Six months that changed my mind

Желание поскорее вернуться домой было настолько велико, что, казалось, ничто не могло остановить меня на моем пути. Однако, я, как настоящая подруга осознала, что не могу бросить Бри одну в клубе. И этот факт окончательно добил меня. Ноги стали непроизвольно подкашиваться, а глаза все больше слезились. Я сильная. Я не буду плакать. Не буду. Пришлось задрать голову кверху, чтобы ни одна слезинка не выпала из моих глаз, и я стала всматриваться в ночное небо. Не должна плакать. А вдруг однажды я уже не выдержу и сломлюсь? Не должна сдаваться. Но я уже на грани. На улице было достаточно шумно, была все еще слышна музыка из клуба, на проезжей части то и дело сновали машины. И именно сейчас я поняла, чего мне хотелось больше всего. Мне хотелось раствориться в тишине. Одинокая звезда, подобная небольшому хрусталику, падала вниз. Обычно я загадывала желания в таких случаях, но сейчас я только тихо прошептала: — Мама, не дай мне сломаться. После этого мне ценой больших усилий удалось заставить себя вновь переступить порог клуба. Народу нисколько не поубавилось, даже увеличилось. Практически все улыбались, но каждый по-разному. Кто-то одаривал всех похотливой улыбкой, кто-то улыбкой, немного пропитанной фальшью, кто-то пьяно улыбался, видимо, эти люди при помощи алкоголя пытались забыть о своих проблемах. Но мне ничто не поможет, никакой алкоголь не сможет заглушить мою душевную боль, у меня в любом случае появляется все больше и больше проблем. Я долго не могла найти Бри, но, наконец, я взглядом наткнулась на стройную фигурку, сидящую в окружении нескольких человек. Я быстрым шагом направилась к ним. Как ни странно, по мере моего приближения к этим людям, с которыми разговаривала подруга, они все также не казались мне маньяками или убийцами, наоборот, выглядели достаточно адекватно. Правда, я никак не знала, как мне заговорить с Бри и оторвать ее от, видимо, очень увлекательного разговора. — Бри? Девушка сразу перевела взгляд на меня. — Кайла, куда ты там пропала? Я, между прочим, познакомилась с очень хорошими людьми и... — Бри, мы идем домой, — перебила я ее. — Что? Но почему? Мы даже тут двух часов не пробыли! — Бри, я хочу домой. Либо ты идешь со мной, либо без меня. — Моя фраза прозвучала очень нелепо, но, кажется, подруга поняла, что я имела в виду. — Кайла, извини, но я бы хотела тут еще немного остаться. К чему такая спешка? Давай еще немного повеселимся! — Мне не до веселья. — Я пошла домой. — Придется идти одной. Просто замечательно. Я быстро покинула помещение, и, как ни странно, Бри так и не изменила своего решения. Я же все-таки лелеяла надежду, что она остановит меня и скажет, что пойдет со мной на все четыре стороны. Я не любила ночные улицы. Да, они красивые, с этим я не смею поспорить. Но, как говорится, красота опасна. Не то чтобы я параноик, который вообще боится выходить на улицу из-за того, что меня могут изнасиловать. Просто это действительно опасно, а я не такая смелая. Где вы видели смелых людей, больных раком? И снова я почувствовала чей-то взгляд на себе. Мне порядком надоели мои галлюцинации, если, конечно, мне это мерещится. Я не могла ничего поделать с собой, сердце стало биться чаще, а ладони вспотели. Чтобы лишний раз убедить саму себя, что никто за мной не следит, я резко обернулась. Я вздохнула с облегчением, когда поняла, что за мной и вправду никто не идет. И только я хотела продолжить идти, как мимолетно уловила взгляд тех самых темных глаз. Он вернулся. Я из-за всех сил побежала домой.

* * *

День предвещал быть хорошим. Во всяком случае, я проснулась в хорошем расположении духа, несмотря на весьма ранний подъем из-за начала новой учебной недели. Даже тот факт, что мне придется ходить по школе с шарфиком на шее, не смог омрачить меня. Я просто повязала на голубую блузку шарфик фиолетовых оттенков и больше не останавливалась на этом. Во время моей прогулки до школы я чувствовала себя на удивление свежо и легко. Занятия хоть и проходили скучно, так как меня никто не спрашивал, но и не казались бесконечными, что определенно радовало. Первые три урока пролетели практически незаметно. Затем наступила большая перемена, и мы с Бри направились в столовую перекусить. Пока я выбирала, что мне взять из еды, Бри увлеченно рассказывала про своих новых знакомых. Они, как выяснилось, веселые и воспитанные ребята, которые зачастую поют в разных барах, куда их приглашают как музыкальную группу. Бри также сообщила, что мы просто обязаны как-нибудь попасть на их выступление, а я должна нормально познакомиться с ними. Я не стала противоречить, тем более, ничего плохого от новых знакомых не будет. — Кай, а почему ты вчера так быстро покинула клуб? — Этого вопроса я вообще не ожидала, и он застал меня врасплох. — Понимаешь, я, эмм... Мне не пришлось долго думать о том, как правильно сформулировать мысли, потому что меня прервал приход Зейна. Он стоял около нашего столика, смотрел на меня и противно улыбался. Зачем все это? — Кайла, а чего это ты шарфик надела? Тебе холодно? - Узнаю Зейна. Опять этот его издевочный тон, который я терпеть не могу. Хочется просто потерять сознание и не слышать его. — Хм, а знаешь, он тебе не идет. Я просто отвела взгляд, не желая начинать ссору. — А что это ты молчишь? Шарфик так на горло надавил, что ты и слова сказать не можешь? Почему он ко мне так пристал? Почему он пристал к моему шарфику? Что я всем сделала плохого? Я встала из-за стола. Тут я услышала голос Найла, доносившийся позади Зейна. — Зейн, отстань ты от нее. — Мой защитник. — Только сейчас. — Я хотела обрадоваться, что от меня уже отстанут, но не тут-то было. Легким движением руки Зейн сдернул мой шарф. Он сдернул мой шарф. Он сдернул то, что покрывало мою шею, покрытую следами удушья. Все, кто стоял рядом, были, мягко говоря, в шоке. Найл, Гарри, Бри и сам Зейн оглядывали мои красные следы с нескрываемым ужасом. У меня даже нет слов. Мне порядком надоел этот цирк, и я как можно скорее покинула столовую. Я забежала в женский туалет, села на холодную плитку и облокотилась о стену. Спасибо всем, кто меня ненавидит. Вы доводите меня до состояния полусмерти, вы просто внушаете мне желание отказаться от жизни, но я не ломаюсь (почти), и это делает меня сильнее. Я не сдамся, ведь так? Ответом на этот вопрос послужили непрошенные слезы.

Как же меня все это достало.