Короткий год счастья

      В маленьком дворе, находящемся внутри бокса многоэтажек и возле старой детской площадки стояли двое.       - Первый снег. Гляди, выпал снег, - тихо сказала девушка, глотая окончания слов. - И не подумаешь, что сейчас всего лишь осень… А завтра Хэллоуин… Кем ты будешь?.. – спросила она, оборачиваясь.       Позади стоял темноволосый парень. Нежная улыбка появлялась на его лице, когда голубые глаза Настеньки смотрели на его. Проведя рукой по её светлым волосам, он прижал девушку к себе, прошептав на ушко:       - Ну, вот теперь-то ты уже не отвертишься, – и пояснил, коснувшись её уха губами. - Шапку будешь носить, а за то, что выпендривалась – и шарфик.       Девушка тут же расхохоталась, оттолкнув его от себя с криком:       - Дурак ты, Андрей!       Она кинулась прямо к тоненькой полосочке снега, упав на колени. Собрав его в малюсенькую кучку, испачкав ладони в земле, она швырнула получившийся снежок в Андрея. Тот тут же увернулся, также захохотав, но не стал мстить, просто отойдя на приличное расстояние.       Настя показала пустые руки, доказывая свою безоружность, и приблизилась к нему, переспросив:       - Так что? Кем ты нарядишься?       - А ты?       Настя замялась, очаровательно покраснев. Она хотела одеться так, чтобы соответствовать костюму Андрея, но не собиралась выдавать эту тайну. Воскликнула, показав язык:       - А я первая спросила!       - Настька, - захохотал парень. - Ну, ты как маленькая!       А затем, снова обняв её, ответил:       - Я стану призраком.       Что-то было в его словах… Серьезное. А в серых глазах промелькнуло нечто вроде затаенной грусти. На целую секунду между ними возникла странная пауза, которая тут же была нарушена легким поцелуем от Андрея и вопросом:       - А ты кем?       - А я буду, - на секунду она замялась. - …призракессой.       И вырвавшись из рук любимого, Настя побежала к бордюру – набирать новый снежок.       - Вот, Настька! – весело крикнул парень, бросаясь вдогонку.       «Как ребенок! Ей-богу, как ребенок!» - влюблено-восторженно думал он.       Вечером, бросив куртки прямо рядом с собой на диване, Андрей и Настя сидели, прижавшись друг к другу. По телевизору, который они якобы смотрели, крутили какой-то ужастик в честь приближающегося Хэллоуина.       Безбожно наплевав на содержание фильма, они целовались в те моменты, когда какая-то жуткая монстряшка ела очередного неудачника. Лишь изредка отрываясь друг от друга, они несколько секунд напряженно смотрели друг другу в лицо, а затем вновь на них волной накатывала нежность, затягивая с головой.       По экрану побежали титры. Прижавшись головой к груди парня, Настя спросила:       - А ты знаешь, что завтра мы с тобой ровно год как знакомы? Или ты слишком парень, чтобы запоминать даты?       Тихо фыркнув, Андрей проникновенно зашептал:       - Ну, эту дату я очень хорошо помню, – он чуть сильнее прижал к себе девушку, продолжив. - Я её никогда не забуду.       Настя вскинулась, посмотрев ему в лицо. И снова повисла такая же неловкая пауза, как и тогда, на прогулке. И вновь она была нарушена поцелуем в нос и Настенькиным смехом.       - Ой, уже полдвенадцатого! – с наигранным ужасом воскликнула девушка. – Ещё полчаса и наступит Хэллоуин!       - Да, - тихо прошептал парень. - Ещё целых полчаса.       Ещё целых полчаса. Полчаса – и срок, отведенным ему для счастья, окончится. Андрей гадал, что будет дальше – он просто заснет, впав в небытие, или же попадет в какой-то потусторонний мир, наполненный мыслями и воспоминаниями. С одной стороны, он бы выбрал первое….       - Ой, а ты помнишь, что тогда делал! – Настенька не прекращала смеяться, а глаза её счастливо сверкали, - Ты тогда чуть под машину не попал, этот водитель еле-еле успел руль вывернуть. Я ещё подумала, мол, какой везунчик, – она сделала небольшую паузу, вспоминая, что подумала тогда не только это. Но тут же исправилась, закончив: - А это оказался ты!       …с другой – второе…       - Мне уже пора, - заметив, что до двенадцати осталось четыре минуты, сказал Андрей. Всего четыре минуты.       - Пора? – в голосе прозвучала такая искренняя грусть, что парню тут же захотелось закричать, завопить, рассказать правду, но он не стал, лишь сильнее стиснув её в своих объятиях и осыпая поцелуями её лицо.       Они попятились в прихожую, не отрываясь друг от друга. Оказавшись около входной двери, Андрей отвлекся от любимой и тихо выдохнул, глядя в кристально-синие глаза:       - Прости меня….       - За что? – искренне удивилась Настенька, даже брови подняла.       - Прости… – Андрей запнулся, сглотнул, сдерживая слезы. - Прости меня.       - Прощаю, но…       - Скажи точно – простишь?       - Да, – Настя удивленно хлопала глазами, все внутри её ходило ходуном от тревоги за любимого. «С ним что-то случилось!» - паника все возрастала.       Поцеловав напоследок, Андрей схватил куртку и выскочил из квартиры, бросив на прощание долгий взгляд.       Три стрелки часов указывали на двенадцать.       Наступил Хэллоуин.       Наутро снег растаял. Выглянув в окно, Настя с тихой печалью обнаружила, что на асфальте образовались маленькие лужицы, а с неба капал редкий дождь.       Настя открыла окно и потянулась навстречу дождю, улыбаясь. Но как только окно приоткрылось, до её ушей донесся звук сирены. Сердце испуганно сжалось.       Она одевалась, одновременно споря сама с собой, убеждая, что все с Андреем хорошо. Сотню раз её рука тянулась к телефону, но у Насти не хватало смелости, чтобы позвонить.       Бежать пришлось недолго.       Светофор на углу её дома, место их первой встречи. То самое место. Та самая машина. Тот самый человек, которому на этот раз не повезло.       - Андрей! – крик-истерика, зажав ладонью рот, Настя упала на землю. Ноги перестали её держать.       Она не могла приблизиться, ей было страшно, рыдая, сильнее сдавливая себе рот ладонью, словно стараясь эти рыдания сдержать, она сидела на земле, наблюдая за работой полицейских.       Когда подъехала карета скорой, она плюнула на все и завыла в полный голос. Именно завыла, словно собака, опрокинув голову, и понимая, что тоже умирает. Не полностью, а какая-то часть её души погибает вместе с Андреем.       Наступил Хэллоуин.       Хэллоуин.       ХЭЛЛОУИН!       С ПРАЗДНИКОМ МЕНЯ!       ЧЕРТОВА СУДЬБА, ЭТО СОВСЕМ НЕ СМЕШНО! ГДЕ ТВОЕ ЧУВСТВО ЮМОРА!       Он и в правду стал призраком, а я… тоже умерла, следовательно, став призракессой.       ДУРАЦКОЕ СЛОВО!       ДУРАЦКАЯ ИРОНИЯ!       НЕНАВИЖУ!       Настя сжалась в комочек в углу комнаты, стараясь, чтобы острый угол плинтуса впивался в её кожу как можно сильнее. Она понимала, что исчезает. Она просто исчезает, а когда слезы кончатся, она окончательно исчезнет, перестав жить и смеяться.       Рядом с ней мягко опустилась какая-то женщина. В её русых волосах было несколько седых прядей.       - Мамочка! – Настя кинулась ей на шею, сжав в объятьях до такой силы, насколько только смогла. Насте было больно. Ей хотелось этой боли физически – неважно, кому она будет причинена – себе или другим. Но причинять её маме она не хотела.       Мягко отстранившись, мама заглянула ей в глаза.       Что-то в них изменилась, что-то пропало, исчезло… Улыбка.       - Ты стала-таки взрослой, - с протяжным всхлипом выдавила мама. - …Моя бедная дочь. Хотя нет. Лучше все-таки первое.