Любовь и ненависть - тонкая грань

POV Пит Моё сердце замирает, а глаза неустанно моргают, пытаясь удостовериться, что увиденное не игра разума. Голос пропадает, но мне всё же удаётся вымолвить: - Китнисс. Её затуманенные от сдерживаемых слёз глаза устремляются на меня. Я подхожу ближе, провожу рукой по щеке девушки, вижу как на ней блестит мокрая дорожка. Это мой предел. В миг меня охватывает безудержная ненависть: к её родным, которые ни капли не поддерживают её; ненависть к ментору, которому абсолютно наплевать на то, что творится вокруг; ненависть к Капитолию за пережитые страдания, мучающие её призраками прошлого, но больше всего я ненавижу себя. Она подарила мне жизнь и любовь, а я оставил её одну, даже не удосужившись поинтересоваться, почему она отказывается от всего того, что между нами было. Теперь стало понятно. Китнисс не хочет, чтоб мне было плохо, решает поплатиться и за меня, оградив от боли и проблем. Моё дыхание становится глубоким и более частым. Я подхватываю любимую на руки. На том месте, где отпечатался её силуэт, совсем нет снега, а значит, что она лежит так давно. Её серые глаза неотрывно вглядываются в мои; на что я отвечаю заботливым взглядом и нежным поцелуем в висок. Больше не выдерживая давления холодного мучительного одиночества, окутывающего это место, уношу своего ангела в тёплое уютное жилище. Вечером температура упала ещё ниже, чем днём. Зайдя в дом, я первым делом затапливаю оба камина. Несу девушку в душевую и делаю горячую ванну. Китнисс стоит и растерянно смотрит на меня. - Давай, раздевайся и ныряй, – подбадривая, говорю ей, но она продолжает неподвижно стоять. Медленно подхожу к девушке и снимаю с неё верхнюю одежду. Когда Китнисс остаётся в одном нижнем белье, погружаю её в лавандовую пену. Выйдя из ванной в спальню, прислоняюсь спиной к стенке, съезжая вниз. Пытаюсь взять себя в руки после вида её обнажённого тела, которое всё ещё затуманивает рассудок. Поднимаюсь с пола и быстро бегу в соседний дом, чтобы принести девушке сухую одежду, но не нахожу там ни одного свитера. Единственное, что бросается мне в глаза, - это тёплые лосины, висящие на стуле в ее комнате. Возвращаюсь домой и еле сдерживаю волнение, когда из душевой выходит Китнисс в одном полотенце с распущенными волосами, спадающими по локти. - Это всё, что я у тебя нашёл, – говорю я, стараясь не выдать свое восхищение, и протягиваю ей вещицу. - Там не было ни одного свитера. - Я сожгла их, – хрипло отвечает Китнисс. – Свитера, которые были, мне не понравились. - А какие же вещи тебе нравятся? - спрашиваю я. - Твои, – тихо говорит девушка и смущённо отводит взгляд, натягивая под полотенцем лосины. - Поэтому ты носишь эту футболку, от которой всё ещё разит лесом и кровью? - Нет, я ношу её потому, что она пахнет тобой... Глаза Китнисс вновь наполняются слезами, а я не могу этого выдержать и, приобнимая девушку, веду её в гардеробную. - Это всё твоё, – тихо произношу я, наблюдая, как Китнисс зачарованно смотрит на изобилие одежды. Она подходит к стойке со свитерами. Полотенце соскальзывает с её тела, падая под ноги Китнисс, и моему взору открывается её гибкая хрупкая спина, на которой вскоре оказывается светло-серый пуловер с капюшоном. - Спасибо... Держи, я не могу на это спокойно смотреть, – говорит мне девушка и протягивает носки, указывая на босые ноги. - Согласен, – отвечаю ей, улыбаясь, и достаю ещё одну пару, подражая ей, на что получаю в ответ лучезарную улыбку. Одевшись, мы спускаемся вниз. Следующий час мы готовим оладьи и накрываем на стол. Весь ужин шутливо кормим друг друга, измазываясь черничным вареньем. Наевшись, отправляю девушку на диван в гостиной, а сам убираю со стола. Закончив, иду к ней и присаживаюсь рядом. - Почему ты помог мне? – спрашивает Китнисс, глядя мне в глаза. - Потому, что не смотря ни на что, я люблю тебя, а вот ты почему?.. Хочу знать причину ее отчаянного поступка, но не решаюсь продолжить фразу. Девушка краснеет, понимая, о чем я хочу ее спросить. - Та же причина... - произносит она и поднимается на ноги, собираясь уйти. - Я не могу без тебя, – торопливо говорю я, хватая её за руку и опуская к себе на колени. Она поддаётся. Наши губы смыкаются в долгом пламенном поцелуе; её ноги обвивают мою талию, а руки проникают под свитер. Прервав поцелуй, она прижимается ко мне ещё сильнее и утыкается носом в мою шею. От прикосновений Китнисс по телу разливается тепло, а её горячее дыхание обжигает. Закрываю глаза, наслаждаясь ощущениями. Не могу поверить в то, что нахожусь в нежных объятиях любимой девушки.