Белая пантера

Эмма только поняла, что Митчел в безопасности и уехала, как здесь прогремел взрыв. Свон сразу развернулась в сторону авто и с истерическим криком побежала к машине. Но, не добежав даже до поворота, прогремел второй еще большей силы взрыв. Ударной волной от которого повалил всех стоящих на земле людей и Свон в том числе. Несколько секунд полного не понимания происходящего и Свон уже поднимается на ноги и сломя голову бежит к столбу дыма и огня, который виден даже за километры. - Нет! - крикнула из-за всех сил Свон и старалась как можно ближе подбежать к адскому пламени, нисколько не беспокоясь о себе и о возможном еще одном взрыве. В последнюю секунду, перед тем как Эмма уже почти вплотную подбежала к пламени, ее успел схватить и оттащить Джонс, который первым опомнился и сразу погнался за блондинкой. - Нет! Нет! Нет! - вырывалась, как могла Свон. Когда Кавана услышал взрыв, он повернул голову. Он как в замедленной съемке наблюдал, как Эмма побежала к очагу взрыва, а потом второй взрыв, сносящий все на своем пути. Рик побежал остановить Эмму, но там уже подоспел Джонс. - Алекс! - взявшись за голову, крикнул Кавана и подбежал к Эмме, - Свон ... Вертолет кружил над очагом огня и сообщал по рации, что выжить после таких взрывов просто было невозможно, хорошо он сам в этот момент отлетел дальше и даже с той вышины не видел ни машину, ни взрывы, а не то ударной волной и его бы накрыло, такой взрыв был силы. Вся полиция и спецназ как вкопанные встали и даже не знали, как им действовать. Было задание схватить Королеву любыми силами - живой или мертвой. Но взрыв спутал карты всем, даже копам. Эмма сгибалась и из последних сил старалась вырваться из крепкого кольца рук Киллиана. Она кричала, извивалась, пыталась ударить, но хотела быстрее оказаться рядом с любимой и пусть и в горящей машине. Сердце бешено колотилось в груди, Эмма смотрела на пламя, и сама не верила, что такое возможно. Джонс всеми силами сдерживал Эмму, чтобы она не шагнула прямо в пламя, унося ее буквально на руках от огня. Уже слышались сигналы пожарных машин и скорой помощи, а все наркобароны и просто лидеры преступных группировок, не дожидаясь пока их схватят полиция, в полнейшем шоке разъехалась. Остались только члены «Белой пантеры» все до единого. Они подбежали к раскуроченной машине, а точнее к тому, что от нее осталось, и стояли всего в нескольких шагах от Джонса и Кавана, которые уже вдвоем удерживали блондинку, от рокового шага. - Нет! Алекс! Этого не может быть! Нет! - твердила Эмма, - прости меня... Пожалуйста, прости! - кричала из-за всех сил блондинка и впервые за много лет почувствовала, как из ее глаз хлынули слезы. Истерика накрыла ее полностью. Она уже не могла сопротивляться и вырываться из захвата Джонса и Рикка. Ноги не держали, а крики становились все громче и громче. - Кавана, держи ее крепко. Мне нужно отменить операцию, а не то вас всех прямо тут и повяжут, - сказал Киллиан. Он понимал, что Эмма уже практически не сопротивляется, а здесь стоит почти все члены пантеры. Детектив взял рацию и отошел на один шаг от Эммы, и прямо смотря на адское пламя, говорил в рацию. Он дал полный отбой, говоря всем расходиться, и никого не сметь задерживать. И плевать ему в этот момент был, на все начальство и такой удобный случай. Спецназ, детективы, офицеры и все остальные услышали приказ и начали рассаживаться по машинам и уезжать. Звуки вертушки прекратились, вертолет улетел. Полиция в почти полном составе разъехалась. Кавана продолжал прижимать блондинку к груди, он и сам не верил в случившееся. Глаза Алекс продолжали всплывать в его памяти. Потерять двух лучших друзей за несколько дней, для него было очень трудно. Он хотел успокоить Свон, но слов не было. Да и какие тут могли быть слова, если твоего самого любимого человека взорвали. - Эммы ... я ... прости ... - Отпусти меня. Рик, пожалуйста, отпусти меня... - взмолилась блондинка, не слушая, что ей говорит парень, - я хочу к ней. Я хочу к моей Реджи. Пусти меня, Рикки... пожалуйста... - все громче кричала блондинка и вновь стала вырываться и брыкаться. - Нет! Я не позволю. Я не могу потерять и тебя. Я обещал ей, что ты будешь жить, и ты будешь. Я не верю, что она погибла, - прокричал Кавана. Он взял Эмму за плечи и начал трясти. - Свон, успокойся, я знаю, что ты сильная! - Нет... - Эмма качала головой, - нет... - повторяла она и без сил рухнула перед Кавана на колени, сгибаясь к земле и вырывая из груди истошный крик. Киллиан услышал крики Эммы и как только отдал все необходимые команды, сразу вернулся к ней. - Эмма... - только и мог вымолвить Киллиан, сразу садясь к ней и крепко обнимая и прижимая к себе, плачущую вовсю Свон. Он тоже не видел никогда такой блондинку. Даже после того рокового дня, когда она потеряла ребенка она так не отреагировала, а даже наоборот, стала более грубой, резкой, но не такой. Джонс очень боялся за Свон. Он знал, что она может сделать с собой все, что угодно, тем более она уже хотела это сделать, шагая прямо в пламя. - Джонс, нам нужно увести ее отсюда, - также вставая на колени, сказал Рик, - Эмма, уезжай с Джонсом. За их спинами продолжала гореть машина Митчел, но так как уже приехали пожарные расчеты, они принялись ее тушить. Точнее то, что после нее осталось. Раскуроченный кузов, отсутствие двигателя и нескольких дверей, полное отсутствие салона и разорвана крыша. - Скажи своим, чтобы срочно расходились, и уезжай сам. Мне передали, что капитан в ярости после моего приказа и может вновь прислать наряды, - говорил Джонс, поднимая с трудом, но все же Эмму. И крепко обнимая, пошел в сторону своей машины, не давая ей даже смотреть в сторону уже практически потушенного автомобиля Митчел. Рик посмотрел на Свон, а потом пошел к обгорелому автомобилю. Достав пистолет, он начал стрелять в воздух. Его примеру последовали все члены банды. Когда патроны кончились во всех обоймах, Рик повернулся к своим людям. - Я не верю, что Алекс Митчел больше нет с нами. Но все равно мы должны найти тех, кто убил Волка и взорвал автомобиль Королевы. Сказав, Кавана показал, что сейчас нужно всем уйти. Но когда все начали расходиться, вся охрана Алекс окружила уже потушенный Мерседес. Не подпуская к нему никого из пожарных и обычной полиции, которая приехала на вызов. Джонс посадил Свон в свой автомобиль и застегнул ремень безопасности. Эмма уже не сопротивлялась. Она просто опустила голову и давала делать с собой все, что угодно. Ей теперь было все равно. Все равно на себя, на свою жизнь. Алекс, Реджина. Ее Реджину взорвали. Всего минуту назад она говорила, что любит ее, а потом взрыв и все. Темнота. Жизнь оборвалась в один единственный миг. И уже ничего, совершенно ничего нельзя ни исправить, ни отмотать назад. Сердце раскололось на миллион маленьких частей. Нет больше ни эмоций, ни чувств. Есть только боль. Нескончаемая боль, которая ничем больше не излечиться. Никогда. Эмма никогда больше не сможет полноценно жить без любимой. Без единственного человека, которому полностью доверяла и бескрайне любила. Нет. Эмма определенно больше не хочет ни жить, ни бороться, ни чувствовать эту ужасную, нескончаемую боль. - Свон, нет! Не смей! – крикнул Киллиан, как только заметил, что Эмма отстегнула ремень и взялась за ручку двери. Он быстро схватил ее за руку и с визгом тормозов остановил машину, до того, как Эмма сделала роковой шаг. - Ты что, совсем идиотка?! – крикнул, не сдерживаясь, Джонс и увидел бешеные глаза блондинки, которые уже высохли от слез и показывали полную отстраненность и ужасную боль в самой глубине серых омутов. - Я не хочу, Джонс! – крикнула Свон, - я не смогу без нее! Ты меня не остановишь. Я все равно пойду за ней. Тебе понятно, Джонс? Понятно?! – кричала истошно блондинка, а затем все-таки вышла из машины, и тут же достала пистолет, пристегнутый к ноге. Киллиан увидел пистолет в руках Свон и моментально выбежал из машины, сбивая Эмму с ног, и тут же услышал звук выстрела. Пуля рассекла воздух и попала в капот автомобиля, так и не достав ни Эммы, ни Джонса, который буквально свалился на пистолет, поваливая вместе с собой и Свон. - Отпусти меня, Джонс! Сейчас же отпусти! – кричала, извивалась и снова истерила Свон, не давая Киллиану даже поднять ее на ноги. Она прижалась головой к земле и не могла больше сдерживать ту боль, которая как меч пронзила ее сердце и забрала последние остатки разума. - Эмма, пожалуйста! Успокойся, милая, Эмма.. Эмма… - Киллиан крепко обнял блондинку и спокойно говорил, стараясь хоть как то успокоить истерику блондинки. Он не знал, что нужно говорить в таких случаях, и даже не мог себе представить, что сейчас чувствует Эмма. - Отпусти меня, Джони, - ледяной и пронизывающий своей холодностью тон услышал Киллиан, после долгого часа спокойного ровного дыхания у себя на груди, сразу после того как Эмма хоть немного успокоилась. - Я успокоилась! Все в порядке. Это всего лишь очередная страница моей никчемной жизни. Всего лишь очередная утрата. Всего лишь потеря любимого человека, - все это Свон говорила без эмоций, с ледяными глазами и смотря прямо в глаза другу. Тон ее голоса был чрезвычайно спокойным, но в тоже время железным, резким, грубым даже больше, чем обычно. И Киллиан отпустил объятия, позволяя Эмме встать. - Новая жизнь, без Реджины-Алекс Миллс-Митчел. Я справлюсь с этим. Раньше справлялась и сейчас справлюсь, – продолжала свою железную речь Свон. Только вот ледяные глаза не врали, а все равно выражали глубочайшую и ни с чем несравнимую боль, которую ни за какими словами скрыть было невозможно. Киллиан все это видел, но также видел то, что Свон успокоилась. Пусть лучше железная, грубая, чем погибшая от своей же руки. - Посиди здесь пока, – Киллиан привез Свон в участок. Арестовать полиция ее не имели никакого права. Она нигде не светилась, нигде не была замечена, как нарушитель закона. Все сделки, которые она проводила с Грэмом, никак не отражались в полиции, и то, что она в них участвовала тем более. Доказательств ее причастности, к каким-либо операциям «Белой Пантеры» или нарушению закона просто нет и быть не может. Поэтому Джонс привез ее именно сюда, где для нее самое безопасное и привычное место. Может здесь, как когда-то она сможет забыться и уйти полностью хотя бы ненадолго от своих мыслей, которые непременно съедают ее изнутри, хоть она это не показывает уже снаружи. Он оставил ее в их кабинете, при этом забирая всё оружие. Хоть Эмма и говорила, что жизнь продолжается. Хоть она и включила полное отрицание своей боли и вообще всего произошедшего, Джонс решил перестраховаться. Сам он пошел на отчет к капитану, который как ни странно был даже рад такому стечению обстоятельств. Самый опасный преступник Чикаго, да и половины США был уничтожен. Пусть не силами ФБР и полиции, но факт остается фактом. Митчел мертва, а члены ее банды разовооруженны. Чему можно не радоваться? Спрашивал у себя капитан и единственное, что его огорчало так это факт, что она все время была у них под носом, и никто ничего не знал. Но капитан привык доверять своим людям, и даже не сомневался, что никто ничего не знал. А сегодняшнее событие его непременно радовало и он, забыв обо всем и всех, повел своих людей и всех тех кто участвовал в операции в ближайший бар, праздновать. Свон сидела в кабинете и уже как несколько минут просто смотрела в одну единственную точку на своем рабочем столе. Как так могло случиться? Как она могла отпустить ее одну? Как она могла оставить ее в такой трудный момент? Почему она не села вместе с ней в машину? Почему отпустила ее, тогда, когда обещала всегда быть рядом? Зачем она останавливала своих же друзей, которые так и так не стали бы в нее стрелять? Вместо этого нужно было сесть в эту чертову машину и пусть в последние секунды, но она была бы рядом! А сейчас…. А сейчас Эмма открывает ящик своего стола, который еще никто не успел занять и достает небольшой складной ножик. Нажимая на кнопочку, из ножен выскальзывает острое как бритва лезвие ножа. Эмма проводит по нему пальцем. Небольшое нажатие и она уже видит кровь на своем большом пальце. Но Свон не чувствует боли, ее притупляет боль потери любимого человека, которую Эмма уже не сможет стерпеть. И только остается надежда на то, что в том мире темноты они смогут найти друг друга. - Прости меня, Реджина… Прости, что никогда не говорила тебе этого. Прости, что была грубой и резкой с тобой, когда ты этого совсем не заслуживала. Прости, что не была рядом с тобой в этот момент. Прости, что не сдержала свое обещание… Прости и пойми мой поступок... Прости, я слабая Реджи… Прости, я не смогу без тебя … Прости меня, любимая…- и после всех этих слов Эмма с непроницаемым лицом смотрит на свою руку, с которой медленно стекает струйка крови и окрашивает пол густо красным цветом.