Заставь меня краснеть

Шесть вечера. Среда. Миллиардер Тони Старк бредет по улице, прикрывая шарфом пол-лица. Нелегкая спортивная сумка больно бьет по правому боку, и Тони старается придерживать её. До Центрального парка любой житель Нью-Йорка дойдет даже с закрытыми глазами, и Тони не исключение. Этот прямоугольный клочок земли среди бетона и асфальта выглядел как оазис в пустыне. Но с высоты Парк выглядит просто жалко. Современный человек выстлал лужайку посреди города и решил, что обуздал природу. Тони особенно не любит на него смотреть из самолета. Но он идет, решительно ступая по снегу, потому что на Уоллмен-Ринк у него назначена встреча. Пять минут ходьбы от южного входа, и Тони видит перед собой большой каток и роскошный вид на Манхэттен. Тони с гордостью взглянул на свою Башню, которая стояла здесь самая красивая и яркая среди других высоток, как новогодняя ёлка. Улыбка появляется рефлекторно, когда Тони замечает знакомую шапку среди толпы родителей, которые выстроились у бордюра, следя за своими чадами. Взгляд Стива живой, светящийся от огней вокруг. Тони удается остаться незамеченным. — Бу, — Тони тыкнул Стива в бок. — Привет, Тони, — улыбнулся Кэп, даже не обернувшись. — Почему еще не на катке? — Ну, честно говоря, я не думал, что ты всё-таки придешь, — усмехнулся Стив. — А я тут, парень. Потом не говори, что я сдрейфил перед тобой, — самодовольно хмыкнул Старк. Стив улыбается, примирительно подняв руки. Нью-Йорк никогда не был дешёвым, но десять баксов за вход и еще десять за прокат коньков - грабеж. Об этом Стив и говорит Тони, когда подходит к скамеечке, где переобувался миллиардер. — Вот поэтому у меня свои коньки. Я вообще частенько катаюсь, — фамильярно сказал Старк, пока Стивен мастерски зашнуровывал свои коньки. — Эмм, Тони? — Да? — быстро откликнулся Старк. — Значит, частенько катаешься, да? — усмехнулся Стив. — Да, а что? — натянуто улыбнулся Старк. — Тогда, будь так добр, скажи мне, это новая мода шнурования или что? — рассмеялся Стив, заметив морской узел, которым Старк зашнуровал свои коньки. — Ладно, ты меня раскусил, — раскаялся Старк. — Не катаюсь я. И коньки эти я сегодня купил. — Я так и понял, — кивнул Роджерс, отрывая этикетку от старковских коньков. Распутав узелок, закинув ногу Тони на скамейку, Стивен перешнуровает их сам. — Вы только посмотрите на него. Может сделать ядерный мини-реактор из скрепки и маринованного огурца, и не умеет кататься на коньках, — покачал головой Кэп. — Стыдно, мистер Старк. — А ты перекрестился, когда Джарвис первый раз поздоровался с тобой. Стивен не перестает улыбаться, ведь Старк таков, что не позволит оставить за кем-то последнее слово, и это обычно, как снег в начале ноября. Ожидаешь, что будет, и все равно удивляешься. В быстрой работе ловких пальцев Тони нашёл что-то гипнотизирующее, успокаивающее, поэтому даже немного расстроился, когда Кэп закончил со вторым коньком. Стив шёл в коньках так же легко, как и без них, поэтому быстрее оказался на льду. Тони же осторожно ступал и, почти привыкнув, был не рад наконец увидеть перед собой белый ровный лёд. Осмотревшись вокруг, Тони медленно, держась за бордюр, встал на лёд. Перед ним тут же со скоростью света проехал какой-то мальчишка, чуть не врезавшись, по крайней мере, Тони так показалось. Ноги не стояли ровно, и неразношенные коньки были неудобными, люди вокруг шумели и смеялись. Всё это так напрягало, что Старк решил держаться подальше. Но когда он осмелился проехать пару метров, держа ноги относительно вместе, тот же мальчишка лет двенадцати пронесся прямо перед носом. И случилось то, чего Старк боялся больше всего. Он упал. В вечернем небе не было ни одной звезды. Тони рассматривал маленький кусочек неба, пока его не заслонила знакомая физиономия с голубыми глазами. — Тони? — Я слушаю тебя, — флегматично отозвался Старк. — Почему ты лежишь тут? — Я упал, — с трудом выдохнул из себя Старк. — Так вставай, — хмыкнул Роджерс. — Мне и так неплохо, — возразил Старк. — Застудишь себе почки. Лед же холодный. — Спасибо, Кэп. Не поняв шутку, Роджерс поднял приунывшего миллиардера. Понаблюдав за тем, как учили кататься детей, Стив просто поставил Старка в нужное положение и стал ехать сзади, толкая его в спину. — Давай, Старк, двигай ногами. Это просто, — подбадривал его Стив. — Это тебе просто, ты же спец по части льда, Капитан Сосулька, — съерничал Старк, вытянувшись по струнке. Скорость вдруг резко увеличилась, и вот Старк уже едет быстрее того мальчишки, из-за которого он упал. Люди на катке разумно отъезжают подальше, давая дорогу кричащему Старку. Стив же хохочет, ускоряясь еще больше, пока не отпускает орущего Старка вовсе. У Тони хватает ума держать ноги прямо, и, кажется, он перепугал всех маленьких детей на катке. Когда Тони обернулся, то увидел Стива где-то далеко позади, а в следующее мгновение перелетел через бордюр и приземлился вверх ногами прямо в сугроб. — Тони! — крикнул Стив, обнаружив тут же Старка в снегу. Тони недовольно пробурчал что-то себе под нос, многообещающе прищурившись. — А вы без тормозов, мистер Старк, — хмыкнул Роджерс, сдерживая смех. Вместо ответа в Роджерса полетел снежок.

***

Было приятно греть руки о чашку с горячим шоколадом из Старбакс и наблюдать за катающимися людьми. После коньков было странное чувство в ногах, которое Тони находил забавным. Приходилось заново учиться ходить. Такое случалось после полетов в костюме, но со временем прошло. Часы показывали девять вечера. Народу немного поубавилось. Легкая музыка на катке убаюкивала. Высотки сливались с черным небом, и огни в них заменяли ньюйоркцам звезды. Приятная усталость растеклась по телу, и Тони было совсем хорошо сидеть на скамейке рядом со Стивом. Старк присел к нему поближе и положил голову на плечо. От Стива пахло морозом, капучино и чем-то еще, чем-то праздничным. Глаза против воли начали слипаться. — Тони, — тихо позвал Стив. — Мм? — вымучено протянул Тони. — Пойдем? Тони потерся об него щекой и вздохнул, проснувшись. Сложив коньки в сумку-чехол, чтобы убрать их куда-нибудь подальше и больше не доставать, Тони тяжело закинул их на спину. Сумка казалась теперь еще тяжелее из-за ноющего плеча. — Пойдем по Восток Драйв, — предложил Старк. — Хорошо, — согласился Стив, забрав у Тони чехол с коньками. Когда они дошли до Трансверс 65, пошел снег. Изо рта шёл пар. — Что у тебя за шапка? — спросил Старк, стянув её со Стива. — Не знаю, — усмехнулся Стив, не сопротивляясь. Шапка тут же оказалась на Тони. — Роджерс, а, Роджерс, — задорно начал Тони. — Лизни фонарь, я дам тебе доллар. — Ага, щас, — ответил Кэп. — Меня так однажды провели, спасибо большое. — Кто додумался? — улыбнулся Старк. — Девочка соседская. Лизни, говорит, столб, я тебя поцелую. А я что — я ничего, лизнул. Простоял целый час на морозе, пока прохожие не помогли. Парочки оборачивались на громкий хохот Старка, а он всё не мог остановиться. Смех унялся, когда Тони заметил на себе ласковый взгляд Стива. — Что? — спросил Старк, утирая выступившую от смеха слезу. — Ничего, — тихо ответил Стив, — просто ты такой красивый. Старк смущенно улыбается в ответ. Дальше они идут молча, улыбаясь тихо своим мыслям. Стив в воображении уже набросал портрет смеющегося Старка в его шапке на фоне зимнего Центрального парка и падающих снежинок. — Ты действительно не знал, что будет, если лизнуть на морозе железный столб? - спросил Старк, потому что просто должен был что-то сказать. — Не помню. Может и не знал, — пожал плечами Стив. — А может просто не смог сказать нет. — Местный добряк Стиви Роджерс, — рассмеялся Тони. — Сказал Тони Старк, — закатил глаза Кэп. — Да. Мне до твоей добродетели не дорасти, — усмехнулся Старк. — А может это с возрастом придет? Стив вдруг подхватывает Старка и ставит на ограждающий бортик тротуара, придерживая за куртку. Тони хлопает глазами, удивленно уставившись на него. В кои-то веки смотреть двухметровому солдату прямо в его голубые счастливые глаза было странно. — Слушай сюда, Тони Старк. Не принижайся, не говори мне, что ты не добрый. Я не поверю. Я знаю, сейчас "добряк" это обзывательство, и что тебе не понравится, если тебя так назвать. Ты не добряк, ты даже больше. Ты сочувствующий, отзывчивый и человечный. Как бы ты там не пытался это скрыть ради репутации плохого парня. И у тебя большое сердце. Оно сильное, и ты сильный. И это не скрыть ни за каким реактором. В пшеничных волосах много снежинок. Поднялся ветер, и Тони отвлекается на них всего на секунду. Взгляд Стива был такой внимательный, изучающий, будто он пытался что-то увидеть, запомнить в его лице. — Роджерс, скажи, как так выходит, что ты заставляешь меня краснеть каждые пять минут? — тихо поинтересовался Старк. — А может мне нравится, — ответил Стив. — Может, это вторая на свете вещь, которая у меня получается, и не получается у тебя. Старку оставалось лишь чуть-чуть нагнуться, чтобы доказать обратное. А Стиву прикрыть глаза, чтобы это принять. Дорога до Башни была полна ветра, снега, смеха и огней. У Тони получилось пару раз взять Стива за руку и смотреть на его удивленное лицо, когда его, никогда не замерзающего, касались холодные пальцы. — Что ж, я отлично провел время, мистер Старк, — улыбнулся Капитан, передавая коньки владельцу. — Тренируйтесь больше. — Ох, никогда в жизни, мистер Роджерс, — подыграл Старк. — Если только с вами. — Ну, доброй ночи, — развернулся Стив. — Мистер Роджерс, — позвал Тони, когда Стив отошёл на пару метров. — Да-да? — деловито отозвался Капитан. — Может быть, зайдете на чашечку чая? — спросил Старк, хитро закусив губу. — С превеликим удовольствием, — сказал Стив, положив руку на сердце. — Но только одну. — Всенепременно, — согласился Старк, не беспричинно пропуская Капитана вперед.