Романтика по-русски

- Дзинь! – звякнул телефон. Максим с трудом разлепил веки и взял трубку. Звонили его родители, сказали, что приедут на следующий день. Спрашивали сделал ли он уроки, не скучал ли, и чем вообще занимается. Пробубнев в течение минуты что-то типа: «Да, да, хорошо, да, ничем, дааа, пока», парень нажал отбой и обнаружил что лежит под грудой тел, притом, вроде живых. Справа валялись пустые бутылки, слева – презервативы. А на талии проснувшегося каким-то образом оказалась юбка. Ооо, а свой…или, вернее, мой лифчик на себе он вспомнил. Кудрявый двинул локтем ближайшее тело, принадлежавшее, как выяснилось, Диме. Тот дернулся. - Что вчера было? - Вчера было клево, - сонно прохрипел тот. - А точнее? - Ясно только, что ты в лифчике. Оп, и я. - Это я сам вижу. - Еще гандоны есть. Использованные, судя по всему. - Упс… Тут я развернулась, пихнув локтем своего бойфренда. - Макс, воды принеси. - Ага, прям так взял и принес. - Ну пожалуйста. - Издеваешься… - процедил он сквозь зубы, но все-таки выкарабкался и пошел на кухню. Послышался перезвон каких-то склянок, журчание воды. Долго. Нереально долго. Наконец он подбегает к человеческому клубку и нас тут же окатывает ледяной водой. Думаю, не стоит говорить, что протрезвели мы практически мгновенно, вскочили на ноги и возмущенно завопили: - Че ты, блять, делаешь?! - С добрым утром, кролики. - Почему – кролики? - Вчера любовью занимались, как кролики. Давайте похаваем, а потом уберем весь этот срач. Осталось еще несколько сэндвичей и горсть конфет, за которые мы сразу принялись. Да так, что хруст за ушами стоял. Потом стали наводить порядок. Меня отправили за самую скучную работу – мыть посуду. Хотя нет, скучнее всего пришлось Антону – он мыл пол в ванной и там, где мы намусорили. Мы с девчонками делали общую уборку – вытирали пыль, собирали раскиданные вещи и успокаивали осатаневшего от наших вчерашних проделок Шмеля. Кот поначалу орал и шарахался от нас, хотя вскоре угомонился. Залез на полку, вилял хвостом и упорно не хотел слезать. Мы убрали всех вестников вчерашнего дня, очистили диван от срача и сели пить чай, отдыхать. В голову будто гвозди забивали. Я не знаю, сколько мы в сумме выпили чая, чтобы избавиться от сушняка – чайника три, наверное. Жаль, чашки не бездонные, пришлось вставать из-за стола, да еще и мыть их. Потом мы снова завалились на диван, уже не заботясь, кто кого придавил. Парни даже не нашли сил снять лифчики. Слабаки. А бухали, как богатыри. И тут мне в голову пришла одна мысль, я сложила ладони рупором и крикнула: - РОТА!!! НА ПРОГУЛКУ ШАГОМ МАРШ! Подергала всех за волосы, как следует поколотила по бокам и погнала одеваться. Все, стараясь держаться от меня подальше, оделись и выпрыгнули за дверь. Но, однако, спастись им от меня не удалось – я стянула с них куртки и повесила обратно на вешалки. Выхватила у Максима ключ, закрыла потрепанную скрипучую дверь и сунула ключ в карман. Все, кто гулял во дворе – и молодые парочки, и компании злобных бабушек на лавочках, и детишки с велосипедами – бросались в стороны при виде нас. Пятеро моих еще не протрезвевших одноклассников отчаянно матерились, пытаясь убежать с дистанции, но я, на удивление (ведь я очень ленивая, каюсь), не только возвращала всех назад и заставляла бежать дальше, но и сама, не останавливаясь, наворачивала круги вокруг дома. Минут через пятнадцать мы, измученные и раскрасневшиеся, ввалились в квартиру Макса. И потом я погнала всех в ванную. Перегнувшись через бортик, мы мыли голову на скорость и изрядно наглотались шампуня. Такое чувство создавалось, будто мы опаздывали куда-то. Только за куском омлета с кофе, приготовленным мной и Максимом в рекордном темпе, мы все смогли нормально расслабиться и поговорить. - Епт, чего ты нас так жестко будишь? – возмутился Антон, уткнувшись в тарелку. - Зато протрезвели мигом, - оптимистично заметила Милана. А Марина просто стала обнимать Антона, чтобы чего лишнего не ляпнул. - Что будем делать сегодня? – спросила она. - Жрать таблетки от головной боли и вспоминать, что мы творили вчера, - мрачно откликнулся хозяин вусмерть засранной хаты. Точнее, бывшей «вусмерть засранной». – Конечно, было бы лучше, если бы все пошли домой. - А неплохо вчера повеселились, повторить бы все это, - мечтательно произнес Дима. В ответ Максим, ухмыльнувшись, притащил камеру, которая записывала наши вчерашние приключения: от пролитого шампанского до пародий наших одноклассниц. У всех так и полезли глаза на лоб. - Ты все снимал?! – ахнула я. – Я тебя убью… Полезла на парня с кулачками, а он, улыбаясь, погрозил мне пальцем. - Я был не прочь запечатлеть это зрелище. Все остальные зажужжали, как шмели. Нет, как настоящие шмели, а не тот перепуганный кот. - Я. Тебя. Убью, - повторила я, метая глазами молнии. - Я помогу, - поддержала Марина. - Эй, да чего вы на меня все ополчились? – невинно захлопал глазами кудрявый хитрец. – Никому я это не покажу, обещаю. Так скоро мы доели омлет и почти все разошлись по домам, угарая над воспоминаниями о вчерашней пьянке. - Алена, останься, я хочу тебе кое-что сказать, - окликнул меня Макс. - Мм? – я с любопытством посмотрела на парня, который мялся и прятал взгляд. - Пойдешь со мной на свидание? В этот момент мир словно завертелся с шокирующей быстротой. Я точно трезвая? Кажется, все реально. - Сегодня вечером пойдем в ближайший молодежный клуб. Там очень классно. Ты согласна? - Да, да, конечно! – Кажется, я сходила с ума от счастья. - Встретимся в пять вечера около школы, - решил парень. – А сейчас позволь проводить тебя? Мы шли по улице, держась за руки, и мое сердце прыгало от счастья. Тут же завязался разговор о всякой ерунде. - Мне на днях было очень лень идти за кормом для Шмеля, и я налил ему борща. Уплетал вроде с удовольствием. А недавно в душе его искупал. С клубничной шампунькой. Теперь чистенький и опрятный. - И напуганный, - хихикнула я, вспоминая, как полосатый котяра жался по углам. *** Осеннее солнце играло на наших ресницах. Максим чуть прикрыл глаза, щурясь от лучей. На парне была синяя куртка с серебристой молнией, черные джинсы и модные темно-зеленые кроссовки. Он нервно приглаживал рукой непослушные кудри, выбивающиеся из-под шапки и рассказывал смешные истории. Я была одета в узкие темно-синие джинсы, малинового цвета куртку и белые сапожки на меху. Подойдя к клубу, мы толкнули дверь и вошли. - А нас пропустят? – засомневалась я. - По-любому! – заверил меня Максим и достал из кармана два концертных билета. Но тут же спрятал руку за спину. - Не подсматривай, сюрприз! Я просияла от любопытства. Мы заняли самый удобный столик, и я наконец смогла разглядеть обстановку. Было много до блеска начищенных столиков, прожектора над сценой излучали нежно-голубой цвет. - Ты будешь что-то заказывать? Я угощаю. - Шоколадное мороженое и колу, пожалуй, - не задумываясь, ответила я. - Класс. А я яблочное мороженое возьму. И тоже колу. Когда нам принесли заказ, в клубе погас весь свет, кроме прожекторов над сценой, и на сцену вышла моя любимая группа, которая называется «Джокеры». Думаю, все знают о них, так что много рассказывать не буду. Стоит ли говорить, что в тот момент я буквально взвизгнула от восхищения! Максим довольно ухмыльнулся: сюрприз удался на славу. Мы слушали песни, ели мороженое и обнимались. Искренний восторг в моих глазах был легко узнаваем, и я шепотом подпевала любимой песне: «Я прошу, потанцуй со мной, оо, ты просто танцуй со мной…» Мороженое было удивительно вкусным. Когда оно закончилось, его невероятный вкус еще надолго задержался в моей памяти. - Потанцуем? – предложил Максим, встав и протянув мне руку. - Тебе не придется долго меня упрашивать, - с улыбкой я поднялась и взяла руку юноши в свою. По залу кружились танцующие парочки, и мы еле уворачивались, чтобы ни с кем не столкнуться. Иногда один из нас наступал другому на ноги, и тот игриво пинался. Но в целом все прошло неплохо, мы были поглощены друг другом и музыкой, под которую танцевали. - Эта музыка, словно наркотик, во мне… - пропела я, увлеченно двигаясь под музыку. Мне было так хорошо, что больше всего на свете я хотела, чтобы этот момент длился вечно. Еще одна песня, еще и еще. Мы целый час танцевали, и для нас существовали лишь мы сами и наши любимые песни. Как только музыка сменилась – на сцену вышел какой-то диджей Виталик – Максим, под предлогом сюрприза, куда-то меня повел. Мы шли по длинному коридору с кучей дверей. От ламп лился яркий свет, стены были покрашены в желтый цвет. По полу простирался потертый синий ковер. Вдруг дверь с надписью «На сцену» медленно открылась. Максим сказал мне: - Стой здесь. В обморок от восхищения не падать, - и шагнул вперед, навстречу «Джокерам», как раз выходящим в этот коридор. Нам удалось сфотографироваться с ними и взять автограф, и только после этого, под мой восторженный визг, направиться домой. Мы шли по морозным ноябрьским улочкам, держась за руки. Ветер трепал мою челку, и приходилось ее поправлять. - Где шапка, дурочка? – встревожено воскликнул Максим. - Я не ношу шапку, без нее удобнее, - отнекивалась я. Парень снял свою шапку и надел ее на меня. - Шапку носить надо. Я не хочу, чтобы ты заболела! - Но ведь тебе будет холодно! – заметила я. - Мне не может быть холодно, если тебе тепло. Мы шли, разговаривая обо всем на свете. - Тебе понравился концерт? - Очень! Супер! Класс! Но как ты узнал, что я слушаю эту группу? - Это было несложно. У тебя вся страничка в интернете заполнена записями про них, - усмехнулся кудрявый. Я немного смутилась. Щеки залил румянец, я выпятила губы, раздумывая, что ответить. - Вот эти губки, когда они такие надутые, так и хочется поцеловать! – с нескрываемым умилением произнес шатен, приближаясь ко мне. Вот осталось двадцать сантиметров… десять… я почувствовала сбивчивое горячее дыхание на своих губах… Потом его губы соприкоснулись с моими, и нас захлестнула волна невероятного блаженства. Мы сливались воедино, ощущая себя одним целым. Прервали поцелуй мы неохотно - из-за банального недостатка воздуха. - Пора идти, - вздохнула я. Максим печально кивнул. - Жаль, конечно. Я тебя провожу Мы шли к моему дому, держась за руки, пробуя на вкус восхитительно сладкий воздух, и перебрасываясь радостными улыбками. Слова были нам не нужны, мы понимали друг друга и без них. Наконец мы дошли до моего дома. Он был скромным, из выкрашенных в зеленый цвет бревен. Окна в бело-розовой раме были занавешены шторами, за ними виднелся свет и тени, ходящие взад-вперед. - Пока, - тепло попрощался Максим, с явной неохотой разнимая руки. - Пока, спокойной ночи, - ответила я, провожая мальчишескую фигурку тоскливым взглядом. И тут ощутила на своей голове шапку Макса. Он забыл шапку! Завтра суббота, встретимся в школе, и тогда я ее отдам ему.