Холодно-горячо

      «Энтерпрайз» вышла на орбиту Осдори точно по графику. Детали миссии были подробно обговорены еще четыре дня назад, еë приоритетными целями являлись изучение перспектив постройки колонии рядом с дилитиевыми месторождениями, исследование климатических и природных условий, а также анализ наличия опасных хищников или иных угроз на предполагаемой территории будущей колонии.       В назначенное время группа высадки собралась в транспортаторной. Помимо капитана, самого Спока и хмурого доктора, ворчащего, что распыление на атомы и последующая сборка обратно никак не могут положительно сказываться на работе пока еще живого организма, в десант входили лейтенант Хенсли, обязанностью которого было обеспечение безопасности, и два научных работника: лейтенант Льюис и энсин Саммерс.       Планета встретила десант не слишком гостеприимно. Повышенная относительно земной гравитация, сухой сильный ветер, яркий свет от огненно-красной Каивин, стоящей в зените на ультрамариновом небе, высокая температура воздуха и белый песок, отражение света от которого слепило глаза. Совокупность всех этих факторов превращала Осдори в не самое привлекательное место с точки зрения человека, Спок же чувствовал себя вполне комфортно. Триоксидная смесь для нормализации дыхательных процессов была введена доктором Маккоем всем землянам еще на корабле, к тому же с собой у доктора был еще ряд лекарств для облегчения восприятия группой высадки условий планеты. Вулканец был единственным членом десанта, физиология которого позволяла не использовать искусственные стимуляторы для нормального функционирования, собственно это и было одной из причин, по которым он в частном порядке при беседе с Кирком еще до брифинга рекомендовал включить себя в группу высадки. Тот в ответ лишь улыбнулся и ответил, что место в десанте для Спока было заготовлено еще при получении первых сведений о предстоящей миссии.       Сейчас капитан и его старший помощник шли рядом по пустыне в направлении на северо-восток от места высадки, где десантом уже были взяты пробы и проведен анализ местности при помощи трикодеров. Именно здесь прошла первая волна исследований планеты, результаты которых и стали причиной прибытия «Энтерпрайз». Необходимо было сравнить уже имеющиеся данные с новыми, полученными при помощи более совершенного оборудования, чтобы проверить результаты и проследить динамику возможных изменений.       Чуть позади двух старших офицеров «Энтерпрайз» доктор Маккой объяснял вполголоса энсину Саммерс специфику воздействия высоких температур на организм человека, на расстоянии нескольких шагов от них лейтенанты Хенсли и Льюис замыкали группу. Шаги идущего слева от вулканца Кирка были легки, лекарства, заблаговременно введенные доктором, снимали большую часть нагрузки от непривычных климатических условий, позволяя землянам ощущать гораздо меньший дискомфорт. Однако на лице Джима всё же видны были капли пота, и, глядя на него в ярком свете чужого солнца, Спок не мог не вспоминать то, что предпочел бы забыть.       Пустынный жар родной планеты, звон обрядовых колокольчиков, отвергшая полукровку гордая вулканка, возросший жар лихорадки, сжигающий изнутри, вероломный выбор Т’Принг в качестве защитника того, кто для её несостоявшегося мужа ценнее всех, собственная попытка сквозь накатывающее безумие воззвать к мудрости Т’Пау, мольба не дозволить свершить непоправимое и непреклонный отказ матриарха. Джим, стоящий на песке напротив Спока в качестве противника в смертном бою. Не этого хотел вулканец, признавая Кирка своим другом и приглашая на церемонию, совсем не этого. Ясный взгляд Джима, в котором читалась непреодолимая решимость, капли пота, скользящие по его лицу от непривычной жары, сильное тело, напряженное в ожидании очередного удара от того, кто предпочел бы умереть сам, чем причинить боль ставшему таким дорогим землянину. Но лихорадка сжигала остатки личности, а тело слепо повиновалось инстинктам, не позволяя разуму осознать, против кого бьется насмерть. И Спок даже не ощутил паузы, во время которой Маккой впрыснул своё спасительное зелье капитану, и смена оружия осознавалась как-то на периферии, и вновь продолжалась битва, и не появлялось никаких проблесков сознания вплоть до того момента, как бездыханное тело Кирка опустилось на песок.       А дальше существовала лишь боль. Спок не помнил, как нашел в себе силы оторвать взгляд от потухших глаз своего капитана, вынести слова Маккоя, говорить с Т’Принг и Т’Пау, а после отдавать свои последние распоряжения на «Энтерпрайз». Последние, по его мнению, распоряжения. Появление Джима, невредимого благодаря хитроумию доктора, стало моментом истины. Никогда еще Спок не был так близок к тому, чтобы полностью потерять контроль над собой без воздействия извне на свое сознание. Джим! Живой, рядом, светло улыбающийся и позволяющий прикасаться к себе, ощущать биение своего беспокойного сердца, неприкрытая радость землянина, что всё закончилось хорошо, усиленное многократно тепло по отношению к Споку, безоговорочное принятие и прощение. Джим! Ничье больше имя Спок не произносил так, как в тот момент, когда снова обрел своего друга. И пусть позже пришло осознание того, что они не одни и надо вспомнить о логике и контроле над эмоциями, но в те секунды ничего не было важнее того простого факта, что сердце Джеймса Кирка продолжало биться.       — О чем-то задумались, мистер Спок? — из мгновений прошлого вулканца вырвал негромкий голос того, чью смерть и воскрешение он только что заново пережил в своих воспоминаниях. Джим смотрел внимательно, цепко замечая малейшие изменения в мимике или интонациях собеседника. Споку очень хорошо был знаком этот взгляд. Кирк выглядел явно обеспокоенным состоянием вулканца, действительно слишком глубоко погрузившегося в воспоминания, — вероятно, самоконтроль Спока немного ослаб, и он чем-то себя выдал.       — Прошу прощения, капитан, я пытался проанализировать окружающие климатические условия, — ложь всегда была противна Споку, особенно ложь Джиму, но сил, чтобы сказать правду, он не смог найти, тем более что всего в нескольких шагах от них шли трое землян, которых явно не стоило посвящать в произошедшее на Вулкане. Однако, судя по выражению лица Кирка, попытка обмана была не очень успешной.       — О, я удивлен, что вы для этого не воспользовались даже трикодером. Хотя как я мог забыть, что ваши органы чувств гораздо более точны, чем земные, — капитан мягко усмехнулся, придвинулся чуть ближе и почти на пределе слышимости продолжил: — Мне тоже климат этой планеты кое о чем напомнил, но то, что было, уже закончилось, причем удачно для всех нас. Всё будет хорошо, Спок, поверьте мне, — подкрепляя это иррациональное утверждение, Джим аккуратно провел по плечу вулканца, передавая через контакт спокойную уверенность. Выглядело это так, как будто капитан смахнул какую-то нагло прицепившуюся к синей ткани пылинку, и не должно было привлечь внимания остальных членов десанта, за что Спок тоже был благодарен. Между ними, как это часто бывало, воцарилось уютное молчание. Вулканцу вообще весьма импонировала способность Кирка разделять атмосферу безмолвного понимания.       Спустя семь минут группа высадки подошла ко второй из точек, в которых требовалось проведение исследований. Судя по предварительному сканированию, пока отклонений от результатов, полученных первой группой исследователей, не наблюдалось. Энсин Саммерс во время взятия проб умудрилась глубоко порезать руку об одно из местных растений, и теперь ей, а заодно и всем остальным членам десантной группы, приходилось выслушивать ворчание обрабатывающего порез Маккоя. Тот привычно жаловался, что ученым только дай волю что-то поисследовать, так они сразу предпримут все возможные попытки, чтобы себя этим «чем-то» поранить, и хорошо, если «что-то» не окажется способным мгновенно убивать при простом соприкосновении.       Спок изучал показания трикодера, но часть его мыслей была далека от сухих цифр. Джеймс Кирк, золотистые волосы, ясные теплые глаза цвета темного янтаря, слегка покрытое румянцем от жары лицо, светлая улыбка и легкая насмешка в ответ на извечное ворчание доктора Маккоя, уверенность во взгляде и развороте плеч, легкие, едва слышные шаги... Его капитан, его друг, его брат, его t’hy’la, который никогда не узнает, какие нелогичные чувства вызывает у своего первого офицера. Усилием воли вулканец заставил себя полностью сосредоточиться на показаниях трикодера, поскольку собственные эмоции по отношению к Джиму ни в коем случае не должны мешать исполнению профессиональных обязанностей. Видимо, стоило больше времени посвящать медитациям, так как с высокой долей вероятности воспоминания о Вулкане поколебали не пришедшее до конца в норму после тиарийских пещер эмоциональное равновесие Спока. Пока доктор оказывал помощь пострадавшей, остальные члены десанта успели завершить сканирование, и группа направилась к третьему пункту своего маршрута.       Если во время предыдущих остановок результаты сканирования показывали крайне скудные залежи дилития в приповерхностных слоях планеты, то в следующей точке, судя по отчетам первых исследователей Осдори, ситуация должна была в корне измениться. Уже был достаточно хорошо виден скальный массив, вблизи которого, судя по отчетам предыдущей исследовательской группы, находились месторождения дилития. Равнинный ландшафт пустыни потихоньку сменялся вкраплениями глыб местного песчаника, вскоре группа высадки подошла к естественному проходу между двумя выпирающими на поверхность скальными хребтами из этого камня. Именно у этого прохода и было впервые зарегистрировано месторождение дилития исследователями, покинувшими Осдори несколько десятков лет назад. Из-за отдаленности звездной системы от торговых путей только сейчас было предпринято повторное исследование планеты. Видимо, ставшая более явной в последнее время нехватка столь ценного минерала привела к тому, что перспективными для разработки стали считаться и такие далекие планеты, как Осдори. Судя по показаниям приборов, где-то под толщей песчаника проходил сдвиг тектонических плит, благодаря которому месторождения дилития и сместились ближе к поверхности. В первых исследованных точках ценные пласты породы были погребены очень глубоко, хотя до момента проведения измерений всё же оставалась вероятность в девятнадцать процентов, что, благодаря гораздо более высокотехнологичному оборудованию, повторное изучение могло показать наличие дилития и там. На данной же территории дилитий находился в приповерхностных слоях, и существующие технологии вполне позволяли осуществлять его разработку.       Таким образом, дальнейшими задачами исследовательской группы стали определение объема залежей ценных кристаллов и анализ возможности создания колонии недалеко от предполагаемого места разработки. Одна из скал, образующих проход, отбрасывала свою тень на другую, и в этой тени, стараясь не прислоняться ко всё еще сохраняющему жар камню, вышел на плановую связь с «Энтерпрайз» капитан Кирк. Лейтенант Льюис обратился к Споку для консультации относительно нестандартных особенностей отображения на трикодере местных пород, а чуть позже вулканец услышал слабый, но нарастающий шум, показавшийся ему тревожным. Спок, сделав Льюису знак замолчать, стал искать взглядом его источник. Облако пыли, распространяющееся вниз с вершины скалы, в тени которой стоял капитан, с вероятностью восемьдесят семь процентов указывало на оползень, поэтому необходимо было срочно покинуть опасную территорию.       Резкий приказ Спока двигаться на максимальной скорости на юго-запад поначалу был встречен землянами с недоумением, но стоило им повернуться и увидеть поток каменной пыли, на который указывал вулканец, как всё стало ясно. Кирк, всё еще находясь на связи с Энтерпрайз, уже на бегу запросил срочную транспортацию и, захлопнув коммуникатор, поспешил в указанном Споком наиболее безопасном, по мнению того, направлении. Однако расчет вулканца оказался неточным, и огромная каменная глыба на пути оползня, которая по предположению Спока должна была приостановить поток камней, песка и пыли, сама покатилась вниз, с грохотом раскалываясь на более мелкие фрагменты.       Лучи транспортатора начали захватывать бегущие цели, но каменная лавина с оглушительным шумом спускалась всё ближе и ближе. Исчезли в свете транспортации энсин Саммерс и доктор Маккой, спустя семь секунд растворился в воздухе лейтенант Льюис, спустя еще минуту и тринадцать секунд бега по пустыне был транспортирован лейтенант Хенсли. В спину вулканца уже впивались маленькие камешки, долетающие с точек, где крупные глыбы разлетались на осколки, Спок мог бы развить гораздо большую скорость, но не хотел опережать бегущего рядом Кирка. Того уже, как и вулканца, окружал свет транспортации, но в тот момент, когда Спок посмотрел в очередной раз на капитана, он увидел периферическим зрением большой осколок породы, летящий в сторону Джима. Оценка ситуации заняла меньше десятой доли секунды, человек не успел бы среагировать на оклик, даже если бы услышал его сквозь шум каменной лавины, поэтому Спок резко сменил направление движения и сбил с ног Джима, закрывая его сзади своим телом. Свет транспортации, окутывающий их обоих, стал ярче, а потом вулканец почувствовал жуткую боль в спине и потерял сознание.       В первый раз Спок пришел в себя на полу в транспортаторной, ощущая невыносимую боль, уколы гипошприца и такое знакомое прикосновение ладони Джима к своему плечу, хоть и несущее в себе волны очень сильного беспокойства и вины, но означающее, что капитан жив и не травмирован. С этими успокаивающими мыслями вулканец позволил себе вновь впасть в беспамятство.       Когда Спок очнулся во второй раз, он уже лежал на койке в медотсеке, подключенный к каким-то приборам, боль почти не ощущалась, скорее всего из-за воздействия лекарств.       — Прекрати уже болтаться под ногами, Джим, ты все равно ничего не сможешь сделать сейчас, только мне мешаешь! Травмы очень серьезные, я сделаю всё, что смогу, но дальнейшее будет зависеть только от сил его собственного организма. Вулканский транс может помочь восстановиться после операции, но кто знает этих остроухих? Говорил же я, что вы вдвоем всегда влипаете в неприятности, не один, так второй, а то и оба сразу! — голос доктора Маккоя усиливался, отражаясь от стен медотсека. — Покинь помещение, сейчас важно каждое движение, я не хочу рисковать его жизнью из-за того, что отвлекусь на тебя в самый неподходящий момент! — звуки удаляющихся шагов и закрывающейся двери сменились короткими приказами Маккоя медсестрам, готовящим всё необходимое для операции.       — Да помогут нам все вулканские боги, если они вообще существуют, — тихий шепот Леонарда Маккоя был последним, что услышал Спок до того, как вновь потерял сознание.