Красное

      Потягивая янтарного цвета алкогольный напиток, Фред пытался сочинить гневное письмо поставщикам ингредиентов для товаров во «Всевозможные волшебные вредилки». Он ехал через пол страны в Пул, чтобы получить отписку с просьбой подождать до следующего вечера? Письмо выходило не слишком гневное, маггловский алкоголь оказался приторным, а этот день был потрачен впустую. Отложив скучную, словно замершую во времени, газету, он уже собирался подняться в свой номер и лечь спать.       Часы пробили одиннадцать, и последний их стук слился с хлопком задней двери. За барную стойку рядом с Фредом села невысокая светловолосая девушка с гитарой за плечами. Она заказала ликер и сняла красную кофту.       Фред редко знакомился с кем-то в барах, отелях и прочих людных заведениях. Сейчас он находился именно в таком месте: переполненном баре небольшого отеля «Антилопа». Но, возможно, ему было смертельно скучно, возможно, звезды благоволили этой встрече. И он повернулся к незнакомке со словами:       - А не рано ли вам, мисс, алкоголь заказывать? – парень дружелюбно улыбнулся.       - А вы, сэр, не похожи на одинокого пьяницу. Почему же вы сегодня здесь сидите? – как-то невпопад ответила девушка.       - Не понял, - недоуменно мотнул головой Фред.       - Сегодня день города. В барах собираются только престарелые пьяницы. Все, кто помоложе и поадекватнее, празднуют сейчас на набережной, - пояснила она.       - Ах, вот, ты о чем. Я тут проездом, с кем праздновать? Остается только в одиночестве напиться и пойти спать. Ты, кстати, тоже не похожа на выпивающего мужика.       - Я тоже проездом. Как тебя зовут, блюститель порядка?       - Фред. А тебя?       - Ивнин.       Короткий разговор взбодрил парня. Сладкий напиток уже бродил по венам, спать совсем расхотелось. Фред предположил, что этот вечер может оказаться не таким уж и унылым, как ему казалось.       - Знаешь, раз мы не одинокие пьяницы, может, пойдем на набережную?       Новая знакомая окинула его подозрительно-оценивающим взглядом и далеко не сразу согласилась:       - Что ж, идем. Но если вздумаешь меня украсть, то помни, что нас видели вдвоем, - засмеялась Ивнин.       - Ты правда думаешь, что они нас вспомнят? – приподнял он бровь, открывая дверь перед девушкой. Пул – маленький портовый городок на юге Англии. Только заселившись в отель «Антилопа», Фред заметил, что здесь тихо и довольно уютно. Вроде тех мест, куда люди уезжают скоротать старость.       Фред и Ивнин спустились на шумную набережную, огни которой могли бы осветить едва ли не полгорода.       -А ты зачем в Пуле? – спросила Ивнин.       - У меня с братом небольшой магазинчик в Лондоне, сюда должна была придти партия товара, - уклончиво ответил Фред, стараясь врать не слишком сильно. – А ты?       - Еду к родителям. Мой поезд задержали, не успела пересесть. Следующий только утром… Не люблю самолеты, - пояснила она, на что Фред лишь кивнул, понятия не имея, что такое самолет.       Они шли мимо палаток со сладкой ватой и попкорном, мимо маленьких тиров, где можно было выиграть плюшевую игрушку. Мигали разноцветными лампочками детские карусели и аттракционы для взрослых. Впереди люди завороженно наблюдали за удивительной красоты файер-шоу, а вдалеке на сцене приятным голосом пела девушка.       Фред едва поспевал за Ивнин, нырявшей в толпе так ловко, что грива ее светлых волнистых волос мелькала то в ало-оранжевом свете огней и ламп, то в глубоких ночных тенях. Вдруг она чуть притормозила и предложила:       - Пойдем, покатаемся? И уже через минуту они сидели на аттракционе. Пристегиваясь, Фред наклонился к уху девушки и с хитрой улыбкой поинтересовался:       - Будешь кричать?       - А для чего еще на аттракционы ходить? – недоуменно посмотрела на него Ивнин. – Хочешь сказать, что тебе не будет страшно?       - Ни капли, - с невозмутимым видом ответил Фред, думая о том, что пикировать на метле во время матча куда как более захватывающе.       - Хорошо, если ты у нас такой храбрый, то давай поспорим. Кто первый издаст хоть один звук - покупает сладкую вату, - смело предложила девушка.       - Чувствую, у меня сегодня будет сладкая вата, - ехидно усмехнулся Фред, пожимая руку новой знакомой.       И не успел он договорить, как скамейка взлетела вверх по столбу и, ненадолго замерев, словно в свободном полете ринулась вниз. Фреду не составляло труда спокойно сидеть, с улыбкой наблюдая, как девушка крепко стиснула зубы и впилась ногтями в его руку. И у нее были бы все шансы закончить спор ничьей, если бы скамейка не начала взлетать и падать с бешеной скоростью, что даже Фреду стало слегка непосебе. Ивнин, зажмурившись, все же взвизгнула, когда в очередной раз они полетели вниз. Скамейка остановилась. Девушка вылезла из аттракциона и раздраженно топнула ногой – не умела проигрывать.       Он рассмеялся, погладил Ивнин по голове с напускным снисхождением. Пока она покупала сладкую вату, Фред вновь несознательно отметил, что новая знакомая весьма хороша собой. Не то, чтобы невероятно красива, но очень мила. Тянуло ли его к ней, потому что в крови играл алкоголь или благодаря природной харизме девушки, Фред не знал, но это было не так уж и важно.       Двигаясь под музыку, доносившуюся со сцены, он, повинуясь мимолетному порыву, обхватил Ивнин за талию, оторвал большой клок ваты и потянул девушку к сцене, где бесновалась толпа молодежи. Иви не сопротивлялась и, вроде бы, уже не дулась.       Играла какая-то фолк-группа. Они исполняли жизнерадостную песню под гавайские мотивы.*       Фред и Ивнин смешались с толпой. Ее руки тут же взлетели в воздух, она закружилась, покачивая бедрами. Он завороженно посмотрел на девушку, слегка теряя связь с окружающим миром. Вокруг сцены были расставлены высокие факелы, и на их фоне Иви, грациозная, легкая, с прикрытыми глазами и полуулыбкой на лице, выглядела так органично, что не хватало только травяной юбки и бус из цветов. Она открыла глаза и настойчиво спросила:       - Почему ты стоишь? Давай танцевать!       Девушка потянула Фреда за собой. Он засмеялся усилиям маленькой девочки, но все же стал повторять за Иви движения. Получалось угловато, неловко, но очень забавно. Она тоже рассмеялась, прикрывая лицо ладошками, и только блеск светлых глаз был виден между ее пальцев. Они не заметили, как оказались еще глубже в толпе. Ивнин становилась на носочки, подпрыгивала, но все равно ничего не видела. И тогда Фред присел на корточки, протянул ей руки, предлагая сесть на плечи. Девушка, помявшись немного, все же согласилась. Она вцепилась в его руки и стиснула бока коленями так тесно, что дышать было тяжело. Он видел, что ей страшно, чувствовал, как содрогается ее тело от нервного смеха. Иви боялась высоты и, видимо, скорости. Фред освободил свои руки от ее цепких пальцев и взял за лодыжки.       Но прошла пара минут, и Ивнин расслабилась, осмелела. Она все еще боялась, однако слазить не спешила. С опаской хваталась за его руки, шею, даже волосы, но держала равновесие и, кажется, начала получать удовольствие. Песни сменялись одна за другой. Фред слегка подпрыгивал и покачивался в такт музыке, а Иви вторила его движениям. На секунду ему показалось, что девушка читает мысли – едва ли не опережала то, что он только собирался сделать. Но это удивительное чувство единения было нарушено, когда Ивнин наклонилась к его уху и попросила:       - Помоги мне спуститься.       - Что такое? – удивленно спросил он.       Девушка спустилась на землю и только тогда ответила:       - Там отходит катер к Браунси.       - Куда?       - Увидишь. Побежали.       И они понеслись к причалу. Прохладный песок засыпался в обувь, но заботиться об этом было некогда. На борт заскочили одними из последних. И следующие двадцать минуть провели, стоя у края судна и наблюдая, как отдаляется набережная Пула.       Тихо жужжа, катер разрезал черную гладь ночных вод. Фред и Ивнин стояли рядом, держась за перила, смотрели куда-то вдаль на просторы Ла-Манша и медленно говорили о совершенно бессмысленных вещах:       - А где именно у вас с братом в Лондоне магазинчик?       - Туда так просто не доберешься. В дебрях, одним словом, - вновь уклончиво ответил он, чувствуя себя неловко. – Ивнин, а сколько тебе лет?       - А сколько дашь?       - Восемнадцать? – осторожно спросил он, хотя девушка выглядела младше.       - Почти. Семнадцать. А тебе?       - Девятнадцать.       - Большой мальчик, - подмигнула она, а Фред с улыбкой закатил глаза. Тем временем катер замедлялся, разворачиваясь кормой к берегу. Судно скоро причалило, и его пассажиры ступили на большой остров.       - Так куда мы приплыли?       - Браунси – безумно красивый заповедник. Я никогда не была тут ночью, но всегда хотела. Пойдем.       Она первая исчезла в густых зарослях, направляясь вглубь леса по тропинке, выложенной деревянными досками. И довольно экзотический для Англии заповедник поглотил их.       - Ты знаешь, что именно здесь зародилось скаутское движение?       - А кто такие скауты? – полюбопытствовал Фред.       - Ты серьезно? Это же самое известное молодежное объединение! Мальчики-подростки воспитывают в себе лучшие душевные качества в походах, играх на природе, соревнованиях и песнях у костра. Ты правда никогда про это не слышал?       - Никогда. Ого, это рыжая белка? – удивился Фред - прямо у их ног пробежало маленькое пушистое животное.       - Это единственное место в Англии, где водятся рыжие белки. Если повезет, мы еще много кого увидим.       - Часто бываешь в Пуле? Откуда такие познания?       - Я здесь жила до десяти лет. Потом переехала с родителями в Дорчестер. Сейчас навещаю их на каникулах. Они шли куда глаза глядят, наобум сворачивая то влево, то вправо. Лишь иногда встречались указатели, но Ивнин не обращала на них внимания. Остров был пронизан деревянными тропинками - это давало гарантию того, что никто не потеряется густом лесу.       - Давай сфотографируемся? – предложила девушка.       - У тебя есть фотоаппарат?       - Конечно, - она достала из небольшого кармашка сбоку чехла от гитары черную коробку. Потом вынула из второго кармашка еще какую-то штуковину и прицепила ее сверху на фотоаппарат.       Ивнин вдруг резко повернулась и неожиданно запечатлела растерянного Фреда. На долю секунды все вокруг осветила яркая вспышка, из-за которой на фотографиях его рыжие волосы казались язычками пламени.       Он наклонился к кусту, сорвал с него большой бордовый цветок. Подошел к девушке, отодвинул волосы с ее лица и положил цветочек за ухо. Ее дыхание легкой волной скользнуло по его руке. Мурашки побежали по телам обоих.       Взяв фотоаппарат, Фред отступил на пару шагов и тоже сфотографировал Иви. Она мило улыбнулась на камеру, а потом вдруг побежала вперед, помахав ему рукой. Скоро они оказались на невысоком утесе. Сразу за ним был тонкий песчаный берег, а дальше – океан, которому не было видно ни конца ни края. Иви села на край утеса, опустив ноги вниз. Фред устроился рядом.       - Скоро рассвет. Давай встретим его здесь. Будет красиво, - пояснила она.       - Сыграй мне на гитаре, - попросил Фред.       - А какую музыку ты любишь?       - На твой вкус, - улыбнулся он, похлопав ее по коленке.       - Хорошо.       Иви повернулась к нему боком, положив одну ногу на траву, достала из чехла гитару и стала перебирать струны. А потом, откашлявшись, тихо запела:       - A fallen star, Fell from your heart, And landed in my eyes, I screamed aloud, As it tore through them, And now it’s left me blind. The star, the moon, They all have been blown out, You left me in the dark. No dawn, no day, I’m in this twilight, In the shadow of your heart.**       Фред весь обратился в слух и не сводил глаз. От ее голоса по спине вновь побежали мурашки. Он смотрел на ее розовые губы и понимал, что с каждой минутой хочет поцеловать ее все сильнее и сильнее. Обхватить за талию, прижать к себе и целовать бесконечно долго, остаться на этом удивительном острове. Решимости ему было не занимать, но пение девушки прервал не Фред, а залпы фейерверка. Даже отсюда были видны разноцветные вспышки, снопы искр, рассыпавшиеся по светлевшему небу.       Иви с детским восторгом наблюдала за салютом, слегка приоткрыв рот. Когда раздался последний, самый яркий и красивый, залп, и золотые искры, словно дождь из падающих звезд, устлали небо над Пулом, Фред положил руку на шею девушки и притянул ее лицо к своему. Она легко поддалась, дыша сбивчиво и прерывисто.       Он целовал не меньше десятка девушек. Не менее привлекательных, даже порой куда как более. Некоторых знал всего пару часов, некоторых – несколько лет. Но прежде никогда не испытывал такого волнения: руки похолодели, а сердце билось так гулко, что ощущалось каждой частью тела. Иви же так дрожала, что порой не попадала своими губами по его. Нежная светлая кожа, мягкие прохладные губы, легкий лесной запах от волос – Фред терял голову от девушки, с которой познакомился всего пять часов назад.       Отстранился медленно и крепко обнял ее. Она схватилась за его плечи и прижалась лбом к шее. Молча они сидели не так уж и долго, но думали, что целую вечность. И казалось, что произошло нечто удивительное, необычное, заветное. То, чего каждый из них втайне ждал. То, что не могло не произойти, так же, как и эта встреча – не состояться.       - Иви, ты ведьма. Ты сводишь меня с ума, - тихо сказал Фред. Он бы хотел, чтобы она была волшебницей. Тогда ничего не надо было бы скрывать… Можно бы поехать с ней в Дорчестер, а потом вместе в Лондон…       - Ты тогда тоже злой колдун, - усмехнулась она. Иви упала на траву, утянув Фреда за собой. Удобно устроилась на его груди, поджала ноги. Он обнял ее за талию, прислонился губами к макушке и тоже замер.       Тихо плескался о утес прилив. Свежий утренний ветер обволакивал обоих, унося их мысли далеко-далеко. Умиротворение, которое они испытывали рядом друг с другом, было необъяснимым, но совершенно упоительным. Сознание медленно рассеивалось, и неизбежно подкрадывался сон.       Фред открыл глаза, когда солнце было уже высоко над горизонтом. Зашевелился, и Иви тоже проснулась, сладко потягиваясь.       - Доброе утро, - усмехнулся он.       - Боже, как мы могли уснуть? – встрепенулась она.       - Не знаю. Но это был самый лучший сон, - слегка хриплым после сна голосом произнес Фред, наклоняясь к Иви, чтобы поцеловать девушку.       Это больше не было волнительно. Почти. Но все так же до дрожи приятно. И что самое удивительное – привычно, словно они встречаются уже не первый месяц.       - Который час?       - Без двадцати десять. А что такое? Иви подпрыгнула, выскальзывая из объятий Фреда. Она метнулась за гитарой, спрятала ее в чехол.       - Куда ты? – спросил он.       - У меня поезд через сорок минут! Быстрее! – и она побежала обратно в чащу леса, уверенно ведя их обоих по деревянным дорожкам.       - Послушай, может, останешься? Завтра поедем вместе. В Дорчестере я поживу в гостинице, а ты – у родителей, - кричал он вслед.       - Следующий поезд только через два дня. Они редко ходят. Встретимся уже в Лондоне, - ответила девушка, не останавливаясь.       Они снова едва-едва успели на катер. По дороге в Пул молчали – Иви нервно постукивала пальцами по перилам и отвечала невпопад. Фред обнимал ее сзади за талию и думал, что ни в коем случае не отпустит девушку, которая за пару часов взволновала его так сильно, что казалось, будто он влюбился с первого взгляда.       Держась за руки, Фред и Иви бежали по мощеным улочкам Пула, врезаясь в редких сонных прохожих, тянувшихся домой с празднования дня города.       Поезда еще не было, они, пожалуй, даже слишком спешили. Сидели вдвоем на пустом перроне, прижавшись друг к другу.       - Доиграй мне ту песню, - попросил Фред. Иви кивнула, вновь достала гитару и, как-то погрустнев, запела:       - And in the dark, I can hear your heartbeat, I try to found the sound, But then it stopped, And I was in the darkness, So darkness I became. The star, the moon, They all have been blown out, You left me in the dark. No dawn, no day, I’m in this twilight, In the shadow of your heart.**       И вновь ее прервали. На этот раз поезд, так не вовремя прибывший на станцию. Иви поднялась, спрятала гитару и смущенно посмотрела на Фреда.       - Пора прощаться, - сказала она.       - Ненадолго. Ты же не думаешь, что избавишься от меня. Ты на сколько к родителям?       - На две недели.       - Встретимся в Лондоне через две недели. Я буду ждать, - твердо сказал он перед тем, как поцеловать Иви.       Раздался гудок – ей было пора идти в вагон.       - Точно не останешься?       - Точно. Мы ведь скоро увидимся, - улыбнулась девушка.       Крепко сжав его руки на прощание, она быстро поднялась по лестнице и совсем скоро уже выглянула в окно, чтобы помахать Фреду. Поезд тронулся. Совсем ведь скоро они увидятся. Почему же тогда так тоскливо?       Фред не сразу понял, о чем кричало его сознание все это время. Он не знал ни ее фамилии, ни где она учится, ни где живет. Даже адрес родителей не удосужился спросить. Иви тоже не знала совершенно ничего о нем. И тогда Фред со всех ног бросился вдогонку за поездом, кричал изо всех сил:       - Иви, скажи свою фамилию! Где ты живешь?!       А она пожимала плечами, показывала, что не слышит его и продолжала с улыбкой махать.       Грохотали колеса, поезд набирал скорость, и новая знакомая уезжала навсегда. Состав скрылся в тоннеле. Фред зло крикнул, пнув кованую скамейку.

***

      Ивнин закрыла окно в своем купе и села на постель. Ее немного трясло от того, что произошло. Отчаянный крик Фреда еще стоял в ее ушах:       - Иви, скажи свою фамилию! Где ты живешь?! Она не сказала ему о себе ни слова. Сердце больно замирало в груди, с чем она безуспешно пыталась справиться. Из чехла для гитары Ивнин достала волшебную палочку и направила ее на дверь в купе:       - Либерато, - она со стуком захлопнулась.       Ивнин боялась высоты, скорости и влюбиться.

***

      Весной следующего года Фред рано проснулся, умылся, оделся и собирался уже пойти открывать магазин, как его остановил Джордж:       - Слушай, забыл вчера отдать. Тебе письмо пришло без обратного адреса. Прочитай быстро и спускайся вниз, нам еще сегодня заполнять эти дурацкие бумажки. Кому вообще какое дело, на что именно идут наши доходы? Магазин ведь мы держим, а не Министерство, - проворчал Джордж. Он сегодня явно был не в духе.       Брат спустился вниз, а Фред остался сидеть в их крохотной гостиной. Конверт был толстый, тяжелый, а на нем аккуратным женским почерком выведено:

"Фреду Уизли. Косой переулок 93, Лондон, Великобритания".

      Он с любопытством вскрыл письмо, и на его колени упали четыре фотографии. Те самые фотографии, сделанные летом на острове Браунси.       Фреда трясло так, что руки ходили ходуном. Не мог вздохнуть, пошевелиться, даже моргнуть. Как она его нашла? Откуда знает про Косой переулок? Почему уехала?       В тот день Фред бросился обратно в отель узнавать, как звали его новую знакомую. Администратор ответил, что такая девушка и вовсе не останавливалась в «Антилопе». Но ведь она жила тут до десяти лет. В небольшом городке все друг друга знают. Он кинулся расспрашивать прохожих. Но после вчерашнего празднования они не помнили, как из самих зовут, не то что маленькую светловолосую девочку, уехавшую шесть лет назад. Он, отчаявшись, даже сову посылал с письмом. Но она не нашла Ивнин – имени оказалось слишком мало.       В Лондоне он обзвонил все колледжи и университеты. Там, где на этот вопрос согласились ответить, никакая блондинка Ивнин не училась.       Он искал ее все лето. Но постепенно интерес его охладевал, любовная горячка отпускала. Забросил в далекий ящик записанную по памяти песню, которую Иви пела ему. И девушка лишь изредка приходила к нему во снах, будоража сознание.       А сейчас объявилась. Как? Почему? Неужели, что-то случилось?       В конверте была короткая записка:       "Я нашла пленку пару дней назад. Подумала, что ты бы хотел получить копии… Ты ведь не думал, что я тебя забыла? Мы были правы: ты колдун, а я ведьма. И мы без ума друг от друга. Этого я и боялась. Извини, что уехала, не сказав ни слова. Глупо сделала.       В любом случае, судить уже поздно. Я далеко от Лондона, в Северной Ирландии. Возвращаться не собираюсь. Но, возможно, если нам суждено было встретиться этим летом, то судьба сведет нас вместе снова?"       Фред вскочил с дивана, бросил на пол фотографии и записку, спустился вниз и вышел из магазина под возмущенные возгласы брата. Он направлялся в маленькую кофейню за пару кварталов от «Дырявого котла». Где-где, а в маггловской забегаловке Джордж его искать не будет.       Фред пытался успокоиться, заказав кофе с виски и большой кусок вишневого пирога. Нужно возвращаться в магазин к открытию, а до этого привести себя в порядок.       Он был безумно зол. Боялась она! Еще бы что придумала! Исчезла на полгода, а потом пишет, что без ума! Да пусть бы засунула эту пленку себе…       Он зло смял стаканчик, когда вдруг услышал знакомую мелодию из колонок прямо у него над головой. Это была та песня, которую летом мела ему Ивнин. Определенно, она. Фред замер. Его сердце бешено стучало, а нечто тянущее в животе описывало невообразимые кульбиты. Но он наконец дослушал песню до конца. И это вовсе не поставило точку в его мыслях об этой совершенно ненормальной девушке. I took the stars from my eyes And then I made a map I knew that somehow, I could find my way back, Then I heard your heart beating, You were in the darkness too, So I stayed in the darkness with you.**       Она ведь знала, что уйдет? Может, и песню эту выбрала не просто так? Может, это значит, что ее все-таки можно найти?       В сердце Фреда поселилась надежда, заменившая злость и раздражение. Он был почти уверен, что они еще встретятся.       Ивнин бы сама нашла его. Она уже почти решилась нагрянуть к нему на выходных, волновалась и готовила речь. Хотела рассказать о том, что больше не боится влюбиться. Она была небезосновательно уверена, что ей будут рады.       Так бы и случилось. Но…       Фред вышел из кофейни и взглянул на часы. Оставалось двадцать минут до открытия. Можно не торопиться – сегодня тридцатое апреля***. Посетителей много не будет.