The Ghost of You

POV Джерард       С каждой неделей Джастин менялся. Он уже не был привлекательным и милым парнем, он начал становиться грубым и злым.       Но я продолжал его любить. Он был единственным, кто у меня был, и я должен был продолжать с ним общаться.       Кроме этого, наверное, я заслужил к себе такое отношение. Ведь если он делал это, значит я сделал что-то неправильно, правда?       Он вошел в комнату и сел рядом со мной. Некоторое время мы просто смотрели телевизор. Он обнимал меня за плечи, и я чувствовал, как получаю от него любовь.       Он поцеловал меня, и я ответил.       Мне нравилось просто целовать его после всех тех вещей, причинявших боль. Его руки лежали на моей талии, он притянул меня ближе. Я лег на него сверху и улыбнулся.       — Эй, малыш, — мягко прошептал он, но что-то было не так в его голосе.       — М..? — нерешительно отозвался я.       Он поцеловал меня снова. Его язык просился войти, и я впустил его. Мы занимались этим некоторое время, все было вполне хорошо. Затем мы разделись и остались совсем голыми, он видел мои шрамы, которые его не волновали, он заботился лишь о собственном удовольствии.       Он рывком притянул мою голову, и я начал сосать его член. Я знал, что он скоро кончит, но незадолго до этого отпустит. Часто дыша, я вновь задался вопросом, почему он сделал это.       Он поцеловал меня и шлепнул по заднице. Я вскрикнул, но это его лишь рассмешило.       — Я хочу трахнуть тебя прямо сейчас, — сказал он мне.       — Я..я не думаю, что готов, — прошептал я, опустив глаза. Я знал, что он рассердится, услышав это.       — Я не спрашивал у тебя разрешения, — голос его был решителен, а глаза холодны, как лед.       Мои губы задрожали, и я почувствовал, как глаза наполняются слезами. Но ему было плевать. Он повернул меня на живот, а сам стал сзади.       Через мгновение я почувствовал что-то у моего входа и сразу понял, что это был его член. Я снова вскрикнул, но он не остановился. По лицу начали течь слезы, когда он начал продвигаться все дальше. Наверное, это была самая худшая физическая боль из всех, что я когда-либо испытывал.       Джастин застонал и двинулся еще дальше, а я почувствовал, что он вошел полностью. Я скулил и умолял его остановиться, кричал и плакал, но он лишь начал двигаться во мне.       Я упал, руки и ноги больше не держали меня. Из-за боли все вокруг расплывалось.       Я кричал настолько громко, насколько мог, но он лишь смеялся.       Внезапно комната погрузилась в темноту. Я недоумевал, были это галлюцинации или же свет действительно выключился.       Джастин остановился и переместился, начав входить под другим углом, и я был действительно благодарен ему за это, он по-прежнему причинял мне адскую боль, но не такую, как прежде.       Свет снова включился, и я услышал ужасный шум. Он был высоким и громким. Разбилось стекло в окнах.       Я закрыл уши. Было лишь одно объяснение этому.       Мой Опекун. Он здесь для того, чтобы спасти меня. И он спасал. Джастин оторвался от меня. Боль начала проходить, пускай я по-прежнему не мог пошевелиться. Я просто лежал на боку в той комнате со слабой улыбкой на лице. Я поперхнулся воздухом и моргнул несколько раз. Когда я снова открыл глаза, я увидел парня. Он был красив. У него были черные волосы, такого же цвета была рубашка на нем, зауженные джинсы и вэнсы. Глаза его были цвета лесного ореха, но они были холодны, как и остальная часть лица. Его руки и шея были в татуировках. Я разглядел огромный красный порез на его левом запястье.       Посмотрев на меня, выражение его лица стало мягче:       — Джи, ты в порядке? — я почти не слышал его голос, но он показался мне красивым.       — Я..я..н-не..знаю, кто ты? — я заикался после недавней истерики.       — Я Фрэнк. Обычно ты называешь меня своим Опекуном.       Когда до меня дошло, что он только что сказал, моя улыбка стала шире. Он был здесь, и он спас меня...снова. Но в этот раз я мог видеть его.       — Отнесешь меня домой, пожалуйста? — спросил я, на что он кивнул с улыбкой.       Он завернул меня в одеяло и забрал. Это причинило мне боль, и я непроизвольно скорчил гримасу. Увидев это, он постарался причинить мне как можно меньше боли. Он начал напевать что-то себе под нос, но вскоре это превратилось в полноценное пение.       Я положил свою голову ему на плечо и услышал приятный аромат. Он был сладкий и успокаивающий.

If I could be with you tonight I would sing you to sleep Never let them take the light behind your eyes One day, I’ll lose this fight As we fade in the dark Just remember you will always burn as bright

      Он пел песню, которую я написал в тот день, когда ушел от него. Это было прекрасно, он был прекрасен. Лежа у него на руках, я заснул под нашу песню.