ONE OF US

Сразу же после уроков планировалась генеральная тренировка по лакроссу. Завтра вечером состоится первая игра в этом сезоне, и соперник у нас серьезный. Тренер весь дух из команды выбивает на поле, гоняя с клюшкой по несколько часов. Я обещала друзьям прийти и посмотреть на тренировку, по мне, бессмысленное занятие. Когда я уверенным шагом направлялась на стадион, меня поймала в коридоре Пайпер. Она остановила меня и отвела в угол возле уборной. Сегодня она чуть ли не весь день провела со своей новой пассией. За все уроки мы лишь перекинулись парой фраз. — Привет, — улыбнулась она. — Привет, — я кивнула в ответ. Между нами возникла неловкая пауза, которую я так ненавижу. — У вас с Амандой все так серьезно? — небрежно поинтересовалась я, стараясь произнести это с наименьшими эмоциями. Нет, меня совершенно не задевает то, что у нее теперь нет времени на меня. — Ты ревнуешь? — нахмурилась подруга. — Что? — скривилась я. — Я даже не знаю, что это за чувство такое! — Ревность — это боязнь превосходства другого лица, — цитировала она сына Александра Дюма. — Я знаю, что такое ревность, я просто ее не чувствую. — Солгала я. — Лгунья, — одними губами прошептала она, довольно улыбаясь. Я недовольно скривилась. — Но все же мне приятно, — Пайпер улыбнулась и положила свои руки мне на плечи. Ее голубые глаза заглянули в мои шоколадные. — Я тебя обожаю, Симонс Стилински. Ты мой друг, и я никогда тебя не брошу. Аманда просто… Мне хорошо с ней. И… — Она тебе нравится. — Подсказала я, положив ладонь поверх ее руки на моем плече. — Я так не думаю, — покачала головой Глори, немного нахмурившись. — Не то, чтобы… Это несерьезно. — Ч-что? — Ну, знаешь девочка плюс девочка… — П-подожди, — я резко оборвала ее. — Это говоришь мне ты — Пайпер Глори, открытая лесбиянка? — Ничто не вечно, — грустно улыбнулась девушка, опустив руки. Я уже хотела отчитывать ее за такие пессимистичные мысли, но мне помешал подскочивший к нам Чип. Эверс был чем-то определенно взволнован. Если он выскочил в своей форме для лакросса в школу. — Хей, Симонс, Пайпер, — приветливо улыбнулся Чип. — Вы слышали новость? Мы выжидающе посмотрели на него. — МакКолл только что так пихнул Джексона, что тот отлетел на приличное расстояние. — О мой Бог! — взволнованно воскликнула я. — Он в порядке? — Кажется, у него сильно повреждено плечо… Я не дослушала, что он там дальше говорил. Сорвавшись с места, я побежала прямо в мужскую раздевалку, для того чтобы уточнить, что именно случилось. Друзья проводили меня удивленными взглядами. Я надеялась, что луна будет действовать на Скотта только в полнолуние, а все остальное время он будет обычным подростком, но, видимо, мои надежды не оправдались. Стайлз был прав, любое волнение, повышение пульса грозит катастрофой. Подбежав к раздевалке, в дверях я столкнулась со всклокоченным братом. Он по непонятным причинам запыхался и обнимал в руках огнетушитель. Задать вопрос он мне не позволил, а просто оттеснил меня к стене. — Что происходит? — прошептала я. Из раздевалки послышались стоны, голос Скотта позвал брата. Я нахмурилась. Мы одновременно выглянули из-за угла и обнаружили друга, который зажимал руками голову. — Да что, мать вашу, здесь происходит? — Я оттолкнула Стайлза, несмотря на его протесты, зашла в комнату. За спиной послышался грохот падающего огнетушителя. Брат словно прилип ко мне, старался быть рядом, слишком рядом. Он тяжело перевел дух, снял перчатки и откинул их в сторону огнетушителя. — Ты пытался убить меня! — он присел рядом со Скоттом, заглянул в его глаза, для того чтобы убедиться, что он пришел в норму. — Скотти, если ты убьешь моего брата, это немного испортит наши отношения. — С укором сказала я. Стайлз проигнорировал мои слова. Его внимание было полностью сосредоточено на МакКолле. — Это все из-за гнева. Высокого пульса. Это как спустить курок. — Но лакросс — очень жестокая игра, если ты не заметил. — Сказал Скотт. — Будет еще больше жестокости, если ты обратишься и убьешь кого-нибудь на поле. — Я скрестила руки на груди. — Мне жаль, Скотт, но тебе нельзя играть. По крайней мере, пока мы не найдем способ это контролировать. — Но я же на первой линии! Мы все прекрасно понимали риск. Особенно сейчас, когда стало известно об охотниках. Тем более, один из них папа девушки, с которой встречается оборотень. Даже моя фантазия отказывается представлять, что будет, когда откроется правда. — Больше нет, — выдохнул Стайлз.

***

Математика — мой самый любимый урок, наверное, именно этим я отличаюсь от других своих одноклассников. Четкое вычисление и последовательность. Здесь только факты, а не жалкие догадки. Разумеется, я не фанатична и стараюсь не выделяться из толпы, поэтому каждый раз, когда учитель вызывает к доске, сливаюсь с толпой. Мистер Вайет с хищной улыбкой осматривает класс, выбирая жертвы, их должно быть четыре, так как на доске написаны четыре квадратных уравнения, аналогичные вчерашней домашней работе. — Грейс, Мартин, МакКолл и Стилински к доске, — учителю таким голосом только смертельный приговор выносить. Трое названных кандидатов без пререканий поднялись со своих мест и с обреченным видом поплелись к доске. Мы с братом переглянулись, оставалось только одно уравнение. — Можно уточнение? — я подняла указательный палец вверх. — Стилински — та, что симпатичнее и умнее, или тот, что Стайлз? — Та, что наглее и болтливее, — он бросил на меня пренебрежительный взгляд. — Окей! — протянула я, поднимаясь со своего места. — Уточнение принимается. Близнец послал мне благодарную улыбку. Если бы я не отозвалась, мистер Вайет вытащил бы к доске Стайлза, который не удосужился вчера списать у меня домашку. Он весь вечер болтал со Скоттом, которому угрожал убийством Хейл, если он будет играть. Ребята уже приступили решению, а я все еще копошилась у стола в поисках мелка. До меня доносились приглушенные слова Лидии о завтрашней игре. Мисс Я-Встречаюсь-Только-С-Победителями начинает паниковать, когда что-то идет не по плану. Джексон с травмой плеча не сможет играть в полную силу своих возможностей, Скотт, подающий неплохие надежды, отказывается играть, да еще и в команде полно новичков — провал обеспечен. Я выбрала себе мягкий мел и пристроилась между Грейс и Мартин. Уравнение досталось одно из легких, тем более, дома решала такое же только с другими цифрами. Медленно, но уверенно я стала писать решение. — Он пострадал, потому что сам врезался в меня, — Скотт больше отвлекался на диалог с Лидией, чем на решение уравнения. — Джексон будет играть завтра, но он не будет на высоте, — не отрываясь от решения, сказала рыжеволосая красотка. — А я хочу, чтобы мой парень был на пике формы. Услышав последнюю часть фразы, я скривилась и уставилась на Скотта, который был в замешательстве. Он даже не написал на доске ни одной новой цифры. — Ясно… — Я встречаюсь с капитаном победившей команды. Если они начнут сезон с проигрыша — это будет означать, что я встречаюсь с капитаном проигравшей команды, а я не встречаюсь с проигравшими. — Железная логика, — хмыкнула я, чем вызвала недовольный взгляд Лидии и усмешку Скотта. — Один проигрыш никого не убьет. — Сквозь зубы процедил друг. — Может, кого-то это даже спасет. — Ладно, не играй! — Лидия повернулась к нему лицом. Ее рыжие кудри ударили меня по лицу, заставляя отодвинуться и пихнуть Мартина Грейс, стоящего рядом. — Вероятно, мы все равно выиграем. Тогда мы пойдем гулять, как планировали. Я познакомлю Эллисон со всеми сексуальными парнями в команде. И Симонс мне в этом поможет. Услышав свое имя, я нервно дернула рукой, перечеркивая ответ, который у меня получился. Лидия Мартин знает, как меня зовут? Э, нет, я на такое не подписывалась. С каких пор эта рыжая бестия решает за меня? МакКолл выглядит испуганно. Его взгляд мечется между мной и Мартин. — Ч-что? — заикалась я, удивленно глядя на Мартин. — Эллисон доверяет тебе, — как глупому ребенку, объяснила она, лучезарно улыбаясь. Девушка написала ответ, эффектно развернулась и зашагала к своему месту. Горестно выдохнув, мне все же удалось дописать ответ: у=15. А вот Скотт еще долго мучился у доски. Из кабинета математики мы выходили измотанные и морально побитые. Я всячески старалась избежать рыжеволосой. Словно безмолвная тень, прячусь за спиной брата, надеясь, что если она не обращает никакого внимания на него, то и меня не заметит. Стайлз остановился посреди коридора и стал всматриваться вдаль. Проследив за его взглядом, я затаила дыхание. Отец и помощник шерифа о чем-то разговаривают с нашим школьным директором. — Думаю, это из-за убийства, — прошептала я. — Жаль, что мы не можем услышать, о чем они говорят. — Нет, можем. — Стайлз довольно кивнул на друга, который копался в своем шкафчике. Поймав его мысль, я кивнула и, приблизившись к нашему оборотню-неудачнику, схватила его за руку, притягивая к нашему месту прикрытия. Скотт не вырывался, а безвольной куклой повторял за нами все действия. Он посмотрел на шерифа и повернулся к нам, не понимая, чего мы от него требуем. — О чем они говорят? — Стайлз облокотился на его плечо, выжидающе всматриваясь в отца. Я скрестила руки на груди, облокотившись о стену плечом. — Ты же слышишь их? — шепнула я. Мне было жутко интересно, насколько чувствительный у него слух. Скотт шикнул на нас, давая знак перестать трепаться. Пришлось замолчать, недовольно поджав губы. — Введут комендантский час из-за того трупа, — немного помедлив сообщил друг. — Невероятно! — разочарованно выдохнул близнец. — Замечательно! — раздраженно застонала я. — Наш отец ищет бешеного зверя, в то время как отморозок, убивший девушку, просто гуляет на свободе! — Но ты же не можешь сказать отцу о Дереке, — наконец сказал разумную вещь Скотти. — Но мы ведь даже не уверены, что эту девушку убил Дерек, — возразила я. На меня тут же обрушилось два недовольных взгляда. — Я не отрицаю, что этот Хейл — жуткий мудак со странностями, но он не убийца. У него была прекрасная возможность убить меня после вечеринки, а он ей не воспользовался! — Только не говори, что ты запала на него! — застонал Стайлз, за что получил от меня подзатыльник. — Эй! — У нас нет никаких доказательств для обвинений! — Тогда найдем вторую часть тела. — Решительно сказал Стайлз. — Как? — хмыкнула я. — Я что-нибудь придумаю, — он развернулся на пятках и помчался к своему шкафчику. — С-Стайлз! — зову его я, но он слишком увлечен новой идеей. Толпа учеников постепенно рассасывалась. А я растерянно стояла посередине коридора, не зная, куда бежать сначала — за братом или за взволнованным Скоттом. Прозвенел звонок на последний урок, у меня это была физкультура, на которую я решила не идти. Лучше скоротать время в библиотеке, чем носиться, как угорелой, по стадиону. Я решительно направилась в сторону книжного хранилища. Наша библиотека представляла из себя огромную аудиторию на четвертом этаже. Учеников было немного, свободных столиков для чтения хватало. Выбрав книгу из школьной программы Ф. Кафка «Превращение», я подошла к крайнему столу и положила сумку на стул. Новелла была небольшой и интересной, я взахлеб вчитывалась в строчки, сопереживая Грегору. Его история чем-то похожа на Скотта, тот тоже переживает метаморфозы и на грани того, что все могут от него отвернуться. Телефон запищал, оповещая о новом сообщении.

«Не проломи потолок от радости, систр. Есть новости о теле. — Стайлз» «Не томи!» — быстро напечатала я. «Скотт учуял запах тела на частной собственности Дерека Хейла. — Стайлз» «Я в школьной библиотеке. Заедете за мной.»

Быстренько покидав вещи обратно в сумку, я вернула книгу на полку и вышла из аудитории. Поздняя осень — день становится короче, на улице темнеет быстрее. Сейчас только половина шестого, а уже смеркалось. На школьной стоянке мне пришлось ждать недолго. Больница находится недалеко от школы, они приехали за десять минут. Я быстренько забралась на заднее сидение джипа, и мы сразу же тронулись в путь. — Так какой план? — нетерпеливо спросила я, заглядывая в задумчивые лица друзей. — Откопаем тело и убедимся, что это наша Джейн Доу. — Сказал Стайлз. — Позвоним отцу и сообщим о месте расположения тела. — Звучит неплохо, — хмыкнула я. Начало меня вполне устраивало, не считая той части, где мы рассказываем отцу, как именно обнаружили тело. Остановились мы где-то в миле от сгоревшего особняка, ожидая, когда же Дерек покинет свой отчий дом и наконец свалит в гостиницу спать, как все нормальные люди. Да, именно в такое время детки уже спят — первый час ночи, а мы все еще торчим в этом джипе и строим из себя хреновых сталкеров. Отец на дежурстве, поэтому нам удалось убедить его, что его детишки дома играют в Xbox. Сидеть в джипе пять часов подряд не самое легкое занятие, у меня затекло все, что только можно, а сделать хотя бы маленькую разминку мне не дает размер заднего сидения, которое я так сильно ненавижу. Мы сидели в раздражающей тишине, надеясь, что Дерек нас не учует, даже Стайлз терпеливо молчит и играет в свой телефон. Скотт смотрел куда-то вдаль, внимательно вслушивается в окружающие нас звуки. Меня начинает клинить, и я, забыв обо всем, мурлыкаю свою любимую песню «Nickelback — Savin' Me», за что награждаюсь недовольным взглядом друга. — Он уехал, — встрепенулся Скотт, поворачиваясь к нам. — Ты уверен? — спрашиваю я. Будет очень неловко наткнуться на Дерека на его «частной собственности». — Слава Богу, — выдыхает брат и заводит машину. — Я уже и вправду думал, что этот хрен сегодня никуда не соберется. От этого типа у меня мурашки по коже. А вы видели его взгляд? Это же взгляд серийного убийцы. Так и хочется сжаться в комок и зарыдать, признаваясь во всех смертных грехах, которые ты еще даже не успел натворить. Он живет в сгоревшем доме! У этого парня, определенно, не все дома. Стайлз молчал слишком много времени, теперь словесный понос закончится не скоро. Остается только горестно выдохнуть и возвести глаза к звездному небу, что мы со Скоттом и сделали. Я выскочила из машины, вздохнув полной грудью свежий воздух, разминая уставшие конечности. Не помню, когда в последний раз видела этот дом, но сейчас в сумраке ночи он выглядит еще страшнее, а если задуматься, какой ужас творился внутри, то кровь стынет в жилах. Целая семья сгорела заживо — мучительная и ужаснейшая смерть, которую не пожелаешь даже самому жестокому человеку на всей планете. Мне стало жаль Дерека, ведь он остался совершенно один на один со своим горем. Когда-то семья Хейлов была очень большой, дружной, веселой и всеми уважаемой в городе. А сейчас единственное, что осталось, — это одинокий, обиженный и очень грустный парень, который только своим видом заставляет людей впадать в депрессию. — Подождите, что-то изменилось, — Скотт принюхался и всучил мне в руки свою лопату. — В каком смысле? — Стайлз освещал нам пусть фонариком. — Не знаю, — он оглядывался по сторонам, выискивая то самое место. За углом дома был небольшой участочек свежевскопанной земли. Дерек точно не занялся бы садоводством. — Давайте уже покончим с этим! — я ткнула лопату в землю, указывая Скотту и брату приступать к раскопкам. Брат отдал мне фонарик, чтобы я осветила им место раскопок, он что-то недовольно заворчал, но все же взялся копать. У нас был уговор — я еду с ними, морально поддерживаю, даю советы и кидаю новые идеи, а они делают всю грязную работу. В конце концов, я же девушка, мне не положено части трупа раскапывать. Они стояли уже по колено в яме, но тело так и не показывалось. Я начинала беспокоиться, мы не рассчитывали на то, что раскопки займут так много времени. Дерек что, там решил еще и утопить тело в подземных водах? — Что, если он вернется? — Скотт озвучил еще одно мое опасение. — Тогда мы убежим отсюда, — Стайлз не переставал копать, даже несмотря на то, что ужасно устал. Он пыхтел, как паровоз, но продолжал бросать землю. Скотт же не запыхался и живенько разгребал яму еще больше. — А если он нас поймает? — У меня есть план, — заверил нас близнец, не переставая работать. — И какой же? — меня тоже интересовала эта тема о спасении от разгневанного оборотня-убийцы. — Мы разбегаемся в разные стороны, — он остановился, чтобы перевести дух. — Кого он поймает — тому будет плохо. — Дерьмовый план! — отозвалась я. Всем и так понятно, кого здесь поймают первой. — Стоп! — Стайлз потыкал лопатой во что-то мягкое, я скривилась в отвращении. Они переглянулись и сразу же стали разгребать землю руками. Мне пришлось присесть над ямой, для того чтобы хорошо осветить им тряпичный мешок, обвязанный грубой веревкой. Нет сомнений — мы нашли недостающую часть тела. — Быстрее! — Пытаюсь! Он тут что, девятьсот девяносто девять узелков завязал?! Затаив дыхание, я наблюдала за их действиями. Сердце стучало, как бешеное, в ожидании того, что я увижу впервые в своей жизни настоящее мертвое тело. Парни развязали узлы и откинули часть ткани. От визжания у меня заложило в ушах, мальчики испуганно выскочили из ямы. Стайлз сбил меня с ног, я неуклюже завалилась на гору земли, которую они выкопали, фонарик выпал у меня из рук и откатился в сторону. — Что это, черт возьми? — нервно окинул рукой тело мертвого животного близнец. — Это волк! — серьезным голосом подтвердил наши догадки Капитан Скотт Очевидность. — Да! Я как бы вижу! Я думал, ты почуял кровь. Человеческую кровь! — Я же сказал, что-то изменилось. Как же за сегодня мне надоели эти два придурка. Хорошо, что мы заехали домой, и я успела переодеться. Теперь одежду не жалко, я перекатываюсь со спины на живот, пытаясь нащупать, куда именно укатился фонарик, хотя глаза уже привыкли к темноте и можно обойтись и без него. Луч искусственного света недалеко от меня ярко освещает одинокий цветок, расположенный на голой вскопанной земле. Такое растение не встретить на грядке у садовода. Стебель цветка — прямой густолиственный, листки — темно-зеленого цвета, а цветение — сине-фиолетового оттенка. Если меня не обманывает память, это аконит, и очень странно встретить его рядом с домом оборотня. — Это все не имеет смысла, — продолжал кипишовать близнец. — Надо убираться отсюда. Я замерла, слегка приоткрыв рот, не вслушиваясь в болтовню ребят, все мое внимание было поглощено растением. — Помоги накрыть это… — Ребята, — тихо позвала я, схватив фонарик в руки. Они одновременно повернулись ко мне и затихли. — Это же волчий аконит! — Стайлз сразу опознал цветок. — И что это? — Скотт успешно выполнял свою роль глупого, отстающего во всем друга. — Ты когда-нибудь смотрел «Человек-Волк»? — отозвалась я. — Неа, — покачал головой друг, удивленно и явно не понимая, о чем идет речь. — Лон Чейни — младший, Клод Рейнс, — Стайлз начал перечислять актеров, игравших в первом классическом кино об оборотнях. Скотт лишь качал головой, а я сразу поняла, что все без толку. — Остынь, бро. Нам определенно не о чем с ним говорить. Стайлз скорчил обиженную гримасу и встал с места. Он вырвал цветок из земли, но к корням, оказывается, была привязана еще одна веревка. Почему этот Дерек любит все так запутывать? Брат осторожно тянул за веревку, которая была закопана под землей вокруг могилы. Когда близнец достал всю веревку, следы, оставшиеся от нее на земле, образовывали нечто похожее на спираль. Я с интересом рассматривала, насколько ровно и аккуратно проделана была работа. Скотт толкнул меня в плечо, обращая мое внимание на глубокую яму, в которой теперь волшебным образом материализовалась часть тела девушки, замещая собой волка. Кошмары будут преследовать меня еще на протяжении нескольких лет.

***

— Это, определенно, самый дерьмовый план из всех планов, которые мы когда-либо планировали! — прошептала я, наблюдая, как отец надевает на Дерека наручники. Парень не сопротивлялся и вел себя на удивление спокойно, словно он ожидал такого поворота событий. Шериф без эмоций зачитал ему уже давно заученные наизусть права и посадил в машину. Стайлз слегка пригнулся, схватил меня за руки и жестом указал следовать за ним. Он потянул меня прямо к машине отца, в которой сейчас ожидал отправления в участок Хейл. Папа отошел побеседовать с криминалистами, поэтому путь к машине открыт. — Все плохо кончится, — причитала я, а Стайлз тем временем уже открыл дверь и запрыгнул на пассажирское сидение. Мне ничего не оставалось, кроме как присесть возле брата. — Ладно, чтобы ты знал, я тебя не боюсь. — Слишком самоуверенно сказал он, но, заметив угрюмый взгляд, направленный на него, поспешил исправиться. — Ладно, боюсь. — Ближе к сути, бро, — подсказала я, мельком наблюдала за спиной отца из машины. — Нам просто нужно знать. Девушка, которую ты убил, она была оборотнем? Другого вида? Так? — Почему сразу убил? — возмутилась я. Стайлз раздраженно выдохнул, а Дерек повернул голову в мою сторону, словно только сейчас заметил, что я была здесь. — Мы еще в этом не убедились. — Мы нашли недостающую часть тела у него на заднем дворе! Тебе мало доказательств? — В том-то и дело, что это не логично! — в тон ему ответила я. — Лес большой, можно спрятать тело в любой точке. И зачем этот цветок возле могилы? Это похоже на погребальный ритуал. Тогда зачем почитать того, кого ты зверски убил? — Браво, Ватсон! — воскликнул он. — Не забывай о презумпции невиновности, Шерлок! — Почему вы так беспокоитесь обо мне, когда у вашего друга проблемы? — оторвал нас от пререканий грозный голос Дерека. Да, мы немного увлеклись. Но тут же вздрогнули и полностью вернули свое внимание потенциальному подозреваемому. — Когда он обратится на поле, что, вы думаете, все сделают? Продолжат выкрикивать кричалки? Я не смогу заставить его отказаться от игры, но вы можете. Он снова погрузился в задумчивое молчание. Мы с братом переглянулись и хотели задать еще кучу вопросов, но нам помешали. Стайлза отец схватил под локоть, а меня ловко оторвал от земли, схватив за шиворот, как нашкодившего котенка. Нас грубо отволокли от машины. — Что вы двое вытворяете? — разгневанно спросил шериф, пряча руки в карманы. — Мы пытаемся помочь, — ответил за нас двоих мой близнец. Я невольно оглянулась на машину, в которой находился арестованный. Дерек молча сидел на своем месте, скрестив руки на груди, глядя куда-то сквозь нас. Меня вгоняло в тупик его поведение. Он даже не пытается сбежать, несмотря на то, что дверь не заперта, и вообще он же оборотень, пули ему не страшны, да и бегает он быстрее полицейских. Что-то подсказывает, что как бы мне не хотелось забыть все произошедшее, это, определенно, не последняя наша встреча. — Тогда объясни мне, как именно вы дошли до этого самого места? — отец продолжал нас опрашивать. Неожиданно Дерек посмотрел прямо на меня, по спине сразу же пробежал табун неприятных мурашек. Эта выходка нам еще аукнется. Смотрит пристально, словно изучает новую угрозу. Я одергиваю себя, пытаясь унять дрожь в теле. Нужно вернуться к допросу, устроенному отцом. — Мы искали ингалятор Скотта. — Стайлз продолжал отвечать на вопросы за меня. — Когда он его выронил? — Той ночью! — брат скрестил руки на груди, а я разочарованно закрыла глаза — он только что нас выдал. — Той ночью, когда вы искали здесь половину тела? — Да! — Нет! — возмутилась я, но папа меня проигнорировал. — Той ночью, когда вы сказали мне, что вы одни, а Скотт дома? — Да! — устало выдохнул брат. Мне не удалось удержаться, и я ударила себя ладонью по лбу. Стайлз встрепенулся, поспешил исправиться, но было уже поздно. — Нет! О, черт! — Так вы соврали мне? — разочарованный отец смотрел на нас тяжелым взглядом. — Все зависит от того, как ты определяешь ложь, — все еще пытался выкрутиться братец. Я решила выбрать тактику созерцателя и просто ожидать, чем же все кончится. — Я считаю, ложь — сокрытие правды. А что такое ложь для тебя? — Наклон тела до горизонтального положения? — Стайлз описал в воздухе «наклоненное тело», наблюдая за его действиями, я удивленно выгнула бровь. — Проваливайте отсюда! — Шериф узнал все, что ему требовалось. — С радостью! — воскликнула я и схватила брата за локоть, пока отец не передумал и не отправил нас в участок разгребать макулатуру у него в столе. Я уже один раз так застряла на полвечера. Мы тряслись в джипе по лесу, когда меня начинали одолевать смутные сомнения из-за нашего поступка. Может, мы погорячились и зря сдали Дерека полиции, ведь он мог бы помочь нашему другу с контролем. Но, вспоминая взгляд, которым он меня сверлил, возвращается неприятный холодок. Стайлз барабанил пальцами по рулю, Скотт как-то тоже притих, ковыряясь в ноутбуке. — Он убьет нас! — я нарушила молчание. — Он определенно придет мстить, когда его отпустят. — Его не отпустят, — заверил меня брат. — Улики неопровержимые. Отец позаботится о том, чтобы его упекли надолго. — Ага. Бро, ты видел его ледяное спокойствие? — именно это меня и волновало. У него во дворе нашли труп и обвиняют его в жестоком убийстве, а он спокоен, как индийская корова. — Он не убивал эту девушку, но он однозначно убьет нас. Отсидит в тюрьме и выйдет мстить. — Расслабься, Симс, паника у нас — приоритет Скотта! — Я ничего не могу найти о применении аконита при захоронении, — отозвался друг, не отрывая взгляда от компьютера и полностью игнорируя мои выпады. — Продолжай искать, — одновременно с близнецом сказала я. — Может, Симонс права, и это какой-то ритуал, — Стайлз бросил на меня мимолетный взгляд. — Ну, это типа того, что тебя хоронят как волка или, может, это особый навык? — Может быть, именно аконит заставляет волчью натуру вылезти наружу? — предположила я. — Например, как чеснок для вампиров. Этот цветок как-то влияет на оборотней, это однозначно. — В любом случае, нам нужно понять, что это. — Подытожил Стайлз. — Вдруг понадобится. А может быть, это специально для оборотней-девушек? — Что для девушек-оборотней? — Ну, знаешь, оборотни… — Ладно, все хватит! — прервал нас Скотт. — Хватит что? — переглянулись мы с братом. — Хватит говорить «оборотень»! — Неожиданно закричал Скотт. На него это совсем не похоже, друг никогда не повышает на нас голос. — Хватит так наслаждаться этим! — Эй, чувак! — Я кинула обеспокоенный взгляд на него. — Все нормально? — Нет! Не нормально! Я далеко за пределами нормального! — Зажмурился МакКолл. На его лице появилась гримаса боли. Мне даже показалось, что он вспотел. — Рано или поздно тебе придется принять это. — Стайлз редко отвлекался от дороги и не заметил мучения друга. — Стайлз, что-то не так… Ему реально плохо. — Брат повернулся на мой голос. — Не могу дышать! — закричал Скотт и ударил со всей силы по крыше джипа. Машина резко затормозила. Я зажалась в угол сидения, молясь, чтобы МакКолл не вздумал обращаться прямо сейчас, в запертой стальной коробке с несчастными близнецами. Но все было напрасно — глаза друга засияли, словно расплавленное золото, из его груди вырвалось рычание. Мне пришлось подавить вскрик, когда Скотт резко распахнул дверцу машины и выпрыгнул в лес. Он умчался настолько быстро, что мы даже уследить не смогли, в какую сторону он именно ринулся.

***

Пробраться в мужскую раздевалку девушке незамеченной невозможно, поэтому я особо не парилась и гордо шагала вдоль шкафчиков. Подмигнув Дэнни и полностью игнорируя презрительный взгляд Уиттмора, направляюсь к сконфуженному Скотту, который выглядит очень тревожно. Вчера мы остаток всего дня с братом разыскивали его по всему Бейкон Хиллс до тех пор, пока он сам нам не написал о том, как шпионил за Эллисон и впоследствии был сбит ее же отцом. Хренов Ромео. — Хей, Скотт! — я машу ему рукой и присаживаюсь рядом с ним на скамейку. Парень устало улыбается мне в ответ. — Прости, что снова напугал тебя, — он не смотрит мне в глаза, делая вид, что сосредоточен на завязывании шнурков. — Все нормально, — беззаботно пожала плечами я, вымученно улыбаясь. — Я начинаю привыкать к этому. — Ты не должна! — Скотт сказал это слишком громко, смотря пристально на меня, и я невольно дернулась. Друг заметил мою реакцию и снова потупил взгляд. Он повторил, но уже тихо: — Ты не должна привыкать бояться своего лучшего друга. Это ненормально. — Мы теперь далеко за пределами нормального, — я повторила сказанную вчера им фразу. — Ты все еще хочешь выйти на поле? — Если я не буду играть, то потеряю место в первой линии и Эллисон, — Скотт кивнул подошедшему к нам Стайлзу. Брат ненавязчиво подвинул меня и примостился рядом на скамейке. Он уже был одет в форму для лакросса. Всегда удивляюсь, зачем он переодевается, если все время сидит на скамье. Быстрее на поле выпустят Гринберга, чем Стайлза, но озвучивать свою мысль я не решилась. — Эллисон никуда не денется! — подключился к нашему разговору брат. — Это всего лишь одна игра, в которой можно не участвовать. — Я хочу играть! Я хочу быть в команде, хочу встречаться с Эллисон! — Возразил друг, я могу его прекрасно понять. Он получил небывалую силу и теперь может добиться многого, забыв о прошлых неудачах. Ведь мы никогда не были популярными, у нас не так много друзей, и мы не расхаживаем на крутые вечеринки, не говоря уже о делах любовных. Единственная победа, которая нам светит, — это выигрыш в Xbox. — Думаю, Скотт заслужил немного нормальности. — Тихо говорю я, друг благодарно кивает. — Просто не волнуйся на поле, — сдался Стайлз, глядя в наши щенячьи глазки, — и не злись. И не напрягайся. — Понял, — кивнул МакКолл. — Не думай об Эллисон. Или об ее папе, который попытается тебя убить. Или о Дереке, который пытался убить тебя. Или о девушке, которую он убил. Или о том, что ты можешь убить кого-то, если охотник не убьет тебя первым… — Главное — следи за дыханием, Скотт, — мне пришлось оборвать близнеца, потому что от его подбадриваний у друга сейчас начнется паническая атака, и он разорвет всю команду по лакроссу еще до начала игры. — Стилински, что ты делаешь в мужской раздевалке? — раздался надо мной грозный голос тренера. Бобби Финсток стоял рядом с нами, держа руки на талии. — Проваливай отсюда! Здесь не место девчонкам! — Да, Стайлз, ты его слышал! — я прикинулась пацаном и с удивлением осмотрелась по сторонам. — Давай отсюда! Брат возмущенно посмотрел на меня, открывая и закрывая рот. За спинами послышались хихиканья команды. Парни особо не возражали компании девушки в раздевалке, но вот тренер говорит, что это мешает им настроиться на игру. — Стилински женского пола, марш на трибуны орать кричалки! — для убедительности Финсток засвистел в свисток. Я раздраженно скривилась, но все же поднялась со своего места. — Я верю в тебя, — прошептала я и поцеловала Скотта в щеку, вызвав тем самым яркий румянец. Обернувшись к брату, я тоже быстро чмокнула его в макушку, — в тебя я тоже верю. Выбегая из раздевалки, я крикнула уже громко всем игрокам: — Порвите их там! — мне вслед команда дружно засвистела. Когда я вышла на трибуны, зрители уже собрались. Мне не удалось отыскать свободного места для себя. Придется всю игру стоять рядом, ну, ладно, оно того стоит. Я растерянно осматривалась по сторонам, когда меня окликнул женский голос. — Симонс! — Эллисон Арджент машет мне рукой, указывая на одно свободное место рядом с ней. Удивленно выгибаю бровь, но все же толкаюсь через людей, для того чтобы достичь свободного места. Я удивлена, что она заняла для меня место. Может, она просто не рассчитала, и осталось одно лишнее? Рядом с девушкой сидит мужчина лет сорока. У него короткие коричневые слегка вьющиеся волосы и голубые глаза. Рыжеволосая красотка Лидия Мартин тоже сидела рядом. Я присела рядом с Эллисон и благодарно ей улыбнулась. — Где ты пропадала? — как ни в чем не бывало спрашивает она. — Игра вот-вот начнется. — Я… Я подбадривала парней, они жутко волнуются. Эта первая игра сезона! — Она понимающе кивнула и уставилась на поле, позволяя мне незаметно перевести дух. Мне удалось заметить на нижних скамейках папу и миссис МакКолл. — Оу, — встрепенулась Арджент, словно забыла что-то важное. — Это мой отец, — она кивнула на рядом сидящего мужчину. — Крис Арджент, — добродушно подмигнул мне мужчина. — Симонс Стилински, — я старалась не глазеть на него так явно. Так вот он какой — охотник на оборотней. Интересно, а его дочь знает, чем промышляет папашка? Прозвучал свисток, и на поле выбежали игроки, одетые в белую форму — команда-противник из соседней школы, игроки в красной форме — наши. Стайлз все так же без изменений сидит на скамье запасных, нервно жуя перчатку. Увидев знакомые лица, я заулыбалась и помахала рукой игрокам. Дэнни Махилани — вратарь, его номер шесть. Джексон Уиттмор — номер тридцать семь, Скотт — одиннадцать, а Стайлз — двадцать четыре. Нашей команде удалось начать игру — Джексон заполучил мяч, он буквально сразу же передал пас парню под номером двадцать шесть. Мячик передавался так быстро, что мы едва успевали следить за ним. Я с замиранием сердца смотрела за игрой, надеясь, что друг выдержит это испытание и не сорвется прямо на поле. Разумеется, самый первый гол забил капитан нашей команды. Поднялся гул и радостные крики, многие подскочили со своих мест, начиная дружно аплодировать. Лидия ликовала, наверное, громче всех. Она закопошилась под скамейкой и выудила оттуда небольшой плакат, надпись гласила: «Джексон, мы тебя очень любим!». Мне пришлось последовать стадному инстинкту, чтобы не выделяться и встать со всеми. Я хлопала в ладоши, но, боюсь, на моем лице застыла маска испуга. Большую часть времени Скотт был открыт, но игроки почему-то игнорировали его и отдавали пас другим, из-за чего мяч уводили буквально из-под носа команды. Чую, здесь не обошлось без Уиттмора. Я сильнее укуталась в пальто, начинало действительно холодать. — Который Скотт МакКолл? — спросил мистер Арджент у взволнованной дочери. — Номер одиннадцать, — раздраженно ответила за нее Лидия. — Иначе говоря, тот единственный, который не поймал ни одного мяча за всю игру. — Надеюсь, он в порядке, — прошептала Эллисон, оттягивая рукава свитера, пряча свои замерзшие руки. — Надеюсь, что мы в порядке, — Лидия сверлила взглядом табло, на котором был не радужный для нас счет: Дом — 3, Гости — 5. — Нам надо выиграть! Девушка достала новый плакат «Джексон № 1» и поднялась с места, прожигая Эллисон взглядом. — Поможешь? Арджент тяжело выдохнула, но ничего не сказала, хотя я видела, как ей не хотелось этого делать. Девушка переживала за Скотта не меньше, чем я. Они держали этот несчастный плакат на высоко вытянутых руках, словно надеясь, что он им чем-то поможет. Мне тоже пришлось подняться, чтобы быть наравне с Эллисон. Я наклонилась к ней поближе, чтобы Лидия не услышала. — Он слишком волнуется, — шепнула я. Она повернула голову, и скучающая гримаса стала превращаться в печальную. — Я верю в Скотта, а ты? Мой вопрос остается без ответа. Прозвучал свисток, и МакКолл сразу же захватил мяч. Он двигался, как гимнаст, ловко минуя противников, уверенно приближаясь к воротам. Все затаили дыхание, наблюдая за махинациями игрока номер одиннадцать. Скотт сделал бросок, и мяч попал в сетку к команде в белом. Еще никому не удавалось так быстро забить гол. Наши болельщики закричали от радости. Счет стал 4×5, нас разделяет один-единственный гол. Мы с Эллисон поддались порыву и подпрыгнули, радостно крича, оставляя затихшую Мартин сидеть на скамейке. — МакКолл! Все пасуйте ему! — закричал тренер. — Все пасуйте МакКоллу! Я с удивлением наблюдала, как игроки из соседней школы буквально кидают мячик в сачок друга. Он мгновенно проскакивал мимо нападающих соперников, уверенно мчась к воротам. Последовал еще один гол. Мы уже не присаживались, а стоя досматривали игру. Осталось меньше сорока минут, счет у нас ровный. Решающий раунд — Джексон уверенно уводит мяч у другого игрока, пасует Скотту. Но вот тогда-то и происходит нечто странное. МакКолл, вроде как, бежит к воротам, но тут же останавливается и в упор смотрит на двух защитников. Я затаила дыхание. Осталось десять секунд. Он ведь почти продержался. — У тебя получится, Скотт, — тихонько шепчет рядом со мной Эллисон. — Я тоже в тебя верю. Меньше семи секунд. Парень делает рывок и бросает мяч, который уверенно летит в ворота. Финальный свисток — школа Бейкон Хиллс победила в первой сезонной игре. — Да! — кричу я во все горло и хлопаю в ладоши. Эллисон хихикает, заключает меня в радостные объятия, похлопывая рукой по спине и пританцовывая на месте. На несколько секунд теряюсь, но все же уверенно обнимаю девушку. Толпа срывается с трибун и бежит обниматься с командой. Девушка отстраняется и широко улыбается, демонстрируя милые ямочки на щеках. — Спасибо тебе, — кивает она и убегает за толпой. — З-за что? — искренне не понимаю я, но улыбаюсь, как идиотка. По полю бегают довольные ребята. Все шумят и кричат победные кричалки. Девушки визжат от счастья. А тренер подпрыгивает на месте. Меня хватают за руку, в толпе я не могу разобрать кто. Тянут обратно на трибуны, где людей уже нет. Удается рассмотреть красную форму и номер двадцать четыре на спине. — Стайлз, ну что такое?! — Хьюстон, у нас проблемы! — машет руками он. — Дерека отпустили. Его выпустили из тюрьмы, Симс! — Ч-что?! — Медэксперт осмотрел вторую часть тела, что мы нашли. На ее теле укусы и шерсть волка. Девушку убило животное, не человек. — А Дерек у нас человек, не животное, — я продолжила логическую цепочку дрожащим голосом. — Вот дерьмо! — И вот тебе вишенка сверху. Убитая девушка — Лора Хейл.