Белая пантера

Когда они приехали, Мерседесу Митчел сразу открыли ворота, впуская на территорию. Из дома практически сразу выбежал Грэм. Он также как и охранники не видел, что происходило в салоне автомобиля. Реджина продолжала смотреть на Эмму через зеркало заднего вида, а Эмма просто смотрела вперед так и, продолжая держать руки на руле. - Ты знала, что я не смогу тебя посадить? - нарушила гробовую тишину блондинка, неотрывно смотря прямо перед собой. - Знала. Потому что я бы никогда не бросила Анджи, - спокойно ответила Миллс. Эмма усмехнулась и с ухмылкой посмотрела в зеркало заднего вида и встретилась с глазами Миллс. - Моя девочка. Ничего, прорвемся. Посиди пока здесь, - подмигнула блондинка и, открыв дверь, вышла из салона авто, сразу закрывая ее. Реджина улыбнулась и, послушавшись, осталась в машине. - Где Алекс? - грозно спросил Грэм, как только Свон вышла из машины, - отвечай, где она?! - Там, где она и должна быть, - спокойно ответила блондинка, - ты же говорил, что хочешь быть всегда рядом с Алекс. Ну что не держишь своих слов, Грэм? - Ты ... идиотка! Она любит тебя, а ты ... - Грэм взялся за голову, - у тебя нет на нее ничего. Она Реджина Миллс, а доказать, что она Митчел будет очень трудно. И тогда я докажу ей, что ты ... тебе нельзя было верить! - Значит, отказываешься быть рядом? - наседала на своем Свон и мило улыбалась. - Я никогда не откажусь быть рядом с ней, но она будет на свободе! - прорычал Грэм, - если с ней хоть что-нибудь случиться, я тебя убью! - мужчина был готов накинуться на Эмму и разорвать. - Придется тебя огорчить, - щурилась Свон и ждала, что дальше скажет очень разъяренный Грэм. Миллс слышала всю перепалку между другом и возлюбленной и с лица не сходила улыбка, что у нее есть такой друг и такая девушка. - Слушай, зачем ты сюда приперлась? Сидела бы в своем участке. Я отвечаю, Свон, что Алекс завтра утром уже вернется домой, и больше ты никогда ее не поймаешь! - А вот с этим мне придется поспорить. Алекс завтра утром будет в участке и даже днем и вечером, и на следующий день и в дальнейшем, - говорила Свон, все ближе подходя к взбешенному мужчине, - а знаешь почему? Потому что сама этого хочет. - Ты врешь! Она обожает Анджи и никогда бы не променяла ее на тюрьму! - Грэм сделал шаг в сторону Свон, - а твой участок я разнесу к чертям! - Я разве сказала тюрьму? - усмехнулась Свон прямо в лицо мужчине и, сделав два шага к машине, открыла заднюю дверь. Реджина медленно вышла из машины и посмотрела на меняющегося в лице Хантера. - Грэм... - Алекс, - мужчина, быстро преодолев расстояние, заключил Митчел в объятия, - ты идиотка! У тебя всегда идиотские планы. - А вот с этим не могу не согласиться, - улыбнулась Свон, наблюдая за объятиями друзей. - Грэм, отпусти, ты меня сломаешь, - уже задыхаясь, протянула Митчел. Когда Хантер ее отпустил, она с улыбкой посмотрела на него и на Эмму, - Но вы оба не можете отрицать, что я гениальна! - До безобразия, - усмехнулась Свон, - Миллс, Митчел... Черт, я даже не знаю, как к тебе обратиться. Короче, иди к ребенку. Живо! - прикрикнула Эмма. - Я буду для тебя кем угодно, - Миллс приблизилась и мимолетно поцеловала Эмму и быстрым шагом пошла наверх в спальню Анджелики. - Свон, а все же вы друг друга стоите. Шутки у тебя дебильные, - прорычал Грэм. - Волк, не угостишь детектива бутылочкой виски? - пропустила мимо ушей высказывание Хантера Эмма. - С удовольствием. Пойдем к бассейну, сейчас принесут, - разворачиваясь, Хантер пошел по широко замощенной плиткой дорожке на задний двор. А Эмма, улыбнувшись и начиная осматриваться, молча пошла за ним. - Присаживайся, - уже у бассейна сказал мужчина и махнул рукой, - сейчас принесут. Свон, теперь я хочу тебя спросить - достойная ли она? - Если я здесь, в компании с врагом сейчас буду пить виски и переступать через свои принципы, то мне кажется, ответ очевиден, - серьезно сказала Эмма и присела напротив мужчины, - я тоже готова отдать за нее жизнь и не только, - уже тише добавила она. - Я знаю, Свон, я знаю, - протянул Хантер. Через минуты на столе уже был напиток и кое-какая закуска. Мужчина налил по стакану и один пододвинул Эмме. Свон взяла стакан в руку и посмотрела на Грэма. - Только днем я пыталась поймать Черную Королеву, но она ушла у меня из-под носа. А сейчас я в ее доме и не понимаю, как быть дальше. Как жить так, чтобы не было больно? - Эмма, смотря на янтарную жидкость, говорила, а потом моментом осушила весь бокал. - Свон, ты ее уже поймала и забрала сердце. Сейчас ты можешь то, что не могут другие - на нее повлиять. Ради вас с Анджи Алекс закатает весь Чикаго под асфальт. Поэтому действуй, - также выпивая залпом, сказал Хантер. - Самое противное, что мне не нужно чтобы она закатывала Чикаго, - беря бутылку и обновляя им обоим бокалы, сказала Свон, - как нам решать эту проблему? За ней охотится вся полиция и ФБР, и всю жизнь будет охотиться. Как нам нормально жить? Я детектив и обратно шагать в ваш мир я не хочу. - Не забывай, что Алекс это Реджина. И она спокойно сможет жить с тобой и Анджи. Но ответь мне - ты хочешь, чтобы она все бросила? - спросил Хантер, - ради вас она все бросит. - Ваш долбанный мир ее не отпустит! - шикнула Свон, допивая остатки в своем бокале, - когда я хотела уйти, меня нашли полумертвой в канаве с пробитым черепом, а я всего лишь держала один из районов. А она держит половину страны, как думаешь, что с ней сделают? Грэм засмеялся, - ты опять недооцениваешь Королеву. - О, да, - протянула Свон и улыбнулась, - ее идеи безумны и гениальны одновременно. Хантер засмеялся еще сильнее. - Мне иногда кажется, что Алекс сумасшедшая. И отец тоже самое говорит, он боится больше не мира, а ее в этом мире. - Ах, да. Еще и отец, - усмехнулась Свон, - Феликс знает про меня? - уже допивая третий бокал, спросила Эмма. - Нет, - коротко ответит Хантер. - Что будет, если узнает? - резко спросила Свон. - Не знаю, у этой ситуации может быть много вариантов исхода. - И только один положительный, - серьезно ответила блондинка, наливая еще один виски. - Для Феликса, если он примет, - добавил Грэм. Эмма посмотрела на Грэма и улыбнулась уголком губ. Беря бокал, она протянула его Хантеру, показывая, что хочет чокнуться. - За знакомство. - За знакомство, - и чокнулся в ответ. Реджина поднялась наверх и зашла в комнату Анджи. Малышка лежала, накрывшись с головой одеялом, а ее няня читала ей сказку. Женщина уже хотела что-то сказать, как Миллс приложила палец к губам и показала, что она может идти. Дождавшись, когда няня выйдет, она подошла к кровати дочери и легла рядом. Анджи сразу выбралась из-под одеяла и посмотрела на мать заплаканными глазами. - Мамочка… - Малыш, ты что плакала? - Мам, а зачем Эмма тебя увезла? Она хотела тебя заблать? - Эмма теперь сама останется с нами. И мы никуда больше от тебя не уедем, - прижимая к груди дочку, сказала Алекс. Малышка быстро успокоилась и заснула в объятиях матери. Просидев еще немного с Грэмом, Эмма попросила мужчину оставить ее одну, а заодно и оставить ей бутылку, чтобы хоть немного расслабиться, хотя это и мало помогало. Когда Хантер ушел, Свон глубоко задумалась. Как и что им дальше делать? Грэм говорит, что Миллс нельзя недооценивать, но ведь это нестандартная ситуация, из которой Свон не знает, пока не знает выхода. Полежав с малышкой еще немного, Алекс спустилась вниз. Она еще из окна комнаты Анджи видела, что Эмма около бассейна. Очень тихо подойдя, она сзади обняла сидящую Свон. - Ты долго собираешь тут сидеть? - Еще 5 бокалов точно, - показывая на бутылку и уже изрядно нетрезвым языком, ответила Свон и вновь одним глотком осушила свой бокал виски. Реджина обошла Эмму и села на стул, на котором сидел Грэм. Один взмах руки и через несколько секунд из дома вышла девушка и поднесла бокал. - Мисс, вам еще что-нибудь нужно? - Нет, - коротко ответила Миллс и налила себе в стакан виски. - О чем ты думаешь? - Мне это несвойственно, но о будущем, - не поднимая головы, и смотря прямо в бокал, Свон достала пачку сигарет. Немного покрутив ее в руке, достала сигарету, закуривая. - Ты закуришь и запьешь себя до смерти из-за меня, - отпивая из своего бокала, сказала Миллс, - все будет хорошо, не переживай. - Хорошо? - усмехнулась Свон, - Миллс, повторю твою фразу - ты очень самоуверенна! - наливая в бокал очередную порцию, Эмма встала и повернулась спиной к Миллс, отпивая напиток и тут же затягиваясь. Алекс усмехнулась, она прекрасно знала, что сейчас Эмму она не переубедит. Эта белокурая любовь всей ее жизни очень упряма, и этот факт всегда очень нравился брюнетке, но не тогда, когда ее девушка глушит виски. Встав со стула, Миллс разделась до нижнего белья и грациозно нырнула в воду. Эмма, услышав звук воды, сразу перевела свой взор в бассейн, где вовсю плавала почти полностью обнаженная Миллс. Эмма медленно допивала виски и неотрывно следила за каждым гребком Реджины. Миллс подплыла к бортику и немного приподнялась над водой. - Иди ко мне. - Чтобы я вся промокла? - приподняла брови Эмма, - нет уж, мне и здесь хорошо. - А ты разденься, - продолжала Алекс, - ну иди ко мне. - Слишком много посторонних глаз, - намекая на охрану и прислугу вновь отказалась Свон. Подойдя к столику, она налила себе еще виски и, взяв стул поставила его ближе к бассейну. Сев, Эмма стала неотрывно смотреть на Реджину, потягивая напиток. - Это не проблема, - Миллс подплыла к другому бортику, к которому было прикреплено приспособление, - отключить камеры и исчезнуть. - Но, мисс? – послышался голос из динамика. Секунды молчания, - будет сделано. Миллс посмотрела и увидела, как охрана с территории уходит. - Всё, нет лишних глаз, мы только вдвоем, - протянула Митчел, вновь подплывая к бортику перед Свон. Эмма так и продолжала сидеть и, улыбаясь, смотреть на Реджину, потягивая виски. Митчел поняв, что Эмма не собирается к ней идти, вылезла из бассейна и подошла к Свон. Мокрая брюнетка нависла над блондинкой и ехидно улыбнулась. Эмма облизнула губы и, наклоняясь в бок, поставила бокал на землю. Затем резко схватив Миллс за талию, посадила к себе на колени, и ей было абсолютно наплевать, что Реджина вся мокрая. А даже наоборот, такой вид брюнетки еще сильнее заводил блондинку. Миллс улыбнулась и начала медленно целовать в шею, плавно подбираясь к губам. Эмма гладила руками спину Реджины. Очень нежно и трепетно, хотя в душе хотелось грубости, резкости, подстать ее характеру. Миллс забралась одной рукой под майку Эммы и ногтями начала вырисовывать неизвестные узоры, продолжая страстно целовать шею Свон. Эмма же резко оторвала от себя Миллс и сразу же встала на ноги, поднимая тем самым и ее. Серый безумно горячий взгляд неотрывно смотрел на карий, не менее жаркий. Несколько секунд замешательства и Эмма сама скидывает с себя майку, и рывком прижимает за талию к себе Реджину, страстно впиваясь в губы, а руками все сильнее вжимая ее в себя. Брюнетка вцепилась в спину Свон, страсть кипела в жилах. Такого между ними еще не было. В их постели всегда были только нежность, ласка и трепет. Страсть, которая набирала с каждой секундой обороты, сносила крышу. Отстранившись, Митчел с лисьей улыбкой посмотрела на Эмму. За пояс джинс, она притянула ее обратно и быстро начала их расстегивать, не разрывая взгляда. Эмма изнывала от желания, обычно сдержанная, нежная в постели, она больше не могла ждать и терпеть. Ей хотелось Миллс. Здесь и сейчас. Полностью. Без остатка. Чтобы она была ее. Только ее и всегда. Эмма поймала Реджину за запястья, тем самым останавливая ее, и завела ее руки ей за спину. Держа руки Реджины у нее за спиной, Эмма губами кусала, терзала и тут же зализывала языком шею брюнетки, и не позволяла ей препятствовать и даже подумать, чтобы остановиться. Алекс откинула голову, и с ее губ сорвался первый стон. Она сама очень хотела дотронуться до разгоряченного тела Эммы. Но прикосновения Свон сводили с ума. Кожа на шее и груди была истерзана. Багровые следы просто кричали о кипящей страсти в телах девушек. Отпустив руки Реджины, Эмма не переставала яростно целовать ее шею. Одним ловким движением она освободила девушку от бюстгальтера, откидывая его в бассейн. Страстными поцелуями Эмма, как можно сильнее впиваясь в нежную кожу, начала спускаться вниз. По шее, ключицам, не оставляя без особого внимания нежную и такую податливую кожу груди. Обсасывая поочередно возбужденные соски, Эмма почувствовала на своей спине руки Реджины. - Нет, детка, сегодня веду я, - ухмыльнулась Эмма и, встав в полный рост, завела руки Реджины вновь за спину, а губы вернула на грудь. Одной рукой уже спускаясь к самой горячей точке, нащупывая через мокрую ткань трусиков напряженный комочек и начиная его массировать. Резко втянув в себя воздух, Реджина откинула голову назад, давая Эмме место для маневров на своей шее и груди. Она чувствовала, как Свон зубами вонзается в ее плоть, как ее рука через ткань резко и немного грубо массирует ее напряженный клитор. - Малышка, сколько в тебе страсти... - задыхаясь от ощущений, говорила Реджина. - Молчи, молчи, Митчел! - кусая сосок, проговорила Эмма и услышала сдавленный стон, исходящий из уст Реджины и сразу обхватила сосок губами, сильно всасывая. Эмоции и желания переполняли блондинку и напрочь лишили рассудка. Она резко встала и вновь впилась совсем не нежным поцелуем в уже и так истерзанные губы. А рукой проскользнула под мокрые трусики и резко ввела в горячее лоно два пальца, безумно быстро начиная там двигаться. Реджина понимала, что эмоции, которые сейчас выплескивает Эмма, связанны с осознанием, что Реджина и есть Алекс. Митчел извивалась в любимых и таких страстных и неудержимых руках. - Секс с тобой в виде Алекс совсем другой, - брюнетка, не разрывая контакта, легла на газон и посмотрела в такие горящие желанием глаза Эммы, которая нависала над ней сверху. - Скажи, что тебе не нравится... - прорычала Эмма, не сбавляя движений руки, - скажи мне это, Митчел... - кусая за шею, просила Эмма. Она лежала между раздвинутых ног брюнетки и практически полностью лежала на ней. Алекс ничего не ответила, впиваясь ногтями в спину Эммы. От каждого толчка, Митчел стонала и извивалась под телом Свон. Блондинка двигалась в такт своей руке. Движения были резкие и рваные, от которых просто сносило крышу и только и хотелось продолжать эту пытку вечно. - Детка, скажи, скажи как тебе лучше? - тяжело дыша, проговаривала Эмма, все сильнее и быстрее двигаясь пальцами внутри. Но через секунду замедляясь, Эмма остановила движения пальцев и обезумевшими глазами посмотрела в глаза Миллс, которые изнывали от желания и неудовлетворения и так и кричали о скорой разрядке. Алекс завыла. - Эмма, пожалуйста, я больше не могу. Я твоя, так возьми меня… Одна рука так и прижимала к себе возлюбленную, а другая сминала траву, которая росла на газоне. Но Эмме было этого мало. Она хотела услышать, что ее грубый, жесткий, резкий характер в жизни Миллс также нравится и в сексе. У Свон напрочь сорвало крышу, она резко вытащила пальцы из изнывающего лона Миллс, слыша при этом недовольный стон, а следом и вытянула руку из трусиков. Губами, она начала спускаться мимолетными поцелуями со всей нежностью вниз. От шеи и по всему совсем мокрому от пота телу брюнетки. Давая ощутить всю гамму, всю разность. От резкого и страстного секса к трепетному и нежному занятию любовью. Эмма не обращала никакого внимания на вонзающие ноготки у себя на спине, так и продолжая мучительную пытку. И вот когда губы оказались совсем близко к резинке трусиков, Эмма зубами стянула этот элемент одежды и нежно коснулась ладонью промежности, вновь возвращая лицо к губам Реджины. И в легком поцелуе, касаясь пухлых губ, снова посмотрела в глаза, которые уже просто обезумели и требовали скорейшего продолжения. - Скажи, как тебе лучше? Алекс или Реджина? - шептала Эмма, совсем невесомо гладя набухший от возбуждения клитор, - грубо или нежно? - проводя язычком по пересохшим искусанным губам, продолжала пытку Свон, чувствуя, что Реджина уже на грани дозволенного, - ответь мне, сержант! - Алекс… - выдохнула брюнетка. Она и сама сейчас хотела грубости, жесткости с собой и своим телом. То, что делала сейчас с ней Эмма, было самым лучшим лекарством от мыслей и самопоедания. Она хотела чувствовать силу, которая сидит в Эмме и требует свободы, ярость, которая из-за обмана зародилась, необузданность, которую Свон выпускает, несясь на байке, и рискованность, которую с помощью жизни с Алекс она получит. И это одно слово окончательно убедило Свон, что и брюнетке это нравится. Она была всегда нежна и трепетна, но с Реджиной. С ее любимой, милой, доброй, совсем невинной Реджиной. Но сейчас ее здесь нет. Нет той нежности и ласки, что была все эти две недели после спора и неделю до. Не было ничего, что связывало ее с той девушкой. В данную секунду есть только Алекс. Только Королева. Жестокая, хладнокровная, железная. Броню, которой только и можно как сломать резкостью, грубостью, страстью. Именно страсть и кипела в жилах Эммы, когда она услышала то, что хотела услышать. Она сама хотела резкости, но ради Реджины терпела. Она сама хотела полной страсти секса, но Реджине дарила только тепло и ласку. А сейчас здесь Алекс и именно с Алекс Эмма и делает то, что делает. Яростно впиваясь в губы, сильно прокусывая нижнюю губу, Эмма одним резким рывком вновь вводит пальцы в разгоряченное лоно. И до безумия сильно двигает рукой, а вместе с ней, наваливаясь полностью на брюнетку, двигается в такт. Алекс завела руки за голову и схватилась за свои волосы. На грани сумасшествия Митчел извивалась под Эммой. Она выгибалась и старалась вырваться из крепких рук, пыталась оттолкнуть, находясь на пике удовольствия. Алекс закрыла глаза и с истошным стоном взлетела до небес. Оргазм накрыл неимоверной волной, пронзая тело сотнями ударами тока. Дрожь сотрясала все тело, и Алекс обмякла, расслабляясь в руках Свон. Еще несколько грубых толчков, но уже после пика, достигшего Алекс, и Эмма вытаскивает свою руку. Несколько секунд, так и продолжая наваливаться на Митчел, Эмма восстанавливала свое сбитое дыхание. Но понимая, что Реджине необходим воздух после такого головокружительного оргазма, она медленно сползла с нее вниз, при этом целуя грудь, живот, бедра. А уже потом поднялась на ноги и, достав сигареты, посмотрела сверху вниз на брюнетку. Она лежала с закрытыми глазами и до сих пор содрогалась. Шея, плечи, грудь были багровыми от укусов. Губа искусана до крови, а лицо выражало спокойствие и отчего-то Эмме показалось полную отдаленность, но в тоже время и удовлетворенность произошедшим. Эмма усмехнулась только ей известным мыслям и, закурив, села на газон, чуть дальше ног Митчел и глубоко затянулась. Картина по своей сути была отвратительная. Обнаженная Алекс лежала на газоне, ее тело было истерзанно Эммой, но в теле присутствовала приятная истома. И сейчас был самый лучший секс в жизни Алекс. Любимая хоть и была неудержима и груба, она отдала и выплеснула все свои чувства, доказывая с каждым укусом, толчком свою собственность, на которую никому не позволит претендовать. Митчел села и, обняв свои колени, посмотрела на Эмму. Но Эмма не смотрела на Миллс. Она просто сидела и выпускала колечки дыма, смотря прямо перед собой и в тоже время в никуда. Она совсем не понимала сейчас свои чувства. Когда она встала и увидела, что она сделала с Митчел, она усмехнулась, понимая, что это все был тот самый приступ ярости, про который Свон и говорила совсем недавно Реджине. Но Эмма не могла себя контролировать, да и сейчас сидя на траве и куря, она не может сказать, что жалеет. Ей понравилось. Она чувствовала свою власть над этой женщиной. Силу, уверенность, что она ее и больше ничья. А это уже само по себе чувство, которое невозможно просто так выкинуть из головы. Алекс сидела и смотрела на Эмму, ей было безумно хорошо несколько минут назад. Но сейчас накатила такая грусть и тоска от того, что Свон так холодна сейчас. Что не смотрит на нее. Что не хочет обнять и прижать к себе. Сердце оборвалось от одной маленькой мысли, что это конец. Алекс поднялась, и ничего не говоря, пошла к своей одежде. Но увидела полотенце, лежавшее на лежаке, обернулась в него, чтобы скрыть свое тело. Как только Реджина поднялась, вместе с ней поднялись и серые глаза. Эмма хоть и молчала, но наблюдала за каждым действием Реджины. За грустным выражением лица, за тем как почти незаметно, но для Эммы, очевидно, трясутся руки, беря полотенце и укутываясь в него. Она пыталась найти взгляд Миллс, но та на нее уже не смотрела, хотя наверняка чувствовала пристальный стальной взгляд на себе. - Уходи, ты же хочешь сейчас уйти, - сказала Алекс и, закрыв глаза, замерла на месте. - Нет, не хочу, - совсем тихо сказала Эмма, но не сдвинулась ни на миллиметр. Пусть она теперь не ее Реджина, а Алекс. Она такая же ранимая, такая же добрая, милая, невинная. Такая же любимая и пусть теперь Алекс. Главное, что Эмма никогда ее не отпустит и сама никогда не покинет. - Иди ко мне, - после долгих, казалось бы совсем бесконечных пары минут, уверенно сказала Эмма, так и продолжая смотреть на не шевелящуюся Митчел. Реджина развернулась и посмотрела на пронизывающий ее серый взгляд. Вновь кинув свою одежду на стул, Миллс в полотенце пошла к Эмме. Увидев, что Реджина идет, Эмма подняла правую руку, показывая, чтобы та тоже присела на газон и крепко обняла ее. Брюнетка подсела рядом и обвила руками талию Свон, уткнувшись носом в ее плечо. - Я боюсь, что потеряю тебя. Эмма крепко обняла Алекс, настолько крепко, насколько это вообще возможно, чтобы дать понять, что она рядом, что она никогда не уйдет. - Маленькая моя, - прошептала Свон, - я не уйду. Я никогда не брошу тебя и не предам, - на последнем слове Эмма вздохнула, - пусть ты выбрала Алекс Митчел. Значит, я полюблю... Нет, не так... - сразу исправила себя Свон, - я люблю Алекс и всегда буду любить. - Эмма, я выбрала Алекс из-за тебя. Тебе нужно было выпустить то накопившиеся, что было в тебе. Кем бы я ни была, Алекс или Реджина, я буду любить тебя и Анджи всю свою жизнь и сделаю для вас все, что только вы пожелаете. - Дурочка, - улыбнулась по-доброму Свон и приподняла лицо Реджины, так чтобы она смотрела ей в глаза, - у тебя всегда будет выбор. Пусть Алекс, пусть Реджина, но выбирать будешь ты. Единственное, что подвластно мне - так это то, что ты всегда будешь моей. Я никому тебя не отдам. Ты моя, Миллс-Митчел, только моя, - уверенно сказала Свон. Миллс улыбнулась, из глаз покатились слезы. - Свон, вот, что ты со мной делаешь? Глава одного из крупнейших наркокартелей, сама Черная Королева, сидит и плачет. И это только потому что безумно любит одного детектива Чикагской полиции. - Главное чтобы это были слезы радости, а на все остальное наплевать, - кинула уверенно Эмма и, приподняв руку, аккуратно смахнула скатывающуюся слезинку с любимого лица. - Пойдем в спальню, - посмотрев в глаза, попросила Миллс, - это был очень трудный день. - Пойдем, - ответила сразу Эмма и, встав, помогла встать Алекс. Алекс и Эмма спали в одной кровати. После прошедшего дня и не менее эмоционального вечера они очень быстро заснули в объятиях друг друга.