Media et remedia

Примечание автора: Я настолько устала это писать, что моя голова разболелась и отказывается проверять написанное. Извините, я займусь этим позже. И ещё кое что. С этой главы начинается настоящая отсебятина, настоящее надругательство над вселенной несчастного Страффи. Надеюсь, вы готовы. Профессор, измученный, совсем без сил, сидел на каменном полу. Его окружали тени, мрак и смрад гниющей плоти, настолько отвратительный, что каждый вдох давался с трудом. Это были маги, феи, ведьмы – все они рыдали, просили милости, умоляли о смерти, но Лорду нужна была только информация о Реликсе, а не их бессмысленные мольбы. Он получил, что ему нужно, а теперь монстры жевали черепа его пленников, перемалывая кости вместе с червями. Хватали своими жёлтыми зубами рёбра и выгрызали вместе с ссохшимися лёгкими. А на померкшие от земли и царапин доспехи капала их ядовитая слюна. Авалон всё бы отдал, лишь бы не слушать этот хруст, чавканье и визг металла, когда когти теней резали чей-то латный доспех. Профессор смотрел выше, на противоположную стену, где прикреплённый к выступу железной опорой горел факел, и старался справиться с тошнотой и комком в горле, наблюдая, как дрожит язык яркого оранжевого пламени, освещая стены. Пламя навивало мысли о том, что, может быть, профессор прихватит этот огонь с собой, сбегая из темницы. Может быть, он продержится немного дольше, чем его неудачливые соседи. Как бы ему хотелось в это верить. «Нет», - сказал двойник, демонстрируя острые зубы, словно у хищного зверя из Диких Земель, – «Ты умрёшь здесь». Профессор вглядывался в своё изуродованное шрамами лицо сквозь прорезы на ржавой железной маске, и Ангел Смерти казался ему монстром, страшнее и ужасающее остальных. Ведь это был его собственный монстр. Но всё это уже было позади: монстры, темница, побег, что вытянул последние силы, Алфея и доброе лицо директрисы с забавной причёской на голове, которую хотелось отрубить золотым мечом и зашвырнуть в ближайшую урну. Теперь у Авалона есть два обличия: одно, что принадлежало ему раньше и второе, что любезно подарил ему Валтор. Но разве профессор заслужил такой чудный подарок, отнявший у него прежнюю жизнь, преподнеся взамен нового хозяина. Служить Лорду после всего было безумием, но единственное, что осталось у Ангела Смерти – преданность Фениксу. Сейчас он лежал на полу в кабинете, не торопясь открывать глаза и заводить разговор с колдуном. В помещении стояла мёртвая тишина, Авалон слышал тиканье часов и спокойное дыхание Валтора, который о чём-то задумался. Возможно, он тоже думал не о таких уж и важных вещах. Прошло минут пять или десять, когда колдун несильно ударил профессора ногой по плечу. Тот вздрогнул от неожиданности, открыл глаза. Первое, что он увидел, была его улыбка, несколько раздражающая. - Поднимайся, Ангел, - приказал Валтор. Авалон встал на ноги и почтительно склонил голову. - Чем могу быть полезен, колдун? – профессора одолевали сомнения. В существе перед ним хватало магии только чтобы поддерживать человеческий облик. Зачем Лорд вообще сотрудничает с магом без капли магии. Всё интереснее и интереснее. - Мне нужно попасть на Солярию, Ангел, - начал Валтор. - Но… - Вам бы не помешал отдых, - закончил Авалон. Теперь он понимал. Два солнца Солярии, мощный источник энергии. Как в прошлый раз. – Если вы не возражаете, я могу предоставить вам мою комнату в учительском корпусе. Конечно, Валтор не возражал. Замок Лорда принадлежит только Лорду, предназначен лишь ему, и Авалон прекрасно это понимал. Он был там и видел: в каменных стенах трудно существовать, ведь Феникс не любит гостей, лишь свои тени. За одну ночь близость энергии Тёмного Феникса уже утомила колдуна, она сказывалась на Валторе не лучшим образом. И сейчас маг не отказался бы от человеческого жилья. Он поднялся с учительского кресла, кивком указывая профессору на дверь: - Веди меня. Авалон, повинуясь, направился к выходу, открыл дверь и придержал её, позволив колдуну выйти. После закрыл, негромко щёлкнув замком, и быстрым шагом догнал Валтора. - Прошу сюда, - указывая рукой на левый коридор. – Сейчас идёт урок, трудно кого-либо встретить, но с наименьшим риском можно пройтись и по тёмным углам. - Такие есть в Алфее? – поинтересовался Валтор. - Да, классы философии редко посещаются, рядом заброшенный литературный кружок, который профессор Визгис хочет обустроить для некоторых магических опытов, а здесь неудачное заклинание сделало обстановку класса непригодной для занятий, и из-за пугающего вида помещения, которое было достаточно жутким ночью, чтобы напугать первокурсниц, феи придумали сказку о призраке. - Ты достаточно много знаешь о школьной жизни. - Конечно, доверие ко мне в стенах этой школы огромно: как среди учителей, так и учениц. - Это неудивительно, - сказал Валтор, – с твоим обаянием. - Благодарю, - ответил Авалон и через пару секунд добавил: – Сейчас мы с вами поднимемся выше, на второй этаж, к комнатам учителей. Они продолжили свой негромкий размеренный разговор о школьных буднях, делая вид, что давно знают друг друга. Колдун просто любил любезничать с людьми, а Авалон знал, что, если не отвечать на любезности искусных магов, можно попасть в большие неприятности. Так вышли к небольшой лестнице, круто закрученной вверх. Зал был выполнен в зелёных оттенках, не в пример остальным комнатам в Алфее: ступени и перила были приятного салатного цвета, украшенного золотым узором. На вытянутых в длину окнах с мозаиками в форме фей кое-где стояли горшки с цветами, и в помещении угадывался лёгкий аромат их пыльцы. А под потолком висела люстра, украшенная изумрудами, купленными именно в Солярии, если судить по их невероятному сиянию. Безусловно, Фарагонда имела более сдержанный вкус, чем ученицы: ей не требовалось, чтобы краски пестрили, словно в радужной гриве зверя гармонии. Но, тем не менее, роскошь была неотъемлемой частью учительского корпуса, создавая впечатление настоящей элитной школы. Далее следовал коридор с множеством дверей, на которых были таблички с именами. Комната Авалона была одной из последних. Они прошлись по скользкому зеркальному полу, и профессор открыл дверь маленьким серебристым ключом. - Входите, - пригласил он и, дождавшись, когда Валтор зайдёт, продолжил: - здесь нас не подслушают. Если вы хотите что-то спросить, спрашивайте. Насколько мне известно, вы давно не показывались в магическом измерении и бездействовали. - Ты тоже бездействовал, Авалон, - пожал плечами Валтор, рассматривая в окно школьный двор. - Хотите узнать о внутреннем положении на Солярии? – продолжил профессор. – Вы с Тёмным Фениксом ведь планируете скорую атаку. Какой здоровый интерес к его планам. Валтор хмыкнул и оглянулся на Авалона. Фигура в белоснежном пиджаке, будто светящаяся в полутёмной комнате, но лицо трудно разглядеть за чёрными, слегка поседевшими волосами. Колдун занервничал. Вдруг его заклинание подействовало не совсем так, как хотелось бы. - Не хочу раскрывать все карты сразу – Даркар пока будет вне игры. Я собираюсь лично пробраться в замок. По заброшенному подземному водохранилищу. Авалон не спускал с мага настороженного внимательного взгляда. - Но там обитает множество тварей, немногим слабее теней Лорда, туда персонал не ходит, даже стража изредка появляется. И откуда вам известен вход в водохранилище? - Мы с Кассандрой говорили ранее о более надёжной защите этого места. Я даже помог ей с парой заклинаний. - Но монстры… - Ангел! Ради этого я и подарил тебе второе лицо, - Валтор устало вздохнул, поправив спавшую на лицо прядь сальных волос. – Так где тут можно принять душ? Профессор проводил колдуна до ванной комнаты, мило разъяснил, что шампуня с запахом клубники у него нет, заметив, что живёт он очень скромно, ведь учительская зарплата оставляет желать лучшего, и, сказав, что отлучится ненадолго по делам, оставил Валтора наедине с душевой кабинкой. Он отлучится ненадолго. У него дела. У Ангела наметились какие-то дела. Колдун печально осмотрел скудный набор пузырьков на стеклянной полочке, который раз пожалев о том, что не имеет ни капли лишней магии. Нет, шампунь с клубничным запахом – это важная вещь, но сейчас больше всего нужно было связаться с Даркаром. - Чёрт, лишь бы Феникс быстро сообразил, что к чему. Будет грустно, если Ангел прихлопнет птицу. Валтор снова осмотрел пузырьки. Ну, не может у нормального человека не иметься шампуня с запахом клубники! *** В это время Лорд Даркар величественно восседал на троне, с которого совсем недавно согнал потягивающегося и сонного колдуна, рассеянно хлопающего глазами. Он даже зевнул пару раз, накладывая на себя иллюзию. Тот факт, что сейчас Валтор находился в Алфее и не мог оценить величие Феникса на своём законном месте в вернувшем былое великолепие замке, да и не сможет увидеть этого ещё очень долгое время, пока будет на Солярии, повергало Лорда в уныние. Принято считать, что злые Тёмные Лорды за кадром придумывают очередной коварный план, мерзко похихикивая, а не предаются тоске, но эта теория, по крайней мере, к Лорду отношения не имела, и Феникс был ужасно рад появлению Ангела в его владениях. Конечно, профессор не знал расположение подземного замка – к нему вели лабиринты, которые постоянно меняли тени, но второе его лицо прекрасно помнило, где искать Лорда. Между ними давно было некое подобие дружбы, крайне странной. Человек, принявший форму птицы и крылатый монстр, приносящий несчастья. Но сейчас Даркар едва узнавал своего помощника: это был даже не Ангел, а лишь маг, в которого силой запихнули чужую личность. Взгляд Феникса омрачился. - Зачем ты явился? – извечный вопрос, полагающийся непрошеным гостям. И ответ не заставил себя ждать. Неожиданная вспышка света, но Даркар уже успел создать щит от мощного солнечного заклинания, созданного Ангелом. Нет, Феникс был не из рода колдунов, как Валтор, не из тех, кто подолгу зубрит заклинания, заучивает руны и пентаграммы, изучая толстые старые книги, наполовину состоящие из пыли предков. Он знал боевую магию, которая хоть и не отличается особой оригинальностью, и не требует от практикующего умения держать в голове тексты по пять, а то и десять, четверостиший каждый, но при особом подходе превращается в рефлекс, который в случае неприятельской атаки защитит тебя гораздо лучше старого фолианта в руках. Ангел всегда помнил об этом умении и уважал его. А пародия не заметила. «Нам придётся постараться, если мы хотим, чтобы личность Тёмного Ангела главенствовала в этом теле», - кажется, так сказал Валтор. Но у Даркара были скудные знания о значении слова «постараться». Обычно Лорд приказывал, а за него старались другие. И сейчас, отбиваясь от атак Авалона, медленно, но весьма решительно продвигаясь к нему по тронному залу, заставляя отступать к холодной, освещаемой бесконечным потоком света и содрогающейся от взрывов стене, сейчас Лорд собирался претворить в жизнь своё крайне извращённое знание слова «постараться». Чтобы Авалон понял: теперь ему не сбежать из замка Теней так просто. Теперь монстр внутри его головы. Латная перчатка сомкнулась на горле профессора. Послышался жалобный всхлип. Авалон схватил Лорда за огненные доспехи, пытаясь освободиться, но не обжёг пальцы, продержав железо всего пять секунд: Лорд был вне себя от ярости. Теперь на шее будут красоваться красные следы его руки. - Кому ты служишь?! – прогремел вопрос Лорда, и тени испуганно попрятались по своим тёмным норам. - Лишь себе, - хрипло ответил мужчина, морщась от боли. - Отвечай или я убью тебя! Кому ты служишь, Авалон?! Но он не мог ответить. Одна его часть была привязана к школе – тот профессор, который приехал в Алфею провести пару занятий, но просто не смог покинуть это место, другая же жаждала служить Лорду. И какое бы лицо Авалон не выбрал: профессора или Тёмного Ангела – другое будет тяготить его всю оставшуюся жизнь. Ведь он не умел творить зло и преподавать философию с диким желанием убить всех студенток ему не приходилось. Но жить хотелось. - Л... орд, - едва выговорил Авалон. - Да? – ответил тот, ослабив хватку, и профессор магической философии закашлялся, попытавшись сделать глубокий вдох. Теперь ему удалось встать на носки, и он всеми силами пытался удержаться в таком положении. - Позвольте мне убивать, Лорд, я жажду убивать, - взмолился Авалон. – Только не заставляйте шпионить в Алфее. - Просто иди с Валтором, - Даркар убрал руку, позволив ему освободиться. – На Солярии можешь убивать кого угодно. Принеси туда смерть. - Да, Лорд, - ответил Авалон и удивился, как привычно звучали для него эти слова. - Какими планами поделился с тобой Валтор? - Он хочет пробраться в замок через туннели у водохранилища. Он знает о входе на болотах, - Авалон провел ладонью по шее и огромные багровые пятна с появляющимися волдырями исчезли с его кожи, оставив только лёгкое покраснение. - У этого плана минимальные шансы на успех. Почему бы ему просто не попросить меня о помощи? - Кажется, Валтор не совсем доверяет вам. Повисла тишина ещё более неловкая, чем разговор. И, чтобы поддержать беседу, Авалон решился сделать некоторое замечание: - Здесь будто совсем ничего не изменилось, Лорд, - сказал он. Даркар окинул взглядом свои владения. В действительности он даже не думал о том, чтобы что-то менять, он лишь приказал теням убрать завалы, расчистить коридоры и восстановил остальное по памяти. Каменщик из него, конечно, оказался никудышный, но каким-то чудом важные и наиболее мудрёные места уцелели, а плоды его трудов более менее удовлетворяли эстетические требования Лорда, не такие уж и высокие. - Да, мне было несложно вернуть замку первозданный вид, - сказал Даркар. – Тени управились отлично. - Рад слышать, - улыбнулся Ангел и почувствовал себя как дома в этих стенах, что ранее давили на него изнутри. - Прости, что чуть не сломал шею, - внезапно раскаялся Феникс. - Ничего, Лорд, вы всегда были немного вспыльчивы. *** - Он очень сильный? – спросил Валтор только что вернувшегося Авалона. Разговор с Лордом занял много времени: уже наступил вечер, и колдун сидел не его небольшой одноместной кровати, закутавшись в одеяло и читая газету. Конечно, он понимал, что Ангел перед ним давно выболтал всё своему хозяину, и Даркар начал строить личные планы по отношению вселенной, которые возможно не сходились с планами Валтора. Но для начала этой игры ему нужно хотя бы восстановить силы, позаимствовав немного солнечной энергии у Радиуса. – В Магиксе, кстати, беспорядки. Авалон кивнул. - Да, там сейчас царствует отличный вор. Но, думаю, пресса вряд ли обратила бы на него внимание, если бы не пара неудачных покушений на магические артефакты. - И это всё один и тот же человек? - Когда приезжает полиция, от него остаётся только туман и больше ничего. Камеры его не засекают, датчики тоже. Начинают поговаривать, что это призрак или дух, но призраку артефакты без надобности. Авалон покинул колдуна, направившись на маленькую личную кухню, заглянул в холодильник довольно старой модели, без списка находящихся в нём продуктов. Обычно такой электронный список для удобства помещался производителем на дверцу, но на этом экземпляре его не было, и приходилось, как в старые добрые времена, заглядывать внутрь. - Вы пьёте вино? – вежливо поинтересовался профессор. - Обычно в продуктах для меня нет крайней необходимости. Это тело почти не человеческое, - признался Валтор. – Но если вы настаиваете… - Настаиваю, - подтвердил Авалон. Он не спеша разлил напиток по бокалам для шампанского, вернулся в гостиную, протянув один поблагодарившему его колдуну. - Так насколько силён Даркар? – снова спросил Валтор. - Крайне. Ему не составило труда победить меня, - развёл руками Авалон. - Чёрт, я не хотел призывать такого монстра, - буркнул Валтор, делая глоток холодной жидкости из бокала. - Быть может, вы не хотели, но этого желал Лорд, - ответил Ангел и изучающе взглянул на колдуна, припоминая свой разговор с Фениксом. Как там выразился Даркар? «Мальчишка на побегушках у Трёх Древних Ведьм». Не верится. Они замолчали.