История о том, почему книга подождет

После того, как Скотт расправился с Питером, Дерек сделал в дальней комнате своего лофта небольшой тренажерный зал, чтобы ребята там могли тренироваться. Без каких-либо возмущений или суровых взглядов Хейл впускал Скотта, Стайлза и Лиама, который появлялся ну очень редко. В конце-то концов, ребята не особо и мешали ему. Приносили пиццу или тайскую еду, брали себе содовую или колу, а Дереку всегда прихватывали пивка. Хейл часто присоединялся к ним, помогая делать правильные нагрузки на тренажеры, обучал технике боя на разных мечах и ножах, также просто учил навыкам рукопашного боя. Дерек старался научить ребят всему, что сам знал. Они многое прошли и со многим справились, но никто не знал, что ожидает их в завтрашнем дне. Но иногда Дерек просто садился на диван и заливался смехом, наблюдая за раскрасневшимися парнями, которые, не рассчитав своих сил, пытались справиться с тренажерами или же просто пытались завалить друг друга на маты, устраивая шуточные бои. Хейл чувствовал себя по-особенному счастливо, когда Скотт и Стайлз просили его показать какой-то прием или позицию. Скотт мог хорошо улавливать и понимать информацию на слух. Достаточно было просто сказать, и он мог сам сделать, и сделать удачно с первой попытки. Стайлзу же требовался визуальный инструктаж: куда и как поставить ногу, как и под каким углом лучше замахнуться. Лишь наблюдая за движениями Дерека, он мог повторить. Середина учебного семестра дала о себе знать проверочными тестами. Скотт и Стайлз уже вторую неделю не появлялись в лофте, они штудировали книги и конспекты, делали проекты. Дерек от скуки чуть ли не выл. Изучил пару десятков новых приемов, чтобы показать ребятам, поменял диванчик и даже подумывал начать ремонт в скромной кухне. Но стоит ли вбухивать приличную сумму в комнату, в которой лишь жаришь мясо и варишь кофе. Дерек занимался послеобеденной зарядкой, когда в дверь непривычно громко постучали, и постучали сразу же еще раз, выдавая чье-то нетерпение. — Стайлз? Стилински что-то посопел, кивнув, и, даже не взглянув на Хейла, прошел мимо, чуть не задев его плечом. — Как тесты? — Дерек захлопнул входную дверь и последовал за скрывшимся в тренажерном зале Стайлзом. — Дерьмо! — красноречиво выплюнул Стилински. Бросив рюкзак на пол и скинув с себя толстовку, он принялся колотить грушу, даже не надев боксерских перчаток. Брови Дерека приподнялись вверх. — Разве ты не учишься лучше Скотта? Не то, чтобы Дерек любил поговорить... просто эти две недели показались ему действительно длинными и, стоит признаться, одинокими. И чтобы не сойти с ума, ему нужно было хоть с кем-то перекинуться нормальным диалогом, ругань в сторону приторможенной кофеварки не в счет. Стайлз остановился, тяжело дыша, и уткнулся лбом в грушу. Выглядел он уже запыханным, видимо, сказался длительный перерыв от тренировок. — Все дерьмо, Дерек... — выдохнул он. — Все дерьмо, — повторил, но уже шипя, и вновь принялся колотить ни в чем не повинную штуку. — Дерьмо, — шипел Стайлз, — дерьмо... Дерек напрягся. Он впервые видел Стилински таким погруженным в себя и... отчаянным? Какие бы ни были проблемы у Стайлза, он всегда с порога сообщал всем и обо всем. Доставал своей болтовней так, что хотелось заткнуть большой рот чем-то. Дерек старался не думать, чем именно ему хотелось бы заткнуть рот Стилински, так как мысли его текли в какую-то непонятную степь. Хейл мотнул головой, прогоняя назойливые мысли, словно мошек. Груша подергивалась от ударов, Стилински выглядел уставшим и изможденным, но все равно продолжал махать кулаками. Дерек неодобрительно покачал головой и опустил тяжелую ладонь на плечо парня, намереваясь хоть как-то остудить его пыл. Мысль о том, что его самого можно слегка поколотить, чтобы унялся уже, была неплоха, но сначала все же нужно было попробовать поговорить. — О горестях своих ты мне поведай И уж потом ты грушу добивай. Хейл и Стайлз замерли, смотря друг на друга. — Чувак, ты... — Стайлз закатил глаза и поморщился, сбросив руку с плеча и продолжив свое неустанное дело. Дерек часто поморгал несколько раз, пытаясь понять, какого черта только что было. Зазвеневший телефон отвлек от странных мыслей. — Да? — Де-е-рек! О, Де-е-ерек, кажется, у меня беда, — запел голос в трубке, заставляя Хейла скривиться. — Де-е-рек! О, Де-е-рек, кажется, я схожу с ума! — Лидия? Какого черта ты творишь? — Хейл посмотрел на экран, проверяя, Мартин ли это. — Дерек, прошу! О... всего две строчки! Я пою всего две строчки! Ты слышишь? — Не тараторь! Объясни спокойно, — Хейл поморщился, — и почему ты звонишь мне, а не Скотту или Стайлзу? — Стайлз отключен, а Скотт с Кирой сейчас приедут к тебе, как и я, иначе... Де-е-ерек, это беда! — запела снова Лидия, заставляя Хейла кривиться и вытягивать руку с телефоном в сторону. — Не смотри больше мюзиклы, сделай одолжение, — буркнул Дерек. Отключив телефон, бросил его за спину на диван. Стайлз жалостливо захрипел, стоя на коленях и обнимая грушу. Хейл не смог сдержать смешка и сочувствующего взгляда. — Дерьмо, — на последнем издыхании буркнул Стилински и, еле поднявшись на ноги, поплелся в душ. Через пятнадцать минут в самой большой комнате, которую Лидия по странным и непонятливым причинам именовала залой, хоть Дерек и считал это просто складом, было шумно, людно и пахло горячей пиццей. На небольшом столике лежала потертая шкатулка и еще древнее на вид книга. — Дерек, ты не поверишь, я такой длиннющий пример сегодня решил возле доски! Сам препод офигел! — Скотт тараторил с набитым ртом, что слегка раздражало. Кира достала несколько тетрадных листов, на которых были рисунки невероятной крутости. — А я ведь просто каракули выводила в тетради! Как, скажите мне, как? — У нас сегодня что? Кружок самоучек? Лидия, только не говори, что то, как ты выла мне в трубку... — Дерек замолчал, поймав на себе жгучий взгляд банши. — О-о, серьезно? — Что серьезно? — Стайлз только появился из душа и удивленно осмотрел всех собравшихся. — Лидия воет, как оперная певица, Скотт теперь гений, Кира рисует, я говорю рифмой... — Серьезно? — Скотт нагнулся через стол, заглядывая в глаза Дерека, представляя, как суровый альфа будет болтать стихами. Кира засмеялась первой. Дерек зарычал, понимая, что больше говорить не стоит. — А что у тебя, Стайлз? — Скотт улыбнулся, протягивая пиццу другу. — А что может быть у меня? Я ведь всего лишь человек, — пожал плечами Стилински, будучи одет в футболку, которая ему явно велика. На минуту повисла неловкая тишина. — Стайлз, ты прогулял школу, что ты делаешь у... Дерека? — кажется, Скотт тоже заметил, что футболка на друге не принадлежит ему. — Он избил грушу, — сдал Стилински Дерек. — Дерьмо, — шипит Стайлз, поджав губы, и пропускает замечание Хейла, что он такое говорит почти час. — Дерьмово жить с такой фамилией, — неожиданно весело восклицает Стилински, смотря на книгу на столе. — Пипилидзынь. Вы когда-нибудь слышали такую фамилию? Арчи Пипилидзынь? — Стайлз ржет во весь голос, но ржет он один. Все удивленно уставились на него, и Стилински успокаивается, раздосадованно хмурясь, что никто не разделил его веселья. — Стайлз, ты это на книге прочитал? — Лидия ткнула накрашенным ноготком в древний фолиант. — Ну да, — кивнул ничего не понимающий Стилински. — А что? С появлением талантов вы разучились читать? — Да здесь непонятные каракули и иероглифы, Стайлз! — все кивнули, подтверждая слова Мартин. — Я нашла это все в вещах бабушки... Когда открыла шкатулку, оттуда вылетели какие-то искры и разлетелись во все стороны, и тогда все началось. Думаю, что разгадка, да-да, разга-а-а-адка, — завыла Лидия, и, закрыв свой рот одной рукой, ткнула в книгу второй. Стайлз тяжело выдохнул, понимая, что читать придется одному ему. Стилински сморщился, всем видом показывая, что не считает возможность прочитать древнюю книгу за самый шикарный дар. — Может быть, давайте я завтра возьмусь за перевод и разжевывание, потому что... — Стайлз заткнулся, ссутулившись под грозными взглядами четырех пар глаз. — Ладно, ладно, — пробурчал он, подтянув к себе книгу и раскрыв ее. — Дары Великих Пятерых будут посланы добрым душам, которых выберет хозяин Шинатэ. Шинатэ — это шкатулка, — хмыкнул, поясняя Стайлз и тут же уставился на зарычавшего Дерека. — Это ты выбрала мою добрую душу? Веря, что за это не будешь укушена? — Круто! — воскликнул Скотт, оценив талант. — Я не виновата! — возмутилась Лидия, совсем не испугавшись явной угрозы со стороны Хейла. — Я не выбирала вас, я просто знаю, что вы добрые, а они сами полетели! Читай дальше! — указала Мартин, отбросив рыжий локон за плечо. — Пользоваться во благо и мир, бла-бла-бла, — Стайлз заразно позевал, — думаю, что можно пропустить вступление и найти, где описывается, как избавиться от наших даров! — Стилински, не дожидаясь одобрительных возгласов, принялся листать дальше, внимательно вглядываясь в строчки, но ничего не получалось. — Стайлз? — Я не могу забегать наперед, буквы размываются! Офигеть как здорово! — Стилински стукнул кулаком по коленке, сжал второй рукой свои короткие волосы. — Да ладно, не паникуй, читай сначала, — хлопнул по плечу друга Скотт. — Дерьмо, — прошипел Стайлз и открыл с первой страницы. Первые двадцать минут все смиренно слушали, как читает Стилински. Всякие напутствия и советы, истории о том, какую пользу принесли в мир Дары Пятерых. Стайлзу хотелось выть, когда Скотт и Кира смылись на свиданку, попросив сообщить им, если он дойдет до святой истины. Лидия раздражала, помахивая ногой под столом и постукивая карандашом по деревянной шкатулке. После пятой просьбы прекратить ему мешать, Стайлз сам вытолкнул Мартин за двери лофта, пообещав позвонить. — Дерек, я завтра продолжу, — устало выдохнул Стайлз, но оборотень отрицательно помахал головой. — Ой, да ладно! Лидии будет в профилактику немного помолчать, Скотту и Кире их дары не мешают, а ты вообще у нас волк-молчун, так что... — Сел. — Дерьмо. Стайлз словно проглотил юлу. Дергался, читая, постукивал по столу, ноге, голове и бил подушку на диване, не отрывая взгляда от страницы. Его явно что-то коробило, отвлекало и грызло изнутри. — Стайлз. Ты меня бесишь, — говорит тихо Дерек, и Стайлз понимает, что Дерек Хейл еле сдерживается, чтобы не совершить убийство. Его убийство. — Тогда выгони меня, как я выгнал Лидию, — подливает в огонь масло Стайлз и тут же сопит, когда Дерек схватил за ворот футболки и поднял на ноги. Долгий взгляд лицом к лицу, и Дерек успокаивается после пары вдохов. — Да что сегодня с тобой? — Хейл смотрит в щенячие глаза Стилински и тяжело выдыхает, ожидая ответ. И Стайлз знает, что его никто не отпустит, пока он не озвучит свою проблему. Свою дерьмовую проблему. — Малия, — Стайлз морщится так, словно ему больно, и Дерек хмурится, — Малия хочет, чтобы я это сделал жестко, — выдыхает Стайлз, его щеки слегка краснеют. Хейл окидывает парня взглядом, насколько это возможно, стоя нос к носу, и думает, правильно ли он расшифровал слова Стилински. — Жестко? — густые брови Дерека поднимаются вверх, глаза смотрят в глаза. — Ты ведь об этом, — Хейл бросает многозначительный взгляд вниз, и Стайлз активно кивает. — Да, чувак, и это дерьмо! — Стайлз расслабляется и, выскальзывая из рук Дерека, плюхается снова на диван. Поднимает уроненную книгу и трет виски своими длинными пальцами, не обращая внимания на застывшего Хейла. — Душить мне ее, что ли? — шепчет Стайлз и обхватывает в воздухе представляемую шею своей девушки. — Но тогда о возбуждении и речи не будет. Я ведь не маньяк какой-то... Эй! — Дерек еле увиливает головой, избежав летящей подушки, пока смеялся в сжатый кулак. Хейл хохочет во всю глотку, совсем не обращая внимания на сопящего от возмущения Стилински. Стайлз решает забить на придурка Дерека и вновь берется за книгу. — Сделай мне чай, рифмоплет. Дерек не отказывает в чае. Он сгибается пополам, все еще смеясь, и исчезает на кухне. Стайлз прикусывает зубами костяшки сжатого кулака, всеми силами пытаясь думать о буквах, а не о просьбе своей девушки. Стайлз благодарен Дереку, что тот больше не ржет, как вернулся с чаем и солеными крекерами. Десять минут тишины и спокойствия, и Стилински снова начинает колбасить. — Не пробовал обратиться к литературным или... видео-источникам, чтобы решить этот вопрос, — как-то слишком дипломатично и официально-серьезно интересуется Дерек, но Стайлз одаривает его таким насмешливым и одновременно жалостливым взглядом, что Хейл сразу хмурится. Уже нет места шуткам. Стайлзу действительно хреново. — Дело вовсе не в технике... Здесь дело в том, что я боюсь сделать ей больно. Понимаешь, я был у нее первым, — Дерек медленно выдыхает, радуясь за Стайлза, что его этого разговора не слышал Питер — отец Малии, — и она у меня была первой, — с легкой тенью смущения делится Стилински. И Дерек делает глубокий вдох и выдох, просто потому, что это сейчас нужно, черт побери! — И, да, я понятия не имею, что и как по-жестки! — злится Стилински, сжимая волосы руками. — Это... — Дерек пытается подобрать слова и да, ему сейчас точно не до смеха. — Просто делай это с большей властью и страстью. Стайлз стонет, хлопает ладонью по лбу и проводит рукой по лицу, оттягивая кожу на щеках и губах. — Дерек, это легко говорить, когда ты ходячий секс и страсть в одном флаконе. Но я — Стайлз, Стайлз Стилински! — шипит этот самый Стилински, а Дерек все равно не может внять в толк, к чему он это все. Неужели Стайлз не считает себя достаточно привлекательным? — Дер... — Стайлз прерывисто выдыхает, оказавшись лежа на спине, на диване. Хейл затянуто выдыхает, нависая над парнем, упираясь коленями в диван. — Валишь ее, как только она или ты входишь в комнату. Неважно, на что... пол, кровать, стол. Стайлз резко кивает, осознав наставления, тут же бросает взгляд вверх, на свои руки. — Скрещиваешь ее руки над головой. Сжимаешь одной рукой, а второй берешь за подбородок и задираешь вверх. Стайлз засопел сквозь стиснутый рот, когда почувствовал, как горячий и шершавый язык Дерека прошелся от ключицы до самой скулы. — Делаешь так же. Она волчица, а мы любим вылизывание, — жарко говорит Хейл, прикусывая голубую пульсирующую жилку на бледной шее. Стайлз судорожно выдыхает, вспоминая вслух Господа Бога и каких-то святых. Хейл не может сдержать смешка и прикусывает мочку. — Лишь чуть-чуть. Колупание языком в ушной раковине вызывает лишь щекотку, — Дерек улыбается, слыша смешок Стайза на его слова. И тут же удовлетворенно слышит тяжелый вздох, когда проводит языком под скулой, а зубами по боковой мышце. — Дер... — Приготовься к тому, что когда-нибудь она попросит себя изнасиловать, — Дерек не может сдержать смешка, а Стайлз не может не воскликнуть удивленное «Что?!» Хейл пользуется моментом, сжимает щеки и подбородок Стилински, чуть надавливает. — Об этом мечтают многие девушки. Это статистика, — констатирует Хейл. Впивается в нижнюю губу зубами и оттягивает чуть, зализывает языком сразу же и отодвигает слегка голову, заглядывая в глаза Стайлза, гадая, не перегнул ли палку. Стайлз морщится и кривится, словно ему или больно, или противно. — Ты меня убьешь, волче, — выдыхает он и с выражением лица, словно вновь вляпался в очередное дерьмо, бросает взгляд вниз на свои топорщащиеся джинсы. Дерек ухмыляется. Как-то пошло ухмыляется, заставив в груди Стайлза что-то ойкнуть. Подбородок Стилински вновь задирается вверх, губы Хейла впиваются в кожу шеи, вылизывая и покусывая. Свободная рука Дерека скользит вниз с шеи и поглаживает грудную клетку Стайлза. — Не забывай уделять внимание груди девушки. Пощипывай, мни и покусывай слегка соски, — напутствует шепотом Дерек, проведя языком по открытым ключицам. Стилински со свистом выдыхает, когда Хейл сжимает сосок. Стайлз ерзает, стараясь потереться то ли об одежду, то ли о бедро Дерека своим стояком. Протяжно выдыхает, когда рука Хейла пробирается под футболку, щипает за соски и неумолимо движется вниз по впалому и резко вздрагивающему в такт рваным вдохам животу. — Ты стащил у меня футболку, — рычит возле уха Дерек и проводит легонько когтями по животу вдоль линии джинс Стилински. — Дерек, — Стайлз втягивает живот, пытается подняться и старается освободить свои руки, прекрасно понимая, что его могут вспороть, как куклу. Предупреждающий рык Хейла был красноречивее любых слов. Стайлз делает пару глубоких вдохов, пытаясь сосредоточиться на ощущениях от прикосновений, а не на инстинктивном страхе. Сколько бы они ни спасали друг друга, Дерек Хейл — опасный оборотень, который запросто может выпустить кому-то кишки. — Можешь не сомневаться в том, что она начнет слегка сопротивляться... может и не слегка, — хмыкнув, наставляет дальше Хейл, крепче сжав ворочающиеся запястья Стилински в своей руке. — Это игра, которую вы начнете, как только она окажется на спине. Острые зубы прикусывают мочку, а пальцы начинают расстегивать ремень и справляться с пуговицей и молнией. — Дер... Дер... — у Стайлза отнимается дыхание. Он пытается елозить бедрами, но его прижимают коленом. — Ты должен нарочно медленно справиться с ее застежками и бельем и нарочно быстро и резко вставить в нее палец, — выдыхает Дерек, просовывает руку в джинсы и крепко обхватывает твердый член Стилински. — Если ты все делал правильно, тогда она будет уже мокрой, — пошло говорит Хейл, проведя носом по шее Стайлза, — тогда ты можешь вставить в нее и второй палец, — Дерек делает резкое движение рукой — и Стайлз выгибается, — резко и глубоко. Ты слышишь? — Хейл прикусывает кожу на шее. — Стайлз, ты понял? — Да... да... понял, — постанывает Стилински в такт резким движениям. — Что ты понял, Стайлз? Что? — Дерек замедляется, делает плавные, нарочито мучительные движения. И Стайлз сопит и шипит одновременно, закусывает нижнюю губу, жалеет, что не волк, так как повыть охота, смерть как охота. — Резко... Я должен это делать резко, — стыдливо шепчет Стилински и в такт своим словам толкается бедром в руку на своем члене. И сам протяжно стонет, выслушивая тихий смешок возле уха. — Дерек, ты сво-о-о-о, еще, прошу, еще так, — Стайлз, пытается вырвать руки и извивается, за что получает глубокий гортанный рык прямо возле уха. — Когда она начнет стонать, ты должен войти в нее, Стайлз. Содрать остатки одежды, властно развести ноги и глубоко и резко вставить ей, — шепчет Дерек, и Стилински дергает локтями и выгибает спину. Удовольствие начинает волнами накатывать на все тело, когда Хейл мощно, что даже слегка больно, двигает рукой по члену. — Вот дерьмо! Я сейчас... — Стайлз не договаривает, просто кончает, подергиваясь всем телом в сладких судорогах, не обращая внимания на прижавшегося к нему Дерека. — Надеюсь, что доступно был преподан урок, теперь ты и сам опытный игрок, — выдыхает Хейл и тут же смеется, отстраняясь от Стайлза. — Чертов дар, — Дерек отпускает руки Стилински и приподнимается, упираясь руками о кровать. Дерек делает попытку встать с дивана, но замирает, когда Стайлз удерживает его, сжав плечо. — Разве я не должен... Я... — у Стайлза перехватывает дыхание, когда он встречается с глазами Дерека, с ухмылкой Дерека. — Я уже, — коротко бросает Хейл, и брови Стилински удивленно поднимаются, а взгляд против воли скользит вниз на мокрое пятно на светлых брюках. — Ты ведь Стайлз. Стайлз Стилински, — усмехается Дерек и, поднявшись, направляется в сторону ванной комнаты. — У тебя телефон уже пятый раз вибрирует. Думаю, что это Малия. Не разочаруй меня, Стайлз, — Хейл даже не оборачивается. И Стилински облегченно выдыхает, закрыв на пару секунд глаза, прежде чем достать сухие салфетки и телефон. Весь следующий день Дерек старается не смотреть на книгу, которую, кажется, случайно забыл Стайлз. А случайно ли?.. Дерек об этом старался не думать. Когда в дверь стучат, Хейл прячет усмешку в кулак и бросает короткое: — Открыто. — Привет, Дерек, — Стайлз спотыкается о порог, залетев в комнату, усаживается на диван и сразу же берется за книгу. — Где остальные? — Я сказал, что сообщу, как будут полезные новости, — отвечает Стайлз, листая книгу до того места, где вчера остановился. — Как дела с Малией? — тут же интересуется Хейл, и Стилински замирает, прекратив даже дышать. — Стайлз? — тихо зовет оборотень, и Стайлз наконец поднимает взгляд. Встречается с глазами все того же хмурого, грозного и так давно знакомого Дерека и облегченно выдыхает. Словно убеждает себя, что может спокойно дышать в его присутствии. — Все прошло отлично, — улыбается Стайлз. — Твои... советы здорово помогли. Спасибо, — легкое смущение проскальзывает на лице Стилински. Дерек кивает, не скрывая довольную ухмылку. — Но... — начинает Стайлз, и Хейл удивленно приподнимает свои густые брови. — Она сказала, чтобы я ее отшлепал. На пару минут в комнате образуется невероятная, вакуумная тишина. Звук расстегиваемого и вытаскиваемого из петель ремня эхом раздается по огромной комнате. Дерек молчит, а Стайлз согласно кивает, смотря то в глаза Хейла, то на сложенный ремень в его руках. Скотт и Лидия никак не могут понять, почему Стайлз так медленно читает. Кира же молчит и улыбается чему-то своему. Стайлз не краснея придумывает отмазки, которые рассказывает в школе, а после спешит к Дереку, у которого снова случайно забыл книгу. Хейл снова спрашивает, как дела в школе и, разумеется, с Малией. Стайлз кивает на раскрытый рюкзак. С трудом сдерживает ухмылку, ерзая располосованной задницей, когда Дерек достает длиннющий канат и кабельные стяжки из рюкзака. Дерек чувствует, что еще минимум неделю будет болтать рифмами, потому что фантазия Малии кажется безграничной. Не зря ведь она Хейл. Лидия оставляет десяток завывающих сообщений на автоответчик Дерека, прося посодействовать Стайлзу в прочтении книги. И Дерек содействует... Связывает Стайлза так, что скрипят веревки. Доводит Стайлза до такого мощного оргазма, что Стилински еще пару минут находится в полусознательном состоянии. Дерек содействует. И Хейл старается не думать о счастливой Малии, к которой убегает Стайлз, как только тот приходит в себя. Стилински дышит глубоко и часто, пытается прогнать цветные пятна на зрачке. Прижимает руки к груди и потирает натертые наручниками запястья. — Стайлз... — голос Дерека непривычно тих, и он заставляет посмотреть в глаза рядом сидящему Хейлу. — Я сегодня видел Малию в городе. Она была с каким-то парнем и, кажется, они... вместе. Стилински медленно выдыхает, врать, смотря в глаза Дереку Хейлу, не имеет смысла. — Мы расстались неделю назад, — просто поясняет Стайлз, но сам неконтролируемо напрягается, ожидая реакции Дерека. Но Хейл молчит. Просто смотрит в глаза Стилински и пытается сложить теперь все в логическую кучу. — Ты злишься, Дерек? — Стайлз пытается сесть, но ладонь, надавившая на плечо, этого не позволяет. Руки Стилински вновь окольцовываются в наручники и задираются над головой. — Или это Ногицуне не полностью выветрилось из тебя, или ты просто сам такой хитрожопый, — Хейл улыбается и утыкается лицом в изгиб шеи Стайлза, обнимает, ложится рядом, расслабляется. — Мне нужно читать, Дер... — Заткнись, Стайлз. Ты мне всю ночь снился, дай теперь немного поспать. Стилински улыбается и опускает сцепленные руки на плечи бубнящему Дереку. Книга подождет, явно.