Искорка

Я взял с собой сумку-холодильник с кровью, два непонятных современных романа, которые нашлись, пару свеч, выдохнул и снова вошел к Нему. — А почему ты с кровью? — Недовольно нахмурилась Ирина, обиженно надув губки. — Ну, ты ешь мало, не хочу слишком много выпить, — я заискивающе улыбнулся. — Кстати, о еде. — Оно поманило меня пальчиком. Сразу понятно, когда говорит Оно, а когда — моя искорка. Неуловимое изменение интонации... — Так у меня еще эта не зажила, — я приподнял руку с еще безвольно болтающейся кистью, — как же мне читать? — Ну ладно. — Вот это явно Ира огорчилась, опустив голову. Следующие полчаса было тихо — девушка читала свою книжку, я просматривал древний фолиант. — Малыш, можешь прочитать? — Буквы были совсем корявыми. И она прочитала. Легко, прикрыв глаза, явно на память, сразу переводя на русский. Язык был витиеватым, но суть ритуала я уловил. Брюнетка расплакалась, глядя на меня с обидой: — Ты меня такую не любишь! — Малыш, глупенькая, люблю, конечно! — Я притянул ее к себе. — Пойми, мне дали сутки, потом тебя сожгут. А как я буду жить без тебя? Пожалуйста... — А это больно, — как обиженный ребенок, всхлипнула она. — Зато потом мы будем вместе, ты и я. Если хочешь, можем уехать в другой город, да хоть в другую страну! — Честно? — Неверящий взгляд багровых глаз, уже почти родных... — Честно-честно. — Она улыбнулась и поцеловала меня в нос. Спустя час все было готово. Дерганые люди-помощники помогали мне чертить символы, Ира равнодушно лежала в середине октограммы. — Пожалуйста, пусть сработает! — Шепотом взмолился я, капая из пробирок кровью мага, оборотня и вампира старше ста лет на сложный меловой узор. Черт, как же она кричала... И в ее нескончаемом крике ужасной муки слышался вой Существа, от которого все мои инстинкты забились в уголок сознания. Мне показалось, что я оглох — так резко оборвался крик. Я сразу рванул к скорчившейся девушке — плевать, Оно это или нет, лишь бы была жива... — Ира, Ир, маленькая моя!.. — Я встряхнул ее за плечи, пощупал пульс. — Малыш, только не оставляй меня! — Я устроил бессознательное тело у себя на коленях и укачивал, как младенца. — Искорка моя маленькая... — Есть хочу... — Я замер, боясь вдохнуть. — Мороженое... Я приподнял ее личико за подбородок — глубокие тени под карими глазами, виднеющиеся в приоткрытом ротике ровные белые зубки... — Будет тебе мороженое... — Я встал с ней на руках, протиснулся в коридор, выбежал на улицу, где уже совсем рассвело — Ира только прищурилась, отбросила со лба русые волосы.