Six months that changed my mind

Уже второй раз я прихожу в себя после обморока на этом диване в доме Стайлсов. Стыдно. Очень стыдно. Ох. Вот сейчас лежу и смотрю в потолок. Какое интересное занятие! Вообще, было бы неплохо узнать, сколько времени, чтоб понять, могу ли я еще успеть в школу. Я немного приподнялась, и, конечно же, мое тело заболело. Но рядом с собой, на журнальном столике, я обнаружила стакан воды и две таблетки. Рядом лежала записка, на которой аккуратным почерком было выведено: "Кайла! Надеюсь, ты пришла в себя! Извини, не смогла остаться с тобой, потому что, если бы я пропустила еще одну пару по истории, то... Так, ладно, не будем о грустном! Мне кажется, что у тебя наверняка болят ушибы со вчерашнего дня, а возможно еще и голова. Рядом с запиской ты найдешь две таблетки: которая правее — от головы, а другая — обезболивающее. Надеюсь, они тебе помогут. Гарри придет пораньше, где-то в 13:30, так как я его отпросила с двух последних уроков, чтобы он поухаживал за тобой. Ладно, я побежала. Джемма." Джемма так заботится обо мне, на душе от этого становится так тепло. Это трудно объяснить. Раньше так делала только мама. Безусловно, папа тоже ухаживает за мной, но... Это по-другому. Нет, вы меня вряд ли поймете. Но я чувствую такую родную материнскую ласку. Боже мой, что я несу. Но ведь это действительно так. Улыбка, которая невольно образовалась несколько секунд назад, резко спала, как только я вспомнила про ранний приход Гарри. Ну да, как же, "поухаживает" он за мной. Только его тут не хватало для полного "счастья". Да и вообще, не хочу я его видеть после моего припадка. Он уже в который раз видел меня слабой. И это не дает мне покоя. Ладно, забудем про Гарри. Выпью-ка я таблетки, чтобы, наконец, заглушить нарастающую боль. В общем, так я и сделала. Обезболивающее подействовало мгновенно, и буквально через пару секунд я уже была готова самостоятельно и без падений, что немаловажно, передвигаться. Кушать мне не хотелось, поэтому я решила не заморачиваться о завтраке и не изводить продукты, находясь в чужом доме. Но потом я подумала, что это было бы неблагодарно с моей стороны - даже не удосужиться приготовить хотя бы обед людям, которым я обязана своей жизнью. Надеюсь, Джемма и Гарри не будут против моих проявлений кулинарных способностей. Я прошла на кухню, которая была немаленьких размеров, но в то же время от нее веяло уютом. Выполнена она была в лиловых оттенках, что придавало комнате тепло. Что бы мне приготовить? Хм... Ну для начала мне нужно хотя бы знать, с какими продуктами я буду иметь дело. Я открыла дверцу большого серебристого холодильника. То, что я обнаружила, немного удивило и расстроило меня. В нижнем отсеке лежали овощи, не пойми какой давности, чуть выше - картонная коробка, в которой я обнаружила остатки пиццы, сыр, ветчина, горчица, а дальше - только напитки. Так и гастрит можно же подхватить! Как можно этим питаться? Сказать, что я шокирована — ничего не сказать. Но меня привлекла неприметная жестяная баночка, лежащая за напитками. Я тут же ее схватила. Ананасы?! Тут у меня в голове стал зарождаться небольшой план моих действий. Так, ананасы в сроке. Лишь бы был еще самый главный ингредиент! Я открыла другую дверцу холодильника, так сказать, морозильную камеру. Я, неуверенная, но, полная надежд, взглянула туда. И, не может быть! Я обнаружила там именно то, что искала! Курица! Ммм, сейчас запеку курочку в ананасах - мое коронное блюдо! А как гарнир, пожалуй, подам картошку по-деревенски. Да, отличный вариант.

* * *

Проводя время за готовкой, я и не заметила, как пролетело время. Когда уже было все готово, часы показывали 13:41. Надо же, Гарри опаздывает. Еще лучше! Да и мне кажется, что он вообще не придет. Он гораздо охотнее проведет это время в каком-нибудь клубе, чем со слабачкой, которая постоянно падает в обмороки. Я уже наложила все на тарелки и стала было подумывать о своем уходе, как услышала звон от ключей. Неужели Гарри все-таки пришел? Я также слышала, как дверь хлопнула. Послышались приближающиеся шаги. В дверях показался знакомый мужской силуэт. Явился-таки. Я взглянула на лицо Гарри. Кажется, он в хорошем расположении духа. Его лицо украшала легкая ухмылка, которая тут же слетела с его лица, как только он посмотрел на меня. Я его настолько бешу? Я тут старалась, значит, готовила, чтобы он смотрел на меня со слегка нахмуренными бровями? Если честно, я ожидала немного не такой реакции. — Ну и как ты? — спросил Гарри. — Спасибо, уже лучше, думаю, завтра уже вернусь в школу. — Слишком длинная получилась реплика, ну и ладно. На мои слова Гарри никак не отреагировал, лишь перевел взгляд на накрытый мною стол и удивленно вскинул брови. — Эм, ты не голоден? Я просто решила, что... Вам бы не мешало поесть домашней еды и... В общем, вот. — Я замешкалась. Мне не была до конца понятна реакция Гарри, и, если честно, я немного ее боялась. Вдруг он сейчас психанет, что я использовала их продукты. Причем без их разрешения. Пока я терзала себя сомнениями, Гарри успел помыть руки и уже стал усаживаться за стол. Неужели? — Никогда не трогай без разрешения вещи в этом доме, — нарушил напряженное молчание он. Так я и знала. Ни капли благодарности. — И не тебе заботиться о том, что я ем и когда я ем. Может я ненавижу домашнюю еду, не думала ли ты об этом? — Голос Гарри все больше и больше повышался. Все-таки я серьезно ошиблась, когда подумала, что у него хорошее настроение. И его последняя фраза... — Если ты ждешь благодарности, то ты ее не дождешься, от меня тем более. Его та фраза... Я тут же перенеслась на годы назад.

Flashback.

— Кайла, доченька, ну поешь этот куриный суп, он очень полезен. Пожалуйста, — уговаривала маленькую меня моя мама, когда она была еще... жива. — Нет! — твердо сказала я. — Ну давай же, — твердила свое мама, которая не теряла надежды волшебным образом уговорить меня съесть этот суп. — Не буду! — начинала злиться я. — Кайла, поешь, это очень полезно! — чуть нахмурилась мама, а голос ее стал немного строже. — Я ненавижу домашнюю еду, не думала ли ты об этом? Я лучше съем заказную пиццу, она-то гораздо вкуснее!

The end of flashback.

Как же я была глупа. Внутри меня раздается непонятная боль. Боль прошлого. Такая боль возникает именно тогда, когда очень хочется что-то вернуть, но время оказывается намного сильнее нас, и оно нам не подвластно.* Я до последнего не верила, что человек начинает ценить что-либо, только когда он теряет это. Но это действительно так. Сейчас я бы все отдала, чтобы съесть приготовленный мамой куриный супчик. От нахлынувших воспоминаний заслезились глаза. Я и не заметила, что уже на протяжении нескольких минут совершенно отрешенно смотрела будто сквозь стену. — Ау! Ты тут вообще? — Теперь я окончательно вернулась в реальность, услышав голос Гарри. Кажется, кудрявый заметил мое состояние. — Ладно-ладно, извини, я не знал, что ты воспримешь все так близко к сердцу. Курица, кстати, очень вкусная. — И зачем Гарри Эдвард Стайлс извиняется передо мной? — Это ты извини, я не должна была без спросу брать ваши вещи. И это я не из-за тебя так... Гм, расстроилась. Просто я... Ладно, мне пора. — Я резко вскочила, схватила свою сумку и быстрым шагом направилась к выходу. — Эй! Подожди! — окликнул меня Гарри. — Тебя подвезти? А то вдруг опять в обморок хлопнешься. Я отчаянно замотала головой и как можно скорее покинула дом Стайлсов. Холодок тут же пронесся по моей спине. ________________________________________________ *Стейс Крамер. "50 дней до моего самоубийства".