Утром - СКИЗ, вечером - СКСМ

      Утром Зимина проснулась в шесть утра и сразу же начала приводить себя в репрезентабельный вид: кружевное шёлковое бельё, купленное оптом перед принятием закона о запрете этой буржуйской одежды, сверху – отглаженная полицейская форма. И боевая раскраска на лице.       В семь утра она уже зашла в отдел и своим ключом открыла дверь в кабинет начальника РОВД. Карпов уже сидел там за её столом и, не спеша, пересматривал документы. Зимина до сих пор не могла понять, как он умудрялся проходить в отдел незамеченным мимо дежурного: неужели через окно? Или есть какой-то подземный ход, известный только ему одному?       - Привет, Зиминуха, - он оторвался от изучения сводки происшествий за ночь, - готова?       Он вышел из-за стола и направился к ней, широко расставив руки и играя пальцами, как профессор Мориарти перед схваткой с Шерлоком Холмсом возле Райхенбахского водопада.       Зимина глубоко вздохнула.       …Она вспомнила, как это случилось в первый раз. Она, тогда ещё начальник отдела следствия, зашла во время обеденного перерыва в кабинет Карпова попросить чашку кипятка, потому что в её чайнике внезапно перегорел тэн. Карпов с плотоядной ухмылкой ответил, что у него имеется нечто погорячее и полез к ней обниматься. Он, наверняка думал, что Зимина начнёт сопротивляться и звать на помощь, на крайний случай хотя бы шариковой ручкой между рёбер ткнёт, только не на ту напал: она расслабилась и приготовилась получить удовольствие.       Поэтому Карпову, чтобы не потерять своё годами культивируемое реноме первого мужчины в отделе, пришлось показать свою обязательную программу. Он посадил Зимину на стол, задрал её юбку, разорвал колготки и показал ей свою обязательную программу.       И всё бы ничего, только стол под Зиминой скрипел, шатался, а с каждым встречным движением Карпова ещё и скользил по полу. Зимина поняла это, когда упёрлась макушкой в стену, а до окончания процедуры было ещё далеко…       Потом она попыталась привести себя в приличный вид и увидела, что верхняя часть её юбки сильно измята, а порванные колготки фестонами висят на её стройных ногах. Выйти в таком виде из кабинета Карпова Зимина не решалась. Карпов улыбнулся, глядя на неё.       - Могу дать тебе свои носки от парадной формы, - предложил он. – А юбку можешь подвернуть в талии, низ почти не измят, подумают, что ты подрезала подол, как Измайлова.       Когда Зимина была готова, Карпов распахнул окно, затем отпер замок на решётках, защищающих окно, поднял на руки Зимину и мягко опустил её на клумбу под своим окном.       Услышав за спиной звук закрываемого окна, Зимина в короткой юбке и туфлях, надетых на белые носки до середины голени, и с пятками, пузырящимися в районе лодыжек, гордо прошествовала к припаркованной возле входа в отдел своей машине и уехала домой, провожаемая недоумёнными взглядами половины отдела, курившей под отделом и тихо пропевшей: «Нас не догонят» вслед уехавшей в образе девочки-«татушки» Зиминой.       Потом Карпов часто повторял такое. То у себя в кабинете, то у неё. И всегда на столе. А Ира ведь была довольно худая, поэтому каждой своей косточкой вдавливалась в стол могучим телом Карпова. Поэтому первое, что она сделала, став начальником РОВД – закупила удобные диваны в каждую комнату отдела. Но Карпов не хотел менять своих привычек, поэтому вторым своим приказом по отделу Зимина наняла бригаду плотников, которые укрепили все столы в отделе металлическими профилями и прибили эти столы к полу. После этого голова у Зиминой стала болеть намного реже.       …Вспомнив это, Зимина тихонько застонала.       - Что, опять радикулит? – озабоченно спросил Карпов.       …Радикулит. Она заработала его, когда баулами носила Карпову в дурдом папки с делами, которые не мог раскрыть никто в отделе. А Карпов даже под действием сильнейших психотропных препаратов щёлкал их, как орехи. И для того, чтобы Карпову было удобнее думать над раскрытием преступлений, ему в палату поставили стол.       - Моё подсознание расширилось донельзя, - объяснял он своё умение Зиминой. – Разум не спутан, времени свободного – навалом, так что, если что – обращайся.       И показатели раскрываемости преступлений в РОВД «Пятницкий» взлетели до небес. А после выписки из психбольницы Карпов продолжил это благородное дело, каждое утро тайно приходя в кабинет Зиминой.       …В восемь утра Карпов закончил свой утренний ритуальный СКИЗ и привычно залез в специально поставленный для него шкаф для одежды, где у него было удобное лежбище. Зимина тем временем привела себя в репрезентабельный вид и вызвала начальников всех подразделений на оперативку.       Прослушав отчёт о состоянии дел, Зимина начала давать всем ценные указания:       - Итак, отдел следствия должен заниматься расследованием, отдел дознания должен производить дознавание, патрульные должны патрулировать район, участковые обязаны находиться на своём участке, паспортистки продолжают оформлять и выдавать паспорта, а оперативникам нужно оперативно выезжать на место преступления! Все папки с текущими делами - мне на стол, и пошли работать!       Следующие пару часов Карпов, сидя на рабочем месте Зиминой, просматривал содержимое оставленных папок, время от времени делая замечания и предложения, которые Зимина записывала себе в блокнот.       - Ну всё, Зиминуха, - Карпов поднялся из-за стола. – Мне на работу пора. Я в Лесном автомастерскую по шиномонтажу открыл. Если бы ты знала, какой это геморрой, учитывая то, что мою машину раньше всегда Вадик Мельников ремонтировал. Лучше бы я ремонт в своей сгоревшей квартире сделал…       Карпов покинул кабинет Зиминой, после чего она по очереди вызывала начальников каждого подразделения и от своего имени давала дельные советы Карпова по дальнейшему ведению этих дел.       К пяти часам вечера Зимина освободилась и начала мечтать. Она мечтала о том, что выйдя в отставку, она начнёт писать дамские детективы, как Маринина. Маринина ведь тоже в милиции работала, до подполковника дослужилась и вон какая знаменитая стала! А Зимина – полковник, поэтому станет ещё знаменитей. И псевдоним она себе возьмёт – Иринина, потому что на самом деле Маринину зовут Марина…       Зимина хотела написать серию детективных романов про молодую следачку, умную и скромную, которая раскрывает очень сложные дела и очень любит местного начальника СКМ, за которого в пятом или шестом томе детективов удачно выйдет замуж. Зимина ещё не придумала, как будут звать главных героев, но уже подбирала из архива дела, которые можно будет описать в детективах.       В семь часов вечера Зимина закрыла свой кабинет и поехала домой, предварительно заехав в зал для занятий шейпингом.       В девять часов вечера она подъехала к своему дому. На скамейке возле подъезда рядом с соседской девочкой сидел приёмный сын Карпова Дима и держал на поводке щенка-дворняжку.       - Добрый вечер, Ирина Сергеевна, - вежливо поздоровался он.       - Дима! Уже девять вечера, тебе дома давно пора быть! - отчитала его Зимина.       - Нет, мне уже 16 лет, поэтому я могу гулять после девяти вечера, - гордо ответил Дима и показал Зиминой свой паспорт, где было написано, что Карпов Дмитрий Станиславович действительно два месяца назад отметил шестнадцатилетие.       - Где ты взял этот паспорт? – строго спросила Зимина. – Тебе же нет шестнадцати лет!       - Мне его папа Стас подарил и сказал, что я уже совершеннолетний. А выгляжу я моложе потому, что у меня было тяжёлое детдомовское детство.       - Ну, Карпов! – возмутилась Зимина.       - А потом мы с ним пошли на улицу, там он поймал бездомного щенка и сказал, что теперь это будет моя собака, и мне надо будет выгуливать её каждый день с восьми до десяти часов вечера.       - Зачем? – не поняла Зимина.       - Как зачем? – переспросил Дима. – Чтобы папа Стас и Света могли это время тесно пообщаться…       - А как же ты? – поинтересовалась Зимина.       - Папа Стас научил меня пользоваться презервативом и сказал, что с трёх до пяти вечера квартира моя, - и Дима улыбнулся ангельской улыбкой.       Конец