Вкус свободы

Маленький драббл в продолжение истории Анхель проработал в тюрьме строгого режима чуть больше года, когда часть заключенных пришлось перевозить в другую тюрьму. С чем это было связано никто, естественно, не пояснял. Просто дали приказ сопровождать, они и сопровождали. В автобусе, кроме него было еще пять охранников и всего четверо заключенных, но каких! Сам Рихардо Фальконе по прозвищу Бич, а также три альфы из его ближайшего окружения. Если бы кто-нибудь спросил мнение Анхеля, он бы сказал, что этих господ ни в коем случае нельзя перевозить вместе, но кто бы спрашивал какого-то бету? Так что все, что оставалось – держать ухо востро. Одно дело ожидать неприятностей, другое дело вляпаться в них. Под днищем автобуса, где сидели водитель и два охранника, раздался громкий хлопок. Автобус подпрыгнул и начал заваливаться на бок. Смирные заключенные, до этого надежно пристегнутые, вдруг оказались на свободе. Анхель успел вцепиться в поручень, чувствуя, как его тянет вбок центробежная сила падающей бронированной махины, а затем получил удар по голове и отключился. — Бич, этот еще жив! Добить? Анхель почувствовал, как его перевернули на спину, и застонал от вспыхнувшей в голове боли. На такую подлость от судьбы он никак не рассчитывал. — Нет! Берем с собой. Может понадобиться заложник. Отрывистый голос был холоден как лед. Анхель никак не мог сосредоточиться, голос уплывал так же, как и изображение, стоило только приоткрыть глаза. И его довольно ощутимо тошнило. «Можно сделать вывод о сотрясении», — подумал Анхель, прежде чем его кто-то грубо встряхнул, закидывая куда-то вверх. Он снова отключился. Следующее пробуждение было не таким неприятным. Голова болела меньше, тошнота прошла. Они находились в каком-то маленьком домике, причем заключенные были одеты в форменные куртки охранников, а вот сам Анхель был мало того, что гол как сокол, так оказался еще и прикован к спинке кровати за правую руку. Он даже подергал, проверяя, насколько плотно застегнут наручник. Увы, преступники явно знали свое дело. — Ничего личного, офицер, — заметив его движение, произнес Бич. — Простая предосторожность. — Хорошенькая предосторожность! Мне чуть голову не проломили, а теперь решили заморозить нахер. И вообще, раз я заложник, извольте обращаться со мной соответственно статусу. — О-о как, — медленно протянул Бич, вставая. — Значит, в соответствии со статусом желаете? Это можно. — Подошел вплотную к кровати и коротко бросил: — Ребята, погуляйте полчасика. — Уверен, что полчасика хватит? — осведомился Анхель, стараясь не показывать, как его взволновал странный взгляд альфы. — Уверен. После тюремной «диеты», мне и меньше хватит, тем более что нам не помешает согреться, а печь разжигать нельзя. — Не хочешь привлекать внимания? — Точно. До чего же вы, беты, сообразительные. Умник… Все время, пока длился разговор, Бич снимал с себя одежду. — Между прочим, — вновь подал голос Анхель, — на тебе моя форма. — Ну, я же не виноват, что только твои шмотки на меня налезли. Альфы в охране нынче измельчали, хорошо хоть бета не посрамил место службы. Пить хочешь? Анхель кивнул. Бич, чуть усмехаясь, напоил его минеральной водой и плеснул на лицо. Обтер ладонью – вроде, как умыл слегка. Анхель благодарно прикрыл глаза. Раздевшись догола, Бич медленно улегся поверх заложника, раздвигая его ноги коленом: — Знаешь, какую любопытную вещицу я нашел в карманах твоей курточки, охранник? — Догадываюсь. — Анхель поерзал, пытаясь скинуть с себя чужое тело, но от него было не так просто избавиться. Альфа ткнулся ему носом за ухо, глубоко и шумно вздохнул. Задержал дыхание и неторопливо выдохнул. — Ты же сам положил лубрикант в карман. Надеешься, что вдруг, кто-то хорошенько выебет?— Бич нагнулся и подхватил с пола куртку. — Ананасовый аромат. Мой любимый, между прочим. — А вдруг, повезет? Жаль было бы упустить возможность трахнуться из-за отсутствия смазки. Правда, ведь? — Считай, дождался. — Выдавив немного геля на пальцы, Бич просунул руку между их телами и медленно провел пальцами по ложбинке между ягодиц. Охнув от прикосновения холодного, Анхель сначала замер, но потом шире развел ноги и прогнулся, насколько позволяло не совсем удобное положение, приглашая не медлить. — Такой страстный? — прошептал Бич, и впился в губы жадным поцелуем. — Не разговаривай, давай, шевели членом, — простонал Анхель, когда нехватка воздуха заставила прервать поцелуй. — Я столько лет не трахался. Думал, что с ума сойду. — Неужели на такую задницу никто не позарился? — Бич прижал ему колено к груди. — Только игрушки. Только… Да трахни же меня, наконец-то! — Горячая детка. Не скажешь, что и бета. Когда я увидел тебя среди охраны, то сам чуть с ума не сошел. Думал, что у меня бред начался, на фоне недотраха. — Бич начал торопливо растягивать Анхеля двумя пальцами, второй рукой надрачивая его член. — Так я… и поверил, что у тебя… за семь лет… никого… не было, — Анхель, задыхаясь, извивался в умелых руках, сам насаживаясь на пальцы, которых стало уже три. — Были, как не быть… Но они были для тела, а не для души. В душе я хранил верность только тебе. Блядь, у меня руки трясутся. — Бич подхватил его ноги под коленями, а затем приставил головку напряженного члена к анусу и надавил, плавно погружаясь внутрь. Вот только Анхелю плавное погружение оказалось не всласть. Он резко приподнялся, сцепляя ноги на пояснице Бича и заставляя одним толчком войти глубоко. — Что же ты делаешь, дурак! — возмутился Бич. — Еще немного и я в тебя с узлом залечу. — Ну, давай! — выстонал Анхель, с трудом переводя дыхание. — Сильнее! — Нет. С узлом тебе будет больно. Бич зажал пальцами узел, чтобы не дать себе проникнуть слишком глубоко, и задвигался сильно и напористо. Как ему хотелось протолкнуть в это мощное тело узел! Возможно, потом… Не отпускать заложника, никуда, никогда. Анхель, опираясь затылком о скомканную подушку, выгнулся, вжимаясь всем телом и, стиснув зубы на его плече, глухо замычал, содрогаясь. У Бича слезы брызнули из глаз, то ли от боли, то ли от сокрушительного оргазма. Но он не отстранился, лишь обессилено упал на жаркое тело. Почувствовал, как Бич, извиняясь, целует его в плечо, потом вернулись звуки и вдали послышался рокот вертолета. — Вовремя, — выдохнул Бич, поднимаясь и обтирая майкой Анхеля. — М-м-м, — нечленораздельно промычал тот, вырубаясь. — Не спать, Анжело! — резкий хлопок по бедру заставил бету открыть глаза. — Ты всегда был тираном, Рихардо. — Но ведь ты меня именно за это и любишь, мой ангел? — Одежда и оружие в тайнике. — Ты не против еще немного поиграть в заложника? — мурлыкающий голос заставил Анхеля застонать, а легкий укус в бедро вскрикнуть. Конечно, он был не против. Конец.