-7-
8 июня 2011 г., 20:23
Опять утро. Оно без солнца. Это радует, хотя бы не слепит ещё не проснувшиеся глаза. Зато беспокоит другая проблема, которая, к сожалению, возникает каждое утро. Но о ней, думаю, не стоит.
— Том.. — шепчу в ухо брату. — Том, мы опоздаем, если ты сейчас не встанешь.
— Не опоздаем. — сквозь сон бурчит. Недовольный.
— Опоздаем, если будешь валяться. И модели уйдут. А денежки вместе с ними, Том! — тормошу его, слезаю с кровати.
Модели. Том и модели. Сегодня я всё это увижу. Только бы не было ничего не произошло. Я имею в виду поводы для ссоры.
— Бл*, Том, ну мы опоздаем! — стаскиваю с этого сопящего котёнка одеяло, он в ответ издаёт непонятный звук, переворачиваясь на бок. Через пару секунд медленно, словно мертвец из гроба, поднимается на постели. И спит сидя. Сейчас бахнется обратно на подушку.
— Быстро, Каулитц, иначе получишь по ж*пе. — говорю напоследок этому соне, направляясь на ванную.
Возмущённое бурчание мне вслед. Кто-то, похоже, останется без завтрака сегодня. Я точно буду сытым. А вот насчёт Тома ещё подумаю.
— Наконец-то! — хлопаю в ладоши, приветствуя входящего на кухню потрёпанного брата. — У нас есть шанс не опоздать.
— У нас ещё полтора часа, Билл. Ехать-то всего минут двадцать пять от силы. — медленно забирается на стул, кладёт голову на стол и прикрывает глаза. — Сделай мне завтрак, пожалуйста. — раздаётся из стола.
— Может, тебе ещё утренний массаж сделать? — смеюсь, потрепав его по голове и следя за тем, чтобы не подгорел омлет с беконом и овощами. Том не любит бекон. Но ради меня ест. Потому что мне он нравится.
— Да нет, сегодня обойдусь. — отрывает голову от поверхности, посмотрев на меня сонными глазами. Мне почти стыдно, что я поднял брата на его же работу так «рано»!
— Слава тебе, Господи. — кланяюсь, насыпаю нужное количество соли в еду.
— Слава мне. — улыбается во все тридцать два. Берёт кусок батона, намазывает на него плавленный сыр.
— Хватит в сухомятку жрать. — хочу отнять хлеб, но он ловко убирает руку.
— Отстань, зачем тогда слюни нужны? Не только же для того, чтобы тебя слюнявить.
— Ты невыносим, Том. — выключаю огонь на плите, накладываю омлет на тарелки.
— Мне побольше! — с набитым ртом пищит он.
— Х*р тебе. — ставлю перед ним тарелку. Сегодня я разделил ровно поровну. — Я говорил тебе не есть в сухомятку.
— Не разговариваю с тобой. — замолкает, доставая нам вилки и ножи. Облизывает пальцы, измазанные в сыре(бл*дь, ну почему нельзя взять салфетку?!), и разрезает свой завтрак.
— Не надо на меня смотреть. — говорит, глянув на меня и отправляя себе в рот очередной кусочек, тщательно пережёвывая.
— Меня забавляют твои вечные проблемы с ножом.
— Пошёл ты, у меня нет проблем с ножом. Это у тебя проблемы. Как хочу, так и режу, отстань. — ещё немного, и я поверю, что он обиделся. Смеюсь в ответ. И я уверен, что он мысленно пожелал мне подавиться.
— Не обижайся, мой хороший. — накрываю его кисть пальцами, слегка поглаживая. — Ты знаешь, я не со зла.
Молчит. Знает. Но всё равно молчит.
— Ты в них грохнешься. — замечаю я, смотря на брата в этих джинсах. Опять эти его огромные джинсы. — Одень какие-нибудь поуже. У тебя же есть!
— Поуже ты одел. Специально, похоже. — отвечает он, всё же стаскивая с себя эти джинсы и ища в шкафу другие.
— Неправда. — вздыхаю, застёгивая рубашку и усаживаясь в кресло. — Давай скорей.
— Не беси, пожалуйста.
Слава Богу, выехали мы вовремя. И недовольный Том в этих штанах «поуже» сидит за рулём с таким видом, будто я с него насильно снял те и запихнул в эти. Поворот, и мы подъезжаем к высокому зданию. Зеркальное. Я ещё раз поблагодарил небо за то, что нет солнца. Иначе бы ослеп точно.
— Ну, добро пожаловать. — брат открывает передо мной дверь в это зеркальное место, заходя следом.
Озираюсь по сторонам. Просторный холл, достаточно светлый. Почти нет тёмных деталей интерьера.
— Добрый день, Том. — улыбается брату молодая девушка, подняв голову от каких-то документов. — Рада тебя видеть, ты раньше отпуска вышел!
— Меня попросил шеф, Миранда. — он улыбается ей в ответ, что-то записывая в протянутой ему бумаге. — Это мой брат, Билл. Он сегодня со мной, в качестве гостя.
— Хорошо, если Маркус будет не против. — кивает Миранда.
— Думаю, не будет. Ладно, всё. Пойдём мы, а то опоздаем. Удачного дня!
— И тебе, Том!
— «И тебе, Том»! — передразниваю я, когда мы заходим в лифт. — Что ещё за Миранда, вы что, сто лет знакомы?
— Билл, я здесь работаю вообще-то. И отношения с коллективом у меня достаточно хорошие.
— Это я уже заметил. — прислоняюсь к стенке лифта, но, как назло, мы уже приехали, и двери открылись.
— Прекрати, если тебе станет легче, я с ней даже не флиртовал.
— Намного легче! — всплескиваю руками, состроив рожицу. Том ловит мою руку, сжимая её в своей.
— Я тебя люблю, ясно? — посмотрел в глаза.
— Я тоже тебя люблю. — улыбаюсь. И мне уже насрать на всяких там Миранд.
— О, Томас! — к нам подбегает мужчина лет сорока пяти. — Наконец-то!
Они пожимают друг другу руки, но брат моей руки так и не выпускает.
— День добрый, Маркус. Ну, где здесь эти модели, которых я должен снимать? — оглядывает помещение. Много места, очень много. И очень много света. Камеры. И ещё куча всякой аппаратуры, в которой я совсем не разбираюсь.
— Они будут с минуты на минуту. А это что за прелестное создание с тобой? — Маркус внимательно смотрит на меня, потом на Тома.
— Это мой брат-близнец, Билл. — я протягиваю Маркусу руку.
— Рад знакомству. — улыбаюсь я, чувствуя его сильное рукопожатие.
— И я рад. Жаль, что Том не отдаст тебя в модели. Я бы не отказался. — по-доброму смеётся.
— Не отдам. Даже не думай. У тебя и так моделей до хрена. А брат у меня один. — повиснуть на его шее и зацеловать. Этого мне хочется.
— Хорошо, хорошо. — Маркус поднимает руки вверх в знак примирения. — Я просто немного помечтал вслух.
— Помечтал и хватит. — миролюбиво говорит Том, отводя меня в сторону пары свободных диванчиков.
— Ты рассказывал про меня ему? — удивляюсь я, садясь рядом с братом.
— Да, было дело. Просто как-то раз работал с одной моделью и случайно ляпнул, что ты у меня получался бы лучше на снимках. И Маркус загорелся.
— Спасибо, что не отдашь меня. — придвигаюсь чуть ближе.
— Ещё бы я тебя отдал, ты дурак, что ли. Тебя загоняют очень быстро. — целует в щёку, обнимая одной рукой за плечи. Уютно. Уютно с ним.
Pov Tom
— Том. — Маркус подходит к нам. — Модели приехали.
Смотрю на брата пару секунд, поднимаемся вместе с диванчика.
— Хорошо, можно начинать? Есть какая-то конкретная тематика?
— Есть. Это должно быть что-то отчасти эротическое.
— Что?? — вырвалось из Билла.
— Билл, я тебе объясню, что такое эротика. — быстро перебиваю его. — Не обращай на него внимание, Маркус.
— В общем, ты можешь начинать, собственно.
— Хорошо. — улыбаюсь ему, оборачиваясь к Биллу. — Ты думай хоть, что из тебя лезет!
— Я не сдержался.. — опускает глаза. — Прости, просто я не ожидал эротической фото сессии, и меня это совсем не устраивает!
— Это работа, Билли. Работа. Дополнительные деньги уж точно не помешают. Не переживай, что ты.
— Я постараюсь. — он стоит вплотную, я мог бы обнять его сейчас и прижать к себе. — Давай, иди работай. А я понаблюдаю. — шепчет на ухо, отходя.
— Люблю. — улыбаюсь ему.
— И я люблю. — отзеркаливает улыбку.
— Ну что ж, девочки, добрый день. — я подхожу к четырём девушкам, все они обращают на меня внимание и оборачиваются. — Настраиваемся на рабочий лад и начинаем, наконец!
Похоже, я заставлю Билла понервничать сегодня.
— Нет, Избелла, не надо руку так класть! Кто тебя этому учил? Боже, ну придумай ты что-нибудь своё. Мне не нужны стандартные фотографии, которые можно увидеть везде! Мне нужно что-то необычное, понятно тебе!
Мне тяжело сегодня. Ставить их так, так и так. Как будто они впервые снимаются.
— Волосы свободней распусти. — смотрю, как они рассыпаются по её плечам. — Да, почти что так. Левую руку на правое плечо. Расслабь её, не надо напрягаться. Ты должна быть естественной. Бл*, невозможно. Маркус! — кричу я, оборачиваясь вокруг себя.
— Я здесь, чего тебе? — подходит он.
— Где ты взял их? Из любительского кружка? Из борделя? Откуда они взялись? Изабелла показалась мне самой лучшей, но даже она теперь мне не нравится! Не может встать так, как мне нужно.
— Я предлагал тебе снимать Билла, а ты отказываешься. — разводит руками шеф.
— Не об этом тебе сейчас говорю! Посмотри на неё! — указываю на стоящую в той же позе Изабеллу. — Чуть ли не каждая мышца напряжена! Здесь даже идеально поставленный свет не спасёт.
— Может, тебе их напоить?
— Чтобы падали, потому что стоять не смогут?? Спасибо, Маркус, ты такой офигительный советчик. Билл! — вздыхая, поворачиваюсь к брату, внимательно наблюдающему и слушающему всю эту хренотень.
— Мм? — тянет он, глядя мне в глаза.
Маркус начинает смеяться.
— Я говорил тебе, что он — лучший вариант! — говорит он.
— Я не об этом. — перебиваю его. — Билл, ты можешь положить левую руку на правое плечо?
— Эээ.. — неуверенно кивает, выполняя мою просьбу. — Зачем тебе?
— Не мне, Билл. Чуть смелее. Ну, что-то вроде, да. — жестом подзываю его ближе, обращаюсь к Изабелле. — Видишь, даже мой брат может сделать нормально! Или ты не привыкла прикрываться?
— Ты меня мучаешь уже минут сорок. — ноет она, чуть обиженно надувая губы. Вот только бабских соплей мне и не хватает для полного счастья. Хлопаю себя по лбу.
— Я так не доживу до конца этого мероприятия. Билл, встань, пожалуйста, рядом с ней. Нет, руку обратно положи, как я тебе сказал. — кивает. — И ты, Изабелла! А теперь оба изобразите мне что-то такое заманчивое.
— Том?! — изумляется Билл. — Что изобразить??
— Будь сексуальным, Билл. Только не чересчур. У нас не порно, а эротика.
— Ладно, потом поговорим. — вздыхает, облизывая губы и старается сосредоточиться. Секунду смотрит на модель, стоящую рядом, а потом устремляет взгляд в камеру. И у меня чуть не подкашиваются ноги. Снимок выходит моментально. Идеальный. Если не считать Изабеллу в кадре.
— Ого! — заглядывает мне через плечо Маркус. — Ну ни хрена себе у тебя братик! Я просто обязан был давно захапать его в модели!
— Даже не думай об этом. — улыбаюсь, глядя на фотографию. Не ожидал от него. Не ожидал от него такой отдачи.
— Что, так ужасно? — Билл смотрит то на меня, то на Маркуса.
— Нет, идите сюда оба. — подзываю их, разворачивая камеру к ним.
Билл приоткрывает рот от удивления, а Изабелла молчит, прижимая к груди небольшое полотенце. Ни одной эмоции на лице. Явно недовольна.
— Видишь, как нужно было встать и изобразить. — говорю ей.
— Вижу. — отвечает она. Также, без эмоций. — Я попробую.
— Том. — подходит ко мне другая девушка, Мария. — Мне бы побыстрей закруглиться, может, сначала меня отснимем?
С этой девушкой работаю не в первый раз. Вроде, даже не в пятый. Она всегда подходит слишком близко. И этот случай — не исключение. Чуть ли не дышит мне в лицо.
— Послушай, мы тут все в одной упряжке, понятно? Если тебе надо побыстрей — можешь уходить прямо сейчас, потому что мне нужно сначала закончить с Изабеллой. Ты не главная звезда среди моделей, Мария, так что не так уж страшно, если ты куда-то там опоздаешь. Да, детка, и не надо злиться.
Как же я устал от этих вечных капризов. От этих вечных бабских капризов.
— Так, давайте-ка, продолжаем.
И, примерно через двадцать минут ругани, через примерно пятнадцать кадров, Изабелла выжала из себя то, что я от неё хотел.
— Перерыв, иначе у меня скоро башка взорвётся. — глубоко вздыхаю. — Маркус, чтоб больше никогда не присылал мне таких моделей на съёмку! Билл — не модель!
— Пару минут спокойствия, пару минут спокойствия. — захожу в свой небольшой кабинет и плюхаюсь в любимое большое кресло. Уютное и мягкое.
— Можно и не пару, Томми. — следом заходит Билл, закрывая дверь. Хлопаю руками по коленям, брат с улыбкой устраивается на них.
— Ты классно спозировал, Билл. — искренне говорю ему, заправляя его шелковистые волосы за ухо. — Теперь Маркус от меня точно не отстанет со своим маниакальным желанием сделать из тебя фотомодель.
— Я не соглашусь. Попадётся какой-нибудь типа тебя, который будет постоянно орать на меня. — хихикает, обнимая меня за шею.
— Да ладно тебе, по-другому невозможно. Но обычно всё гораздо спокойнее. Не думал, что сегодня будет так.
— А когда ты закончишь? — мурлычет, его пальчики скользят по ключицам.
— Когда эти курицы смогут нормально встать, нормально посмотреть и сделать нужное выражение лица. — вздыхаю, понимая, что ещё еб*ться и еб*ться.
— Ты у меня умница. Заставишь их. А что это за Мария, Том? — тихо спрашивает, боясь нарушить почти волшебную тишину вокруг нас.
— Она постоянно пытается ко мне приклеиться. Я имею ужасное свойство — нравиться девушкам. — улыбаюсь, смотря в его лицо.
— Оно поистине ужасное, Том. Давай изуродуем тебя? — шутливо предлагает, обнажая зубы в красивой улыбке.
— Ну уж нет. Тогда я и тебе перестану нравиться.
— Не перестанешь, глупый. Я тебя любого люблю. — нежно тискает меня за щёки. Столько счастья в его глазах.
— Даже безщёкого? — обнимаю, едва касаюсь губами его шеи. Задерживает дыхание.
— Конечно. — заглядывает в глаза и видит самое дно моей души.
-***-
— Во сколько мы туда приехали, в двенадцать? — спрашиваю у брата, когда мы, наконец, едем домой. — Ну да. — он счастливо облизывает рожок мороженого, который долго выпрашивал у меня. — Ну Том, подумаешь, половина пятого. — Тебе-то всё равно. — заворачиваю к нашему дому. — А я так устал от них. Не надо было соглашаться на эту незапланированную херню. — Перестань ты жаловаться. — довольно гладит меня пальчиками по колену. — Я не жалуюсь, я просто устал. — паркуюсь, вылезаю из машины. — Ты мой бедненький. — захлопывает дверцу, ставлю на машину на сигнализацию. Брат протягивает мне руку. — Пойдём, я буду тебя жалеть. — Да ну? Как же? — беру его за руку, и мы идём домой. Билл по пути выбрасывает упаковку от рожка в урну. — Я подумаю, родной. Кстати, Том, я забыл совсем. Нужно прикупить кое-что. — Давай съездим. — предлагаю ему, когда мы останавливаемся возле лифта. — Нет, давай я сам, ты устал. — Я вполне способен дойти или доехать с тобой до магазина. — возражаю, смотря на него. — Что ты задумал? — Том, я сам схожу, хорошо? Не волнуйся, далеко не пойду. А ты иди, отдыхай. Всё потом узнаешь. Проводит пальцами по моей щеке. Нежно целует в губы. Если бы я мог видеть будущее, то ни за что бы не пустил его. Ни за что. Pov Bill — Ну.. Хорошо. — соглашается он, нажимая кнопку лифта. — Только поскорей, я уже скучаю. — Обязательно. Солнце так и не появилось сегодня. Тучи медленно ползут по небу. Но мне сейчас всё равно. Я хочу сделать брату приятное. Чтобы он расслабился и не вспоминал всю напряжность сегодняшнего дня. Это же просто. Вскоре я уже дошёл до магазина. Беру тележку, прохожу в торговые ряды. Так-так. Лаймы прямо перед глазами. Отличная идея. Ищу глазами зелень. Вот она. Настроение всё выше и выше. — Девушка, подскажите, где здесь алкоголь? — Почти к конце зала, налево. Увидите, там сложно не заметить. — Спасибо. — улыбаюсь ей. — Да не за что. По пути к алкогольному отделу набираю ещё несколько нужных вещей. Люблю этот магазин, в нём можно найти всё. Часто бываем здесь с братом. Наконец, беру бутылку рома и разворачиваю тележку, качу её к кассе. Случайно оборачиваюсь назад. Вздрагиваю. Из-за стенда с журналами на меня смотрит моя чёртова копия. Быстро отворачиваюсь, встаю в очередь. Что-то неприятно заколыхалось внутри. Посмотреть ещё раз туда не решаюсь. Оплачиваю покупки, набиваю ими пакет и выхожу на улицу. Сажусь на скамейку неподалёку, закуриваю. Дым сейчас приятно заскальзывает в лёгкие. Делаю три затяжки почти подряд, и начинает слегка кружиться голова. Примерно через десять секунд это проходит. Докуриваю и иду домой. Уже начало шестого. Улыбаюсь. Даже не обращаю внимание на то, что сумка тяжёлая. Звонит мобильный. — Томми, я уже иду. — говорю в трубку. — Хорошо. — добрый голос в ответ. Через десять минут я уже захожу в дом. Нажимаю кнопку лифта. Напеваю что-то про себя, перекладываю пакет из левой руки в правую и заскакиваю в приехавший лифт. Нажимаю цифру «9» и слежу за закрывающимися дверями. Что-то снова дрогнуло внутри. Но вдруг дрогнул лифт. И мигнула лампа на потолке. Холодок прошёл по спине. Лифт остановился. Понажимав на кнопки других этажей, я понял, что остановился он основательно. Кнопка вызова помощи выдаёт лишь тишину. Замираю, сжав крепче ручку пакета пальцами. Дыхание учащается. И мне становится безумно страшно. Я сказал Тому, что уже иду домой. Значит, скоро он начнёт волноваться, куда я пропал. Чёрт. А у меня даже мобильник не ловит ни хрена. Что делать, что делать. Паника возрастает откуда-то изнутри. Хочется орать, колотить по стенкам этого ср*ного лифта, но у меня будто всё сковало. Все мышцы. И забрали голос. Голоса просто тупо нет. «Том, Том, Том» — шепчут губы. Ни единого звука. Сколько прошло времени, минута? Две, три? Дрожат пальцы. Мобильный внезапно оживает, сообщая писком о том, что есть сеть. Трясущимися руками нажимаю на кнопки, отключая блокировку и набирая номер брата. Давай же, давай. Только возьми трубку поскорей. — Что-то случилось, Билл? — закрываю глаза, вслушиваясь в его голос. — Я в лифте, Том.. — чуть слышно говорю. — Ну отлично, значит, я уже могу не биться головой об стену со скуки. — Нет, Том.. Ты не понял.. — чёртовы слёзы покатились по щекам. — Что стряслось?? — он уже волнуется. Ответить я уже не могу. Единственная палочка показателя сети пропала. А меня уже трясёт от беззвучной истерики. Сползаю по стене на пол, стараясь забыть, как выглядят эти стены. Забыть, что это я здесь. — Он бы не пустил тебя одного, если бы любил на самом деле. — снова этот голос, как же я его ненавижу. Затыкаю уши, поджимаю под себя колени и стараюсь хоть как-то сдерживать слёзы. — Уйди... — шепчу сквозь зубы, тихо всхлипывая. — Уйди, что тебе нужно от меня?? — Всего лишь дать понять тебе, что ты заблуждаешься. Когда же это закончится. Поднимаю глаза на свой кошмар наяву. Гадкая улыбка, которая выражает массу негативных эмоций. Взгляд случайно цепляется за его кисти. Руки в чём-то запачканы.. Кровь?.. Он весь как будто убитый чем-то. Или он убийца. Убитый убийца. Почему я. Ну почему, чёрт побери, именно я. Прекрасный получился сюрприз для Тома. Я не заблуждаюсь. Он поймёт. Он поймёт и спасёт. Он вытащит меня отсюда. — Ты заблуждаешься. — голос растворяется в воздухе вместе с его обладателем. — Я не заблуждаюсь.. Я не заблуждаюсь.. Он любит. Любит, слышишь!!! — срываюсь на крик, ударяя кулаками по чёртовым стенкам, которые не дают мне выйти отсюда. Я заперт. — Любит.. Любит. — неосознанный шёпот вырывается из моих губ. Порывшись в пакете, достаю лайм и начинаю кидать его в двери лифта. Он нехотя отскакивает. Превратить его в пюре, что ли. Сколько мне ещё здесь сидеть? — Том.. — слёзы наворачиваются на глаза опять. — Том, Том, Том... Почему-то вдруг становится смешно. Смешно, что я сижу здесь, а Том где-то там. Смешно, что лайму вообще начхать, где он и что с ним делают. Просто смешно и всё. Истерично смешно. Pov Tom Связь прервалась. Билл в лифте. Связь прервалась. Брат в лифте. Выбегаю из квартиры. Вижу Патрика, нашего соседа с десятого этажа. Поднимается по лестнице. Парню лет двадцать пять на вид. Почти что спортивное телосложение. Блондин, карие глаза. Наверное, крашеный блондин. Стефан хотел перекрасить свои каштановые волосы, но передумал. И слава Богу, я бы убил его. — Привет, ты чего это пешком? — Патрик оборачивается. — О, привет, Том. — говорит он, подходя ближе ко мне. — Да лифт почему-то не работает. — Как не работает? — сердце вдруг ёкает, падает куда-то вниз. Билл в лифте. — Вот так, я не знаю, что там случилось. Ты чего вдруг так изменился в лице? — Там мой брат.. — почти шепчу я. — Билл там?! — чуть не подскакивает Патрик. — Я вызову спасателей! — он выхватывает из джинсов мобильный. — На лифте должен быть написан номер, по которому нужно звонить. И там же внутри есть кнопка вызова! — Может, она не работает.. — предполагаю я. У меня пропали разом все мысли. Я будто прирос к полу. Ничего не соображаю. Считываю номер с закрытых дверей лифта. Не выдерживаю и начинаю колотить по ним кулаками. — Тооом!!! — в уши врывается почти истеричный крик брата. И истерика уже настигает и меня. Я не соображаю, что я кричу, лишь чувствую, что стали очень болеть руки. Но не обращаю на это внимание. Что-то с громким звуком разбилось. Мои кости?.. Pov Bill Бутылка полетела в стену. Чёртова бутылка с чёртовым ромом. Разливая жидкость вокруг себя. Вжимаюсь в угол, но скоро она дотечёт и до меня. В воздухе запахло алкоголем. Осколки тонут в алкоголе. Я бы тоже там утонул. Но только не хочется абсолютно. Пытаюсь сесть удобней, потому что задница скоро перестанет чувствовать что-либо. Вляпываюсь рукой в прохладную вязкость. В ладонь врезается осколок. Мне расхотелось убирать руку, я позволяю осколку разрезать кожу глубже. Почти наслаждаюсь. Том там, снаружи. Я уже не могу кричать. Чувствую, что он чувствует меня. Нам обоим плохо. Стекло выпускает кровь наружу. Она сливается с ромом. Отдёргиваю руку, хватит. Не чувствую боли. Ничего не чувствую. Давлю ногой более крупные осколки. Хруст. Беззвучные слёзы по щекам. Pov Tom Я хочу стереть этот день из памяти. Насовсем. Чтобы никогда его не было. Не помню, сколько ехали эти идиоты, которые должны вытащить брата оттуда. Я не хочу это помнить. Не хочу помнить, как меня оттаскивали от дверей, как я не хотел уходить оттуда, как мне какой-то человек в светлом халате вколол что-то. Как отошла на задний план истеричность и заменилась безразличием. Не хочу помнить Билла, которого несли до квартиры. Который почему-то сидел в крови. В осколках. В чём-то алкогольном. Не хочу помнить его лицо, не выражающее ничего. Не хочу помнить его взгляд, адресованный мне. Я впервые в жизни был бессилен. Не мог ничего сделать для него. Вообще ничего. Он там сидел один. Без меня. Я ничем не могу ему помочь. Ничем. Какой из меня брат. Что я вообще за человек теперь. Я не хочу чувствовать его боль. Не хочу чувствовать его страх. Хочу пропасть. Несколько человек в светлых халатах. По-моему, их было трое. Они что-то спрашивали. Что-то обсуждали. Что-то говорили нам с Биллом. Я ничего не помню. Я просто смотрел на брата, который сидел напротив меня весь бледный, с пустыми глазами. С кровью на руке. Который смотрел мне в глаза. Который пытался мне что-то сказать. Я ничего не помню. Я хочу стереть. Стереть этот ср*ный день из памяти на хрен. Этот день моего бессилия. — Том.. — шепчет он, когда нас покинули все эти люди. — Том, очнись.. Я улетел куда-то в свои мысли. — Я задумался, прости. — вздыхаю, потерев глаза. — Том, ты нужен мне.. — Я не смог. Не смог, Билл.. — не могу смотреть ему в глаза. Я ничего сейчас не могу. Вообще ничего. Стереть этот день. Что с нами? — Ты нужен мне сейчас.. Чего ты не смог?.. Никто не виноват, что я застрял.. — замолк. Тоже хочет стереть, знаю. — Я виноват. Я не должен был тебя отпускать одного. И в этом моя самая главная вина. Не спорь.. Я виноват. Если бы мы пошли вместе, этого бы не было. Или мы бы хотя бы вместе застряли. — И кто бы нас вытаскивал? Кто ты вообще знал, что мы там? У нас сейчас было бы состояние гораздо хуже. — Это Патрик. — Что Патрик? Причём здесь Патрик, Том?? — Он вызвал спасателей. — голос будто пропадает. — И что?? Что из этого, Том?? — А если бы ты не позвонил, я бы вообще не знал, где ты. — словно это вообще не я говорю. — Том.. Томми, послушай, прошу тебя. — брат подошёл ко мне, опустился на колени и положил голову на мои ноги, заглядывая в глаза. — Если бы не ты, то неизвестно, сколько бы я там ещё сидел. Главное, что я успел сказать, что я в лифте. Главное, что ты не бросил меня там. Ты пытался хоть как-то помочь мне. Я это знаю. Чувствую, слышишь? Том, ну не молчи, умоляю.. — Всё равно, Билл, героем я себя совершенно не чувствую. Что-то сломалось. — Как твоя рука? — перевожу тему, беря его ладонь. — Болит? — Я не чувствую никакой боли. Порезался там осколком случайно. — он целует мои пальцы, и я ощущаю, как внезапно что-то кольнуло в сердце. Медленно глажу бинт, которым перевязана его рука. И лишь нежная боль перекатывается в моём сердце. Я просто тяну его к себе на колени. Просто обнимаю. Просто дышу, пытаясь унять перекатывающуюся боль. Которая нежно ласкает внутри. Которая не хочет пропадать. Моё сердце не спасти. — Прости меня, Билл. — шепчу ему на ухо, стараясь не упустить его между пальцев. Чтобы не ускользнул. Чтобы не пропал. — Мне не за что тебя прощать. Всё позади и всё в порядке. Кого мы обманываем, Билл? Что же со мной? Я слаб. — Как скажешь, родной. — почему-то хочется плакать. Почему-то хочется убежать. Почему-то кажется, что теперь всё пойдёт по-другому. Совсем не так, как раньше. Совсем не так. Почему я так думаю? Нельзя загадывать на будущее. — Люблю тебя, Билл. — просто и искренне. И впервые от него нет ответа. Он просто молча прижимается ко мне.-***-
Pov Bill Следующие несколько дней прошли тихо. Слишком тихо. Оглушительно тихо. Том сам не свой. До сих пор не может понять, что он не виноват. Но думает иначе. Винит себя во всём. Мне уже никак не уговорить его. И я уже даже не пытаюсь. Бесполезно. Рука постепенно заживает. Только не заживает душа. Её что-то постоянно дерёт. Постоянно. Неприятно. Что делать, когда часть меня не может понять, что всё уже забыто. Не так важно, что я теперь боюсь дверь в ванную закрыть. Прошу Тома быть рядом. И он рядом. Но он до сих пор винит во всём себя. И меня это раздражает порой. Вчера я наорал на него, потому что просто напросто устал. А я, успокаивая себя, накладывал уже четвёртый слой синего лака. Теперь недели две не сотрётся. А сегодня.. Сегодня опять ничего нового. Пол дня я шлялся по парку. Скурил полторы пачки. Вернулся домой — Том разговаривает с Маркусом, сидя на диване. Перед включенным телевизором. Вот так он отвлекается от действительности. — Уже можно завтра? Да ладно, серьёзно? Ну, тогда я согласен. Конечно. С чего ты взял? Нет, всё в порядке. Правда в порядке, я уже устал ничего не делать. Нет, конечно. Нет, всё в порядке, я ведь уже сказал. Ладно, тогда завтра созвонимся. Да. Пока. — он откладывает телефон и замечает меня. — Ты устал ничего не делать? — тихо спрашиваю я. Чую, как от меня пахнет сигаретами. Сильно. Не стоило столько курить. — Да. А ты нет? — Что за хрень ты ему плетёшь? — А мне что, говорить ему правду? Что я чуть брата не угробил? — Только не опять, Тоом.. — хватаюсь за голову, зажмуриваясь. — Хватит уже. — Послезавтра мне на работу. — Я очень рад за тебя. — достаю сигарету, закуриваю прямо в комнате. — Спасибо, что оставляешь меня. — Я не оставляю, Билл.. Мне нужно работать. И ты это знаешь. Уже давно в курсе, что уже скоро. — Отлично, уже послезавтра. — пожимаю плечами, безразлично затягиваясь. — Просто супер, братишка. — Билл.. — Иди на свою работу, за*бал. Может, хоть мозги вернутся в нормальное состояние. Нет, заткнись, ничего не говори мне. За*бал. И я просто ушёл. С ещё более изгаженным настроением. Тушу сигарету об дверной косяк и кидаю её на пол. Наср*ть.-***-
Вот и наступило оно. Это послезавтра. Когда Том идёт на работу. Хоть ничего между нами лучше не стало, я всё равно по привычке готовлю ему кофе. Знаю, что ему всё-таки необходима хоть какая-то забота от меня. Хоть немного. И я даю ему её. Несмотря на ситуацию. Кажется, что каждое наше утро почти одинаковое. Но сегодня оно мрачноватое. Как и вчера. Как и позавчера. Как и до этого. Но всё это не может изменить что-то, что плавно появляется внутри. При взгляде на него. При прикосновении к нему. При его близости. Что-то нежное внутри. Что-то только наше. — Доброе утро. — неожиданно сказал я, когда брат появился в кухне, вдыхая аромат кофе. Нравится, он любит кофе, приготовленный мной. Несколько удивлённо смотрит на меня, слегка кивая. — Доброе. Что это с тобой? — пододвигает к себе тарелку с завтраком, начиная есть. — Сам не знаю. Просто что-то такое.. Не знаю. — улыбаюсь. — Вот здесь. — провожу рукой по животу. — Залетел, наконец? — брат издаёт смешок, жуя. — Дурак. — пихаю его в плечо, наливаю кофе в его кружку. — Я всего лишь пошутил. — оправдывается он, проглатывая прожёванный кусочек и запихивая в рот следующий. Прожорливый. — Верю. Во сколько ты вернёшься сегодня? — ставлю перед ним кружку, сажусь напротив. — Часов в семь, думаю. — Ясно. А я буду тебе звонить каждые десять минут. — улыбаюсь. — Зачем? Не надо, меня Маркус убьёт. Я сам тебе позвоню в перерыв, ладно? — Я же шучу, Томми. Шучу. — привстаю, чмокаю его в щёку и сажусь обратно. — Всё хорошо. Позвонишь, как сможешь. Он позавтракал, собрался и ушёл. Поцеловал перед уходом. И ушёл на работу. Теперь так будет каждый день. Теперь всё снова как-то не так. И мне как-то не так. Мне как-то не так. Я не знаю, что с этим делать. Что мне теперь делать без него. Я с ума сойду. Быть может, даже в прямом смысле. Остаётся только Бога молить, чтобы этого не произошло. Нельзя, чтобы Том потерял работу из-за меня. Я могу справиться и сам. Не рассказывал брату о том, что видел в лифте.. Зря?.. Не знаю. Меньше знает — крепче спит. А я.. Я справлюсь. Том не позвонил. Не позвонил в два дня. Не позвонил в четыре. Не звонил ни разу. Не смог, не захотел, я не знаю. Сейчас уже пять. Ко мне уже и Патрик успел зайти проведать. Даже Патрик, Том, даже он пришёл ко мне! Даже он вспомнил!.. А тебе сложно позвонить. — Он и не вспомнит. — тру виски, не хочу опять слышать. — Ты сам это понял. — Что тебе нужно от меня?! Что тебе нужно?! Я сам могу разобраться в своей жизни!! — ударяю рукой по столу. Пепельница чуть сдвигается с места. — Он не вспомнит. — говорит это существо, так похожее на меня. — Ты ещё вспомнишь мои слова. Он просто поддался тебе, когда ты попросил его быть вместе с тобой. Поддался и всё. Он сам не понимает, что происходит. Он сам не верит в то, что любит тебя. — Хватит, хватит, хватит!!! ХВАТИТ!!!... — ору я, меня начинает трясти. Зажмуриваю глаза. В комнате пусто. В комнате никого нет кроме меня. Но этот голос словно застрял в моей голове, мозг прокручивает всё сказанное этим голосом. Медленно поднимаюсь со стула, иду на несгибающихся ногах в ванную. Закрываю за собой дверь. Мне почему-то не страшно сейчас. Поворачиваюсь к зеркалу и вижу отражение. В моём отражении теперь три человека. Нож в моём кармане. Он.. Откуда он там?.. Я не знаю, это и не важно. Почему-то сейчас не страшно находиться в замкнутом пространстве. И память оставляет меня. Pov Tom Жму на газ сильней. Быстрей домой, быстрей. Я ушёл на полчаса раньше. Сердце слишком беспокойно бьётся. Как будто что-то случилось. Подъезжаю к дому. Бегу в квартиру. Захлопываю дверь. — Билл, где ты? Билл! — зову его, снимая куртку и обувь. И ноги сами идут в ванную. И мне страшно. Тяну за ручку. Захожу и чуть не падаю. Сглатываю и борюсь с желанием убежать отсюда. Смотрю на стену и хочу выколоть себе глаза. — Билл.. — шепчу, кидаясь к нему. Он сидит неподвижно, все руки в крови. Взгляд пустой. И странная улыбка на лице. — Билл, ты слышишь меня?? Билл, ну скажи ты что-нибудь... Прошу тебя, Билл. Что произошло?! — Том.. — едва слышно выдыхает он. — Том, ты пришёл наконец.. Том.. А на стене крупными кровавыми буквами написано «Спаси меня, Том». И я снова оставил его. Я не спас. Я не спас его.
