Крыло бабочки

- С-с-с-свойствами? - переспрашивает Каира, фея со светло-зелеными волосами и расширенными от страха голубыми глазами. Профессор Велигд чуть приподнимает брови, а все сидящие в классе радуются, что это не их мучают у доски. И заодно поглядывают на время: до конца осталось всего-то пять минут. Вряд ли еще кого-то спросят. Вряд ли еще кому-то влепят двойку. - Да, Каира, - нехотя соглашается профессор Велигд, - какими свойствами обладает этлон эраклионский? И почему он так необходим для зелий, которые мы сейчас проходим? - Ну-у-у... - тянет Каира. - Этлон эраклионский обладает следующими свойствами... - и она снова замолкает, жалобно таращась на весь класс. Рокси еще раз утыкается в учебник, проверяя, правильно ли нашла ответ. Ведь вдруг профессору приспичит, и именно ее вызовут к доске. Главное в этом деле - реагировать моментально. На Каиру же жалко смотреть. На ее лице написана такая обреченность, а губы уже так начинают дрожать... Естественно, ей не повезло: подсмотреть ответ в учебнике или найти в интернете фея не успела. - Я не готова, профессор Велигд! - наконец, собравшись с духом, Каира поворачивается к учителю и смотрит на него испуганными глазами. - У меня такое ощущение, что я тут младенцев избиваю, - качает головой профессор Велигд. - Ладно. Садитесь, Каира. Два. Кстати, напоминаю всем: кто не исправит свои неудовлетворительные оценки до тринадцатого октября, не будет допущен до зачета. Феи начинают было возмущенно галдеть, но профессор лишь недовольно произносит: - И только попробуйте мне квакнуть, - и усмехается. Вот этого третьекурсницы боятся больше всего. Профессор Велигд раздражен, разозлен, но при этом сохраняет вид, что у него хорошее настроение. Это значит, что всем им не поздоровится. Рокси радостно вздыхает, понимая, что свою двойку она уже закрыла. Значит, можно сидеть на попе ровно. А вот Ане не повезло. У нее с профессором Велигдом особая любовь: уже три неудовлетворительные оценки отхватила. Но на этой неделе уже собиралась подойти и исправить. Только Кристалл из их троицы относительно везет: она понимает, что с них требуется. Ибо Линфея. И все дела. - И это третий курс Алфеи... Вот таких фей мы выпускаем, - недовольно поджимает губы профессор Велигд. Ответить ему никто не успевает. Урок заканчивается.

***

Стелла прогибает спину так, что, кажется, еще чуть-чуть, и ее кости треснут. Из ее груди вырывается глухой стон, а возбужденные глаза блестят и смотрят на Брендона - ее самого лучшего, прекрасного и невероятного Брендона - с обожанием. Она считает, что заслуживает выходной после трех дней, проведенных в ужаснейшем месте - земном Средневековье. Послушав рассказы Блум, фея солнца окончательно поняла, что не хотела бы жить в таком месте. Эпоха, где магия запрещена... Пф, доисторические времена. Стелла поступает, по ее мнению, абсолютно правильно, что сбегает с уроков и устраивает сексуальный марафон с Брендоном, потому что соскучилась по нему. Ей всегда будет его мало. Что в первый год отношений, что сейчас. Стелла знает, что никогда и никому не уступит его. Любовь, знаете ли, выдается не каждому. Любовь нужно беречь. И Стелла испепелит любого, кто покусится на ее счастье. Она царапает его спину - наращенные ногти особенно длинны и остры, - а сама позволяет Брендону войти в нее. И стонет, извивается, как плохая девочка. Стелла знает, что ждут от нее мужчины. Стелла знает, как понравиться мужчинам. У Стеллы это в крови. От кого - непонятно. Быть может, от папочки, который не пропускал ни одной юбки по молодости. Или от мамочки, которая, вероятно, имела свои секреты, пряча их под холодной маской. Которую Стелла тоже унаследовала. Позже Стелла сосет его член, широко раскрыв рот, смотря на Брендона полными обожания глазами. Сосет, стоя на коленях, стоя на полу. Ее мужчина возвышается над ней, подобно Дракону, и Стелла знает, что нет никого другого в этом мире, кому она согласилась бы принадлежать. Вот только она хранит один маленький секрет. То, что она сделала не по своей воле, но то, что она все-таки сделала. Маленькое такое недоразумение, которое может пустить трещину в их идеальных и прекрасных отношениях. Но пока Стелле хватает сил, она будет молчать. И не раскроет свою тайну Брендону. Не расскажет, как ее изнасиловал ее лучший друг. Она просто делает минет мужчине, который стал для нее центром вселенной, ее личным солнцем, ради которого она сияет и совершает подвиги. Один за другим. Она для Брендона - то же самое. Стелла это видит, слышит и чувствует. Крепкие руки обнимают ее и дарят ощущение надежности. Стелла тянется к Брендону, тянется, чтобы его обнять, но вдруг видит, как у ее любимого специалиста кривится лицо от боли. - Милый, что случилось? - Стелла напугана. Неужели Брендону стало плохо, вот черт, что она может... - Стелла, - Брендон прерывает ее размышления, - спина. Она горит. Фея солнца быстро перекатывается в постели и смотрит на спину любимого, а ее глаза расширяются от удивления. - Любимый, ты... Сделал татуировку? - Нет, - на шее Брендона выступают капли пота, - оно... Словно выжжено огнем. Клеймо. Стелла замирает. Стелла пытается обдумать ситуацию. Но глупой блондинке ничего не приходит на ум. Стеллу чертовски бесит, что в некоторых вопросах она полный профан. И все же она направляет потоки магии на спину Брендона, чтобы хотя бы немного успокоить и охладить жар, терзающий его изнутри. Но внезапно она встречается с его тяжелым взглядом. - Что? - Стелла уже догадывается, что услышит. - Повернись спиной. Я не совсем уверен, но... Фея послушно поворачивается. Брендон смотрит на нее буквально пару секунд, и по его молчанию Стелла понимает, что специалист там увидел. Но она-то огня не почувствовала. Боли не было. Или... Клеймо на ней уже было?

***

- Магикс, - я смотрю вокруг, как идиот, - это гребаный Магикс. - Именно так, - соглашается Муза. Она идет рядом и все время поглядывает на меня, будто боится, что я опять исчезну куда-нибудь. Ну-у-у... Я тоже бы запараноил. Мы гуляем по парку. Вечером у меня смена после такого вот незапланированного отпуска. Ты можешь хоть каждый день спасать мир, жертвовать собой, помирать и перемещаться в другое тело, оказываясь в ином времени, но Дугги это совершенно не волнует. Он дал мне на разгон только один день. Сегодня второе октября, и я пашу до самого утра. Что ж, это даже и неплохо. Надо сказать, я действительно скучал. Оказывается, и работу бармена очень даже можно полюбить. - Знаешь, что я понимаю? - М? - Муза смотрит на меня, странно прищурив глаза. - Стабильность - тоже хорошо. - Это ты сейчас так говоришь. Потом взвоешь. Знаешь, по-моему, тебе нифига не помогло то, что ты от нас ушел. - Все равно сдох, согласен. - Иногда ты бываешь слишком прямолинеен, - чуть морщится фея музыки. Пожимаю плечами. - Сорян. На небе собираются тучи. Кажется, что вот-вот упадут первые капли дождя, но это не страшно, ведь у меня есть свой личный телепорт. То есть, Муза. В том, чтобы встречаться с феей, на самом деле есть много плюсов. Например, на презики тратиться не надо. Мимо нас тащатся старики, орущие и визжащие "цветы жизни" гоняют на велосипедах, самокатах или просто носятся друг за другом, а потом падают, разбивают коленки и ревут в три ручья. Как Сквонк, насколько я понимаю. Муза меня уже просветила о такой особенности сказочного животного Лейлы. Критти же ведет себя даже образцово-показательно. Просто прежде чем снова появиться в Алфее, мне нужно точно знать, какая там обстановка. Нам надоело шифроваться. Ведь по легенде Муза до сих пор одна. Да и я осознал, что вроде как скучаю по своим бывшим товарищам по команде. Даже по Скаю. Просто хочется встретиться с ними, побазарить. Мое место, по словам Музы, занял Некс. Однако, в отличие от меня, он отлично нашел общий язык со всеми. Что ж. Я еще с самого начала подозревал, что Некс вольется в это дело. Рой таким не был. Я знал, что рано или поздно он бы свалил. Некс же чувствует себя рядом с Винкс, словно рыба в воде. Это и отлично. Лейла тоже светится и прыгает от счастья. Не скажу, что я вот прям безгранично рад за нее, потому что отношения у нас не очень хорошие, но она этого заслуживает, да. Вполне. Думаю, Набу тоже рад. Мы не замечаем, как уходим куда-то вглубь, оставив позади парковые дорожки с садовыми лавочками, на которых примостились обитатели Магикса, срочно нуждающиеся в отдыхе и покое. Мы идем мимо диких кустов малины, на которые то и дело бросаем заинтересованные взгляды. - Ты думаешь о том же, о чем и я? - интересуется Муза. Я киваю. И вот мы уже вовсю едим эту самую малину, которая тает на языке. Я уже почти и забыл ее кисловатый вкус. Это так странно, непривычно: во второй же день своего возвращения жрать ягоды с диких кустов, но это здорово. Мы выглядим, как подростки, которые боятся быть пойманными с поличным. В этом есть малая доза адреналина. Но я бы прокатился на байке. Здесь тишина, здесь не слышно машин, которые носятся по дорогам. Нет людей. И голова, которая периодически нещадно трещит, отдыхает. - Черт, это круто... - Что именно? - Оказаться в родном мире. И я действительно не вру. Все познается в сравнении, что и говорить. Никогда не поймешь ценность того, что имеешь, пока это не потеряешь и не увидишь что-то другое, альтернативное, приводящее тебя в такой ужас, что ты рванешь оттуда нахрен и помчишься быстрее в свое, родное, искренне понимая, каким раньше был идиотом. Итак, кажется, в двадцать три года у меня начинают появляться мозги. Кажется. Правда, есть один момент, который мне очень сильно не нравится: Флай Аквела. А вернее, еще одна трансформация посчитала, что лучше меня знает, как мне жить на этом свете. Дракон, да у них с Мификсом методы, конечно, разные, но мотивация одна. Тебе задают вопрос. У тебя два ответа. Либо да, либо да. Твое согласие уже предусмотрено. В общем, Баттерфликс изъявила желание, чтобы я батрачил на ее фирму, потому что якобы она разглядела во мне нечто ценное. И желает видеть меня своим сотрудником. Но для этого мне нужно учиться и еще раз учиться, а все расходы она берет на себя. Но, в общем, вчера я вроде как подписал контракт о том, что со следующей осени мной начинают плотно заниматься. В общем-то, на самом деле, не скажу, что все вот так откровенно плохо, но... У трансформы - странная, деловая хватка, она значительно отличается от всех, что я видел ранее. Ее интересуют деньги, выгода, прибыль. Воистину очеловеченная Древняя.

***

Текне не по себе. Текна чувствует себя крайне неуютно, стоя топлесс, только в светло-синих джинсах, голыми ступнями с накрашенными фиолетовыми ногтями касаясь чуть теплого пола. Ее блузка и бюстгальтер покоятся на стоящем рядом стуле, а крепкие руки Валтора невозмутимо изучают ее спину, производя волшебные пасы и направляя потоки темной магии ей под кожу. Текна ежится, зная, что после такого исследования от нее будет нести негативной энергией за километр. В Алфею сегодня ночью лучше не возвращаться. Но как сказать об этом Валтору? Блузку она спокойно смогла снять. А вот с бюстгальтером расставаться не хотела, но Валтор настоял, аргументируя тем, что ему проще работать с телом, которое ничем не прикрыто. Текна, чуть вздыхая про себя, согласилась, а теперь Валтор уже битый час касается чуть холодными ладонями (у Тимми они все же были теплыми), будто поглаживая ее клеймо, а на самом деле тщательно изучает его природу с помощью всех известных ему способов. В голову очень некстати лезут мысли о том, что случилось на Омеге, как бы Текна ни пыталась похоронить их глубоко в себе, но Валтор не делает никаких попыток пристать к ней, и фею технологий это определенно радует. В конце концов, по рассказам демона она поняла примерно, какую жизнь он вел до тех пор, пока не пошел на Домино. Правда, Валтор не раздевал взглядом более-менее симпатичных студенток Алфеи, но периодически посматривал вслед Дафне, с которой Винкс и специалисты иногда сталкивались в коридоре. Текна понимала, что, вероятно, у Валтора есть, что ей рассказать, но решила пока не выпытывать, потому что понимала, что всех секретов он ей не расскажет. Пока не расскажет. Она прикрывает руками свою грудь, весьма большую и... Порой привлекающую мужчин, если они бросают взгляд вниз. Но холодный взор Текны и ее механический голос отпугивали лучше, чем любые возмущенные крики. Это Стелла была бы рада покрасоваться перед сильным полом, а Текна... Ее это не интересовало. Она вообще была достаточно скована, достаточно спокойна и не сходила по сексу с ума, в отличие от ее подруг. И редко принимала участие в горячих обсуждениях Винкс об их сексуальных похождениях. Тимми в ней все устраивало, и это было для Текны главным. Она и не обнажалась ни перед кем, кроме некогда любимого специалиста (Омегу хочется забыть и вернуть туда, где она была запрятана), а здесь... Да, тело то же, но существо в нем - другое. И Текна разницу знает. Однако Валтор - молодец. То ли держится, то ли действительно поглощен работой. - Ты еще долго? - интересуется она, чувствуя напряжение во всем теле. - Можешь расслабить руки? Опустить их? Да не трясись ты, Дракон, я не сделаю ничего тебе, - морщится Валтор, понимая, о чем думает Текна. В принципе, ее мысли действительно не безосновательны. Текна, чуть колеблясь, все же опускает руки. Но расслабиться не может. Валтор чертыхается про себя: а не стоило ли наслать на нее какое заклинание? Но это могло бы помешать процессу. Он по-прежнему изучает спину феи технологий: бледную, гладкую, с чуть выступающими позвонками. Ни единой родинки. Она вообще человек? - А теперь подними их. Текна подчиняется. Валтор аккуратно касается ее с обоих боков, чуть дотрагиваясь пальцами до основания ее груди. Текна невероятно напряжена. Демон с ней согласен: он бы тоже не получал удовольствия в такой ситуации, тем более что ее мысли... Да, как он уже подметил, были не безосновательны. Ведь чем дольше она стоит перед ним, сбросив одежду, чем дольше молчит, а внутри кричит, чтобы он уже прекратил... Тем больше Валтор догадывается, почему он мог заняться с ней сексом на Омеге. То, что фея технологий привлекательна, это факт. То, что в ней присутствует определенная, классическая красота, тоже факт. Валтор - нормальный, здоровый мужчина, которого конечно же возбуждает хорошее женское тело, если оно так доступно. И нехорошие мысли уже лезут, что можно вот прямо здесь, на полу, но он сдерживается изо всех сил, понимая, что мимолетное желание - желанием, а бороться с последствиями... Не очень-то и хочется. Он заканчивает насылать последнее заклинание и отходит прочь, слыша облегченный вздох Текны. Она щелкает пальцами, и одежда тут же появляется на ней. - Ну и что ты выяснил? - в ее голосе звучат немного недовольные нотки. - Собственно, то, что и ожидал, - пожимает плечами Валтор, - то есть почти ничего. Какими бы заклинаниями я ни пытался прояснить картину, путь мне все время преграждает некое подобие дыма, даже запах ощущается. Но кое-что я точно могу сказать. Во-первых, это клеймо именно что... Выжгли. - Я знаю. По ощущениям так и было, - соглашается Текна. - ...подожди. В этом всем присутствует огонь Дракона. Причем не Блум, не мой, тут несколько различается. Это было еле заметное ощущение. Но это точно Дракон. Текна хмурится и качает головой. - Ты уверен? - Вполне, - задумчиво трет подбородок Валтор, - у меня сложилось такое ощущение, что что-то не позволяет мне понять его природу до конца. Но то, что Дракон приложил к нему руку, это понятно. И еще. Клеймо - это что-то вроде вершины айсберга. Текну бросает в дрожь. Она ведь уже слышала... Такое сравнение. И от кого... Впрочем, неудивительно, что Валтор мог перенять что-то от своего друга. - Продолжай, - кивает она. - Скажем так, клеймо - это что-то вроде крышки или пробки. Или задвижки. В общем, стоит за него "потянуть", и откроется спрятанное под ним. Сложно объяснить. Как будто оно должно что-то активировать... - Запустить какую-то реакцию? - подсказывает шепотом Текна. Демон соглашается. Он бросает взгляд прочь и с минуту обдумывает то, что увидел. - Не знаю, с чем мы имеем дело, большего мне увидеть не удалось. - Кроме того, - тут уже говорит Текна, - клеймо появляется на наших спинах не всегда. Когда рядом другие, его нет. Когда я превращаюсь, его тоже не наблюдается. Клеймо проступает, когда я в одиночестве или нахожусь рядом с тобой. Интересно, что бы это могло значить? - Полагаю, нам стоит продолжить поиски в библиотеках. Интернет вряд ли даст нам нужную информацию. Если это от Дракона, то... Вероятно, что-то мы сможем раздобыть на Домино. Хотя я не уверен. - Я запрошу доступ у короля Оритела, - вскидывается Текна, - а еще... Валтор скептически приподнимает бровь. - Для меня их защитные барьеры едва ли будут преградой. - Твоим умением воспользуемся в крайнем случае. И еще, - Текна понимает, что она очень рискует, выдавая демону, который очень любит разные заклинания, такую информацию, но она все же рассказывает ему о библиотеке, расположенной на гигантской птице.

***

То ли с ними всеми что-то случилось, то ли я придурок. Я еще и первого часа за стойкой не простоял, а ко мне уже не один человек подошел и с радостью в голосе сказал, что очень-очень рад, что я вернулся. В общем, сегодня я делаю странное открытие. Оказывается, посетители по мне скучали. Оказывается, ко мне привыкли и очень сокрушались, что я укатил в отпуск. Многие думали, что я уволился. И безгранично рады видеть меня снова. Мне сообщают об этом разные люди. Местная шпана. Ведьмы с боевой раскраской на пол-лица. Пьяные забулдыги. Крепкие бугаи. Просто компании. Некоторые даже просят, чтобы я не исчезал снова. Что за нахрен? Но я все так же стою, с невозмутимым видом разливаю коктейли, принимаю заказы, лениво прислушиваюсь к разговорам сидящих за стойкой, а так ничего и не меняется. Будто я и не проваливался хрен знает куда. Привычная работа успокаивает. Муза будет скоро дрыхнуть в Алфее. А мне тут всю ночь зависать. Ну ладно. И это переживем. Зато днем отосплюсь. - Ну и куда ты пропал? - я поворачиваю голову и вижу - ну кто бы мог подумать - Терри и Джордж, которая теперь уже покрасила свои волосы в ярко-голубой цвет. Знакомые люди сегодня так и валят толпой. - Сматывался по делам, - принимаю их заказы: обоим - светлое пиво. Вскоре приношу им стаканы, а парочка устраивается на свободных высоких стульях и поглощает выпивку. - Врешь, - замечает Джордж, - серьезно. Как твоя баба? - Отлично все с ней, а у вас как? Все встречаетесь? - А то. Иоганна истерила еще как. Хотела вернуть меня обратно. До сих пор еще пишет, что любит меня. Но мне насрать, - она бросает выразительный взгляд на Терри, который усмехается ей в ответ. Такая игра глаз. Все с ними ясно. Мне было бы интересно посмотреть на их лица, если сообщить им, что я теперь тоже на оба фронта, но я молчу. Хотя, если что - знаю, к кому обращаться за советом. - Отлично. Парни всегда лучше. - Ого, ты тоже это понял? - язвит Терри. Я качаю головой и обслуживаю женщину тридцати лет, по которой видно, что день не задался у нее. Либо будет изливать мне душу, либо драпанет отсюда с кем-нибудь. - Конечно. Ну окей, - внезапно во мне просыпается экспериментатор, - я тоже теперь в теме. У обоих глаза размером с чайное блюдце. А шокировать людей бывает забавно. - Да ну? - хватает ртом воздух Терри. - Фига ты. Не врешь? - Не. А твоя? Она что сказала? Ты теперь тоже по парням? - интересуется Джордж. - Я еще когда тебя увидела, то поняла, что с тобой что-то не так. - Ты была в жопу пьяная, - замечает Терри. Джордж показывает ему язык. - Не, не по парням, с моей у меня все нормально, - усмехаюсь я, принимая заказ еще от троих подростков. От них тоже выслушиваю, как они рады меня видеть. - Ну и хорошо. В любом случае, не пропадай больше. Без тебя тут как-то не то. Будто атмосфера теряется, - замечает Джордж. Дракон, что с этим миром не так? Я уже и атмосферу создаю. Лол. Что тут еще скажешь. Пожимаю плечами. Окей. А народу становится все больше.

***

Челси со злостью пихает консервную банку и орет на всю улицу: - Да чтоб ты сдохла! Чтоб тебя ведьмы разорвали на мелкие кусочки! Дрянь! Стерва! Мразь! Шкура! Она искренне ненавидит весь мир. Она бредет по вечернему Магиксу, который уже потихоньку тонет в темноте. В легких джинсах, майке, кроссовках и теплой толстовке. С рюкзаком за плечами. С разбитым сердцем и абсолютным незнанием того, что делать дальше. Ей как-то по жизни особо не везло. И стоило только поверить в то, что на втором курсе случится чудо, что-то изменится... Жизнь снова шмякнула ее лицом по полу. И размазала по стенке. Хер тебе. Хер тебе. Хер тебе. Кулак со всей силой бьет в стену ближайшего кирпичного дома. - Ненавижу! Она просто не знает, как еще выместить свою злость. Это похоже на какую-то очень хреновую жизнь. На ее жизнь. Челси поднимает глаза и подставляет лицо прохладному ветру. Чертов Магикс. Равнодушный Магикс с равнодушными людьми. Никому нет дела до трясущейся от рыданий феи с размазанной тушью, которая то медленно бредет, то чуть ли не бежит по улицам. Наоборот, немногие прохожие от нее шарахаются. Челси и срать, и не срать одновременно. С одной стороны, она не хочет, чтобы кто-то лез в ее жизнь. С другой... Ей отчаянно хочется, чтобы какой-нибудь незнакомый человек подошел и обнял ее за плечи, купил шоколадку или что-то вроде того. Дестани. Сволочь. Стерва. Гребаная натуралка. Она из-за нее сегодня целую пачку сигарет выкурила, хотя и бросила. Ради нее же. Дестани. Гребаная фея с Солярии, роскошная блондинка с водопадом светлых волос, такая вся красивая, заразительно смеющаяся и живая, живая, живая. Челси еще на первом курсе в нее втрескалась. Но знала, что, скорее всего, та истинная натуралка. Но случилось чудо. В апреле прошлого учебного года Дестани сама начала проявлять к ней знаки внимания, а потом Челси напилась, ввалилась к ней в комнату и призналась в своих чувствах. И Дестани ответила взаимностью. Это было прекрасное время. Они столько пережили вместе. Правда, летние каникулы все немножко подпортили, ведь они были с разных планет. Но в сентябре все было еще более-менее нормально. А вот в последние недели полторы... Челси чувствовала, что что-то не так. Только не понимала, что. Дестани как-то странно себя вела, будто избегала свою девушку, не желала с ней говорить. А вот сегодня... Руки сжимаются в крепкие кулаки. - Тварь! Подавись своим Чармиксом! Чтобы тебя нахрен разорвали оборотни! Чтобы ты сдохла и не вознеслась к Дракону! Катись к своим гребаным херомразям! Сегодня Дестани вызвала ее на разговор. И сказала, что ошиблась. Она думала, что ей нравится Челси, думала, что она би, но все же она натуралка. И девушки ее не привлекают. Поэтому предложила Челси расстаться. И похоже, что Дестани было насрать. На все их счастливые месяцы. На чувства Челси. Гребаная натуралка, она тупо решила проверить свою ориентацию. Поигралась и бросила. Но самое интересное, что, когда Дестани все это Челси рассказала, на ее груди засияла брошь. Эта мразь получила Чармикс! За то, что бросила свою девушку. Челси отказывалась в это верить. Когда она увидела, как сверкает украшение на груди у Дестани, это окончательно ее добило. И Челси бросилась прочь из Алфеи с рюкзаком за плечами. Для полного счастья она еще умудрилась получить две двойки на занятиях у Гризельды и посраться с завучем так, что ей вкатили несколько замечаний. Но как же ей было на это посрать. Главное, что оставаться в Алфее Челси не могла. И поэтому она свалила оттуда, свалила в слезах, просто прыгнула на автобус и сидела, забившись в самый угол, а потом вышла на случайной улице и зашагала по Магиксу. Тупому городу с равнодушными людьми. И шагает до сих пор. Магикс уже покрывает темнота. На душе у Челси хреново. Она просто понимает, что не хочет возвращаться в Алфею. Не хочет видеть этих тупых куриц. Не хочет оказаться в этом сборище натуралок. Они только делают вид, что понимают. Да нихера! Нихера им не понять чувств тех, кто сходит с ума по своему полу и боится быть отвергнутым объектом свой любви только потому, что тот на правильной дорожке. - Да пошли вы все нахрен! - орет Челси на всю улицу и вновь от души пинает какой-то камень. Как же она ненавидит весь этот мир! Как хочет, чтобы Дестани сдохла. Чтобы подавилась своим Чармиксом. Она ведь так от радости светилась и гордости. Не могла скрыть своего превосходства, пока Челси душили рыдания. Да как... Разве такое возможно? Разве Чармикс можно получить за такое вот... Челси сжимает кулаки. - Раз так, то клянусь, я никогда не получу Чармикс! И не нужны мне, нахер, эти фейские подачки! Ее крик разрезает ночную пустоту. Челси бредет по городу уже черт знает сколько. Зарядки на телефоне становится все меньше, но она редко достает его. Разве что только время посмотреть. И не звонила ли Дестани. Разбитое сердце все еще бьется в исступленной надежде. Но облом. Который раз за вечер. Челси заходит в какой-то круглосуточный магазин, где покупает бутылку минералки и шоколадку, а затем, трансформируясь, взлетает вверх и приземляется на какой-то рандомной крыше. И судорожно ревет, уткнувшись в колени. В ее сердце расползается ненависть и боль. Она не знает, что делать. Она абсолютно не понимает, как жить дальше. Дестани. Ее ангел, ее счастье, ее радость... Которая тупо поигралась ей. На секунду Челси хочется шагнуть с этой самой крыши, чтобы потом посмотреть на лицо Дестани: неужели ей и правда было посрать все это время? Она съедает шоколадку, у которой совсем нет вкуса, и с ненавистью сверлит взглядом ночной Магикс, раскинувшийся перед ней. Миллионы домов, миллиарды огней. И всем срать друг на друга. Уж Челси-то отлично знает это. Может, она одна из немногих, кто видит истинную суть этого города. Магикс. Убийца всего хорошего. Челси искренне ненавидит его, но больше ей пойти некуда. Родная планета - далеко. Гребаная Алфея - хуже клетки. Тупая розовая школа с гламурными девицами. С эталоном в виде Винкс. Да Челси от одного их вида блевать тянет. Тупые курицы, вышагивающие на своих каблуках и пляшущие со своими херомразями. Херошкурами. Очевидно, что Дестани променяла ее на одну из них. Челси никогда не нравились эти херы. Она с самого детства знала, что нет ничего лучше женщин. И только к ним ее и тянуло. Челси всегда была лесбиянкой. Но хер выживешь с "не такой" ориентацией в этом мире. Особенно когда всякие натуралки пользуются тобой, как хотят. И все же, Челси отчаянно нужно, чтобы Дестани позвонила ей. Хотя бы тупо узнать, куда та пропала. Или ей реально все равно на свою бывшую девушку? Челси слышит голоса. Твою мать. На крышу выбирается компания каких-то бухих парней, которые дружно гогочут и обсуждают "прелестные сисечки крошки из пятого подъезда". Вот за это она их всех и ненавидит. Они никогда не рассматривают девушек, как равных себе. Для всех херомразей женский пол - тупые шкуры и дырки, которые не имеют права на существование. Челси теребит короткий ежик своих угольно-черных волос, надевает капюшон и плотнее прижимается к холодной трубе или хрен знает чему, за чем она прячется. Лишь бы эти херошкуры ее не обнаружили. А они все над чем-то ржут, швыряют банки из-под пива, обсуждают каких-то телок, нервируют ее, ходят по крыше, но так и не обнаруживают фею-второкурсницу, у которой случилась та еще трагедия. Когда они окончательно выводят Челси из себя, херошкуры делают единственное хорошее за все то время, что они находились здесь. Валят к чертям, и крыша снова принадлежит Челси. Ноги затекают от долгого сидения, она вскакивает и несется к самому краю, заглядывая вниз. Ничего почти не видно. Адски кружится голова. Но Челси заставляет себя терпеть. Теперь она свободна... И не посрать ли, улетит она сейчас вниз или нет? Дестани точно будет похер. Сейчас Челси как никогда ощущает внутреннюю пустоту. И она кричит, а ее возглас растворяется в равнодушном Магиксе, которому, как и Дестани, посрать. Челси и не подозревает, что на других высотках точно так же, как и она, стоят такие же несчастные девушки и тоже кричат в пустоту. Но их вопли заглушаются. Их не слышат. Магикс - равнодушная тварь. И Челси ненавидит его за это. - Как же я хочу сдохнуть! Как же я хочу, чтобы все сдохли! Дракон, Дестани, пусть ты тоже настрадаешься, как и я! Тупая курица и херососка! Челси встает на парапет крыши и смотрит на ночной город, с ненавистью сжимая кулаки. Она уже почти готова спрыгнуть, в голове стоит тот самый момент, когда на груди у Дестани сияет брошь Чармикса, как вдруг... Челси понимает, что не слышит ничего. Абсолютно. Ни гула машин внизу. Ни пьяных возгласов где-то в соседних дворах. Вообще ничего. И свет огней становится приглушенным, будто Магикс в один миг накрыл туман. А потом Челси видит его. Вдалеке, у самых окраин. Но ее глаза округляются от страха. Она бы и рада сбежать, улететь подальше отсюда, но будто к своему месту прирастает, стоит на парапете, не в силах пошевелиться. Он будто бы плывет. Огромный заяц с торчащими вверх ушами, он выше в два раза самых высоких многоэтажек Магикса. Пухлый, с черными и пустыми, словно холодный космос, глазами, полупрозрачный, он идет по городу, легко минуя дома, пропуская их через себя. Челси даже заплакать не может, но кровь стынет в ее жилах, и больше всего на свете она мечтает убраться отсюда. И заяц становится все больше. И выше. И ближе. Идет среди домов. Невозмутимо так, уверенно. И смотрит, не отрываясь, вперед. А Челси стоит на парапете. И находится будто бы на ладони. Но он же не увидит ее. Он же не... И тут заяц останавливается и смотрит своими бездонными глазами прямо на нее. Челси даже дышать не может. Ее сердце почти останавливается. А затем она погружается в темноту.