Когда весь мир против

      Пилар уставилась на соседку по комнате. Ариадна, уткнувшись в свою идиотскую книгу, затертую до дыр, думала о чем-то, загадочно улыбаясь. Недавний скандал между Франсиско и Фернандой не давал Пилар покоя. Услышав вздох подруги, она качнула головой и спросила: - Ари, что с тобой?       Ответа не последовало. Девушка будто летала в другой вселенной. О том, что она явно не читала говорил ее отстраненный взгляд. О чем она думает с такой мечтательной улыбкой? - Ари?! – крикнула Пилар. - Что сделал Франсиско? – подскочила девушка. - Так… понятно, - усмехнулась Пилли. - Что? Что понятно? – удивилась Ариадна. - И долго ты еще думаешь страдать по своему Франсиско? - Нет! Я вовсе не страдаю! – крикнула Ариадна. – У него есть девушка и… вообще он дурак… - Девушка? – удивилась Пилар. – Это ты про Фернанду, что ли? Да нет у них ничего, я так поняла, что он тебя позлить хотел… - Что?! – открыла рот Ариадна. – Он совсем спятил? Разве можно использовать другого человека, даже если это Фернанда?       Стук в дверь заставил девушек напрячься. - Войдите! – крикнула Пилар.       В комнату заглянул Сантьяго. Его обеспокоенный вид сразу смутил Ариадну. Похоже это не простой визит вежливости. - Ариадна, можно тебя на минутку? – спросил Мансилья. - Да, - отозвалась девушка и вышла вслед за преподавателем этики.       Открыв перед девушкой дверь учительской, Сантьяго предложил ей войти. Ариадна зашла и опустилась на ближайший стул. Зачем она ему понадобилась? В душу закралось плохое предчувствие. Мансилья сел и посмотрел на нее. Разговор должен был состояться, только вот слова бы подобрать… - Вы что-то хотели? – не выдержала Ариадна. - Как ты себя чувствуешь? – спросил учитель. - Прекрасно, спасибо за заботу. - Не стоит. Скажи, почему ты не ела эти дни? - Просто… я… неважно себя чувствовала и… забывала, - промямлила она. - А честно? – спросил Сантьяго. - Это правда, - неуверенно выдавила девушка. - Знаешь, если ты расскажешь, что тебя беспокоит, тебе станет легче… - Что вы хотите услышать?       Ей начинал надоедать этот разговор. Она подозревала, что Мансилья захочет услышать объяснения о происшедшем в коридоре, но надеялась, что ему хватит такта не поднимать эту тему. Уже привычная краска заставила гореть лицо. Что это за напасть такая? - Да, ты не облегчаешь мне задачу. Ладно, спрошу прямо: если ты что-то чувствуешь к Франсико, то почему ты не с ним? – в лоб спросил Сантьяго. - С чего вы взяли? – растерянно выдавила девушка, желая в очередной раз за несколько дней провалиться сквозь землю.       Учитель скептически приподнял бровь, давая понять, что это, черт возьми, очевидно. Девушка разозлилась на саму себя и, закусив губу, взорвалась: - Ну, да. И что с того? - Странное у тебя отношение к собственным чувствам. Или тебе нравиться себя мучить? – поинтересовался Мансилья. - Все не так просто, - вздохнула она. - Так расскажи о своих сложностях. - Я… я боюсь… - Чего? - Что он меня обманет, как… как все… - с трудом давались слова Ариадне. - Не понимаю, - удивился Сантьяго. – Кто все? - У меня был парень и мы с ним встречались долго, - с трудом начала девушка. – Он… он мне изменил, а потом наговорил кучу гадостей, что я сама виновата… и я думаю, что будет тоже самое…       Ариадна смотрела в пол, не в силах поднять глаза на учителя и чувствуя себя последней дурой. Сантьяго помолчал немного, а затем спросил: - Франсиско дал повод так думать? - Дал! – начался словесный понос у девушки. – Он сделал вид, что ему нравится Фернанда, чтобы сделать мне больно! - Заставить ревновать, - поправил Сантьяго. – Обычно так делают, когда не уверены в чувствах любимого человека. - Это не оправдывает гнусного поступка! - Согласен. Он поступил глупо и опрометчиво, но ты не даешь ему шанса доказать, что он не такой, как твой бывший. Неужели выходом из создавшегося положения ты видишь бег от собственных чувств? - Я не могу заставить себя поверить, - вздохнула она. - Ты не должна себя заставлять верить, - поправил ее Сантьяго. – Доверие рождается в отношениях, которым ты не даешь ни малейшего шанса развиться. Убегая от себя, ты причиняешь боль и ему. Стать взрослее – это значит научиться не прятать голову в песок, а смело решать проблемы. - Вы так красиво говорите, так просто, а на деле это нелегко, - возразила Ариадна. - Никто и не говорит, что будет легко, но разве вдали от человека, который заставляет биться твое сердце быстрее, тебе проще? - Нет, - качнула она головой. - Вот видишь. Скажи ему, что тебе страшно. Дай ему шанс доказать тебе, что твои страхи беспочвенны и что, как бы банально это не звучало, не все мужчины законченное дерьмо.       Она кивнула и встала со стула. Открыв дверь, Ариадна вышла в коридор, когда Сантьяго ее окликнул: - Ариадна! Если твой бывший парень тебе изменил, это не значит, что проблема в тебе, она в нем. Для настоящей любви не существует замены! Если человек любит, ему не нужен другой! - Спасибо вам, - улыбнулась она в ответ.       Надо же сколько мудрости в словах этого учителя. Теперь понятно почему ученики в нем души не чают. Наверное, действительно пора решать свои проблемы, пора, когда она почувствует, что готова.

***

      Марисса получила выписку на руки, чувствуя себя совершенно свободной. Как только выпишут Пабло про эту чертову больницу можно будет забыть, как про страшный сон. Но остается нерешенной проблемой беременность Лухан. И чем раньше об этом узнает мама, тем лучше. В конце концов она всегда была такой понимающей. Отозвав Соню в сторонку, Марисса вздохнула и, решив не ходить вокруг да около, выдала: - Мама, ты скоро станешь бабушкой!       Соня уставилась на дочь, онемев на минуту. Боже, ее девочка беременна. В семнадцать, совсем, как она сама. Ее поддержать было некому, но с дочкой она такой ошибки не совершит. Орать уже смысла нет, ведь дело сделано, а она как мать должна дать ей поддержку. Сделав собственные выводы, она качнула головой, взяв себя в руки: - Девочка моя, как же так? Ну ничего, мы обязательно справимся, вот увидишь. А что по этому поводу думает Пабло?       Забыв, что путем она ничего матери не объяснила, Марисса удивленно ответила: - Я ему не говорила. Да и причем здесь Пабло? - Как это причем? – растерялась Соня. – Ведь он отец? - Что? – ахнула Марисса. – Что ты несешь, мама? Отец ребенка Маркос…       Соня почувствовала, как в глазах темнеет. Что это за бред? Ее дочь изменила своему парню, да еще и с парнем собственной сестры?! - Как? Как это… Маркос? Марисса, ты что… изменила Пабло? - Мама, ты совсем с катушек съехала? – возмутилась рыжая. – Беременна не я, а Лухан… - Твою мать, Марисса, ты чуть меня до приступа не довела, - вздохнула Соня. – Лухан, моя бедная девочка. Какого хрена вы молчали? - Я сама узнала недавно, - отозвалась дочь. – Ей очень страшно, мама. Я хочу, чтобы ты ее поддержала. - Ну, конечно. Разве может быть иначе? – удивилась мать. – Какой у нее срок? - Я не знаю, - честно призналась Марисса. – Не думаю, что большой. Ты поговоришь с ней? - Да, милая. Все будет хорошо, я тебе обещаю.       Марисса кивнула. Теперь, когда она была уверена в том, что мама готова поддержать Лухан, ей стало значительно легче. Подруге итак нелегко и поддержка семьи станет ей необходимой опорой. В который раз девушка убедилась в том, что ее мать – лучшая мать на планете. И пусть между ними бывают недопонимания, разлады и несогласия, в момент настоящей проблемы, они готовы подставить друг другу родное плечо.