Я — Лусинда

      Ночной Рем. Из того, что мне до сих пор удалось увидеть, он очень сильно отличался от дневного. На улице стояла тишина, лишь иногда я слышала лай собак и шум повозок. Одна из таких даже проехала мимо нас. Она была доверху нагружена какими-то товарами. И я очень удивилась, кому это понадобилось разъезжать на ночь глядя, или это вор, ограбивший местную лавочку и теперь удиравший с добычей? Но Ула и ухом не повела, словно такие повозки ночью были обычным делом.       Впрочем, вскоре я об этом забыла, потому что каждую минуту ждала криков позади. Рано, хотя предпочтительнее поздно, но фаналисы хватятся, что меня нет в доме Патрициев. Конечно, было мало шансов, что это произойдёт прямо сейчас, в конце концов, они должны быть уверены, что я сплю в своей кровати. Вот только я не знала, что такого придумал тот паренёк, чтобы отвлечь моих охранников. Поэтому я постоянно оглядывалась назад, ожидая увидеть у себя за спиной погоню. Но улица оставалась тёмной и пустынной.       — Госпожа Лусинда! — вдруг прошептала Ула. В её голосе послышалась тревога, и я невольно приготовилась к худшему.       — Погоня? — спросила я.       — Я не уверена, — покачала головой Ула, — Но нам будет лучше подстраховаться.       Я кивнула. Не сговариваясь мы свернули в тёмную и грязную улочку. Похоже, что грозные дворники с метлой в этих местах не обитали, как и мусорные машины, и жители на радостях выбрасывали из окон всё, что только приходило им в голову. В нос ударил неприятный запах, а под ногами хрустнули осколки каких-то черепков. Но я старалась не обращать на это внимания и быстро шла вслед за Улой. Попасть в лапы фаналисов из-за своей брезгливости мне не хотелось. Впрочем, вскоре мы вышли на улицу попросторней и чище.       И тут Ула остановилась.       — Всё-таки фаналисы, — прошептала она, а потом обратилась ко мне. — Госпожа Лусинда за нами погоня.       Я не знала, как она это поняла. Лично я пока ничего такого не видела и не слышала, но не поверить Уле сейчас я почему-то не могла.       — Так почему мы тут стоим? Идём! — И я дёрнула её за руку.       Но та никак не отреагировала на мои попытки её растормошить. Закусив губу, она смотрела назад, туда, откуда мы пришли.       — Госпожа Лусинда, вам от них не убежать. Даже для меня это будет трудно.       — И? Не стоять же тут столбом пока нас поймают? — нетерпеливо проговорила я.       Ула как-то странно на меня взглянула. На мгновение мне даже показалось, что она поняла, что я ненастоящая Лусинда. Но я тут же отбросила эти мысли, сейчас было не до этого.       — Госпожа Лусинда, вы бегите, а я их задержу.       — Нет, — покачала я головой. Всё это походило на шаблонный сценарий какого-нибудь приключенческого фильма или комиксов, где друзья главных героев остаются сражаться с меньшим злом, позволяя главному герою этим добраться до злодея-босса.       — Идите! Встретимся у фонтана Марка Випсания.       И не дожидаясь моего ответа, Ула сунула мне в руки факел и направилась у тёмную улочку, откуда мы только что вышли.       — У этого фильма дурной сценарист, — тихо пробормотала я. — Мог бы придумать что-нибудь и поинтереснее.       Ещё мгновения я колебалась, а потом всё-таки направилась в противоположную сторону.       Очень скоро я пожалела о своём решении. Остаться без поддержки Улы в этом огромном незнакомом мне городе было страшно. Я шарахалась от каждой тени и ждала, что вот-вот из-за угла выползет фаналис. К тому же из-за страха, что с источником света меня обнаружат быстрее, я потушила свой факел.       Я уже совершенно потеряла чувства направления и теперь даже если бы захотела вернуться в особняк, то просто не смогла бы. Всё, что мне оставалось, это бродить по улицам города в надежде, что память Лусинды подскажем мне, что делать, и надеяться, что я не попадусь в лапы фаналисов.       Я уже совершенно вымоталась, когда увидела впереди каких-то людей в форме. Их шлемы и кирасы блестели в свете факелов. Я не знала, кто они такие. Но цвет волос у них был самый обычный, скорее всего они не были фананалисами, и возможно, они даже искали не меня, но, тем не менее, я тотчас же нырнула в тёмный переулок. И чуть не споткнулась об человека, который, завернувшись в какую-то хламиду, спал там. Тихонько чертыхнувшись, я продолжила свой путь дальше. Я уже несколько раз видела таких бездомных, однажды даже наткнулась на целое семейство, которые спали, тесно прижавшись к друг другу. Даже в самом богатом и процветающем городе существуют нищие. И этот мир не исключение.       Что ж, можно сказать, что мой дебют в качестве героини попаданки полностью удался, я уже успела побывать в местном дворце, а теперь вот бесцельно слонялась по трущобам, удирая от погони.       К утру я совершенно обессилила и проголодалась. Я неустанно корила себя за то, что решила сбежать из особняка. Мои ноги, непривычные к долгой ходьбе так гудели, что я уселась на край фонтана. Мне уже было всё равно найдут ли меня фаналисы. Какая разница, если я совершенно не представляла, что мне делать дальше? Возможно, когда я решила сбежать, мне следовало думать головой, а не предаваться радужным мечтам. И вот теперь я было готова сдаться даже местной полиции, или как там она называется в этом мире.       — Ненадолго же меня хватило, — усмехнулась я, и взглянула на своё отражение в воде…       Фаналисы звери. Лусида уже не раз в этом убеждалась. И Му не был исключением. А чтобы зверя усмирить нужна хорошая плётка. Вот только сейчас, Лусинда это хорошо понимала, она была абсолютно беззащитна перед этим фаналисом. Он дикий зверь, и у неё нет совершенно никакого оружия против него. Она и сама не заметила, как начала отступать перед ним.       — Ладно, выкладывай свой план, — выдохнула Лусинда, решив, что сдаваться ещё рано. — И уже тогда решу, годится он или нет.       Му ничего не ответил, лишь молча указал на окно.       — Оно слишком высоко и ты в него не пролезешь, — хмыкнула Лусинда.       — Я нет, а ты да, — ответил Му       — И как я по-твоему доберусь до него? — на самом деле Лусинда очень хотела выбраться отсюда, но не поспорить с Му не могла. — Ладно-ладно, ты фаналис, ты сможешь мне помочь. И всё равно… как ты думаешь, я спущусь на ту сторону? Я не кошка и летать не умею.       — Согласен, ты не кошка, а змея, — ухмыльнулся Му, оглядываясь по сторонам, как будто что-то здесь могло помочь найти ему весомый контраргумент. Но спустя мгновения фаналис направился к портьере, что висела на стене. Она была слишком плотной и Лусинда без ножниц или ножа не справилась бы с ней. Но Му без особого труда разорвал её на полосы.       — Ты, кажется, уже всё решил за меня, — заметила она. Ей не надо было объяснять, что он задумал. Вскоре портьера превратилась в крепкую верёвку.       — Ну вот, теперь ты без труда спустишься на ту сторону, — улыбнулся Му.       — Нет, я ни на что не соглашалась, — покачала головой Лусинда. — Может, будет лучше, если нас здесь застанет Нерва, чем пускаться во всякие сомнительные авнтюры с тобой.       — Я ошибся, ты не змея, а самая настоящая ослица, — замети Му.       Лусинда и сама понимала, что ведёт себя глупо. И что стоит один раз уступить этому фанналису.       Приняв её молчание за знак согласия, Му шагнул к ней, но она опять отступила от него.       — Всё ещё продолжаешь упрямиться? — спросил он. — Я могу и насильно спустить тебя с окна.       — Только попробуй, — процедила сквозь зубы Лусинда. В том, что он может это сделать она и не сомневалась. И особого выбора у неё не было, поэтому она тут же примирительно сказала. — Ладно, давай сюда твою портьеру.       — Её надо обвязать вокруг талии, — сказал Му. Его голос прозвучал как обычно, но Лусинда успела заметить, как на его лице мелькнуло облегчение.       — Я поняла, давай её сюда, — недовольно пробурчала Лусинда.       — Нет уж! Я сам это сделаю, — произнёс он, слегка наклоняясь к ней. — Вы благородные дамы даже одеться без помощи рабынь не в состоянии. А узел должен быть крепким. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.       — С чего это вдруг? — спросила удивившись Лусинда.       Му не ответил, он, склонившись, начал завязывать на её талии импровизированную верёвку. И Лусинда едва пересилила себя, чтобы не сделать шаг назад. Она тут же попыталась убедить себя, что это от отвращения. Никаких других чувств к этому фаналису она не могла испытывать. Но в тоже время она понимала, что всё это наглая ложь. То, что он находился так близко от неё, несколько смущало. Это было настолько странно для Лусинды, что ей было намного проще соврать самой себе. Присутствие раба, пусть и потенциального, не должно её смущать. Это было как-то… унизительно.       Пока Му возился с верёвкой. Лусинда украдкой взглянула на него, словно это могло избавить её от наваждения. Сейчас она не могла видеть его лица, лишь алую шевелюру, чьи языки, словно пламя стекали по его спине. Казалось, что дотронешься и обожжёшься. Впрочем, и сам Му был таким, словно костёр, что горит весело и ярко.       Му был фаналисом, достойным быть лишь рабом. Но в тоже время он был очень привлекательным мужчиной.       — Всё, — выпрямился Му и вдруг подхватил её на руки. От неожиданности Лусинда едва не вскрикнула. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы придти в себя, впрочем, Му ей этого времени практически не дал. Одним прыжком он оказался у окна и, ухватившись за проём окна, так и повис, второй рукой придерживая девушку. Лусинда нехотя разжала свои объятья и перебралась на подоконник. Высоты она не боялась, и всё же сейчас ей было не по себе.       — Предупреждать надо! — буркнула она       Му лишь усмехнулся, а потом заметил:       — Знаешь, когда ты молчишь, то ты даже не очень похожа на змею, и тебя можно принять за нормальную женщину.       — Знаешь, до этого момента ты тоже не очень был похож на обезьяну, — съязвила Лусинда Му, который уже успел спрыгнуть вниз и теперь держал в руках другой конец портьеры. В ответ он лишь улыбнулся и сделал знак, чтобы она осторожно спускалась вниз.       — Не хочу, чтобы ты себе что-нибудь сломала и потом в этом обвинили меня, — пояснил он. — И потом, не забудь, что у меня есть к тебе дело.       — Как же, — хмыкнула Лусинда, понимая, что он намекает ей на тот самый документ, скреплённый печатью Шахерезадой. — Мечтай!       Вскоре она уже была на свободе. Её совершенно не волновало то, что Му оставался заперт. Чем больше он пробудет в той комнате, тем лучше. А ей сейчас нужно было найти Улу, не стоило было оставлять её, и если бы не записка, теперь Лусинда была уверена, что поддельная, где говорилось, что она должна был придти абсолютно одна, Лусинда никогда бы не сказала своей рабыне ждать у входа.       И у неё было ещё одно дело не терпящее отлагательств. Нужно было найти того, кто устроил ей эту ловушку. И тогда он заплатит ей за всё, и в первую очередь за её унижение перед Му. Вспоминать о том, что произошло в той комнате, ей совершенно не хотелось.