Кошачьи неприятности

- Пошли на свидание! – заявила Даша, залезая на меня сверху, пока я только просыпался. Да, мы до сих пор спали вместе. Возражений она не принимала. Я тяжело вздохнул, не особо радуясь позе, в которой она на меня сидит, и уж в очень свободной футболке. Причем кроме длинной футболки и трусиков на ней ничего не было. - Даша, - стараясь сдержать дрожь в голосе, сказал я, - слезь с меня. И за что мне такие мучения? Извращенец внутри меня радостно потирает ручки, но я быстро заглушил его и начал думать о Дэне в стрингах. Здорово помогает. - Не слезу пока не согласишься, - еще ближе ко мне наклонилась девушка, сталкиваясь почти лицом к лицу со мной. - Хорошо-хорошо я согласен, - у меня не было выбора, так как брат в стрингах исчез и в них появился кто-то другой. Чертово воображение. - Я даже оденусь сама! – объявила Дарья, слезая с меня и убегая из спальни. Будто это праздник! Ладно, сегодня мой самоконтроль будет немного выше. Я поднялся, сходил в душ, надел свежие вещи, которые взял у Дэна, и понадеялся, что она оденется нормально и не придется ее переодевать. Моя губа еще не прошла, и сегодня я не планировал смотреться в зеркало. Я и так красавчик. Я даже успел приготовить завтрак, пока она приводила себя в порядок. Думаю, пары гренок хватит, чтобы перекусить. В итоге она вышла во вполне приличных джинсах и черном свитере. Даже хвостик на голове завязла. - Ну как я? - Очаровательно, - ответил я с улыбкой. Это на самом деле было так. Пока мы ели гренки она выдавала мне план сегодняшнего нашего свидания. И чего ей в голову взбрело пойти со мной куда-то. Девчонок тяжело понять, а эту тем более. - Сначала мы идем в кино, потом в кафе. Потом ты сводишь меня в парк аттракционов, а затем мы пойдем гулять по ночному Питеру. Не спрашивай меня почему, ты мой кот и должен слушаться. Я сдала глоток чая и поправил: - Коты никого не слушаются. Дашу это не особо убедило. - А ты будешь слушаться. Все, собирайся, мы выходим. Я лениво поплелся в коридор за курткой. Сначала мы и правда пошли в кино, на какую-то мелодраму, где все любят друг друга целуются и умирают. Да-да, именно в таком порядке. Я заметил, что почти во всех девчачьих фильмах кто-то умирает, девушки плачут, потом делятся фильмом со своими подругами, те тоже идут на него и тоже плачут. Интересно, кафешку этажом ниже часто топят? Дарья вообще не плакала, но даже меня под конец фильма пробило на слезу. В кафе она попросила у меня много мороженного, которое я и заказал, а пока мы ели она внезапно начала делиться со мной своим прошлым. - Мы часто с родителями ходили сюда, есть мороженое. Правда у мамы была аллергия на лактозу, но нас с папой это не останавливало. До сих пор помню, как мне было плохо. Она говорила очень много, причем нормального. Рассказала о поездках с родителями, о прошлой школе, даже о друзьях. Странная перемена в настроении, но я не стал ей этого говорить. Пока она что-то рассказывает надо слушать. До этого девочка наотрез отказывалась рассказывать о своем прошлом. В парке аттракционов было весело даже мне. Как обычные девочки Даша не потащила меня кататься на колесо обозрения с кабинками в виде сердечек, а сразу полезла на американские горки. Я кричал, орал, дергался, а девочке было только смешно. И откуда в этом маленьком теле столько смелости? После горок мне в голову ударил адреналин, и я без претензий согласился на вертушку, которая качает кабину во все стороны. Такого страха я еще не испытывал, честно. Но моей хозяйке было весело и радостно, и мне пришлось засунуть свои страхи куда подальше. Эта девчонка приручила меня. Когда я и сам не заметил. Далее шли более безопасные развлечения, типа комнаты страха. Туда она почему-то захотела пойти одна, и я спокойно ждал ее снаружи. И вдруг я увидел Жорика, жирного кота Даши на другой стороне дорожки, которыми испещрён весь парк. Я со всех ног бросился за кошаком. Он наоборот, что есть мочи, дернул наутек, лавируя между детьми. Высоким быть здорово, но не когда приходится укорачиваться от кучи народу. Но я все равно потерял этого блохастого из виду, прямо напротив магазина с безделушками. Но перед тем, как вернуться к Даше, мне в глаза бросился браслет, на котором висели брелки в виде кошачьих лапок и мордочек. Мне сразу вспомнилась моя подопечная, и я купил его. Когда я вернулся к комнате страха, Дарья уже ждала меня у выхода, не самым довольным видом. Выслушав о том, какой я непослушный кот, мы пошли дальше. Так, за весельем и развлечением, мы не заметили, как совсем стемнело. Как и говорила Даша, мы пошли гулять по Невскому проспекту, рассматривая блестящие вывески магазинов и считая, сколько встретили Макдональдсов. Пока только два. Я взял девушку за руку, не знаю почему, мне просто захотелось. Она не протестовала. Этот день прошел просто замечательно. Я был на свиданиях, но это просто чудесно. Даша конечно пару раз включала ребенка, но меня это забавляло, а не раздражало как раньше. И судя по всему ее настоящий характер, был близок к выдуманному после смерти родителей. Она была такой же беззащитной и нежной, только без преувеличенной детской игры. Мимо нас по Неве проплывал пароход, когда она заговорила. - Прости, что вытащила тебя из дома так рано. Просто у меня день рождения сегодня. Я в паспорте посмотрела и решила, наверное, нужно его отметить. Я резко остановился. - Что? Почему ты молчала? - Ну, - смутилась она, - просто ты начал бы задавать ненужные вопросы, спрашивать меня про родню, которую можно пригласить и друзей. - Подожди, - я нырнул рукой в карман и достал оттуда браслет. Взяв ее за запястье, я застегнул браслет. - С днем рождения. Даша улыбнулась, смотря на брелки, но ее улыбка быстро померкла, и она подняла на меня печальные голубые глаза. - Я… знаю что ты не мой кот. Что Жорка убежал, а ты просто случайно забрался в мою квартиру, но прежде чем ты начнешь объяснять, дай мне сказать. Когда я увидела тебя, то испугалась. Думала, ты вор, или что-то вроде этого. Но стоило тебе назваться моим котом, как в моей голове мелькнула мысль, что это мой шанс. Шанс поговорить с кем-то, быть кому-то нужной. Ты даже представить не можешь, как тяжело быть все время одной с питомцем. Соседка побаивается меня, друзей не осталось. Родственники забили на меня. Я закрылась в себе, не ходила в школу, после того как дядя рассказал мне о смерти родителей. Он не предупредил, не подготовил, просто выпалил все и ушел, оставив совсем одну. Ко мне никто не приходил, ни разу за все время. Это ужасно. И тут появляешься ты – живой человек в квартире. Прости меня, если заставила переживать, или что-то еще. Я была немного не в себе, ты должен понять. Но я так счастлива с тобой. Ты, чужой мне человек не бросил меня, начал ухаживать за ненормальной девочкой, водить ее в школу. Я даже задавалась вопросом, человек ли ты? Может мне все это снится? Ты эти ужасные ушки носил, готовил мне еду, одевал, спал со мной. Какие бы я не ставила тебе невыполнимые задачи, ты все делал. А главное – не сбежал. Зачем? Зачем ты все это делал? Даша плакала. Примерно с середины своего откровения она хмыкала, вытирала слезы, смотрела куда-то в сторону. А я улыбался как дурак, ожидая, когда она закончит. - Я такой же как ты, - повторил я слова бабушки-соседки. – У меня тоже погибли родители. Я тоже замыкался. Но у меня была сестра, а у тебя никого нет. Я остался, потому что видел тебя на своем месте. Сначала, я и правда посчитал тебя ненормальной, но… это не так. Она усмехнулась, теребя в руках браслет. - Этого мало. Была ведь еще причина, верно? – спросила она, словно читала меня как открытую книгу. - Даша, - я произнес ее имя на выдохе, - ты самая, милая, странная и очаровательная девушка, которую я видел. Ты на многое открыла мне глаза, и показала мир таким, каким я его никогда не выдел. Я никогда не забуду этот мир и тебя, маленькую королеву этого мира. Я тебя… Как только я произнес заветное слово, прогулочный теплоход прогудел так, что даже я себя не услышал. - Что? – спросила девушка, - Я не поняла. Я тихо выругался. - Я сказал, что ненавижу этот проклятый город! - отбросив подальше все свои протесты и гордость, я наклонился к Даше и поцеловал ее. Поцеловал так, будто она была кислородом, а я задыхался. В ту ночь я понял, что ни за что не отпущу ее, мою хозяйку. Что она навсегда останется в моем сердце, и больше никто не займет в нем больше места, чем она. Я люблю ее. Такую странную, и необъяснимую. Мою.