторону столовой. Хозяин дома решил показать особняк парню и немного разрядить напрягающую обстановку между ними. У Чонгука "чесались" руки, так и хотелось дотронуться пальцами до ваз, статуэток и картин в этом поместье. С детства его учили быть тихим и послушным, серьезно относиться ко всему, но любопытство до сих пор не оставило парня. Он чувствовал себя семилетним мальчишкой, которого привели в новую семью и которого встретил новый отец, но, вернувшись в реальность, юноша понял, что он - просто раб, к которому здесь отношение будет соответственное. - Ты спрашивай, если что-то интересно, - дружелюбно сказал господин Ким, когда показывал особняк. Это послужило зеленым светом для Чонгука. Еще с раннего детства он подбирал выброшенные богатыми людьми книги, много читал и интересовался изобразительным искусством. Увидев на стенах до боли знакомые картины, он не выдержал и произнес: - Можно сказать, что картина — это осуществленная мечта художника, - начал парнишка, задумчивым взглядом смотря на одну из множества работ. - Мастера не работали на белых холстах, там часто можно разглядеть подкладку. Позвольте посмотреть, - робко попросил парень. Тэхен кивает, с приятной улыбкой смотря на мальчишку. Чонгук неуверенно подходит к картине, что висит ближе к нему, и прикасается пальчиками, очень аккуратно, будто боясь порвать. Под пальцами чувствуется неровность масляной краски, и Гук завороженно проводит по тому месту, где на картине находится кусочек моря. Он не может оторвать взгляд от картины точно так же, как Тэхен не может оторвать взгляд от него. Молчание длится минут пять, первым приходит в себя хозяин. - Тебе нравится? - подходя к парнишке и мягко кладя руки на его плечи, спрашивает господин. Ответа не последовало, Чонгук был настолько заворожен этой картиной, что просто пропускал слова господина мимо ушей. Картина словно полностью поглотила его разум и унесла в другой мир. Ему казалось, что он сейчас действительно стоит на берегу этого моря, смотрит на то, как где-то вдалеке, солнце плавно сливается с водой. Тэхен решил не быть слишком строг с бедняжкой в первый же день его принятия. Ему интересно, каков же этот мальчик изнутри. Он был так загадочен и неизвестен, что господину не терпелось узнать внутренний мир парнишки, разгадать его и овладеть им. Робок, застенчив, любопытен. Именно то, что нужно Ким Тэхену. Заметив абсолютную незаинтересованность в прикосновении, Тэхен начал массировать плечи мальчика. Поначалу его действие не дало никакой реакции со стороны бедняжки, но потом, когда Чонгук наконец стал возвращаться к реальности и почувствовал прикосновения, он замер, не в силах пошевелиться. Тэхен не сразу заметил страх мальчика, и поэтому спокойно продолжил мягко поглаживать его плечи. Но через пару мгновений, он почувствовал мелкую дрожь тела Чонгука. Это не могло укрыться от его внимания, и господин сто раз проклял свою торопливость. Он перешел грань, за которую пока заходить было категорически нельзя. Он напугал его, буквально до дрожи. Наверное, если бы сейчас у Тэхена в руках волшебным образом оказался какой-нибудь тяжелый предмет, он бы без сожаления ударил им себя по голове. Но этого не произошло и хозяин, убрав руки, тихим голосом произнес: - Чаю? Дрожь парнишки заметно стихла, но господин всё еще чувствовал, что Чонгук напряжен. Мальчишка не торопился поворачиваться, но рано или поздно придется взглянуть на хозяина. Медленно повернувшись, он робко кивнул и стеснительно опустил голову. Тэхен расслабился и, взяв за руку своего мальчика, повел его в сторону столовой. - Мистер Ким, чай готов. Присаживайтесь пожалуйста, - вежливо поклонившись, произнесла служанка и удалилась из столовой. Чонгука, казалось, снова начинает уносить в другой мир из-за большого количества великолепных картин в столовой, но Тэхен это заметил и поспешил отвлечь его. - Ты любишь сладкое? - спросил Тэхен, с той же улыбкой. Все дети любят сладкое, и он прекрасно знал это, поэтому еще до покупки раба велел поварам испечь чего-нибудь сладкого. Сам Тэ не очень любил такое, и поэтому повара были несколько озадачены просьбой господина, но все же выполнили ее. Поэтому, после неуверенного кивка Чонгука, господин Ким два раза хлопнул в ладоши, и в столовую тут же начали вносить различные кексы и пирожные. Самым последним внесли большой бисквитный торт с нарисованными узорами из клубничного джема. По загоревшимся глазам мальчишки парень понял, что живопись его малыш любит не больше, чем сладкое. Слуги нарезали торт и разложили по тарелкам. После этого, они снова поспешно удалились. - Мне действительно можно? - удивленно посмотрев на хозяина, спросил Чонгук. - Конечно, ешь всё, что захочешь, - одобрительно кивнул Тэхен, но Гук всё еще не решался притронуться к лакомствам. Он вспомнил, что его учили сдержанности и вежливости в старой деревне, где до пожара жил мальчик. Он сидел всё так же неподвижно и смущался. Заметив краем глаза взгляд господина, он перевел глаза на картины. - Снова эти картины, - вздохнул господин Ким. - Может, мне стоит приказать убрать их, чтобы ты не придавал им слишком много значения? - Пожалуйста не надо, - внезапно проговорил парнишка, эти картины уже стали дороги ему, и хотелось разглядеть их получше. Чонгук понял, что если он не приступит к трапезе, то всё может закончиться голыми стенами, а этого ему совершенно не хотелось. Взяв со стола прибор, а именно - вилку для десертов, парнишка отломил кусочек торта и поднес ко рту. Не медля, он попробовал сладость. Хозяин заметил как глаза парня заблестели, что означало лишь одно - вкусно. Немного расслабившись, парень продолжил кушать сладости и запивать их великолепным зеленым чаем. Заметив, что господин Ким ни к одному лакомству не притронулся, а просто сидел и с улыбкой наблюдал за его действиями, напряжение вновь вернулось. - Господин, позвольте спросить, - стеснительно произнес он. - Что ты хочешь узнать? - добродушно спросил тот. - Почему вы не притронулись ни к одной сласти? - Я не люблю сладкое, - ясно дал понять Тэхен, от чего напряжение лишь возросло, парнишке стало некомфортно есть одному. Он чувствовал, что перегнул палку наглости, и покраснел еще больше. Чонгук отложил столовый прибор в сторону и поблагодарил господина за еду.