В твоём сердце я буду жить вечно ...

- Вам, господин, придётся выбирать - идти со мной по своей воле, или переступить через кровь, оставшись. Что же ты выберешь?       Напряженный момент: только-только став совершеннолетним, он может лишиться всего. И из-за чего? Чего ради? - Давай я все тебе проясню, - Эдгар подлетел ближе. - Много лет тому назад знатный род Безариусов без какой-либо причины, просто так, низверг меня в Бездну. Единственное, что осталось воспоминанием, это имя, и моя семья. Я не помнил ни детей, ни жены, но знал, что они есть. Также я вспомнил - рядом были они... - обе руки развел в стороны, указывая на колонны - ... "Пандора". Они всегда были заодно. Из-за колонн выходили люди в красных плащах со злобными ухмылками под капюшонами. Алиса встала в оборонительную позу, твердым голосом громко сказала: - Не дай побороть себя страху, Безариус! В главных дверях появилось ещё несколько людей, но среди них были потерявшая сознание госпожа Шерон и её лучший друг господин Зарксис, оба были в потрепанном виде, а на одеждах следы крови. - Матушка... Матушка!! - эти слова выходили наружу, словно рыдания в душе Оскара. - Шерон-тян... - в страхе прошептала Кролик. Она не успела договорить, на обрывке слова неведомая сила отшвырнула её к ногам еле стоящего Брейка. - Мешаешь, крольчиха, - леденяще произнёс Туз, он находился в шаге от Оскара, чем обратил на себя его внимание.       На полу обломки стен и крыши, на порожках лестницы большой портрет, а остатки зала догорали в пламени. - Оскар, обернись... - спокойно попросил Эдгар. У юноши дрожали руки, да что там руки, невыносимая дрожь пробирала все его тело от головы до ног, но он повернул полные жалости и страха влажные зелёные глаза: - Что ты хочешь с ними сделать? - голос слышен, точно рыдание. - Если ты не согласен идти со мной, их жизнь оборвется. Могу показать на примере - он собирался поднять руку и уже на сорок пять градусов она была в воздухе, но отчаянным движением Оскар остановил подаваемый сигнал. - Остановить! Я все понял... Но если я соглашусь уйти, ты оставить в покое всех тех, кому причинил боль? - его глаза, словно стекло, прозрачные и влажные с блеском укоризны.

Anima mala - Kajiura Yuki

Цепь-юноша молчал, он внимал этому укоризненному взгляду и знал, что ответить. - Их оставят в покое навечно. Только ты уже не сможешь вернуться - он снова протянул руку, на ладони которой лежал рисунок неизвестной печати. - Спрашиваю в последний раз. Ты идёшь со мной или нет? Пятнадцатилетний юноша снова окинул взглядом всех, кто находился в зале. Выбора не оставалось, ему было необходимо пожертвовать собой. А что на его месте сделали бы другие? А отец? Оскар уверил себя в том, что покойный лорд Безариус поступил бы также. - Не смогу вернуться?.. А как же те, кого я оставлю? - Они справятся, и с собой ты тоже ничего не можешь брать. Тебя ждёт Бездна... - У меня есть просьба! - минуту простояли молча, после кивка и согласного шепота, продолжил - Хочу, чтобы о госпоже Безариус позаботились, когда она придёт в сознание, и... чтоб больше не совались сюда. У Кроваво-Алого Туза рубинами сверкнули полузакрытые глаза, холодные и равнодушные. - Да будет так! - сказал он, что и слышно было только Оскару - Вы слышали приказ! Остальное беру на себя.

Agmen clientum - Kajiura Yuki

Цепь повернулась лицом к юноше. Звон металлического блеска отразился эхом от остатков стен и крыши зала, он поднял вверх и влево своё оружие, после чего сразу же резко, будто срубая все на пути, наискось опустил его, сделав яркую блестящую световую царапину воздуху. В стороны разлетелись белоснежные искры и со временем осыпались на пол, образуя чёрную дыру больших размеров. Юный Безариус не хотел даже думать, что это может быть, но какое-то чувство любопытства во время опасности у него всегда возникало, поэтому подошёл ближе, дабы рассмотреть. - Твой час пришёл... - тихо произнёс Эд и, оказавшись за спиной Оскара, толкнул его в эту самую дыру. Белый костюм охватила темнота. Пока он падал, последним запомнившимся моментом стало спокойное лицо цепи, наблюдавшей за падением.