ONE OF US

Ужасное утро понедельника. Школа открывается после небольших «каникул», связанных с убийством в ее же стенах. По мне, эту школу необходимо вообще закрыть и огородить колючей проволокой. Я недовольно морщу нос и зажмуриваюсь от яркого солнца, светящего мне прямо в глаз. Нужно будет упросить отца устроить перестановку в спальне — убрать кровать подальше от окна. Вчера я легла еще позже обычного, из-за чего график моего сна сбился окончательно. Откинув теплое одеяло в сторону, я опустилась босыми ногами на прохладный пол. Сегодня в доме было очень тихо, отец еще не вернулся с очередного дежурства, а Стайлз спит беспробудным сном алкоголика в своей комнате. Сегодня мне предоставлен шанс отыграться на брате за все испорченные утренние пробуждения. Я на цыпочках пробралась в его комнату, переступая через валявшуюся на полу одежду. Мой верный бро раскинулся на кровати в позе морской звезды, утопая лицом в подушке. Кому-то сегодня еще хуже, чем мне. Я усмехнулась, вспоминая пьяного вухнарь близнеца, телепающегося на плече Скотта. Прошлой ночью Стайлз решил устроить мальчишник, но я бы назвала их сборище «ночью разбитых сердец». После того как Эллисон порвала с ним (ах, пардон, Скотт называет это «паузой в их отношениях»), МакКолл начал нас беспокоить. Парень плохо ел, стал угрюмым и молчаливым, даже забил на видеоигры. Я предложила брату как-нибудь его развеять, на что он и согласился, стырив бутылку «Джека» из коллекции отца. Разумеется, мою идею использовали, но меня не позвали потому что, видите ли, я из вражеского лагеря женщин. Нет, нет, я ничуть не обиделась, просто перестала отвечать на звонки булькающего в трубку пьяного братца. — Подъем, бро! — заверещала я во все горло, раскрывая плотно зашторенные занавески. Яркий свет залил всю комнату, заставляя Стайлза мычать что-то неразборчивое. Он засунул голову под подушку, я мигом подскочила и отобрала у него это хранилище перьев. — Ну же, давай! Просыпайся, нам в школу пора! — Катись в Мордор! — заворчал брат, вдавливая свое личико в матрац и накрывая его одеялом. — Нет, Фродо, кольцо должен нести именно ты! — я без труда стянула одеяло с брыкающегося Стайлза. — Может, не пойдем? — хриплым ото сна голосом спросил он. — И вообще у нас психологическая травма — нас чуть не убили в школе. — Вставай, бро! — я была непреклонна. — Нет. — Он перевернулся набок, всем видом показывая, что подниматься не намерен. — Тогда я возьму твой джип, — спокойно сообщила я, скрестив руки на груди. Папа только вчера вернул машину из ремонта. За смену аккумулятора пришлось выложить крупную сумму. Фигура под одеялом нервно дернулась. Стайлз высунул помятое лицо из теплого кокона, окидывая меня взглядом, в котором отображалось раздражение вселенского масштаба. Я гадко ухмыльнулась и медленно кивнула, давая понять, что не шучу. Тяжело сглотнув, близнец начал вылезать из кровати, путаясь в простыни. Каждое движение выходило у него нелепым. Он напоминал мне медведя, досрочно вырванного из спячки. Я прыснула со смеху. — Мы выезжаем через двадцать минут. — Затарахтел он, справившись с кроватью. — Поторопись, Симс! Я не буду тебя ждать. Всклокоченный брат косой походкой направился в душ. Я покачала головой. Он даже готов ехать в школу с жуткого похмелья — только бы не пускать меня за руль своей любимой машинки. Стоило бы только видеть его сияющее лицо вчера. Стайлз внимательно осмотрел каждый миллиметр своей развалюхи, любовно оглаживал сиденья и даже целовал приборную панель. Я справилась с утренней рутиной за пятнадцать минут. Мне удалось даже подобрать гардероб в виде легкой цветастой юбки и белой блузки. Только зеркало сегодня меня не отпускало, я внимательно всматривалась в свое отражение, задумываясь о нашей схожести с братом. Стайлз был выше меня почти на целую голову. У меня большие карие глаза, тонкие губы, вздернутый нос, густые коричневые волосы, доходившие до ключиц. Стайлзу достались острые скулы отца, а мне же пухленькие щечки мамы. Пожалуй, самое большое наше отличие появилось во время полового созревания — моя женская фигура. Наша пожилая соседка миссис Браунг до сих пор нас путает, часто обзывая Стайлза Симонс. — Симс, чего зависла? — Стайлз появился в дверях комнаты. Он накинул на плечи голубую клетчатую рубашку поверх белой футболки с логотипом Флэша. — Я красивая? — в упор спросила я, рассматривая свои, как мне казалось, слишком короткие волосы. У Лидии Мартин яркие пышные локоны, они струились по спине красотки, игриво переливаясь солнечным светом, притягивая к себе восторженные взгляды. — Пфф… Еще бы! — закатил глаза брат. — Ты же моя копия. Мы прекрасны. — Нет, Стайлз. Я серьезно? Могла бы я понравиться парню в сексуальном плане? — Чт-что? — поперхнулся он, удивленно моргая. Раньше я никогда не парилась насчет своей внешности, расчесалась и напялила платье — уже безупречна. Но сейчас, перейдя в старшую школу и лицезрея каждый день вокруг себя высоких стройных девушек, словно сошедших с глянцевых страниц одного модного журнала, начинаешь задумываться о своей участи гадкого утенка. — Может, тебе стоит спросить об этом Скотта? — Ты же парень! Я хочу услышать твое непредвзятое мнение. Скажи честно: какая я? — Ну, — Стайлз озадаченно почесал затылок, — по тебе пускает слюни Гринберг… — Гринберг пускает слюни по всем, у кого есть выпуклости на груди! — обиженно фыркнула я. — Симонс, — тяжело выдохнул он, заходя мне за спину. Стайлз встал рядом со мной перед зеркалом. Я напрягла зрение, высматривая похожие родинки на наших щеках. — Ты уникальная девушка. — Ага, значит, ты еще не смотрел в зеркало, — вяло улыбнулась я. — Нет, — Стайлз обхватил руками мои плечи. — Каждое утро я все больше начинаю замечать, как сильно мы отличаемся друг от друга. Ты взрослеешь, Симс, превращаешься во взрослую, красивую девушку, на которую начинают засматриваться парни. Стайлз говорил настолько спокойно и открыто, что мои щеки постепенно начинало заливать румянцем. Это была правда — мы взрослеем, Стайлз возмужал и вытянулся, моя же фигура приобретала изящные изгибы. Я слышала тоску в его голосе, понимала, чем она вызвана — брат боится, что в один прекрасный день я оставлю его, найду себе парня, выберу другой колледж для поступления, выйду замуж. В такой же степени, а может, даже больше, я опасалась одиночества. Меня бесили влюбленные взгляды, которыми награждал брат Лидию, меня коробила только одна мысль о том, что он мог любить и заботиться о ком-то еще, кроме меня. Знаю, это эгоистично, но я ничего не могу с собой поделать. — Давай пустим титры в этой дамской картине, — пыталась отшутиться я. — Пора в школу. Не к чему заморачиваться этими бабскими проблемами. Мне только шестнадцать — вся жизнь впереди, и, возможно, однажды за мной будут бегать толпы парней. От этой мысли еле удалось сдержать смешок. Три дня выходных слишком мало для полноценного отдыха от школы. Все ученики нехотя и медленно плелись в родные стены храма знаний. Нужно было нанести больший урон для того, чтобы школу закрыли, как минимум, на недельку, — уныло подумала я. Мы выпрыгнули из джипа и направились к школе. Порыв ветра растрепал мои волосы, заставляя меня недовольно зашипеть, панически разгребая их с лица. Скотт встретил нас, как всегда, возле входа. Он был угрюмым и молчаливым. Они перекинулись с братом приветственными кивками. — Хей! Как ты? — тихо спросила я Скотта, легко хлопнув по плечу ладонью. — Ну, знаешь, учитывая то, что… — Ты имеешь в виду то, что моя девушка даже не смотрит на меня теперь? — угрюмо ответил он. Я с сожалением закусила нижнюю губу. Эллисон тоже перестала со мной общаться после инцидента в школе, так как думает, что я знаю о секрете Скотта. Честно говоря, правильно думает. — Нет, конечно же, ты должен чувствовать себя фигово по этому поводу. Я имела в виду то, что сегодня. — Понедельник? — кисло сказал он, в его голосе была скука. — Это тоже фигово, — закатила глаза я, раздражаясь его недогадливости. Мне пришлось шепотом сказать: — Полнолуние. — Все нормально. — Кратко ответил он. Конечно же, во мне поселялись сомнения, но пытать его я не собираюсь, ведь ему и так плохо. С самого утра нас ожидает тяжелая проверка на прочность. Начало декабря означает начало тяжелых школьных будней перед концом семестра и зимним балом. Школа выделила специальный класс для проведения таких итоговых работ. Кабинет был просторный и светлый, но из-за недостатка мебели казался угрюмым. Внутри были только парты, стол для учителя, доска, маленький железный комод и флаг Калифорнии почти на всю заднюю стену. Я чувствовала себя незащищенной в этом кабинете, он мне казался прекрасно подходящим местом для пыток. Для того чтобы избежать списывания, нас рассадили по одному и оставили больше метра расстояния между рядами. Я заняла свое законное место за спиной близнеца, может, хоть у него получится списать. — У вас 45 минут, чтобы написать тест, — начал свою коронную унизительно-вступительную речь мистер Харрис, без которой не обходится ни одна контрольная. Этот изверг получает моральное удовлетворение, унижая своих учеников. — Четверть из класса уже можно оценить по тому, как они написали на титульнике свое имя, — Я на всякий случай проверила написание своего имени на контрольной. — Так вот, это случается каждый год. У некоторых невероятные трудности с написанием своего имени на титульнике, и каждый год я задаюсь одним и тем же вопросом: зачем я стал учителем? Что ж, можете начинать разочаровывать меня. Время пошло! Он кликнул секундомером, театрально подняв его над головой. Отлично, у меня есть 45 минут для решения 100 вопросов теста. Это же проще простого, всего лишь нужно выбрать правильный вариант из трех и обвести нужный кружочком. Вокруг послышался шелест страниц и противный скрип карандаша о бумагу. По правилам на столе ученика не должно быть ничего кроме карандаша, стружилки, терки и самой контрольной. Я нервно оглядываюсь по сторонам: все поглощены в свои работы, учитель ленивым взглядом осматривает класс, ни на ком толком не заостряя внимание. Я сжала в потеющей ладони резинку, опуская взгляд на свежераспечатанные листы. Спокойно, Симонс, ты изучала это все на протяжении семестра. Ты сможешь. Я сделала глубокий успокаивающий вдох, взяла в руку карандаш и начала вчитываться в первый вопрос. За восемнадцать минут мне удалось дойти до 36 вопроса. Я особо не задумывалась и отмечала первый показавшийся мне верным вариант, потому что волнение и колебания заставят меня зависнуть над одним несчастным вопросом на несколько часов. Внезапно Скотт вскочил со своего места, схватил свой рюкзак и выбежал из класса, сопровождаемый удивленными взглядами учеников. — Мистер МакКолл! — удивленно позвал его мистер Харрис. Нам с братом потребовалась всего пара секунд, чтобы переглянуться и броситься на выход за другом. — Стилински! — заорал нам вслед учитель. Ох, нескоро нам теперь удастся пересдать у него этот тест. Мы выбежали в коридор, но след Скотта уже простыл. Только его рюкзак одиноко валялся на полу, оповещая нас о том, что друг все же был здесь, а не просто испарился в воздухе. Стайлз подошел к его сумке и осмотрел. Я медленно подошла к нему, сжимая и разжимая кулаки. Брат позвал друга, но тот не откликался. — Как думаешь, он обратился? — шепотом озвучила свои опасения я. Только обернувшегося в школе посреди уроков оборотня нам не хватало. — Сейчас узнаем, — ответил близнец, доставая свой телефон из кармана. Он набрал номер Скотта, и мы замерли в ожидании. Мелодия звонка эхом раздавалась по пустому коридору. Стайлз накинул на плечо рюкзак, и мы пошли по направлению к звуку. Чем ближе мы подходили к мужской раздевалке, тем громче звонил его мобильный. Мы шли медленными шагами, так как не знали, в каком виде застанем нашего друга. Шум бежавшей воды подсказал нам, что Скотта нужно искать в душе. На лавочке в беспорядке лежала его одежда. Стайлз перестал ему названивать и спрятал телефон обратно в карман. Он вытянул вдоль руку, преграждая мне путь, загораживая своей спиной. Брат опасливо двинулся вперед, я сразу же за ним. Нам определенно стоило вооружиться. В животе образовался неприятный колющий клубок. Я затаила дыхание, крепко стиснув зубы, мы приближались. Сейчас либо наш обратившийся в оборотня, потерявший контроль друг растерзает нас в клочья, либо я увижу голого Скотта в третий раз (не уверена, сможет ли моя психика пережить это снова). Зайдя в душевую, Стайлз облегченно выдохнул, а у меня камень с души свалился. Скотт, в одних трусах, стоял к нам спиной под холодным душем, тяжело вздыхая. Парень закрыл воду и обернулся к нам. Он был немного удивлен увидеть нас. — Ох, Стайлз, Симонс, — тяжело сказал он, глотая воздух, — я не могу… — Что такое? — Что случилось? — испугался снова близнец. — Ты превращаешься? — Нет, — отрывисто сказал друг, облокачиваясь спиной о холодную стену душевой. — Я не могу дышать. Стайлз нервно дернулся и снял рюкзак с плеча. Он полез в передний карман, именно туда, где Скотт раньше хранил лекарства. Брат вытащил старый ингалятор, который Скотт носил скорее по привычке. Он протянул его другу. Скотт с опаской посмотрел на него, но все же принял лекарство. Ему тут же заметно полегчало. — У меня был приступ астмы? — удивленно спросил он, нормализуя дыхание. — Нет. У тебя был приступ паники, — объяснила я, окончательно успокаиваясь. — Но приступ астмы остановил приступ паники, — заключил за меня близнец. — Ирония. — Как ты понял, что надо делать? — Научился после маминой смерти, — как можно спокойней ответил Стайлз. Сердце больно кольнуло только от одного упоминания мамы. Эта тема по-прежнему щекотливая у нас, даже спустя столько времени, и мы ее ни при каких обстоятельствах не обсуждаем. Нам определенно стоит поговорить обо всем, что случилось, ведь мы уже не те маленькие дети, но я боюсь. Боюсь услышать от брата то, что разобьет мне сердце. Я осмелилась взглянуть на брата, снова увидев в его глазах ту самую печаль. — Несмешно, да? Я со всей силы закусила нижнюю губу и взяла брата за руку, пытаясь тем самым выразить хоть какую-то поддержку. Стайлз поджал губы, сжимая мою ладонь в ответ. Мы близнецы и нам не нужны слова для общения. Скотт грустно покачал головой: — Я… Я смотрел на нее и чувствовал, словно мне в бок кувалдой ударили. — Да. Это называется разбитое сердце, — Стайлз пожал плечами. Он определенно сейчас подумал о красотке Лидии, которая даже не догадывается о его существовании. Безответная любовь та еще сука. — Об этом поется в паре миллиардов песен. Грустные песни о разбитых сердцах меня не удручают, потому что мое сердце еще толком даже не знало любви (если безответная любовь к Крису Эвансу считается?). Скорее всего, до меня просто их смысл доходит через толщу воды, не познавая самого несчастного чувства. Я не могу представить, насколько больно видеть объект своей любви каждый день, но не иметь возможности заговорить с ним, дотронуться до него, дышать одним воздухом. Скотт взъерошил мокрые волосы на голове, до меня долетели мелкие брызги. — Я не могу перестать думать о ней, — в отчаянье он ударился спиной о стену. — Ну, тогда подумай вот про что, — протянул Стайлз, — ее папа — охотник на оборотней, а ты оборотень, так что это может стать проблемой. — Натянуто улыбнулся Стайлз, пытаясь своим сарказмом хоть как-то оживить друга, но Скотт состроил настолько хмурое выражение лица, что напомнил мне угрюмого Дерека Хейла. — Это не помогает. — Мой бесполезный близнец хочет сказать тебе то, — закатила глаза я, — что это может стать проблемой, если ты не вернешь полный контроль над собой и своими эмоциями. — Именно, Симонс, — Скотт растерянно посмотрел на меня. — Такое впечатление, словно я мог чувствовать всех в комнате, все чужие эмоции. — Это полнолуние, — в один голос сказали мы с близнецом. Скотт кивнул. — Позже мы запрем тебя в твоей комнате, как мы и планировали, чтобы альфа, который твой босс, — последнее слово Стайлз выделил с особой интонацией, — тоже не смог тебя достать. — Думаю, нужно сделать что-то получше, — опираясь о стену, Скотту удалось встать прямо перед нами, — чем просто запереть меня в комнате. — Что, думаешь, если ты убежишь, тебя поймают охотники? — Нет, — покачал головой друг. — Потому что если я выберусь, думаю, я могу кого-то убить. По моему телу пробежался рой мурашек. Я тяжело сглотнула ком в горле и переглянулась с близнецом. Нас ожидает тяжелая ночка. Скотт отказался идти с нами в столовую под предлогом, что там он может встретить Эллисон и снова потерять контроль. Когда мы с братом вошли, я даже обрадовалась, что Скотта нет с нами рядом. Мой взгляд был прикован только к одному столику — Арджент сидела рядом с Джексоном без Лидии. Парочка мило ворковала и хихикала. Мне стало обидно за Скотта, ведь он пытался спасти нас, а получил за свой порыв только непонимание и презрение. Джексон любовным движением большого пальца стирает капельку шоколада с губы Эллисон, меня поглощает чувство отвращения. — Симс, ты вообще слушаешь? — Стайлз помахал рукой рядом с моим лицом. — Ч-что? — растерянно заморгала я. — Я говорил о сегодняшнем вечере, — с нетерпением повторил он, засовывая в рот целую горсть картошки. — У нас в гараже есть цепь, и мы могли бы… Я сморщилась, представляя эту жуткую картину, — Скотт, полностью обращенный в оборотня, весь в цепях, закрытый в своей своей комнате, рычит на нас с братом. Это будет самая ужасная ночь в моей жизни, она даже перепрыгнет ту ночь, когда мы нашли труп Лоры Хейл. Воспоминания о половине тела напрочь отбили у меня аппетит. — Ты думаешь, Скотт будет спокойно стоять, ожидая, пока мы его обмотаем цепью? — покачала головой я. — И это негуманно. — Есть другие предложения? — Стайлз громко чавкал, заставляя меня сдерживать хихиканье. — Наш отец — коп. Мы можем одолжить у него наручники. — Под «одолжить» ты подразумеваешь бесцеремонно стырить? — сощурился бро. — Ага, — кивнула я. Мое внимание снова было приковано к сладкой парочке, сидящей сзади Стайлза. Брат что-то еще говорил, но я все пропускала мимо ушей. Джексон провел большим пальцем по нижней губе Эллисон, убирая остатки еды. Меня захватило чувство негодования. Я встряхнула головой, отгоняя ненужные мне эмоции. — … сегодняшнюю тренировку, — мне удалось услышать только окончание фразы, но я знала, о чем он меня спросил. — Да. Я приду сразу на трибуны, — ответила я. Тренер ненавидит, когда я нахожусь в мужской раздевалке — нарушаю командный дух.

***

Я ленивой походкой подходила к полю для лакросса, когда мне на встречу выбежал близнец, едва не сбив меня с ног. Стайлз был счастлив, словно ребенок в рождественское утро. В одной руке он держал свой шлем, а в другой — палку для лакросса. Его лицо светилось счастьем, а сам он довольно подпрыгивал. — Симонс, ты не поверишь в то, что сейчас произошло! — Бро, — заулыбалась я, — мы расстались на двадцать минут, а у тебя в жизни произошел переворот? — Я в первой линии! — радостно закричал он, я удивленно вытаращила глаза. — Но это ещё не всё, Скотта сделали со-капитаном! — Чего? — воскликнула я, не веря своим ушам. Мой подбородок начал стремительно приближаться к полу. Меня беспокоила реакция самого первого капитана — Джексона, он будет вне себя от ярости и сделает все возможное, чтобы не допустить Скотта на поле. Уиттмор не потерпит разделение власти и будет всеми силами себе ее полноправно возвращать. — Знаю, знаю! — он взволнованно взмахнул палкой у меня перед лицом, заставляя отступить немного назад, чтобы не получить фингал. — Билински на первой линии, это только испытательный срок, но все же! Я играю! — Билински? — скривилась я, так нашу фамилию еще никогда не склоняли. — Это отдельная история, но зови меня теперь Байлз! — широко заулыбался он. — Не надейся, что я позволю звать себя Бимонс, — Я засмеялась. Мы присели на скамейку в первом ряду. Стайлз положил свой шлем рядом с собой. Я сбросила сумку с плеча и уложила ее себе на колени. Игроки готовились к тренировке, а простые школьники, пришедшие понаблюдать за командой, устраивались на лавочках. Стайлз начал надевать свои огромные перчатки для игры. — Как Скотт отреагировал на повышение? — прищурившись, спросила я, наблюдая за бегающей по полю командой. Это второе полнолуние Скотта, и оно беспокоит меня больше чем предыдущее. Помощи нам ждать неоткуда. Но как справиться с молодым оборотнем двум хрупким подросткам? — На удивление спокойно, — нечетко пробормотал брат, застегивая перчатку зубами. — Сегодня Скотт слишком… — остаток фразы я сказать так и не смогла, потому что мой язык завязался в тугой узел, когда в поле зрения материализовался объект нашего обсуждения. Раньше я видела столь самоуверенную походку у Джексона, более жалкий вариант мелькал у Гринберга, но МакКолл побил все их рекорды. Парень шел с гордо вздернутым подбородком, слегка покачивая плечами, аля Джеймс Дин. Он осмотрел поле пренебрежительным взглядом, едва заметно ухмыльнулся и сел рядом со мной. Что вообще здесь происходит? Прежде чем я смогла подколоть друга его павлиньим поведением, Стайлз подпрыгнул на скамейке и громко спросил, прикрикивая мне в правое ухо: — Хей, ну, что? Что произошло? — Что? — без особого интереса спросил друг, уделяя внимание только застежкам на своих перчатках. — Что ты имеешь в виду «Что»? — протарахтел брат. — Ты ее спросил? Она ответила? Она сказала, что я ей нравлюсь? Она подразумевала, что я ей нравлюсь? — Да, — безразлично протянул Скотт, не глядя на друга. Я прищурилась, наблюдая за самоуверенным выражением лица волчонка. — Да, ты ей нравишься. На самом деле, она просто запала на тебя. Стайлз завис на мгновение, забыв выдохнуть воздух из легких. Его челюсть отвисла в невероятно большой усмешке. Он вскинул руки вверх, бормоча что-то неразборчивое, борясь с желанием закричать во все горло. — Воу, хей, подождите! — я замахала руками, призывая внимание к себе. — Я ничего не пойму. Кто та несчастная, запавшая на тебя? — Оу, в-всего лишь, та девушка, в которую я был в-влюблен с младшей школы, — заикаясь от волнения, ответил Стайлз. — Лидия? — в недоумении спросила я, надеясь, что мой близнец скрывал от меня еще одну пассию, но довольные кивки брата меня разочаровали и сконфузили. — Лидия Мартин? Та самая Лидия Мартин? Лидия Мартин сказала это? Ты уверен? — громко переспросила я, ткнув Скотта локтем в бок. Парень даже не шелохнулся, он смотрел прямо перед собой. С усмешкой на губах друг кивнул, Стайлз запищал от восторга. Я приоткрыла рот от неописуемого удивления: — Не может быть. — Невероятно, да? — таким счастливым я Стайлза еще никогда не видела. Прежде чем я смогла высказать все свои опасения по поводу этой ошеломительной новости, тренер дунул в свисток, призывая всю команду собраться на поле. Стайлз схватил свой шлем и убежал за лучшим другом. Я осталась сидеть на скамье, удивленно выпучив глаза, переваривая полученную информацию. Эта парочка несовместима, это все равно, что макать картошку фри в топленый шоколад. Этого просто не может быть, ведь Лидия даже не догадывается о существовании Стайлза, куда уж говорить о глубоких чувствах. Эта рыжая бестия по уши влюблена в Джексона, раз каждый раз косит рядом с ним под дурочку, томно улыбаясь на все его тупые шутки. Всякий раз когда брат с ней здоровается или же просто беспардонно залипает на нее часами, она смотрит сквозь него, словно он предмет интерьера. Определенно у меня больше шансов запасть на Гринберга, чем у Лидии на Стайлза. Тогда в чем дело? Зачем Скотту врать, давая ложную надежду лучшему другу? Я оглянулась назад, наблюдая за Мартин, болтающей с Эллисон, девушки даже не смотрели на поле, погруженные в обсуждение чего-то. Мой взгляд снова переместился на поле, где началась непонятная суета. Вся команда подбежала к воротам. Я поднялась, вытянула шею, пытаясь всматриваться в толпу игроков. До меня доносились вздохи и выкрики, потом кто-то закричал имя Дэнни. Я плюнула на правила и побежала к игрокам, чтобы выяснить, наконец, что происходит. Все склонились над лежащим на земле вратарем, у которого лицо было в крови. Я прикрыла рот рукой, когда парень застонал, пытаясь подняться. Дежурящий на поле врач уже был здесь. Мужчина вытащил из нагрудного кармана фонарик и начал светить в глаза вратарю, проверяя на наличие сотрясения мозга. Скотт стоял чуть поодаль от всех остальных. Он снял свой шлем, тем самым взъерошив густые волосы на голове. Стайлз неловко топтался рядом с пострадавшим членом команды. — Что за хрень? — я подскочила к нему, хватая того за локоть. Я сразу догадалась, что это его рук дело. Поведение МакКолла меня тревожит весь день. — Да он вдвое больше меня! — обвиняющее воскликнул Скотт, грубо выдергивая свой локоть из моей руки. — Чувак, ты какого хрена вытворяешь! — Стайлз подскочил к нам, как только убедился, что с вратарем все нормально. — Это же Дэнни. Дэнни всем нравится, и теперь все будут ненавидеть тебя. Стайлз снова бросил взгляд на взволнованную команду. Медики сняли с Дэнни шлем и начали перекладывать его на носилки для транспортировки в медчасть. Я тяжело выдохнула, пытаясь успокоиться. — Скотт, так нельзя… — Мне плевать, — отмахнулся от нас Скотт, как от надоедливых мошек. Он передернул плечами и пошел прочь с поля по направлению к раздевалкам. Я провела друга взглядом, обеспокоенно качая головой, все еще хуже, чем я думала. Расставание с Эллисон было сильным ударом, так еще и полная луна дает о себе знать. Я обернулась к странно притихшему брату. Стайлз наблюдал за тем, как Лидия поправляет свой блеск на губах в маленьком зеркальце, а Джексон уничтожающим взглядом смотрит на нее. Большие карие глаза моего близнеца потеряли прежний радостный блеск. Он понурил плечи и рассеянным взглядом обратился ко мне. Я не понимающе пожала плечами, как бы крича: «Что, мать вашу, за „Санта Барбара“ у вас происходит?» Стайлз сцепил челюсть так, что желваки заиграли. — Бро, — тихо позвала я, положив ладонь ему на плечо. Стайлз был настолько напряжен, что это заставляло меня поволноваться. — Он… она, — мямлил он, поглощенный своими эмоциями. С его заиканий, я догадалась, что Скотт все наврал и вместо того, чтобы поговорить с Лидией, поцеловал ее. — Чувак, это все полнолуние, — я сильнее сжала его плечо. Остальное действие отошло на задний план. Стайлз бросал молнии взглядом туда, куда направился Скотт. — Он… Он поцеловал ее! — шепотом закричал он. — Поцеловал Лидию! Он дернулся в сторону раздевалки, но я остановила его, положив ладонь ему на грудь. Если я отпущу его и дам возможность встретиться с МакКоллом сейчас — драки не избежать, а я не люблю драки. Нельзя допустить, чтобы обида Стайлза и синдром мудака Скотта окончательно разрушили их дружбу. — Стайлз, он до безумия влюблен в Эллисон! — пыталась я бросать веские аргументы, но это ничерта не помогало. — Скотт никогда бы не сделал это нарочно. Он твой лучший друг и знает о твоих чувствах, он бы никогда… — Но он сделал это, Симонс! — отрезал брат, махнув рукой. — Зная все это! — Я знаю, Стайлз, — на выдохе сказала я, сокращая расстояние между нами. Я осторожно обняла его, успокаивающе гладя по спине. Не могу даже представить, как дерьмово себя он чувствует, ведь счастье было так рядом. — Мне очень жаль, бро. Но нам нужно понять и Скотта, ему сейчас тяжело, и без нас, боюсь, он наломает дров. Стайлз хмуро кивнул, тяжело втянув воздух через нос. Я легонько похлопала его по спине ладонью и отстранилась. Тренер снова собирал команду на поле для продолжения тренировки. — Так, давайте, лентяи, за работу! Шоу кончилось! Девчонка Билински, с поля! — заорал тренер, указывая мне рукой с зажатым в ней свистком на скамейки болельщиков.

***

Из-за срочного розыска Дерека Хейла отец трудится без выходных и почти целые сутки. Дома мы на  этой неделе его (если не считать его всклокоченные вскрики и беганье по дому в экстренных сборах по утрам) пока не видели. Поэтому стащить из его сейфа с комбинацией нашего года рождения вместо пароля наручники не составило труда. Стайлз зачем-то еще захватил двухметровую цепь из гаража. Как только начало смеркаться, мы выдвинулись в путь. К дому МакКоллов можно дойти и пешком, всего-то двадцать минут, но Стайлз свернул сразу же в другую сторону на первом повороте. — Чувак, у нас поменялись планы? — спросила я, когда мы притормозили на светофоре. — Нам нужно в ветеринарный магазин, — сосредоточенно барабаня пальцами по рулю, ответил он. — Мне стоит знать? — приподняв бровь, сказала я. Получив отрицательный ответ от хмурого братца, я снова заткнулась. Отлучка в магазин «Счастье Сантьяго» (даже не знаю, кто придумывает здесь все названия) не заняла у нас много времени. Мы прибыли к дому МакКоллов ровно в восемь вечера. На первом этаже горел свет. Стайлз схватил приготовленную нам спортивную сумку и выскочил из машины, на ходу доставая копию ключей, сделанную нами еще пару лет назад. Он открыл дверь, пропуская меня вперед. — Скотт? — позвал голос миссис МакКолл. Стайлз виновато поджал губы, втянув голову в плечи. Мелиса вышла из гостиной и удивленно посмотрела на нас. А мы надеялись, что она уже ушла на работу. Вот так конфуз. Женщина была в своей медицинской форме с сумкой на плече и курткой в руках. — Стайлмонс, — наши виноватые голоса слились воедино, образуя некое сочетание наших имен. Нужно будет запомнить. «Стайлмонс» звучит круто. Я закусила нижнюю губу, ковыряясь носком балетка в ковре. — Ключ, — протянула она со спокойствием индийского слона. — Ага, — кинул брат, взмахивая ключом в воздухе. — У нас был дубликат, поэтому… — Это меня даже не удивляет. Пугает, но не удивляет. — Она нервно поправила свою сумку на плече. Стайлз кивнул и бросил нашу тяжелую спортивную сумку на пол, та приземлилась с характерным звоном цепей. Я прикрыла глаза, сжав губы в тонкую линию. — А это что? — она с подозрением тыкнула пальцем в сумку. — Школьный проект, — без колебаний ответил Стайлз. Я люблю Мелису за то, что она нас знает уже много лет и не задает много глупых вопросов, потому что понимает — адекватных ответов от нас не дождаться. — Ребята, он… — слегка заколебалась она, с надеждой глядя на нас. — С ним все нормально, так ведь? — Со Скоттом? — переспросил брат таким тоном, словно у него могли спросить о чувствах любого горожанина. — Да, абсолютно! — Он просто не разговаривает со мной обо всем как раньше. — Первая любовь, вы же понимаете, — тихо сказала я, нервно потирая свои вспотевшие ладони о джинсы. Если Скотт уже обратился и бежит домой, нужно как можно скорее спровадить отсюда его маму. — Ему нужно время. — Ох, да… Ну, ладно, — с легкой улыбкой выдохнула она, копаясь в своей сумке. — Будьте осторожны сегодня ночью. — Вы тоже. — Полнолуние, — миссис МакКолл достала из сумки свои ключи от машины. — Чего? — встрепенулись мы. — Сегодня полнолуние, — со смешком повторила она. — Происходит много аварий из-за животных. — Близнец облегченно выдохнул. Я подавила желание вытереть невидимый пот со лба. — Ну, знаете, их еще иногда называют бешеными. Женщина пожелала нам удачи с проектом и скрылась за дверью, оставляя нас на растерзание с ее «бешеным» сыном. На втором этаже царил полумрак. Мы поднялись в комнату Скотта, для того чтобы все подготовить к его приходу. Стайлз бросил сумку вглубь комнаты и включил свет. Мы испуганно вскрикнули, не ожидая его здесь увидеть. Парень окинул нас самым брутальным взглядом из своего арсенала, который, кстати, никак не вязался с серым капюшоном теплой худи, выглядывающим из-под его кожаной куртки. Я тяжело сглотнула ком в горле, все же взгляд злого мудака нужный эффект произвел. — Чувак, ты нас чертовски напугал! — как ни в чем не бывало начал говорить с ним брат. Я ожидала обиженного кидания короткими фразами и надутые моськи. — Твоя мама сказала, что ты не приходил. Стайлз толкнул сумку на центр комнаты. Я присела на аккуратно застеленную кровать. — Я залез через окно. — Чудненько, — я старалась сделать так, чтобы мой голос звучал беспечно, так же как у брата, но по брошенному в меня взгляду оборотня было ясно, что я провалилась. — Давайте уже покончим с этим. — Вернул себе внимание Стайлз. Он присел на корточки рядом с сумкой, расстегивая молнию. — Смотри, что мы принесли. — Я в порядке. — Горделиво пытался убедить нас друг. — Я просто запру дверь и лягу спать пораньше. — Чувак, не думаю, что твой взгляд серийного убийцы сможет нас убедить. — Смело сказала я. Черт возьми, это же наш лучший друг, он не хочет навредить нам. — Просто посмотри, что мы принесли. — Пожал плечами бро, указывая руками на сумку. — Может, воспользуешься, а может, и нет. Скотт подвигал нижней челюстью, словно раздумывая. Он поднялся со своего места с какой-то пугающей хищной грацией. Я с большим трудом заставила себя не подпрыгивать и оставаться на месте. Это Скотт МакКолл, третий близнец, наш родной бро. Оборотень медленной походкой приблизился к нам и присел на корточки рядом с сумкой. Его рука нырнула в основной карман и достала горсть цепей. Вот теперь он смог бы навредить нам, это понятно по взгляду. — Вы думаете, я позволю надеть это на себя как на собаку? — в его голосе появлялись рычащие нотки. Я неуверенно заерзала на скользком покрывале. — Вообще-то нет, — ответил брат, прицеливаясь, доставая из кармана джинс наш «план Б». Он быстро схватил Скотта за руку и пристегнул к металлической батарее. Я вскочила с кровати, готовая в любой момент бросаться на выручку, хотя толком не понимала, чем могла помочь. Стайлз отскочил от разгневанного друга к двери, хватая меня за руку, таща за собой на безопасное расстояние. — Какого черта ты делаешь? — взорвался Скотт, дергая рукой, звякая наручниками по батарее. — Защищаю тебя от самого себя. — Переводя дух, сказал Стайлз. — И плачу по счетам за поцелуй с Лидией. Скотт бросил в нас нечитаемый взгляд и откинулся спиной на стену. Его грудь тяжело вздымалась от гнева, а голова наклонена вниз так, что его волосы закрывали лицо. — Покарауль его, а я пока воды принесу. — Стайлз легко коснулся моего плеча. Дождавшись моего кивка, он ушел. Я переступила с ноги на ногу, осматривая комнату. Раньше мы часто ночевали друг у друга, бесились, играли, читали комиксы и просто болтали обо всем на свете. Я знаю каждый уголок здесь. На его письменном столе стояла рамка с нашей фотографией в заповеднике, нам было по семь лет. Я посередине фото лучезарно улыбаюсь, обнимаю руками парней за плечи. Я улыбнулась, вспоминая наш поход с отцами, тогда еще мы не знали горя, мама была жива, и отец Скотта не покидал семью. — Симонс, — обреченно захныкал он. — Стайлз, наверное, ненавидит меня. — Скорее всего, да. — Ответила я, скрестив руки на груди, стараясь ментально оградиться от его жестокого взгляда. Я старалась подавить дрожь во всем теле. Скотт никогда меня еще так не пугал. Напоминания о том, что передо мной мой лучший друг все меньше и меньше помогали. МакКолл сейчас казался мне другим, совершенно незнакомым человеком, открывающимся с ужасающей стороны. — Симонс, мне больно, — протянул он, дергая рукой в наручниках. Его кожа на запястье покраснела, и если бы он не был чертовым оборотнем, то может быть я бы и купилась на его нытье. Я сделала шаг вперед, присела на корточки рядом с ним, стараясь заглянуть в его глаза, в надежде увидеть хоть малейший отблеск старого милого Скотти. — Это для твоего же блага. Скотт, мы хотим тебе помочь. — Помочь? — нехорошо ухмыльнулся друг, глядя на меня исподлобья. Меня еще сильнее насторожило его поведение. — Так же, как ты помогла своей матери? — Что? — одними губами прошептала я, отшатнувшись. В моем разуме заскрипела открывающаяся дверь воспоминаний, которую я заперла очень давно, даже не пытаясь туда заглядывать. Разговоры о маме запрещены навеки для меня. Это определенно не та тема, которую я захотела бы обсуждать со слетевшим с катушек другом. — Ты ведь тогда струсила. Бросила Стайлза одного рядом с увядающей мамой. Он рассказывал мне, как ты боялась зайти в комнату, обрекая его одного ухаживать за ней. — Скотт… — прошептала я, прикрывая глаза. — Она ведь хотела с тобой попрощаться, а ты просто отвернулась от нее. — Довольно, Скотт! — громко отрезала я, вскакивая на ноги. — Это тебя не касается! — Конечно, касается, — МакКолл откинулся головой о стену, наблюдая за мной. — Ведь Стайлз потом весь вечер проплакал у меня в комнате, в то время как ты просто закрылась у себя, отказываясь разговаривать. — Заткнись! — прорычала я, едва сдерживая слезы, закусывая внутреннюю сторону щеки, ощущая на языке металлический привкус. Топот ног по ступенькам заставил меня часто заморгать и глубоко вздохнуть. Стайлз не должен видеть меня упавшей духом, уж тем более зареванной. Это все еще Скотт, — напоминала я себе, — наш третий близнец. — Симонс, ты в порядке? — спросил брат, всматриваясь в мое бледное лицо. — Д-да, — дрожащим голосом ответила я, с опаской взглянув на Скотта, который снова понурил голову. — Я в порядке. Стайлз заметил мое расстройство и тут же послал в друга взгляд полный молний. — Чувак, что тебе Симонс сделала? — обвиняющее спросил он. — Ты решил за сегодняшнюю ночь лишиться всех своих друзей? — Мне жаль, — застонал Скотт, Стайлз покачал головой. — Не важно. — Он поднял вверх наполовину полную бутылку с водой. — Я принес тебе воды. — Предложил он, заставляя Скотта слегка приподнять голову. Стайлз усмехнулся садистской улыбкой, показывая ему так же собачью миску, за которой мы заезжали в магазин «Счастье Сантьяго», на ней красовалось имя друга, выведенное аккуратно черным маркером. Я закатила глаза на эту «собачью шутку». Стайлз театрально налил воду в миску и отошел к двери, как раз вовремя, иначе бы миска с водой полетела ему прямо в лицо. — Я убью тебя! — заорал Скотт, отшвыривая миску к нам. Брызги прохладной воды разлетелись в разные стороны, слегка намочив мои джинсы и кофту. — Ты поцеловал ее, Скотт! — выплюнул брат, снова поворачиваясь к нему лицом. — Ты поцеловал Лидию! Это единственная девушка, которую я… — От переполняющих эмоций он даже был не в состоянии окончить фразу, только сердито раздирал друга взглядом. Скотт тем временем усердно изучал каждую царапину на полу. — Знаешь, Симонс не устает напоминать мне, что это все из-за полнолуния, и завтра ты, скорее всего, даже не вспомнишь, каким козлом был. Сукин сын, охиревшая часть дерьмового друга! Сестра говорит мне, что это все из-за расставания с Эллисон, ты нуждаешься в нашей поддержке. Симонс выгораживает тебя и просит меня не обижаться, зато ты усердно доводишь ее до слез! — Она поцеловала меня, — прошептал Скотт достаточно громко, чтобы мы могли услышать. Он медленно поднял голову, награждая нас взглядом Джека-потрошителя. — Ч-что? — Стайлз быстро посмотрел сначала на Скотта, затем на меня, словно ища поддержки или опровержения. — Лидия, — с ухмылкой объяснил он. — Не я поцеловал ее. Она поцеловала меня. Стайлз качнул головой, отгоняя от себя все непрошенные мысли. Я закусила нижнюю губу и хотела коснуться его руки в попытке утешить, но брат молниеносно метнулся мимо меня в коридор. — Она бы и не это сделала, — продолжал уже, похоже, наш бывший друг с особым удовольствием. — Надо было видеть, как она обнимала меня. Она бы сделала все, что я могу захотеть. Что случилось с моим сладким, хиленьким Скотти, который, не рассчитывая своих сил, старался защитить меня от огромного бульдога на соседской лужайке? Игнорируя выкрики МакКолла, я выключила свет в комнате, все равно он ему не нужен, вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, немного приглушая звук. Стайлз сидел на корточках прямо у самой двери. Он оперся спиной о стену, закрыв лицо руками. Я тихо присела рядом с ним, положив голову на его плечо. Взяв его руку в свою, я мысленно старалась передать ему всю свою поддержку, на которую только была способна. Меня съедала изнутри совесть за то, что я бросила его одного в самый тяжелый момент нашей жизни. Брат слабо улыбнулся мне, скрещивая наши пальцы. Отныне я дала себе обещание, что никогда больше не брошу его одного, независимо от того, какие трудности будут перед нами. Даже целая стая бешеных оборотней не сможет разлучить нас. В коридоре нам было легче, мы не видели терзающегося луной друга. Не знаю точно, сколько мы просидели, сгорбившись на полу, но вопли Скотта не утихали. Бесконечное звяканье наручников о батарею и кряхтения оборотня подсказывали нам, что друг не готов к конструктивному диалогу. Сначала он проклинал нас, рассказывая, как сильно ненавидит, и как желает убить, затем сменив тактику, решил давить на жалость. — Стайлз, пожалуйста, выпусти меня, — поддельно спокойным голосом попросил Скотт. — Это из-за полнолуния, клянусь. Ты же знаешь, я бы не сделал этого специально. — Брат сильнее вцепился в мою руку, причиняя тем самым боль, но я лишь стиснула зубы, сама стараясь сохранять трезвый рассудок, а не броситься к другу. — Это не похоже на первый раз. Полнолуние. Это Эллисон, она бросила меня. — Стайлз откинул голову, ударяясь ей о стену. — Я знаю, это не перерыв в отношениях. Она меня бросила… и это меня убивает. Я чувствую себя безнадежным. Пожалуйста… выпусти меня. — Я не могу, — тихо прошептал Стайлз, втянув воздух носом. Скотт обращался и ко мне, но я старалась не слушать, прокручивая в голове все песни, какие только могу вспомнить. Я провела свободной рукой по моим волосам. Скотт снова застонал, но на этот раз это не звучало так, словно он пытается освободиться. Постепенно стоны начали перерастать в крики. Я зажмурилась, не позволяя слезам вырваться наружу. Каким бы козлом сейчас не был Скотт, какие бы гадости он не говорил нам, он все же наш лучший друг. Вдруг прозвучало низкое рычание, и крики прекратились. Стайлз и я застыли, глядя друг на друга, оживляясь от внезапного отсутствия шума. Несколько секунд нам потребовалось для того, чтобы осознать, что тишина наступила из-за того, что Скотт больше не кричит и не звенит наручниками. — Скотт, ты в порядке? — позвал Стайлз. Никакого ответа мы не услышали. Он жестом приказал мне оставаться на месте, а сам поднялся на ноги. — Скотт? — Стайлз толкнул дверь спальни, которую я при выходе плотно закрыла, и вошел внутрь. Когда гробовое молчание нарушилось страдальческим и удивленный вздохом, смешанным с облегчением, я догадалась о том, что произошло. Стайлз выругался, я поднялась на ноги. — Его здесь нет, не так ли? — спросила я, медленно заглядывая в спальню. — Выпрыгнул в окно, — Стайлз указал рукой на распахнутое окно. Сломанные наручники, перепачканные кровью, валялись на полу. — Черт! — выругалась я, откинув голову назад. Просто прелестно. Не хватало только бешеного оборотня на ночных улицах Бейкон Хиллс. Необъяснимое беспокойство об отце заполнило мое сердце, ведь он сейчас разъезжает по районам на патрульной машине, контролируя обстановку и разыскивая Дерека Хейла. — Оставайся здесь, — сказал брат, ковыряясь в кармане джинс. — Я поеду искать его. — Что? — Перспектива оставаться одной в чужом доме меня вовсе не радовала. Нет, конечно, же дом МакКоллов в какой-то степени и мой дом тоже, я знаю, где все лежит, и даже какие половицы паркета скрипят, но остаться одной… — Знаю, разделяться не лучшая идея, — выдохнул Стайлз, вертя ключи от машины в руках. Он не заметил мой слегка дергающийся от волнения глаз. — Но кто-то должен быть здесь, на случай, если он вернется. Скрипя зубами, мне все же приходится согласиться против воли: — Ладно! Но если ты найдешь его, как привезешь обратно? Усыпишь хлороформом? — Неплохая мысль, Симс. — Он кисло подмигнул мне, стараясь снять напряжение, и выбежал из комнаты. — Стайлз! — недовольно закричала я, когда услышала хлопок входной двери. Я включила в комнате свет, для того чтобы хоть немного разогнать мрачную обстановку. Пятна крови на полу, батарее и подоконнике мозолили глаз, заставляя переживать мученические крики друга снова и снова. Сбегав на кухню, я взяла несколько мокрых ароматизированных салфеток и без труда вытерла еще не успевшую засохнуть кровь. Аромат лаванды смешался с противным металлическим. Все грязные салфетки и сломанные наручники я сложила в пакет и поставила рядом со своей сумкой, для того чтобы не забыть выбросить, избежав вопросов миссис МакКолл. Уборка заняла меня, но ненадолго. В конце концов, если даже Скотт и вернется ночью домой, я не знаю, чего от него теперь ожидать. Эта мысль заставила меня вооружиться битой, которую друг постоянно держит под кроватью. Беспокойные мысли не покидали меня, даже не смотря на то, что я всячески пыталась отвлечься. Мне было страшно подумать о том, что Скотт мог навредить кому-нибудь или еще хуже, он мог быть пойман охотниками. Пусть Скотт сегодня удачно отбил у Джексона Уиттмора медаль «Мудак года», я не перестану беспокоиться о нем. Я без особого интереса досматривала заученную наизусть серию «Секретных материалов» по ноутбуку Скотта, когда услышала хлопок входной двери. Мелиса должна вернуться только рано утром, а подъезжающий джип Стайлза слышно за километры. Быстро захлопнув компьютер, я схватила лежащую рядом со мной биту и спряталась за открытой дверью. Затаив дыхание, я ожидала гостей с занесенным над головой оружием. Гул собственного сердца мешал распознавать звуки. Мгновенье показалось мне вечностью, но все же в комнате появились две фигуры. Одна крупная, другая чуть меньше. Бита сама собой опустилась с грохотом на пол, привлекая ко мне внимание, хотя они наверняка знали, что я в комнате. — Скотт! — радостно и в тоже время с большим облегчением выдохнула я, наблюдая за тем, как Дерек помогает парню дойти до кровати. — Чувак, ну ты и напугал нас. Я с опаской покосилась на Хейла, но, взглянув в вымученное лицо друга, обо всем забыла и кинулась его обнимать. Он медленно и осторожно похлопал меня ладонью по спине, успокаивая. — Слава Богу, с тобой все в порядке! — прошептала я ему в плечо, слабо улыбаясь. — Симонс, почему ты здесь? — немного нахмурившись, спросил он. — Я ждала тебя, пока Стайлз колесит по городу в твоих поисках. — Объяснила я, отстраняясь и делая пару шагов назад. Все это время Дерек стоял за моей спиной, не подавая никаких признаков жизни. Мы виделись впервые с ним после инцидента в школе. Мне почему-то казалось, что наша встреча будет немного другой и начнется с попытки убийства за такую подставу. Но все же я рада, что он несмотря на риск быть пойманным полицией или, еще хуже, застреленным охотниками помог Скотту и доставил его домой. Возможно, Дерек Хейл не такой плохой, каким кажется, а хмурость — всего лишь маска, для того чтобы не подпускать к себе любопытных людей, норовящих влезть в его волчье пространство. В любом случае, я бесконечно благодарна ему за то, что он присмотрел за моим лучшим другом. Поравнявшись с ним, я осторожно коснулась его плеча. — Спасибо, что привел его домой, — тихо сказала я, выдавив из себя измученную улыбку. На часах уже было начало первого, а завтра еще и в школу. Думаю, сегодня Скотт больше бушевать не будет, а если будет, Дерек его сможет усмирить. Достав телефон, я быстро настрочила сообщение брату, вкратце посвящая его в курс дела, с просьбой забрать меня. — Ну, думаю, в этом месяце мои обязанности няньки выполнены. — Спрятав телефон в карман, сказала я. — Бывайте! Скотт определенно хотел сказать что-то, но я покачала головой, закусив губу. Не стоит выяснять отношения при посторонних, к тому же все это время в Скотте говорил оборотень, который всеми силами старался зацепить нас за живое. Все, что было во время полнолуния, остается в полнолунии. Закинув сумку на плечо и забрав пакет с кровавым мусором, я кивнула на прощание парням и вышла из комнаты.