Когда весь мир против

      Ариадна сидела в кафе с ненавистью поглядывая на воркующую парочку. Франсиско мило улыбаясь этой напыщенной королевишне, вызывал желание врезать ему, как следует. Фыркнув в очередной раз, девушка собрала тарелки. Аппетит уже две недели портили их воркования. До каникул остались каких-то пара дней, и она забудет этого напыщенного индюка, как страшный сон. Сжав кулаки от злости, она покинула кафе. В ее голове укоренилась мысль, что все мужики одним маслом мазаны и настоящие чувства им неведомы. Они могут бежать за любой встречной юбкой, не обращая внимания на тех, кому причиняют боль. Зачем же тогда в книжках пишут сплошное вранье? Про любовь, бабочек в животе, про чувства до гроба, которые заставляют трепетать? Мерзость. Красивая сказка для глупых куриц! Выругавшись, она пошла в сторону туалета, чтобы умыть раскрасневшейся лицо.       У окна стояли Пабло и Марисса и смотрели вдаль. Ариадна почти физически ощутила, как един их взгляд и как бьются сердца в едином ритме. Что же это, если не любовь? Невозможно так играть. Неужели эта парочка исключение из общего правила? Если да, то им обоим ужасно повезло в жизни, и девушка вдруг испытала нечто, похожее на зависть. Когда она покинет колледж, она напишет книгу, роман о двоих мятежниках, которые без ума друг от друга и рождены были, чтобы быть вместе. Девушка невольно любовалась ими несколько минут. В глазах родилась неизвестно откуда взявшаяся влага. Зло смахнув нарождающиеся слезы, она выругалась в слух. Марисса повернулась за звук ее голоса: - Ари, все в порядке? - Да, - Ариадна залилась краской, почувствовав себя глупым ребенком. – Я просто ногу неудачно поставила… Простите, ребята, я не хотела вас отвлекать. - Ничего, - улыбнулась рыжая. – Мы думали о будущем группы. - Да? А что не так? – удивилась Ариадна. - Мануэль и Мия после окончания колледжа поедут в Мексику, - глухо отозвался Пабло. - Как жаль, я очень люблю ваши песни… - Спасибо, но мы ожидали нечто подобное, - призналась Марисса. – Сказки не длятся вечно… - Не говори так, - покачала головой Ариадна. – Возможно они передумают или в крайнем случае вы сможете собрать новую группу, или петь дуэтом. Главное, что вы есть друг у друга.       Пабло и Мари улыбнулись девушке: - Надо же сколько мудрости в простой фразе, - протянула Марисса. – Спасибо тебе. - Вам спасибо, - честно сказала Ариадна. - За что? - Вы напомнили мне, что жизнь не такое уж дерьмо… Я пойду. - Что она имела в виду? – удивился Пабло. - Не знаю, но мне кажется, что у нее какая-то проблема. Я вечером спрошу Пилар, в чем дело.       Ариадна вошла в туалет и захлопнула дверь. Взглянув в зеркало, она усмехнулась собственному отражению: - Ну, ты и дура Видаль! Зачем надо было целоваться с этим кретином и травить себе душу? Одного же сукина сына мало было! Ненавижу тебя, ненавижу всеми силами моей души и будь ты проклят! - Разговариваешь сама с собой? – невинно спросил Фран, заглядывая в уборную. - Ты чего здесь забыл? Это туалет девочек! – прошипела Ариадна. - Проходил мимо, а тут такая речь о ненависти. И кому же так повезло? - Не твое собачье дело! Катись, пока ноги целы! – точка кипения девушки переполнилась, и она сорвала на нем все двух недельное зло. – Пошел вон, пока я не позвала старосту! Глупый доморощенный осел!       Франсиско внутренне ликовал. Она ревнует, ревнует! А это значит… что он на правильном пути, но что-то в ее голосе, который то и дело срывался, заставляло его насторожится. Что-то не так и это начинало его беспокоить. - Что с тобой? Почему ты так зла? – осмелился спросить он. - Я уже сказала, что это не твое дело! Или твои деревенские уши забило навозом?       Фран схватил ее и затряс: - Не смей меня оскорблять! Слышишь? - Отпусти меня! Не смей меня трогать! Никогда! – кричала Ариадна, пока ее глаза метали молнии.       Франсиско отпустил и в недоумении уставился на девушку: - В чем дело, детка? Что не так? - Не смей называть меня деткой! Для тебя я Ариадна Видаль! Запомни!       Состояние девушки опасно напоминало истерику. Франсиско схватив ее за талию притянул к себе и накрыл губы, не понимая, как еще ее можно успокоить. Она яростно укусила его за губу и вырвала руки, наградив его звонкой пощечиной: - Не смей этого делать! Ты проклятый предатель! - Что? – опешив спросил он, схватившись за кровоточащую губу.       Ариадна протрезвела. Что она несет? Собирается признаться ему в лицо? Никогда, ни за что! Ни один представитель мужского рода больше не сможет сбить ее с толку! - Ты предал свою девушку! – ядовито выдавила она. – Или Фернанда рада делить тебя с другими? Так ты ошибся адресом, и я не собираюсь учувствовать в этом фарсе! Мне жаль, что она такая доверчивая дура! И запомни, не приближайся ко мне!       Девушка покинула туалет. Франсиско не моргая смотрел ей вслед. - Блядь, ну, конечно, дело в Рикардо! Да, Франсиско Бланко, ты и правда напыщенный осел!

***

      Мафия между тем затихла настолько, что ребята слегка расслабились. Зимние каникулы все больше овладевали умами пятого курса и, казалось, что все наконец успокоилось. Марисса зашла в комнату к Лухан и увидела, что Лаура захлебывается в слезах. - Ну и что тут у нас? – спросила рыжая, заранее зная ответ. - Я больше так не могу, - простонала блондинка, глотая слезы. - Гвидо, да? - Почему я такая глупая и такая высокомерная? Почему я просто не могу попросить прощения, зная, что виновата? - Не знаю, - честно призналась Марисса и в ее голову тут же ворвалась очередная гениальная идея. - Лаура, мы с Пабло договорились встретится в прачечной, ты меня не проводишь? – лукаво усмехнулась она. - Да, конечно, я только умоюсь… - Давай, я жду.       Пока Лаура приводила себя в божеский вид, Марисса набрала сотовый Пабло, чтобы он притащил Гвидо в прачечную. Когда все было готово, девушки отправились в место предполагаемого свидания. У прачечной Марисса и Пабло предложили двоим страдальцам все решить, а сами поспешно ретировались.       Гвидо, насупившись, наблюдал, как Лаура борется с собой. Заметив красноту у глаз, он не выдержал: - Любимая, ты плакала? - Гвидо… - начала она, - я была не права… Я не должна была… говорить гадости… И я прошу прощения, хотя не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, но… - Я давно тебя простил, глупая, - усмехнулся брюнет, заключая в объятия любимую девушку, - я лишь ждал, когда ты созреешь, чтобы признать, что я не бабник! - Правда? – Лаура заглянула в любимые глаза и улыбнулась. – Я такая дура… - Еще какая, - хохотнул Гвидо, накрывая ее губы. - Какая душещипательная сцена, сейчас разрыдаюсь! – услышали они голос из противоположного угла.       Из темноты вышел капюшон. Гвидо быстро спрятал Лауру за спину. - Ты можешь не прятать свою мерзкую физиономию, Родриго! – сказал брюнет.       Парень откинул капюшон: - Соскучился? - Да. Полгода мечтал тебе морду набить! - Не петушись Гвидо. Или ты забыл наши славные денечки? - Ты хуев шантажист и тебе это известно! Зачем тебе здесь появляться? - Один мой друг жаждет отомстить этой рыжей суке, а я долго ждал, чтобы свести счеты с ними обоими! - Так ты не один? – ахнула Лаура. - Нет. Их «фан-клуб» содержит троих, ненавидящих их до тошноты! – усмехнулся Альсага. - Убирайся, тебе не добраться до Пабло и Мариссы, или ты еще этого не понял своим скудным умишкой? – рявкнул Гвидо. - В этом ты прав, у них столько телохранителей, - разочарованно протянул Родриго. – А вот вы более доступны. Я думал добраться до тебя ночью Гвидо, но похоже мне подфартило, и вы приперлись сюда мириться… Думаешь, голубкам захочется рисковать друзьями? - Да чем ты можешь нас напугать? – хохотнул Гвидо. - Я бы на твоем месте не веселился! – усмехнулся Родриго, доставая пистолет. – Сейчас мы спокойно выберемся из колледжа. И если ты вздумаешь дернуться, Гвидо, твоя девчонка попрощается с собственными кишками, понял? Пошли.