Город, в котором пропало все

Макс не думает, что с переездом что-то изменится. Он всего лишь заново построит логово, придумает пару каверз для сестренки и никогда больше не станет получать «А» за суперзлодейские спец предметы. Ничего не поменяется. Фиби, правда, сияет, будто ее обмотали рождественской гирляндой с сотней неоновых фонариков. Она что-то говорит про новую жизнь, про новых друзей и, кажется, упоминает какую-то чушь про любовь. Но Макс слушает ее вполуха и не думает отвлекаться от сенсорного экрана телефона ради близняшки. Для Макса ничего не меняется; Макс всего лишь перевозит свою больную любовь к сестре в другой штат.

___

Фиби в первый же день лажает, позорится, как никто, и Макс смеется вместе со всеми. Так гораздо проще подавлять в себе не братские желания. Потом Фиби помогает какая-то девчонка по имени Черри, и Максу хочется повеситься от постоянного пребывания Черри в их доме на следующий же день. Черри постоянно улыбается ему, строит глазки и всячески привлекает внимание. И дрожащие руки Фиби отчего-то начинают напрягать Макса. Наверно потому, что, в конце концов, она выливает почти полный пакет молока ему на штаны и, пытаясь вытереть салфетками, трогает там, где не должна. А после Фиби неделю избегает его из-за вставшего совсем не вовремя члена. Однако и Черри в их доме больше нет.

___

Макс не знает, что ему делать, и в какую международную службу звонить в таких случаях. Но в итоге ему начинает казаться, что делать ничего не нужно, стоит всего лишь найти кого-нибудь другого. — Значит, Тара? — Макс приподнимает одну бровь, и та самая Тара презрительно морщится. Но она дешевая актриса, и Макс об этом знает ещё до того, как вечером лишает ее девственности. Тара неопытна, но имеет отличную фигуру и открыта к экспериментам. У Макса же не то чтобы опыта намного больше, но он все же есть, равно как и отсутствие совести. Поэтому минет в школьном туалете — это нормально, Тара.

___

Макс замечает, как все чаще Фиби выходит из гостиной, стоит ему зайти. Она обращается к папе, маме, Норе, Билли, но не к нему. Но Нормальному Максу на это плевать. Дело в том, что Максу все чаще кажется, что его нормальность давно уменьшилась больше, чем вполовину. — Фибс, все в порядке? — расслабленно, щурясь, словно кот на солнце, спрашивает как-то Макс. — Пожалуйста, не подтягивай с Тарой биологию в женском туалете, — не оборачиваясь к нему, отвечает Фиби, и спина у нее настолько прямая, что можно было бы вычертить радиусы и диаметры на школьной контрольной. — Как пожелаешь, сестренка, — насмешливо отзывается Макс, и ещё неделю затаскивает Тару в одну и ту же кабинку. И когда однажды он все-таки ловит глазами личико сестры в щели, то подмигивает ей и с силой тянет Тару за светлые волосы, вставляя по самую глотку.

___

Макс не ревнует, когда Коул, брат Тары, начинает названивать Фиби. Фиби улыбается так широко и солнечно, что Макс на мгновения останавливается, засматриваясь на нее. Она так влюблена, что улыбается абсолютно всем, и Макс пользуется этим сполна, греясь в лучах ее улыбки и едва ли не довольно урча. Однажды Фиби приходит со свидания с Коулом без улыбки, и история ее браузера гласит о запросах про контрацепцию, секс в пятнадцать и последствия отказа парню в интиме. Макс не ревнует, когда Коул, брат Тары, начинает намекать Фиби на секс. Макс легко «убирает» Коула, благо изобретений для этого у него немало. А после трахает Тару на его похоронах.

___

— Макс, сделай меня женщиной, — просит его Фиби, заставляя выплюнуть сок обратно в стакан. У Макса в голове сотни разных мыслей, от правильных и нормальных до сумасшедших и желанных. Фиби в смущении неосознанно гладит себя по бедрам, кусает губы и сглатывает слишком сексуально, чтобы думать о мыслях из первой колонки. — В смысле, расскажи мне немного о сексе, — она отводит взгляд, и стакан рассыпается в руке Макса на кучу острых осколков. Он мысленно проклинает супер силу и винит во всем удивление, мешая эту ложь с надменными, злыми шутками. — Я видела тебя с Тарой, мы близнецы, мне не у кого больше просить, — разом выпаливает все аргументы Фиби, стоя на коленях, и Макс соглашается, потому что отказаться невозможно.

___

Макс трогает ее грудь, очерчивает большим пальцем набухший сосок, и они оба понимают, что так делать не нужно. — Парней заводит вид женской груди, — медленно проговаривает Макс, глядя в глаза Фиби. Он мнет ее грудь руками, но смотрит лишь на лицо. Сейчас — они зеркало; сейчас — Макс не может солгать, потому что Фиби все отражает. — Тебе стоит носить декольте поглубже, — добавляет Макс и щипает сестру за сосок, вырывая из нее сдавленный писк. Фиби сидит, подобрав ноги на своей кровати, и позволяет делать со своим телом, что только заблагорассудится Максу, Максу с огромным либидо и отсутствием совести. — Это единственное практическое занятие, — с усилием произносит Макс и отодвигается. — Просто чтобы ты почувствовала на себе мужские прикосновения. Но я твой брат, дальше ничего не будет. — Я бы и не позволила тебе зайти дальше, — возражает Фиби, склонив голову набок. Но сейчас — они зеркало; сейчас — Фиби не может солгать, потому что Макс все отражает. Макс отражает ложь.

___

Тара больше не кажется Максу неопытной. Теперь у нее замашки шлюхи, и Максу противно от этого, несмотря на то, что он был ее «учителем». — Может, прогуляем последние два урока? — спрашивает его Тара, эротично облизывая йогурт с чайной ложки. — Будет демо версия подарка на твой день рождения. Она улыбается весьма мило, но Макс готов влепить ей пощечину за похоть в серых глазах. И ещё за то, что она коснулась его праздника. Потому что праздник только его и Фибс. Правда, трахать Фибс нельзя, поэтому Макс не отказывается ни от демо версии, ни от подарка.

___

— Со сладкими шестнадцатью, сестренка, — урчит Макс, падая на кровать сестры. Он прижимается ближе, толкает локтем в бок сонную Фиби и случайно стаскивает одеяло. — Со сладкими, — отвечает ему Фиби, игнорируя свою полную наготу и его голодный взгляд. — Со сладкими, Макс. Макс чувствует каменный стояк между ног и переводит взгляд на лицо сестры. Она смотрит в ответ спокойно, без чувства стыда или страха. — Со сладкими, Макс, — повторяет Фиби и тянется к нему, целуя в по-юношески шершавую щеку.

___

С переездом ничего не меняется. Все меняется за два года жизни в городе, в котором пропало все.