Всегда рядом

1. Команду, в которой был Рей, возглавлял Кичиро Юхи. Мальчик был далеко не глупым, уверенно вел своих подопечных к намеченной цели. Пройдя всю дорогу, не сбившись с пути, обойдя все ловушки, поставленные чуунинами, они разбили палатку под горой, покушали и легли спать, определившись сначала, конечно же, с порядком дежурства. Однако все отрубились во втором часу ночи, а в полтретьего случилось ЧП. Учебный поход прервался нападением на лагерь вражеских шиноби. Мероприятие проводили чуунины недалеко от деревни, однако за ее пределами. Сразу отбить атаку не получилось. И хоть подкрепление пришло буквально через пять минут, в группе нападавших был опытный джоунин, которого не сразу обнаружили преподаватели. Именно он напал на спящую команду Кичиро. Парень вскочил мгновенно, равно как и Рей. Однако что могли сделать генин и студент академии против джоунина? Целью врага, как выяснилось позже, была девочка из их команды — Аканэ, которая, оказывается, приходилась внучатой племянницей нынешнего Даймё, о чем, естественно, никто не знал. Ну, кроме Хокаге и еще пары человек в деревне. Поэтому, каким образом произошла утечка информации, оставалось тайной. Как бы то ни было, ни один из детей не смог бы ничего сделать, и похищение члена феодальной семьи прошло бы идеально, если бы не один просчет в плане. А именно то, что в команде Аканэ окажется Рей. Шикамару в ту ночь был на дежурстве, поскольку все его ученики участвовали в мероприятии в качестве капитанов, поэтому он один из первых прибыл на место происшествия и именно он вместе с Ирукой обнаружил занимательную картину. У входа в палатку валялся без сознания напавший на детей шиноби с колотой раной в животе. Аканэ с одноклассником, испуганные, но целые, жались друг к другу в углу палатки за спиной Кичиро. Сам генин был так же испуган, жутко подавлен, расстроен, однако в боевой стойке с кунаем в одной руке и сюрикенами в другой: видимо, пытался защитить детей. А Рей… Рей стоял впереди всех, прямо над врагом, тяжело дыша и сжимая окровавленный кунай выставленными перед собой руками. То, что мальчик не просто испугался, а пребывал в шоке, для учителей было понятно сразу. Как и то, что причиной шока было не нападение, а собственные действия. — Ирука-сенсей, сворачивайте поход. Всех учеников и генинов соберите в штабе. А этих четверых сразу в больницу. На всякий случай, — совершенно спокойным тоном, будто пересказывал шаги в шоги, отдавал распоряжение Шикамару. Кивнув на распластавшегося на земле нежданного гостя, он продолжил: — С «товарищем» я сам разберусь. Да, и еще, — добавил он. — Не забудьте послать кого-нибудь разбудить Сакуру и сообщить, что ее сын наконец-то пробудил Шаринган.

***

Свет уличного фонаря пробирался в окно и слабо освещал сплетенные силуэты на кровати. Лежа на спине, мужчина обнимал правой рукой женщину, чья голова покоилась у него на широкой груди. Накинутая на разгоряченные тела простыня немного сползла и теперь скрывала лишь переплетенные ноги возлюбленных. Краем угасающего сознания, где-то на границе со сном, сквозь дрему Сакура чувствовала ладонь Наруто, лениво ласкающую ее обнаженную спину. Обнимая его правой рукой, прижимаясь мягкими выпуклостями к торсу мужчины, совсем не против сползшей почти на пол простыни, женщина удивлялась естественности всей ситуации. Любить друг друга оказалось так легко и приятно, так правильно и в то же время беззаботно. Ласкать и принимать ласку партнера, чувствовать его руки, его губы везде, где только можно представить и где даже нельзя вообразить, его пальцы в ее самых интимных местах; требовательные и ненасытные, но тем не менее нежные и медленные прикосновения шершавых, грубых рук и жаждущих губ… и взгляд. Такой ласковый, любящий, обеспокоенный, восхищенный взгляд с оттенком бушующей, не утихающей страсти и желания, которое обладатель этого взгляда пытается держать под контролем, дабы не спугнуть, не навредить. Этот полный заботы взгляд, обещающий счастье, казалось, ласкал саму душу, проникал в самое сердце и заставлял забыть о горьком опыте. И легкое, но глубокое проникновение, и медленные вначале, но рваные потом движения, и осознание полного единения — ничто не могло сравниться с тем взглядом в том, что так трогало сердце. И скромные поцелуи в самом конце — лишь касание губами губ — словно последней каплей переполнили чашу эмоций, и глаза девушки наполнялись слезами. Этот парень был все время рядом, любил и оберегал ее так долго и так верно, ничего не требуя взамен, лишь желая ей счастья потому, что ее счастье — это его счастье. И осознание того, что и счастье, и горе у них уже давно стали общими, а они этого не хотели замечать, осознание этого не давало унять слезы, которые Наруто сцеловывал с уголков девичьих глаз, шепча что-то нежное и успокаивающее, все еще находясь внутри нее и телом, и душой. А Сакура лишь крепче обнимала мужчину, отвечая, что любит, действительно любит его. Они еще долго лежали так, целуясь и нежно, почти лениво, лаская друг друга, испытав наивысшее наслаждение — единение любящих телом и душой. Почти заснув в крепких объятьях, она услышала будто издалека навязчивый раздражающий звук. С трудом разлепив глаза, женщина сообразила, что ее разбудил стук в дверь. Испугавшись, что проспала, кинула взгляд на часы — без пятнадцати четыре. Либо за дверью будущий покойник, либо случилось что-то серьезное. Кинув взгляд на мужчину, у которого во время сна лицо становилось, прямо сказать, мальчишеским и таким умиротворенным, Сакура решила не будить пока соню. Осторожно выбравшись из кровати, чтобы не потревожить любимого человека, женщина нагишом прошлепала к ванной комнате, захватила оттуда халат, накинула его по пути к входной двери и, завязав пояс, повернула замок и потянула за ручку. На пороге стоял генин-новичок, один из тех, кто должен был быть этой ночью в тренировочном походе, в том же, что и ее сын. — Что случилось? — Сакура-сан, Вам просили передать, — сказал мальчик и протянул ей запечатанный конверт. — А что с походом? — взволнованно спросила женщина, принимая письмо. — Отменили. На нас напал вроде кто-то. Всех собрали в штабе, кроме команды, в которой был Ваш сын, кажется… их в госпиталь отправили, что ли… подробностей не знаю — меня к Вам с письмом отправили и все. Сакура похолодела. — В госпиталь? Всю команду? Кто-то ранен? Что с Реем? — Простите, но мне не докладывали. В письме, наверное, больше информации. Мне нужно идти. До свидания. Начинающий шиноби развернулся и исчез из поля зрения, но Сакура уже не смотрела в его направлении — она дрожащими руками открывала послание. Записка была написана рукой Ино. Она дежурила сегодня в больнице. «Все живы-здоровы. На них напал шиноби из Дождя. Твой всех спас. Шикамару отправил всю команду в больницу якобы из-за шока и на всякий случай. Только вот на самом деле сбылись твои страхи — Рей пробудил Шаринган. С ними уже говорил Ирука, но семилетние дети, хоть и ученики академии ниндзя, в наше время, к счастью, всего лишь дети. Думаю, мама твоему сыну сейчас нужна больше, чем наш штатный психолог или учитель. Бедный ребенок, даже понятия не имеет, что с ним происходит. Рассказать мамаша не догадалась заранее!» Расставила акценты грамотно, нечего сказать. Сначала успокоила, потом обеспокоила и в конце отругала. Настоящая подруга, блин! Шаринган. Ну вот и конец беззаботной жизни. Где Шаринган — там Учихи, а где Учихи — там проблемы. Рей не носит эту фамилию, но в его жилах течет кровь Учих. С учетом того, что они знают о Шарингане, то, что он его пробудил, уже означает сильное эмоциональное потрясение. Она готовилась к этому разговору последние семь лет. Ее пугала перспектива предстоящей беседы, но она знала, что не сможет избежать этого, когда придет время. Время пришло. Назад дороги нет. Она должна собраться с силами, с мыслями и рассказать своему семилетнему сыну о том, что с ним произошло и почему. Рассказать о его отце и как-то смягчить все это, не вдаваясь слишком сильно в подробности о проклятом клане, почти вымершем задолго до его рождения, но кровь которого все же течет в жилах Рея. В жилах ее семилетнего сына, который еще вчера спал в соседней комнате, обнимая мягкую игрушку, а сегодня уже отражает яростные атаки взрослых вражеских шиноби с помощью своей проклятой силы. Развернувшись, быстро одевшись, обеспокоенная мать написала записку спящему в ее кровати мужчине и выбежала из дома.

пятница, 24 октября 2014 г. 04:57.